Не проходи мимо

- Снято! - властный, громкий голос режиссера прозвучал спасительным сигналом для Джиена, удовлетворенно выдохнувшего. Слава богу все отснято, теперь остается только ждать монтажа, и потом - премьера. Странно, но здесь, посреди стажеров и работников, редакторов и операторов, вокруг шума и возгласов он чувствовал себя в безопасности. Здесь никто не будет смотреть на него, как на пришельца, не будет бегать и ходить за ним по пятам, не станет требовать автограф и фото на память. В детстве, когда маленький Квон только мечтал стать актером и космонавтом, он не представлял, насколько это трудно. Любимая работа отнимала все силы, становясь ненавистной. Но, несмотря на столь смешанные чувства по отношению к делу, Джиен не раз, затаив дыхание, просматривал снятые материалы. Квон многим казался напыщенным самодовольным ублюдком, тем не менее, шикарно играющим свои роли. Сам же парень подумывал об этом на досуге, в редкие вечера отдыха, запустив пальцы в волосы, уперевшись локтем в деревянную столешницу за рюмочкой водки. Сам о себе он никогда бы не сказал, что настолько противен. Да, резок. Да, требовательный и нервный. Его неумолимо преследовала одна единственная жизненная идеология - не стоит быть мягким, иначе все начнут на тебе прыгать. Его окружало такое общество, которое не узрело бы в нем таланта, не будь он настолько сдержанным в своих чувствах. Когда на Джиена направлены камеры, он раскрывает себя, выворачивает душу для каждой роли, а после привычного и пресного "Снято!" он снова замыкается. Что за дрянь работа, все-таки. Рюмка. Сегодня он хорошо постарался, финал как-никак. Рюмка. Может, имело смысл поблагодарить их всех за работу? К черту. Рюмка. Внутри начинает сквозить что-то среднее между пьяным бредом и неуловимым смыслом жизни. Откровения так и лезут, а поделиться не с кем. Вот она, обратная сторона монеты - ты знаменит и популярен, а в баре даже напиться не с кем. Густой смог из алкоголя и сигарет разбавил едва заметный ветерок, с трудом пробравшийся из одного угла бара в другой. Джиен удивленно поднял глаза - в поздний час, да еще и в это заведение, редко кто заходил. Вместе с шатеном здесь сидела парочка друзей, пожилой мужчина и девушка, непрерывно отчитывающая кого-то по телефону уже добрые двадцать минут. В дверях, тихо щелкнув ручкой, появился высокий брюнет - первое что бросалось в глаза. Когда он уселся на сидение рядом с барной стойкой, зоркий Джиен определил примерный возраст - около двадцати шести, может чуть больше. Гладкие, блестящие от подсветки барных полок волосы были сзади коротко острижены, на лоб падали длинные пряди, идущие от макушки. Когда парень выложил что-то на стол, наклонившись, в ухе у него блеснул маленький бриллиантик. Квон заинтересовался, хотя, возможно и не подошел бы. Если бы не был так пьян...