Как сохранить девственность в мире Омегаверс, или Приключения Лёхича

POV Алексей Белов После горячей ванны тело окутала приятная лёгкость, поэтому я не стал даже ужинать и завалился на мягкую постель, укутавшись с головой в одеяло. Даже не помню, как уснул, потому что произошло это на удивление быстро, ведь обычно я ещё пол часа лежу как придурок и пялюсь в потолок. В этот раз было легко и приятно окунаться в царство Морфея, но одновременно тревожно и неспокойно. Обычно мои сны настолько странные и непонятные, что я стараюсь их не запоминать и не искать смысл. Этой ночью сон был не таким. Я оказался в странном месте, похожем на лабораторию или медицинский кабинет, которым уже давно не пользовались, но какой-то тусклый свет всё же имелся. Сделав рывок, я понял, что прикован и как бы не старался, сил, чтобы выбраться, не было. Тело словно ватное, голова гудит как после похмелья, и сердце стучит так бешено, как если бы прямо передо мной стоял дикий зверь, сверкая клыками, а из голодной пасти капает слюна. Но зверя не было, никого вокруг не было, только я и откуда-то взявшийся страх. Я попытался вырваться ещё раз и снова неудача, я пробовал проснуться, и это тоже не вышло. И только я начал лихорадочно смотреть по сторонам, пытаясь найти что-то, что поможет выбраться, в голове возник голос. «Выпусти меня» — тихо, но настойчиво прозвучал он. «Что это? Кто это? Откуда этот голос?» «Позволь мне выйти, и я спасу нас обоих» — продолжал твердить голос и становился всё громче. Я не мог понять, откуда исходит этот голос. Мотал головой, чтобы заставить его исчезнуть, но без толку. «Дай мне власть, и мы вернёмся к нашему истинному» — голос буквально гремел, да так, что в голове адски жгло от этого рёва. Думать, и даже просто соображать, становилось невыносимо. Всё тело начинало гореть. С каждым словом неизвестного голоса было всё труднее и труднее держать глаза открытыми, и в какой-то момент я просто сдался. «Хорошо» — ответил я, но голос почему-то был не моим, и только спустя пару секунд я понял, что это сказал Егор. Всё вокруг внезапно почернело то ли из-за опустившихся век, то ли из-за согласия, но голос стих, напоследок тихонько хмыкнув, а голова перестала болеть. Я уже не чувствовал тела, словно у меня больше нет физической формы, а только духовная. И эта пустота, в которой я сейчас находился, не давала ощутить ничего, кроме странного умиротворения, которого лично я сейчас вовсе не желал. Наоборот, я хотел проснуться и как можно скорее, но что-то не давало, словно тянуло вниз, всё глубже и глубже, заставляя погружаться в темноту, приносящую покой. До самого утра я больше не видел ни одного сна, а разбудить меня смог только надоедливый голос Димы, который пугающе напоминал Дашкин, только кажущийся не то простывшим, не то прокуренным и по-мужски грубоватым, с лёгкой хрипотцой и нотками ехидства. — Да просыпайся ты уже, сколько можно спать, ленивая жопа?! — длинные цепкие пальцы ухватили моё спасительное одеяло, к которому я буквально приклеился, и тормошили меня вместе с ним, — Ну, вставай, а иначе я съем все твои блинчики, которые папа оставил. Шантаж на меня обычно не действовал, но когда дело касалось маминой, а теперь уже папиной, стряпни, то я позорно капитулировал при любом раскладе. Дашка же с самого детства была знатным манипулятором как с мамой и папой, так и со мной. Когда этот маленький злой гений чего-то хотела, то желания выполнялись в 90% случаев, даже будь то дорогой и непрактичный двухметровый плюшевый медведь или набор импортной косметики, который после пары использований валялся без дела — все капризы, лишь бы доченька довольна. Да и я ни раз становился жертвой уловки под кодовым названием «ну ты же мой любимый старший братик». На самом деле всё не так уж плохо, и она выросла достойным человеком, не безмозглой фифой, падкой до денег, а вполне милой и образованной, хоть и леди её не назовешь, особенно когда она в своей чёрной футболке слушает Металлику и трясёт длинной шевелюрой в такт музыке. В такие моменты ей лучше не мешать. — Ладно-ладно, встаю я, только перестань трясти, а то у меня начнется морская болезнь от твоего метода пробуждения, — я высунул из-под одеяла одну руку и несильно оттолкнул братца в сторону. К моему удивлению, когда я уже одетый и причёсанный вошёл на кухню, там сидел папа, заменявший в этом мире маму. На самом деле я уже немного привык и смирился с таким раскладом, но необычно было видеть кого-то из родителей дома в такое время, обычно они работают без выходных в своей конторе и в воскресенье могут позволить себе просто прийти домой пораньше, но никак не прогуливать. Я только хотел поздороваться, как меня перебил взволнованный голос папы: — Лёшенька, солнышко, как ты себя чувствуешь? — мужчина подошёл ко мне впритык и, не дожидаясь ответа, крепко обнял. Фигура новой мамы была не очень мускулистой и массивной, но от объятий ощутимо сдавило грудь. — Всё нормально, пап, — на выдохе ответил я с трудом. — Ну как же нормально, где же нормально, если с тобой постоянно что-то происходит, дома перестал ночевать, пропадаешь неизвестно где, — папа отстранился, положил свою тёплую ладонь мне на щеку, и удивительно мягкие пальцы невесомо прошлись по острой скуле. Это был другой человек, больше того — мужчина в женском халате и лёгким макияжем, но эта забота в движениях и переживание в голосе не оставляли никаких сомнений в том, что под обличием незнакомого мужика спрятана всё та же мама, любящая меня больше всех на свете. — Прости, я не могу рассказать тебе всё и сразу, но поверь — со мной всё будет хорошо, — теперь уже я сам полез обниматься и в ответ услышал тихое «Я тебе верю, малыш». Трогательный ритуал прервал звук дверного звонка, причём не однократный, а очень настойчивый. Я махнул рукой, мол, сам открою. Открыл дверь и нехило офигел. Прижавшись виском к маленькой округлой кнопке звонка, знатно избитый и покалеченный Питер Хайнс едва стоял на ногах и с немой мольбой во взгляде смотрел на меня. — Привет, котёнок, — голос оборотня хрипел и было заметно, что ему трудно говорить. — Что случилось? И почему ты здесь? Питер сплюнул кровью и отлепился от стены, пытаясь стоять более-менее ровно. — Да я, вроде как, похитил твоего ненаглядного, и он был очень недоволен этим, как видишь, — Хайнс приподнял руки, чуть разводя их в стороны, демонстрируя местами ободранную и окровавленную одежду. — Где Егор? Что ты с ним сделал? — меня вдруг охватила такая злость, и руки сами схватили блондина за шкирки и с силой прижали к той самой стенке. — Тише-тише, не тряси так сильно, у меня, кажется, пару рёбер сломано, и демонический яд твоего суженного не даст мне исцеляться какое-то время. Как видишь это не я с ним что-то сделал, а он со мной. Питер выглядел и правда не очень, но сочувствовать ему было бы глупо с моей стороны. — Сам нарвался — сам огрёб. Всё по-честному. Лучше ответь мне, где сейчас Егор? — я отпустил Питера, но по-прежнему преграждал ему путь к отступлению, скрестив руки на груди, всем своим видом показывая, что я настроен серьёзно. — Ладно, я всё расскажу, а то, смотрю, ты сейчас прям расплачешься, — съязвил Питер, хотя по тому, как он морщится от каждого вздоха и движения, было ясно, что он не притворяется, и Егор действительно хорошенько его отделал. Стоять на лестничной клетке и трепаться с окровавленным оборотнем о демоне, который его и покалечил, было бы глупо, так что я зашёл в квартиру и, кивнув головой, пригласил Питера внутрь. — Сынок, кто там приходил? — послышался взволнованный мужской голос с кухни. — Всё нормально, это знакомый, он зайдет ненадолго, мы будем в моей комнате. Слегка прихрамывая, Хайнс последовал за мной, и, как только дверь в комнату закрылась, он начал рассказывать. Честно говоря, это меня шокировало, но после того, что Питер хотел сделать со мной, я почти не удивлён его новой «гениальной» идее. Это же надо было додуматься, похитить сына короля демонов ради глупой мести за невыполненное обещание. Уму не постижимо! Впрочем, умом там видимо и не пахнет… Видимо, когда мозги раздавали, он в очереди за ехидством стоял. — И что ты от меня хочешь? Зачем ты вообще пришёл? — Видишь ли, Егор «пустил за руль» демона, а это, скажу тебе, очень серьёзные ребята, которые не остановятся, пока не выполнят свою часть договора. А в данном случае — это, видимо, моя смерть, потому что он посчитал меня угрозой. — Ясен пень, ты же его похитил, угрожал и всё такое, так тебе и надо, я то тут при чём, — я демонстративно хмыкнул и отвернул голову в сторону. — Да как ты не понимаешь, — сорвался на повышенный тон Питер, — если демон исполнит свою часть уговора, то твой драгоценный Егор может уже не вернуться. Нет, если ты хочешь всю жизнь прожить с демоном, в прямом смысле этого слова, то так уж и быть, я отстану от тебя и мешать не буду. Свалю к себе на родину, закроюсь магическими щитами в своем замке, а там уж он мне ничего не сможет сделать. — Ладно-ладно, я всё понял. Какой у тебя план?

***

Мы шли по незнакомой дороге где-то на окраине города. Питер выглядел чуть лучше, но скорее потому, что у меня дома перевязал раны и приоделся в дорогом магазине по дороге в это мрачное место. Подбитый глаз и кровоточащая губа шли в разрез с образом состоятельного и образованного мужчины средних лет. Машину Питер оставил на въезде у шоссе, а мы вот уже пол часа шагали по морозу на своих двоих, благо какой-то трактор здесь всё расчистил, и мы не были по колено в снегу, но в целом ситуацию это не улучшало. — Почему мы оставили машину? Она бы тут отлично проехала, а я бы не морозил конечности, — идти молча было скучно, и я решил хотя бы пожаловаться ради приличия, омега я всё-таки или кто. Хайнс зло выдохнул и поджал губы, видимо идти ему было гораздо труднее, чем мне. — Машина привлекает лишнее внимание, и шум мотора может выдать нас раньше, чем того хотелось бы, так что иди молча и не ной, — было заметно, что разговор Питеру дается с трудом. Я хотел было возмутиться и высказать всё, что я о нём думаю и что это вообще-то он виноват в том, что мы в подобной ситуации, но потом вспомнил о Егоре, который сейчас, как я совсем недавно, сидит в каком-то тёмном месте и не может контролировать своё тело, а я тут нюни распустил, что мне холодно. Ради Егора можно потерпеть. А с чего это вдруг я так о нём переживаю? Не нравится мне это странное чувство тревоги и страха, которое плотно засело в голове еще с того самого странного сна. Вот вернем этого идиота в его тело, и я ему всё-всё выскажу и заставлю извиняться за то, что я столько нервов потратил. Не знаю точно сколько времени прошло, я уже перестал мысленно злиться на Питера, Егора и самого себя, что согласился на этот идиотский план, и вот наконец за высокими соснами показался краешек здания, судя по внешнему виду — давно заброшенного. Подойдя ближе я понял, что это был какой-то оздоровительный санаторий, но облупленная краска на стенах и местами выбитые окна говорили о том, что это место уже давно стоит без дела. За этой пятиэтажкой, которая скорее всего была подобием отеля, стояло двухэтажное здание, в котором окна были только на втором этаже, а войти можно было через единственную дверь. Было заметно, что это почти новая постройка, но никаких опознавательных табличек ни у двери, ни где-нибудь еще не было. На большой металлической двери висел кодовый замок, похожий на домофон, только без кнопок с буквами. Питер подошёл, ввёл 4 цифры, после щелчка открыл дверь и наигранно вежливо жестом пригласил внутрь, мол, омеги вперед. Я раздражённо фыркнул и закатил глаза, но всё-таки прошел первым. Как только дверь закрылась, вокруг стало темно и я хотел достать телефон, чтобы включить фонарик, но оборотень меня остановил. — Закрой глаза и попробуй позвать своего внутреннего зверя, — шепотом произнес Хайнс. Я конечно скептически отнёсся к этой идее, но мне самому стало интересно, что с этого получится. Как и сказал Питер, я закрыл глаза, постарался расслабиться, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. «Эй, есть там кто-нибудь?» — мысленно спросил я, но ответа не было. «Ау, ты там вообще? Мне нужна твоя помощь» — попробовал я снова, и, на этот раз, спустя пару секунд почувствовал, будто что-то ворочается у меня в голове и телу внезапно стало так тепло, даже мурашки пробежали. «Я всегда здесь» — тихий, едва уловимый шепот донесся до меня, но было ощущение, будто этот голос доносится из глубокого колодца. «Помоги мне пожалуйста» — нотки страх, отчего-то ранее неизведанного, всё-таки присутствовали в моем голосе, но я никак не мог взять себя в руки. Я впервые говорил сам с собой, и мне отвечали. «Если выпустишь меня отсюда, я помогу» — голос стал громче, и теперь можно было различить лёгкую хрипотцу. «Я не знаю как» — честно ответил я. Было слышно какой-то звук, похожий на мурлыканье, и мне стало еще теплее, даже скорее жарко. «Он уже близко…» — прошептал голос сквозь мурлыканье, — «Ладно, ради него я помогу, но за тобой будет должок» — добавил он, и все звуки разом стихли. Я медленно открыл глаза, и вокруг всё стало таким чётким, но в серо-зелёных тонах. Я видел пол, и стены, и Питера, глаза которого светились очень ярко, и даже дверь в самом конце коридора. — Неплохо, для первого раза, — похвалил Питер и двинулся вперед. Теперь я мог следовать за ним без всякого фонарика. Но зачем было запирать Егора в этом заброшенном здании без света? Некоторые действия этого оборотня ставили меня в тупик. Мы подошли к двери, и Хайнс провёл рукой перед ней, от чего проявились странные символы, которых я никогда раньше не видел. Они одновременно напоминали китайский и египетский алфавит, но точно были чем-то другим. Знаки исчезли, и блондин медленно открыл дверь, на этот раз, заходя внутрь первым. Когда следом зашёл и я, в голове промелькнули знакомые картинки странной комнаты, похожей на операционный кабинет. На бетонном полу валялись осколки, видимо, от огромного светильника, который болтался над столом, больше похожим на пыточный. Следы от когтей на нём и на стенах добавляли еще большей атмосферности этой комнате. — Ну, и где Егор? — шепотом спросил я. — А ты прислушайся, — так же вкрадчиво ответил Питер. Я опять закрыл глаза. Сам не знаю зачем, но в прошлый раз это помогло сосредоточиться, и я попытался снова. Звуков, кроме нашего с Хайнсом дыхания, слышно не было, но спустя пару секунд я смог различить очень быстрое сердцебиение за дверью в углу комнаты. Такая частота ударов была явно сверхъестественной, и я был уверен, что это он. — Да, он за дверью, но сначала приготовься, что ты увидишь не совсем Егора. Демон захватил контроль, и тело приобрело его очертания. Конечно, я боялся до усрачки, но даже если это демон, то он ничего не сделает истинной паре своего хозяина, да и Питер будет рядом. К слову, сам оборотень стоял молча и видимо ждал, пока я зайду первым. Долго стоять на месте было глупо и выглядело бы так, будто я трушу, а показывать страх этому длинноволосому мне совсем не хотелось, пусть я и омега. Я подошел к двери, занёс руку и остановил её в паре сантиметров от ручки. «Ну, чего ты боишься, это же просто дверь» — пытался убедить меня мой же голос в голове. «Да, просто дверь за которой находится сильный и явно злой демон» — отвечал скептически здравый смысл. «Так, всё, хватит! Я захожу!» Уверенно схватившись за ручку, я опустил её вниз, и дверь открылась с лёгким скрипом. Посреди комнаты стоял обыкновенный деревянный стул со спинкой, а в нём сидело существо, лицом похожее на Егора, но со странными узорами по всему телу. Да и само тело стало гораздо крупнее, обросло мышцами и даже обзавелось рогами. Судя по всему, демон был под каким-то удерживающим заклинанием, потому что было бы глупо оставлять его просто так, даже не удосужившись связать руки и ноги, хотя длинные когти наверняка с лёгкостью справились бы с любой верёвкой. Чего уж там, вон как они исполосовали металлический стол, бетонные стены и наглую физиономию Питера. — Ну что, сердце в пятки не ушло от страха? — прозвучал насмешливый голос Питера за спиной. — Что с ним? — я решил не реагировать на провокацию. — Он чуть не убил меня, и пришлось использовать весь запас магии, чтобы успокоить этого здоровяка. — А теперь то что с ним делать? Питер посмотрел на меня с лёгким недоумением и, устало вздохнув, закатил глаза. — По твоему я тебя сюда на экскурсию привёл? Ты же его истинная пара, постарайся уж. Только ты можешь вернуть Егору контроль или может ты хочешь прожить всю жизнь с ним? — Хайнс ткнул пальцем в гору мышц, которая, к слову, начала приходить в себя видимо от нашего присутствия. — Вернулся наконец-то, а я уж думал, сто лет тут торчать буду, — вяло произнес демон, обращаясь к Питеру, — О, малыш, а ты что здесь делаешь? — уже бодрее спросил рогатый, заметив наконец-то моё присутствие. — Я… я пришел спасти Егора, — я немного растерялся, но понял, что нужно взять себя в руки, а то спасатель из меня пока что хреновый. Демон опустил голову, и я подумал, что он опять вырубился, но через секунду в комнате раздался раскатистый хохот, а широкие плечи потряхивало. Рогатый поднял голову и резко перестал смеяться, с серьёзным лицом посмотрев сначала на Питера, а потом перевел взгляд на меня. — Каких сказок тебе наплёл этот блохастый? — иронично поинтересовался демон, но, не дожидаясь ответа, продолжил: — Наверное что-то типа «Егор в беде, его захватил нехороший демон, и только ты можешь его спасти». Я посмотрел на Питера, а тот резко отвел взгляд в сторону, и стало понятно, что меня развели как ребёнка. Было бы глупо сейчас злиться на кого-то, потому что единственный виноватый здесь — я, но и открыто признавать это вовсе не хотелось. — Освободи его, — неожиданно для всех сказал я серьёзным тоном Питеру. Тот удивленно повернул голову обратно в мою сторону и вопрошающе поднял брови. — Ты же уже понял, что я — не «хороший полицейский», а ты нужен был только для достижения моей цели. Егор бегает за тобой, важнее тебя для него не существует, а ты испытываешь к нему чувства, но почему-то отчаянно пытаешься их скрыть и отвергнуть. Даже не понимаю зачем? Вы ведь истинная пара — величайшая редкость в наше время. В общем, теперь демону всё-таки придётся отдать мне свою вторую сущность, а иначе… — Питер поднял руки, и кончики его пальцев начали излучать слабое свечение, а моя голова испытала такой же стресс, как на утро после выпускного. Только помимо головной боли еще и тело перестало слушаться и покорно подчинилось приказу оборотня, который усадил меня на стул такой же, на котором сидел демон. — Если не выполнишь мою маленькую просьбу, я заберу сущность из этого милого котёнка, и это скорее всего убьёт его или превратит в овощ, хотя мне всё равно, что с ним станет, а вот у тебя есть выбор. Даю пять минут на размышления, а пока оставлю вас наедине, — Питер гаденько улыбнулся, нарочито пафосно откланялся и скрылся за еще одной дверью. — Не вздумай ничего ему отдавать, — обратился я к демону, пытаясь выглядеть уверенно, хотя поджилки так и тряслись. — С чего это вдруг? Я не дам ему тебя и пальцем тронуть, ты мой, — похоже что рогатый был не настроен отступать. — Во-первых, раз уж на то пошло, то я не твой, а Егора, а во-вторых, я не позволю тебе пожертвовать чем-то ради меня. Не хочу быть в долгу перед кем-то вроде тебя. — Вот оно что, — демон широко улыбнулся, демонстрируя удлинившиеся клыки, — но тут есть одна загвоздка — я заключил сделку с Гором, и её суть в том, чтобы защитить тебя, так что если тут кто-то и отдаст сущность, так это я. А ты, милый котёнок, будешь сидеть тихонечко и ждать, пока взрослые дяди решат свои дела. — Хорошо сказано, — раздался голос позади меня. Это был Питер, и он пришёл не один. Оборотень привёз каталку на которой лежала беловолосая девушка, чертами лица похожая на Хайнса. Кажется, она спала, но странное чувство заставляло думать что это не просто сон. — Это будет быстро и почти не больно, а ты, котёнок, лучше приляг, отдохни, а когда проснёшься, дело будет сделано, — приторно сладким голоском пропел Питер, и его пальцы снова начали светиться, а моя голова испытала «радость» магического похмелья, но в этот раз головокружение продлилось дольше и глаза сами собой начали закрываться, погружая сознание в беспросветную темноту. «Да вы, блять, издеваетесь!» — последнее, о чем я успел подумать, пока окончательно не потерял связь с внешним миром.