Stars of California

Вечером Чонгук снова приехал к Хаён. Они долго разговаривали о мелочах и своих интересах. Они не уставали друг от друга, им хотелось обсудить как можно больше тем. Уже ночью, около полуночи, Чон попросил её пойти с ним. - Куда? Уже так поздно. - Мы не покинем территорию больницы, я просто хочу тебе показать очень красивое место. Она кивнула и надела тапочки. Они зашли в лифт, обоим сразу вспомнился их первый поцелуй, но они продолжали молчать. Они поднялись на последний этаж и вышли в малоосвещенный коридор. - Закрой глаза. - Но... - Просто доверься мне, - Чон протянул ей руку. Она выдохнула, взяла его за руку и закрыла глаза. - Не подглядывай. - Не буду, - улыбнулась Ли. Чонгук вёл её по длинному тихому коридору, постоянно оборачиваясь на девушку. Считать звезды всегда удобнее на крыше, а летняя ночь располагала к себе безоблачным небом и ярким светом луны. Крыша была просторной, можно было носится. Как только они вышли на неё, он повернулся к девушке и отпустил руку: - Открывай. Она чувствовала тёплый ветер на коже и запах чего-то тягучего, перемешанного с парфюмом Чонгука. Когда она раскрыла веки, перед ней стоял он и ждал её реакции. Она подняла голову вверх и улыбнулась: немеренное количество звёзд раскинулось на чёрном полотне космоса. - Завораживает... Она посмотрела в глаза парню, они светились счастьем изнутри, а на губах была лёгкая улыбка. Чонгук приблизился к ней и прикоснулся к её лбу своим, положив руку на её тонкую шею. - Давай рисовать созвездия? - А на Луну посмотрим? - Конечно. Он оставил на её губах невесомый поцелуй, они легли на жёсткую и холодную поверхность крыши, Хаён лежала на его плече и пыталась согреться. Они мысленно проводили линии от точки к точке и называли получившиеся фигуры вслух. Смеялись и наслаждались моментом. Но хорошего понемногу, поэтому, когда тепло пропало вовсе, Чонгук поднялся, помогая Хаён. Звезды сияли всё так же ярко в черноте неба. - Хаён. Она продолжала смотреть вверх, запрокинув голову и держась за локоть Чона. Когда он позвал её, она повернулась, чтобы посмотреть в его глаза. - Хаён, давай целоваться под звездами? Ошарашенная такой прямотой Ли на пару секунд опешила, но затем зарумянилась и почти незаметно кивнула, но Чонгук так внимательно смотрел, что было бы странно, если бы он не увидел. Он взял её за шею и талию и притянул ближе, начиная с лёгкого касания губами. Постепенно поцелуй становился всё глубже, появилась страсть и желание, но они не могли остановиться. Это длилось ровно столько, сколько нужно, чтобы губы опухли и раскраснелись от укусов и прилившей к ним крови. Когда они наконец решили, что пора идти спать, Чонгук провел по её губам большим пальцем, замечая свою работу и как бы извиняясь за неё. Она взяла его за руку и повела с крыши, немного подрагивая. Но он вывернулся и обнял её за плечи, растирая их. Они вернулись в палату, и Хаён молниеносно спряталась под одеялом, отвернувшись от Чона. Он было хотел лечь рядом, но на телефон пришло уведомление. Мин Заноза Юнджи: «Оппа, я в Лос-Анджелесе! Давай встретимся?» «Я был террористом в прошлой жизни? За что мне такое "счастье"?» - раздражённо подумал Чон. Чонгук: «Во-первых, я тебе не оппа. Во-вторых, сейчас два часа ночи, а потом я занят. Прости, но не получится.» Мин Заноза Юнджи: «Совсем никак не получится?(» Чонгук: «Совсем. Пока, Юнджи. Мне пора.» Мин Заноза Юнджи: «Сладких снов, оппа!» От слова «оппа» его выворачивало, а все из-за этой девчонки, которая не понимает, когда ей говорят не делать что-нибудь. Иногда Гук молился Будде, чтобы у этой мелкой пискли появился парень, но та неизменно называла оппой только Чонгука. А Чонгуку приходилось терпеть, потому что друг попросил его не грубить ей. Потому что друг очень любил свою сестру. А ради Юнги он готов и потерпеть эту девицу. Настроение немного испортилось, ему срочно захотелось в душ, смыть с себя всю грязь, появившуюся из-за Юнджи. Он прошептал на ушко Хаён, что ему придётся уйти, и поцеловал в висок. Она лишь устало промычала в ответ. Выйдя из ванной с полотенцем на бедрах, он с довольной полуулыбкой опрокинул стакан холодной воды, освежая горло. На часах было уже три часа ночи, и Чон планировал лечь спать, а завтра снова вернуться в больницу к Хаён, но его планам не суждено было сбыться. Телефон начал издавать мелодию звонка, но когда Чон услышал эту мелодию, он даже подходить не стал, потому что играла песня, которую он поставил на контакт Юнджи. «Эта девчонка никак не угомонится!» - мысленно ругался Чонгук. Он сходил в комнату, чтобы надеть домашние вещи, но не успев взяться за футболку, он, спотыкаясь о штанину, выбежал в гостиную и принял звонок. - Юнги? Что-то случилось? Мин никогда не звонил по пустякам, тем более в три часа ночи. - Мы с Юнджи поругались, она сбежала. - Что?! - Чонгук, она тебе не звонила? Я переживаю. - Э... - соврать? Конечно, да, - Нет, хён, но я сейчас её наберу. Не волнуйся, я сделаю все возможное, чтобы найти её. Чонгук знал, что на его звонок эта мелочь ответит в любом случае. Поэтому он, немного утешив старшего, сбросил вызов и принялся искать номер Юнджи. «11 пропущенных вызовов от Мин Заноза Юнджи» - маячило перед глазами. Он ткнул на зелёную кнопочку с изображением телефонной трубки и принялся слушать гудки. 2 секунды. - Оппа? - Юнджи, где ты? - Оппа, ты перезвонил! - Где тебя носит?! - прикрикнул Чон. - Оппа, я... Юнги обидел меня и... Я сейчас на пляже... Кажется, это El Porto Beach, тут очень красиво и... Но он раздражённо её прервал: - Значит так, там есть небольшое кафе на берегу, иди туда и жди меня, я сейчас приеду. Не дай бог, тебя там не будет, поняла? - Хорошо, оппа! Я вижу вывеску. После «хорошо» он больше не слушал и наспех надел черную футболку и джинсы. Захватив кожаную куртку, Чон захлопнул дверь и быстрым шагом направился на парковку. Он ехал минут пятнадцать и внимательно следил за дорогой, но нервы у него сдавали, ведь хотелось спать, а эта девчонка опять создаёт проблемы. Он без слов выволок её из кафе и посадил в машину. - Оппа, я не поеду к Юнги. - Куда ты денешься. - Я снова сбегу, я не хочу видеть его! - Что же он сделал? - Неважно... Отвези меня к себе, пожалуйста. От такой наглости Чонгук резко выдохнул воздух через нос и сжал руль сильнее, выезжая на дорогу. - Хорошо, - скрепя зубами согласился он, - но, если ещё раз убежишь из дома, я больше не буду с тобой разговаривать, больше не буду тебе помогать и вот так забирать из непонятных мест. Усекла? - Да, оппа! - Не называй меня так. - твёрдо, смотря на дорогу, закончил он. Позвонив Юнги, они договорились, что его сестра поживет у Чона два дня, пока того не будет в городе. Чонгук очень не хотел этого, но пришлось согласиться, ведь старший слишком сильно переживает за Юнджи. План съездить в больницу накрылся медным тазом, отчего Чон просто был в бешенстве, но внешне не показывал этого. Они не разговаривали в дороге, потому что игнорирование реплик Юнджи нельзя назвать диалогом. Они зашли в квартиру и Чонгук сразу же начал: - Спать будешь в комнате справа от ванной. Левую дверь не открывать, в холодильнике есть немного еды, можешь поесть. - А что в комнате слева? - Моя спальня. Я как раз туда собираюсь. - он прошёл мимо неё, направляясь к себе. - Сладких снов, оппа! Он ничего не ответил и захлопнул дверь. Наконец, он распластался на мягком матрасе и уснул. Проснулся он от звуков в гостиной, какая-то музыка играла не сильно громко, однако, его чуткий слух распознал корейскую речь поверх мелодии. Он вышел и, протерев глаза, увидел, как Мин ест чипсы, залипая на экран своего телефона, где танцевала какая-то известная группа. Он молча ушёл в ванную, так что она даже не заметила его. Но, когда он вышел, сразу же кинулась к нему. - Оппа, ты проснулся! Уже полдень, пора кушать. - Поедем в ресторан, я очень голоден. Она не стала возражать, ведь совсем не умела и не любила готовить. Они шатались по Аллее Славы, потому что «Оппа, я ещё ничего не видела!». Вечером Чон ненадолго ушёл в магазин, проигнорировав «Оппа, ты куда?», но в гипермаркете встретил бывшего одноклассника Алекса и задержался на пару часов в баре напротив. Вернулся он подвыпившим и был на веселе ровно до того момента, как закрыл дверь собственной квартиры. - Оппа! Я уже переживала, куда ты так долго ходил? - Не лезь, Юнджи. Тебя это не касается. - Ну, оппа! - Заткнись. Она надула губы и потопала в свою комнату, а Чон сел за барную стойку и решил добить себя небольшой бутылкой виски. Спустя час он был пьяным вдрызг и вдруг вспомнил о Юнджи. - Эй, мелкая! Но в ответ тишина и он доковылял до её комнаты, распахнул дверь. - Юнджи, блять! Откликайся, когда я тебя зову! Но девушка продолжала молча листать страницы в телефоне. Чон разозлился и подошёл к ней, хватая за подбородок. - Ты оглохла? Я с тобой разговариваю! - А я не хочу! Сам сказал заткнуться. - Не цепляйся за слова. Завтра утром Юнги возвращается, поэтому ты тоже отправишься к нему. - Нет! - Да! Я больше не намерен терпеть тебя в своём доме, ты меня уже заебала. - Что?.. - Если ты думала, что я по доброте душевной пустил тебя, то ты совсем дура. Это Юнги попросил меня. Он так о тебе печется, а ты его в грош не ставишь. Какая же ты сучка, Юнджи! Когда ты перестанешь таскаться за мной, как собачка? У тебя вообще есть достоинство? Он не подумав накричал на неё, а она молча слушала, вытирала слезы, уткнувшись в подушку. Но последний вопрос заставил её подорваться с места и вскочить, она начала колотить его не глядя. Чонгук правда пытался сдерживаться, но когда она с силой проехалась по его шее, он наконец сумел перехватить её руки, зажал их в кулаке и смачно ударил её по щеке. Мин замерла на месте, слезы застыли в глазах, она не поворачивала голову назад, а затем вырвалась и убежала в ванную. Парень не останавливал её и просто ушёл спать. На следующее утро он не нашёл её в квартире и позвонил Юнги. - Хён, она вернулась домой? - Да, - напряжённо ответил тот, - Больше не хочу тебя видеть, Чонгук. - Чего? - не понял младший. - Ты напился, накричал и ударил мою сестру. Я всё знаю. - Хён, я не должен был кричать, знаю, но она колошматила меня, как грушу, я не смог по-другому привести её в чувство. Прости, пожалуйста. - Отныне ты в чёрном списке моего клуба. Пока. Чонгук недоумевал. Неужели хён так обиделся? Но ведь он извинился и вообще... Сам виноват, что поссорился с сестрой! Он фыркнул и пообещал себе разобраться с этим позже. - Привет, Хаён. Как ты? - спросил Чон, заходя в её палату. - Привет, завтра меня выписывают. Почему тебя так долго не было? - Да там проблемы кое-какие возникли, ничего серьёзного. Прости, что не предупредил. - Всё нормально, Чонгук. Ты приедешь забрать меня завтра? - Конечно. Во сколько заехать? - Ох, спроси у врача, я забыла, - неловко ответила Ли. Они немного поговорили и пообедали в больничной столовой. Вечером Чонгук засобирался. - Жди меня завтра к полудню, я приеду. - Хорошо, - улыбнулась девушка и чмокнула его в щёчку. Чон уже выехал домой, когда ему позвонил Намджун. - Да, хён? - Здарова, Гук, я по делу. Что у вас там с Юнги? - Хён, мы можем сейчас встретиться? - Да, я тут с Джеем в баре зависаю, приезжай. На фоне послышались визги смеющегося Хосока, он узнал адрес и пообещал приехать через десять минут. Бар находился в Беверли Хилс, в самом его центре и считался дорогим и элитным. Сюда часто захаживали звезды Голливуда и даже представители власти. Золотая молодёжь здесь не обосновалась лишь потому, что была такая прекрасная альтернатива, как клуб Юнги. Чон опять вспомнил про друга и на душе кошки заскребли. Он нашёл в полутьме столик друзей и присел, отодвигая бутылки. - Йоу, Чонгук! - поздоровался Джей, а Ким сразу стал серьёзным. - Ну, выкладывай. - попросил он, сложив руки на груди. Рассказав всё, как есть, Чонгук почувствовал себя нехорошо и опрокинул полстакана виски, чтобы унять дрожь в руках от неприязни к самому себе, ведь, изложив всё вслух, он почувствовал, как взыграла совесть. - Придурок ты, Чонгук. Совсем уже с ума сошёл? - начал причитать Ким. - Видимо. - Как ты мог её ударить, а? Ты мужик или кто? Женщин нельзя бить. - подключился до этого молчавший Хосок. - Я знаю, что я облажался. Лучше скажите, что мне делать? - Ежу понятно, что надо извиниться перед Юнджи! До этого Чонгук об извинениях как-то не подумал. Ему не хотелось видеть её снова, он чувствовал вину, но слышать «оппа» снова? Извольте. Он не задержался в баре надолго и вернулся домой. Обдумав всё, решил завтра же уладить отношения с Минами. ××××× В больнице мне было очень скучно, хотя Чонгук часто мне писал и звонил. Я не знала, чем себя занять, лежала и смотрела в потолок. Вспоминала. Вспоминала всё, что было до Лос-Анджелеса. И не было уже больно и гадко на сердце. С появлением Чона во мне проснулось всё то светлое, что я зарыла после ухода Тэхёна и смерти матери. Я думала о том, правильно ли я сделала, уехав из Кореи. Воспоминания остались там вместе с болью. Не видя каждый день улицы Сеула, я почувствовала облегчение. Поэтому, я с уверенностью могла сказать, что не жалею, что покинула Родину. Да, немного я всё же скучаю, но в Америке я нашла то, чего мне не хватало, - спокойствие. И если кто-то мне скажет, что я всего-навсего трусливо сбежала, то пусть так и считает. В Сеуле больше ничего меня не держало, все оставили меня, и я оставила это место. Без сомнений, туда я больше не вернусь, слишком уж многое там произошло, что я хотела бы забыть. Неужели всё налаживается? ××××× Хаён спустилась в холл в ожидании Чонгука. Время подходило к двенадцати часам дня, и ей уже нетерпелось уехать из больницы. Она решила выйти на улицу, но столкнулась с кем-то. - Прошу прощения. - Хаён-а? Она подняла голову на знакомый басистый голос. - Т-тэхён? - запнулась она. - Не ожидал тебя встретить вновь. Она задумалась на долю секунды, отматывая жизнь на годы назад. - И я, ведь ты исчез. - Слушай, это... Я не хотел обижать тебя, честно. Но обстоятельства... - Да-да, я все понимаю, - беззаботно пролепетала Ли, - Прости, мне пора. Прощай. Она не дала ему и слова сказать, как убежала в сторону знакомой чёрной машины. Она выдохнула и улыбнулась выходящему из машины Чонгуку. - Я подумал, нам стоит съездить на пляж, - поцеловавшись в знак приветствия, они сели в машину. - У меня купальник в чемодане. - Я не хочу ехать домой, купим тебе новый. - Эй! - Что? - Ты решил купить моё время купальником? - Ты моя девушка, Хаён. Я могу себе позволить. - Что позволить? Купить меня? - Купить купальник. Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Она попросила откинуть крышу и надела солнцезащитные очки, вдыхая воздух. Спустя пару дней Джей пригласил их на свою гонку, лично зайдя к ним на чай. - Мы не... - начал Чон, вспоминая аварию. - Конечно, мы придем! - перебила его Хаён. Они втроём сидели на диване в гостиной. Джей радостно воскликнул: - Заодно увидите девушку Чимина. - Что? - в один голос произнесла пара. - Они уже неделю встречаются, он вчера сообщил мне. Вы бы его видели. - Что он? - уточнил Чон. - Светится, как Намджун. Ей богу, вы, парни, меня так скоро единственным холостяком в компании оставите. - Не нашёл ещё «ту самую»? - смеясь, сказала Хаён. - Никто не сияет ярче моей зеленой малышки. Они ещё немного поболтали, а затем Хосок уехал на встречу с Юнги. Который, кстати, все-таки простил Чонгука, когда младший встал на колени. - Давай поговорим, - серьёзно начал Чон, когда они остались одни. - О чем? - Я не хочу, чтобы ты ехала на эти гонки. - минутное молчание. - Ты боишься, что авария повторится? - кивок, - Я больше не сяду за руль, Чонгук. Больше никогда. Я... Боюсь, что эта тяга к адреналину заберёт меня у тебя. - Заберёт? - Я не хочу умирать, Чонгук. Мне есть ради чего жить. - И ради чего? - Ради тебя, глупый. Они начали целоваться, сидя на мягких подушках в гостиной, но Чон отстранился и поднялся на ноги. - Ты мне доверяешь? - протянул руку. - Я доверяю тебе. Я люблю тебя.