Сердцебиение

      — Люциста, тебе нравится?       — Да, Милуш, довольно приятно.       — Может, выпьем ещё вина?       — Вина? С дуба рухнул? Мы на работе!       Моргенштерн осадила итальянского мафиози, благодаря которому вообще вся семья Моргенштернов могла жить на Сицилии. Эдакая штаб-квартира, окружённая охраной по всему периметру. Ссориться с Милушем не хотелось, пусть даже у него пятнадцать бывших жён. Становиться шестнадцатой тоже не хотелось. И вообще, куда делся Слайз?       Люциста стояла спиной к Милушу, демонстрируя весьма откровенный вырез на спине.       — Дивное платье, — оценил он. — Где твои крылья, которые нравились мне?       — Глубоко. Как раз там, куда тебе соваться не следует. Без обид, Радко, но я тебя насквозь вижу.       — Да что ты, — когда девушка повернулась, он замолк и улыбнулся.       Блеснул золотой зуб, слегка пошевелились кудри цвета талого шоколада. Каждый день демона начинается с настроения. Сегодня Милуш был загорелым молодцом лет двадцати пяти. Выглядел старше Люцисты.       — Разве я способен на гадость? — изображая невинность, Милуш начал жестикулировать, как это свойственно всем итальянцам.       — Все вы мужчины одинаковы, — поморщилась Люциста, закуривая «Вдову» и выпуская дым через ноздри.       — М-м-м, дивный запах, — закрыл глаза Милуш и продолжил говорить так, — я слышал, тебя Сайлас достал. У меня есть досье и крепкие ребята, одно моё слово — и он тебя не достанет.       — Да ну, — хмыкнула Люциста, — я сама справлюсь, мне не нужен папик.       — И вот ты говоришь о мужчинах… Допустим, я не святой, но ведь и Слайз тоже. Он мужчина, насколько это можно применить к его… гм… сути.       — Он воспитанный, интеллигентный и милый. Он не демон и не человек. Это… просто многовековое наследие Тартара. Их обучают убивать и быстро думать о сложных вещах. С ним у меня полное взаимопонимание. К тому же, что ты хочешь взамен?       — Поцелуй, — подмигнул Радко. — Забудь о Слайзе, ведь рядом я.       — Что ты, что Сайлас, — измученно произнесла Люциста, не преминув скорчить лицо в отврате. — Мне что, женить на себе Слайза, чтобы от меня все отстали?       — Ты весьма вызывающая особа, обожающая внимание. Тебе его оказывают, а ты сопротивляешься. Я тебя не понимаю тебя, bella donna.       — Я одеваюсь так, как захочу, а если кто-то не может удержать член в штанах, то это уже его проблемы, — окурок Люциста оставила в пепельнице.       — Феминистка? — склонил голову Милуш. — Ты серьёзно?       — Имею право, — пожала плечами демонесса. — Я взрослая девочка, Милуш, и знаю, чего я хочу от жизни и чего хочет жизнь от меня. Если ты не согласен, то проваливай подобру-поздорову.       — Non, — покачал головой Радко. — Люциста, не заставляй меня проявлять свою сущность.       — А ты — меня, — она встала руки в боки.       — Не забывай, что у Моргенштернов много врагов, и если я щёлкну пальцами, то вся твоя семья окажется в опасности. Тебе лучше подчиниться. Люциста ухмыльнулась.       — Йенс мне не откажет, если ты скроешься с моих глаз. У него ребята покруче — чистокровные демоны, тёмные рысаки. Так что можешь не продолжать подмазываться. Я люблю Слайза. И точка.       Милуш усмехнулся.       — Хорошо, bella donna, но ты пожалеешь о своём отказе, — поднимаясь с кресла, хмыкнул он.       Моргенштерн это не понравилось. Она достала пистолет и дулом приложила его к затылку Милуша.       — Знаешь, что? — недобро улыбнулась Люциста. — Ты мне не указ. И я сама вполне себе способна защитить себя. К тому же, я знаю о твоей дружбе с Молохом. А уже если замешан Молох, то дело вообще пахнет жареным. Угомонись и вали отсюда.       Милуш вздохнул, повернулся и хотел было возразить, но произошёл выстрел. Точный, близкий, мощный. Голова разлетелась, как грецкий орех. Тело рухнуло на пол, истекая кровью. Люциста вздохнула и перешагнула через труп, убирая пистолет обратно в стол. Она окончательно потушила сигарету и направилась к выходу.       — Девочки, приберите здесь, у нас тут шовинист и женоненавистник. Пускай воскресает как можно дальше отсюда.       — Да, миледи!       Сама Люциста вздохнула.       — Слишком много психопатов вокруг меня. Что со мной не так? Да, я… ну… необычная. Но это же не повод пихать свой член во что попало. Будем честны: следующего я пристрелю сразу же.       Моргенштерн ещё немного пожалела себя, но потом на лифте доехала до последнего этажа в высотке казино «Бордо», где должен быть Слайз. Люцисте много усилий стоило переманить его из старой квартиры, похожей на монашескую келью. Слайз хмыкнул, но не удивился, когда увидел любимую.       — Опять на тебе грязная работа?       — Скорее, грязь сама липнет, — улыбнулась Моргенштерн. — Пристают всякие придурки — патронов не напасёшься, — она прищурила глаза. — Похоже, я очень грязная… Может, стоит принять душ?       Слайз слегка смутился.       — В голове ни одной приличной мысли.       — Отлично, набирай ванну, я скоро буду.       Распрощавшись с грязным платьем, Люциста разделась и собрала волосы в пучок. Взяла пару капель молочка для тела — она должна благоухать. Помазавшись, Моргенштерн сладко потянулась, улыбнулась и запрыгнула в ванну, где сидел Слайз, который не знал, куда себя деть.       — Расслабься, — она нависла над ним, — а то ты как на эшафот.       — Сложно расслабляться, когда перед тобой восхитительная грудь, — улыбнулся всё-таки Слайз.       Чтобы было поменьше смущающих разговоров, Люциста коснулась губ Слайза своими и оседлала его бёдра, чтобы покрепче обнять. Было чертовски приятно — мягкая и тёплая, соблазнительная и своенравная Люциста, ароматная горячая вода, мыльная пена, попахивающая сиренью.       Ладони секретаря коснулись спины, поясницы, ягодиц возлюбленной. Аккуратно поглаживая, он уселся поудобнее, чтобы Люциста могла полежать на его чешуйчатой груди.       — От тебя ещё пахнет кровью, — хмыкнул Слайз. — Убивать плохо, Лю.       — Это Люциан так на тебя влияет, да? Странно, что об этом мне говорит секретарь самого Молоха.       — Помнишь один сериал? — произнёс ящер, мягко касаясь влажных волос Люцисты. — Главное — убивать чудовищ. И среди демонов их очень много.       — Думаю, Милуш и Сайлас были чудовищами.       — Ты опять не позволишь мне охранять тебя?       — Нет, — Люциста поднялась, смывая с груди пену. — Но всё остальное в твоём распоряжении.       Она приблизилась, чтобы Слайзу было удобнее ласкать такую привлекательную грудь. Он касался шершавым языком сосков и мягко массировал, ощущая нарастающее возбуждение.       Не было поцелуев слаще, чем касание губ любимого ящера.