Soul Eater

      Совесть, будь она неладна, схватила меня за грудки и трясла до тех пор, пока не закружилась голова. Я скрипнула зубами, рискуя раскрошить их в пыль, резко сменила траекторию и с боевым кличем понеслась на помощь капитану. Твари, решившие уже, что мой зад унесло уже далеко, не ожидали, что их снесёт рукоядь алебарды. Выставив её перед собой, как черенок лопаты, вторглась в кучу зомби и сбила их как кегли. Страйк!       Ангел лежал в грязи, хрипел и поднимал культю над собой, не веря собственной потере. Шлем сполз с головы, являя некогда белые волосы, коротко состриженные явно тупыми ножницами. Он был красив и жалок одновременно. Удивительно, что ранее мы не встречались ни в одном конце Убежища.       Ударив остриём очередную тварь, что быстро очухалась от удара, я подхватила ангела под руки и попробовала поднять. Но мужская тушка, ещё и в броне, весила без малого сто с лишним кэгэ, поэтому мой жест альтруизма летел крахом. — Давай, родненький, помоги мне своими опахалами, — на выдохе произнесла, ещё раз подняв.       Твари окружали, ещё немного и могли кинуться. Они вошли в некий азарт, обнаружив нашу беспомощность. А ещё… я начала вязнуть под тяжестью. Быстро вырваться не выйдет. — Если я умру, в Городе Мертвых тебя достану и убью ещё раз! — захныкала, шлепнув по щеке, теряющего сознание, капитана.       Ангел очнулся, взбодрился, начал вроде дрыгать крыльями. Но мы вязли. Я захныкала пуще прежего, достала эссенцию и шлёпнула ей ему в лоб. Кристалл, не смотря на свою твердость, рассыпался крахмалом ему на нос. И, о чудо! Мужчина резко взбодрился, схватил меня за талию целой рукой и поднялся ввысь. Но это было его последним выходом силы, он немого обмяк и тащить пришлось всё-таки мне.       Когда мы добрались до оплота нашего Убежища, я шлёпнула его тушу чуть ли не на головы ангелам, и поспешила ретироваться. Вылетая из ангара, с непривычки зацепилась за дверной проём, чуть было не сломала нос, но так же быстро и героически поднялась, юркнув на улицу.       Желтый смог испарений болот мешал передвигаться, но я чувствовала, что если лететь только вперёд, то когда-нибудь это закончится. Так же, в голове блуждали мысли: где именно пентаграмма Вульгрима. Хитрый чёрт не располагал их в местах видимых, поэтому придётся хорошенько порыться. Стоило даже спуститься в метро, по старой памяти… Мимолётно, но я запомнила путь.

***

      Пыль подземелий осела на перьях и делала их тяжелее, как половик, не выбиваемый сто лет. Собственно, ровесник этой самой пыли. Сдержав чих, я прижала их плотнее к телу и пригнулась в узком проходе, подметая длинными лопаточными перьями пол. Впереди звинели ловцы снов на сквозняке, гарантируя мне коечную цель. Искала я не долго, а так как застала рассвет, твари ушли глубже в переходы. Наверное, Вульгрим это учел, раз натыкал свои прибежища в таком количестве. Ниже, думаю, не рентабельно. Но они там есть, знаю.       Я присела на корточки и постучала по резному камню. В прошлый раз это работало именно так. Сейчас ответом была тишина, и никакой тебе таблички «обед». Топталась я так минут десять, стукала ногой, рукой, камнями, пока обладатель сей пентаграммы не выполз наружу. — О, моя драгоценная пташка, — оскалыбился торговец. — Как дела? — Перетащишь меня к Древу, где люди? — попросила. — Путь к моим тропам ограничен, я не могу пускать по ним всех желающих, — улыбнулся тот ещё шире. — Как я буду отдавать тебе долг, если помру по пути? — отметила. — Ну давай же. — Тоже верно, — тронул когтем подбородок. — Не боишься, если попрошу за это ещё что-нибудь? — Если помру, бояться будет нечего, — нагло подвинула его, ступая в круг. — Поехали, мне на третий этаж. — Ты мне нравишься, пташка, — демон приобнял за талию. — Можно, я оставлю тебя себе?       От его прикосновений стало тошно, но я скрыла это за улыбкой. — Как птицу Говорун? Спасибо, откажусь от такого предложения. — Ты уже стала самой собой, чувствуешь?       Мир вокруг поплыл. Мы резко оказались в его скромном мирке, заваленном барахлом. — Я чувствую ещё ту девушку, поэтому не могу согласиться, — дала поздний ответ. — Твои чувства и манера общения совершенно не вяжутся между собой.       Торгаш прошёл к полкам и не торопился открывать Норы. Он долго копался в товаре, после чего выудил из ящика что-то круглое и металлическое. Только я обрадовалась, что это какой-то сувенир, как узнала предмет. — Передай всаднику, он так был расстроен и торопился, что кое что забыл. — И как ещё не вернулся? — удивилась, принимая маску. Суровые глазницы глядели с осуждением. — Пока он в маскировке, он ему не нужен, — улыбнулся демон.       Я взяла её под мышку, как арбуз, и выжидающе уставилась. Вульгрим потёр руки, направляясь к одной из лестниц. — Иди вверх, тропа приведёт, — указал рукой.       Я кивнула в благодарность и пошла. Плитки складывались в дорожки, а после исчезали, отрезая путь назад. Пока ступала, вертела часть брони, как самородок. Стеклянные окуляры блестели желтым и манили. Поддавшись соблазну, приложила её к лицу и завертела головой. Ничего интересного не обнаружила, никакого бортового компьютера, как у Тони Старка, разве что виделось всё в разы чётче. Её свойства были полезны только самому хозяину, для меня же это обыкновенный эффект солнцезащитных очков или противотуманных, водительских.

***

      «Лифт» привел не на третий этаж, скорее на второй. До Древа пришлось топать пешком, поднимаясь вверх по громадному корню, играющему роль ступеней. Густая, необычайно яркая для этого места, крона, шелестела на ветру, даря умиротворение. Если у вас проблема, и срочно требуется помощь психолога, то посетите данное место — успокоит в миг. Я на даже поймала себя на мысли, что хочу сесть и просто слушать шёпот ветра, уносясь вдаль от суеты. Но продолжала идти, передвигая ногами с мазолями, понимая, что отдых будет только на том свете.       До сих пор не могу понять: зачем пошла на сделку? Да потому, что думала, что это сон, и у меня есть некий квест — не сгинуть. И вот, пожалуйста, пожинаю плоды своего скептицизма. Самозванка с долгами. И просто позор расы, так как якшаюсь со всадником и ловлю себя на мысли, что за подобную связь на Небесах отрывают голову. В переносном смысле.       Ко-о-о-одекс. Тьфу. В жопу себе засуньте этот Беллум, ведь сами толком не понимаете его значений.       Наконец, вершина была настигнута. Это как восхождение на Эверест, в которое есть время подумать о Вечном. Людишки стучали ложками по чашкам, ещё сонные, Ультейн раздувал печь и что-то насвистывал. Атмосфера утра и беззаботности. Только Джонса нигде не наблюдалось. Он не воспользовался браслетом и теперь скрывался? Или спал? Хотя, о каком сне говорить за Всадника Апокалипсиса. — О, кто к нам явился!       Я вздрогнула от грубого баса, но выдавила улыбку и помахала кузнецу. Тот утёр широкой лапой лицо, не выпуская с рук кочергу. — Где Джонс? — сразу задала вопрос, чувствуя на себе злые взгляды людей.       Они косились на меня, как на врага народа, напряжённо жевали, будто я начну отбирать у них чашку с кашей.       Творец указал на дверь, прикрытую драной тряпкой. Местами, через дыры, проглядывался свет соседней комнаты. Благодарно кивнув, я двинулась туда.       Внутри пахло жженой бумагой, кожей и деревом. При подробном рассмотрении, я не обнаружила пепла или станка, по изготовлению материалов. Только оружие, воина, склонившегося над картой и свечи. Он был в своём обычном облике, чего я совсем не ожидала, и даже застыла на полуслове приветствия.       А растерялась я потому, что никогда не видела его лица. Внутри всё замерло, как будто я вот-вот увижу единорога. Но он не торопился поворачиваться. — Я думал, ты не вернёшься. — Необычайно спокойно произнёс всадник. Его голос немного отличался от своего обыденного — более серьёзный. — Даже не смотря на то, что ты невыносим, мне пришлось, — достала кристалл, помахивая им в воздухе. — О как, — хмыкнул тот и подошёл. Брать эссенцию не торопился, уперев взгляд. — Ты ничего не забыла? — Что же? — не поняла, опустив руку с зелёным свечением.       Золотые глаза смотрели хищно. Он как ястреб, заметивший добычу. Несомненно, ликовал от моей растерянности и бегающим глазам, пытающимся ухватить каждый сантиметр его лица. Такой молодой, не лишенный старых шрамов. Прямой нос, правильные черты лица, тонкая полоса губ, являющая озорную улыбку. Заостренные зубы, но имеющие больше общего с человеческими, чем с демонами… как и Война, он не был лишён красоты и мужества, однако было в нём что-то отталкивающее… Некая сучность что-ли.       Не дождавшись ответа, он наклонился и завёл свою руку мне за спину. Это было бы довольно романтично, не будь Раздор таким грозным.       Нащупав маску, он снял её с крепления на поясе. — Это ты отдавать не планировала? — продемонстрировал свою собственность. — Хотела взглянуть на тебя, — хмыкнула.       Забыла. На самом деле совершенно забыла, даже не смотря на то, что он был без неё, раззявив рот. — В любом случае, спасибо, — хмыкнул тот, так же забирая эссенцию. — Если кому скажу, не поверят, что всадник Апокалипсиса благодарит ангела, — хмыкнула. — Правильно, тебе и не поверят. И да, держи, — он протянул браслет. — Не понял, — уставилась на украшение. — Тебе это больше пригодится. Я решу свои проблемы, не переживай. Ты ведь не простой ангел, так? — Конечно. Глупый, раз вернулась, — растерянно пожала плечами. — Не юли, — всадник подмигнул. — Тебе нужна помощь? Нужна. Очень. — Молчишь? Думаешь ещё? — поднял он чёрные брови. — Тебе не выжить в Пепельных Землях со своими крыльями. — И поднял палец вверх. — Воздух горячий, тяжёлый. Ты помрешь там как муха в банке. — А что, ты больше тут не нужен? — Думаешь, это займёт много времени? — Думаю, — напряглась.