Наследие драконов: Пепел и серебро

      — Слезь с меня, проклятый человечишка!       Киган послушно засеменил ногами, пытаясь выполнить это требование, но, поскольку не имел другой опоры, кроме той, что поминала сейчас всех драконьих предков, справиться с задачей не смог.       Наконец Айрел не выдержал и решил проблему за него — с силой толкнув друида, он вынудил того свалиться с себя — прямиком в вязкую жижу. Киган захлебнулся, засучил руками, пытаясь выплыть, и, когда ему это наконец удалось, едва не врезал жрецу по сияющей самодовольством перепачканной мордашке. Кигана всегда было трудно разозлить. Но Айрел за прошедшие сутки успел справиться с этой нелёгкой задачей лучше, чем кто бы то ни было до него.       — Потрясающе! — заметил тем временем жрец, оглядываясь по сторонам.       — Не разделяю твоего восторга, — Киган, однако, заставил и себя сосредоточиться на окружающем мире. — Где мы? Какой-то подвал?       — Это склеп! — когда Айрел посмотрел на Кигана, тот увидел в его глазах неподдельный восторг.       — Больше похоже на канализацию… Но даже если ты прав, не понимаю, чему тут радоваться. Кругом полно полусгнивших мертвецов. Надеюсь, драконьи трупы, по крайней мере, не имеют привычки вставать и летать по ночам?       — Ты не понимаешь! — фыркнул Айрел и, ткнув пальцем в некое подобие берега, видневшееся около стены, первым побрёл туда. — Подвал затопило во время дождей. Мой народ редко строит на земле и, скорее всего, этого не предусмотрел. Но сами погребения находятся достаточно высоко — вряд ли они могут быть повреждены.       — Мы что, полезем их обыскивать?       — Вряд ли в одном из них может быть Око Луны. Зато… — жрец обернулся к Кигану, и лицо его сияло, — рядом со склепом должны находиться сокровищница и архив.       Киган хмыкнул.       — Ты правда думаешь, что какому-то коменданту… пусть бы и дракону, придёт в голову сбрасывать неугодных в сокровищницу?       Однако Айрел уже не слушал его. Он поднёс к губам пальцы, унизанные перстнями, и что-то зашептал. Один из перстней замерцал неярким светом, и, вытянув руку перед собой, жрец принялся изучать стену.       — Конечно, нет, — бросил он через плечо, внимательно разглядывая барельеф. Хмыкнув, Киган приблизился и вынужден был признать, что стены канализационных туннелей подобным образом не расписывают. — Из склепа помимо люка, в который мы провалились, должна вести как минимум одна дверь — как-то же заносили сюда мертвецов. Скорее всего, она была заперта магическим замком. Но теперь магия покинула это место, разве ты не чувствуешь? И значит, мы легко… — Айрел прикрыл глаза и нежно надавил на каменную плиту, — пройдём, — закончил он, когда часть стены отъехала в сторону и перед ними в самом деле открылся дверной проём.       Киган хмыкнул. С толикой уважения посмотрел на жреца.       — А ты ничего, — буркнул он и первым шагнул вперёд.       В помещении было темно, но уже через несколько мгновений Айрел со своим светящимся кольцом оказался у него за спиной и Киган смог различить контуры книжных полок и набитых свитками шкафов.       — И правда похоже на архив, — признал он. — Будем обыскивать всё подряд?       — Хорошо бы, — Айрел с жадностью смотрел на почерневшие свитки, — но времени нет. Сосредоточимся на том, чтобы разобраться, что это за крепость и где может быть Око.       — Ещё неплохо бы найти карту и выяснить, где выход, — напомнил Киган, но Айрел не слушал его. Он уже приближался к пюпитру, на котором лежал раскрытый посредине фолиант. Упавшая на бок чернильница залила часть страниц.       — Смотри, — Айрел аккуратно подцепил кончиками пальцев последнюю страницу и перевернул. — Это летопись. Последняя запись была сделана… двенадцать лет назад.       Киган нахмурился.       — Уже после того, как пали Острова.       — Да.       Киган полистал фолиант ещё и слегка озадаченно произнёс:       — Она и начата не так давно. Похоже, это место пустовало десятилетиями и было заселено драконами только пятнадцать лет назад.       Айрел задумчиво листал страницы одну за другой. Продолжил он только тогда, когда Киган ткнул его в плечо.       — Похоже, — нехотя сказал жрец, — это место когда-то служило гарнизоном, призванным удерживать перевал, отделяющий ныне северные фьорды от Арканума. Новые хозяева пришли сюда, — он вздохнул, делая над собой усилие, — по приказу принца Сильверина. Определённо, он должен знать об этой башне куда больше, чем написано в летописях. Но вряд ли захочет об этом говорить. Его приказ держался в тайне… ото всех.       — Зачем ему понадобилась крепость на земле? Я думал, драконам наплевать на людей.       — На людей ему скорее всего было наплевать. Дело в другом. Тогда уже это место оборудовалось, как хранилище для какого-то амулета. Здесь нет названия — только слово «Тень». Пятнадцать лет назад… — задумчиво повторил Айрел, поднимая глаза от книги. — Как раз тогда, когда принц оставил королевские чертоги и вопреки запрету матери отправился в странствие по земле. Вернувшись, он принёс Око Луны… и проклятую Прародителем связь.       Айрел задумчиво побарабанил пальцами по страницам книги. Глаза его скользнули вверх и замерли на лице Кигана, пристально следившего за каждым его движением.       — Продолжай, — поторопил тот.       — Тебе… правда интересно? — спросил жрец.       — Конечно. Я мало знаю о драконах, но всегда рад лучше понять окружающий нас мир.       Айрел отвёл взгляд.       — Обычно мои рассуждения навевают на людей тоску, — он прокашлялся и добавил: — Спасибо. Так вот. Есть легенда… Она длинная… Если захочешь, расскажу как-нибудь потом. Но суть состоит в том, что, когда из пламени Прародителя Драконов появился сущий мир, каждое существо в нём имело свою тень. Изнанкой каждой истины стала ложь. То же касается и священных предметов: у Ока Луны, у Сердца Звёзд и у Небесного Клинка — у каждого из трёх есть свой антипод. Понимаешь, что я хочу сказать?       — Амулет, за которым мы пришли, имеет пару, — Киган кивнул. — И, чтобы утаить её от других драконов, Сильверин создал это место. Очевидно, этот амулет стал его слабостью, — Киган запнулся, в одно мгновение вспомнив истёртую металлическую пластину на груди Вермандо. — Но что произошло потом? — спросил он.       — Потом… — Айрел облизнул губы и принялся быстро листать страницы, — потом произошло падение Островов. Тут часть страниц залита чернилами, а другие слиплись от воды, но, видимо, Сильверин зачем-то спрятал Око здесь. Следующая запись, которую я могу прочитать, относится уже к дню после падения Островов, — Айрел вздохнул. — Летописец сообщает… что комендант обезумел — должно быть, от горя. Он принял драконью форму и не смог или не захотел вернуть себе человеческий облик. Его помощник пытался взять на себя командование и послать запрос о помощи — но помощи ждать было неоткуда.       Айрел на мгновение закрыл глаза.       — Он убил их всех. Собственных людей. Летописец сообщает, что он сделал это потому, что «никто не должен оставаться живым, когда мир его мёртв».       — Но летописец ещё был жив, раз смог это написать?       Айрел кивнул.       — Возможно, он смог бежать через подвалы? Нужно отыскать проход, которым он ушёл.       Киган огляделся по сторонам.       — Если это всё, что мы хотели здесь выяснить, то у меня есть одна мысль, — сказал он.       Заметив выжидающий взгляд жреца, Киган прикрыл глаза и представил себе двор крепости и вход в донжон. Сосредоточился, призывая магию. Вытянул руку перед собой. Какое-то время ничего не происходило, а затем с пальцев друида соскользнул магический свет и поплыл над полом, прочерчивая светящуюся дорожку. Он прошёл сквозь одну из стен между шкафов и исчез где-то с другой стороны.       Не дожидаясь, пока Киган закончит, Айрел подошёл к стене и принялся искать открывающий механизм.       — Вот, — друид первым заметил выступающую плиту и надавил на неё.       Стена отъехала, открывая проход, и в нос обоим ударил тошнотворный запах тлена.       — Ещё один склеп, — кашляя, заметил Киган.       Айрел, не обращая на него внимания, шагнул вперёд — и замер. Свет его перстня не мог охватить всё пространство от стены до стены, так огромна была зала, расположившаяся с другой стороны прохода. Но не это удивило жреца.       — Кажется, летописец всё-таки не ушёл, — прошептал он. И, проследив за его взглядом, Киган вынужден был признать, что спутник прав: истлевшее тело лежало прямо на полу. От него мало что осталось — крысы сделали своё дело, однако на длинном балахоне ещё можно было различить вышитую серебром руну знания — Ансур. Там же, над мёртвым телом, восседал на широком возвышении дракон.       Некогда чешуя его была чёрной, как ночь. Кожистые крылья могли бы обнять собой десяток человек.       Теперь же от дракона осталось так же мало, как и от летописца — пожелтевший скелет обтекали волны призрачной энергии. И только зелёные огромные глаза мерцали так же, как и много лет назад.       Услышав шум голосов, дракон вытянул шею и метнулся на звук. В последнее мгновение Киган успел произнести несколько слов и прочертил в воздухе магический знак. Купол тьмы накрыл обоих путников. Дракон замер, скаля пожелтевшие зубы и вглядываясь в темноту. Вытянул шею, принюхиваясь. Покрутил головой и с диким криком взмыл к потолку.       — Пронесло… — прошептал Айрел.       — Идём, — Киган ткнул его в бок. — Сокровищницу пусть ищет Давен, мне хватило того, что я уже нашёл.       Тучи над башней заброшенного гарнизона были такими густыми, что казалось их можно потрогать рукой. Порывистый ветер трепал плащ Давена, спутанные волосы Сильверина лезли в глаза, но он сидел неподвижно. Оба — принц и его воин — смотрели на небо. Туда, где, заслоняя горизонт, из крепостного рва медленно поднимался призрачный силуэт. Крылья дракона сливались с облаками, и только лёгкие колыхания позволяли различить их в наступившем сумраке. Череп проглядывал сквозь густую пелену, заменившую призраку лицо.       Пальцы Давена крепко стиснули меч.       — Твоя магия вернулась? — прошептал он.       — Не знаю, — Сильверин качнул головой. — Что-то — да, что-то — нет, — он сглотнул. — Давен, я не стану его убивать. Он же… он — дракон.       Давен стиснул зубы и пристально посмотрел на него, но ничего не сказал. Отвернулся, сосредоточившись на гигантском силуэте, медленными взмахами крыльев разгонявшем холодный осенний воздух.       — Тогда уйди, — сказал он так же тихо, — спускайся вниз. Я справлюсь с ним.       — Я не уйду. Я боюсь… боюсь снова тебя потерять.       Давен снова стиснул зубы, чтобы не закричать на него. Сильверин спрыгнул с постамента вниз, запахнул разорванную рубашку. Ощупал жилет, проверяя, на месте ли Око.       Давен тут же шагнул вперёд и вбок, заслоняя принца собой.       Дракон, повисший напротив башни, был давно и безнадёжно мёртв. Однако, это не сделало его ни милосердней, ни слабей. Он изогнул шею, заглядывая в ограждённый колоннами проём. В зелёных глазах, выдавая безумие, сверкал бешеный огонь.       — Кто ты? — спросил Давен, вынимая из ножен меч. Дракон отшатнулся, когда свет, исходивший от клинка, коснулся его глаз, и издал неразборчивый звук.       — Ты бросаешь мне вызов?       Дракон снова изогнул шею и открыл пасть, намереваясь, видимо, дохнуть призрачным огнём. Давен приготовился отразить атаку мечом.       — Каифель! — внезапно раздалось у Давена за спиной. Дракон замер, не закрывая рта. Изогнул шею сильнее, пытаясь рассмотреть говорившего.       — Сильверин! — прошипел Давен, пытаясь задвинуть принца себе за спину, но тот легко ускользнул от его руки и, обогнув своего защитника, вышел вперёд.       — Мне жаль, что так произошло, — произнёс принц и сделал ещё шаг — так, чтобы Давен уже не мог дотянуться до него.       Дракон наклонил голову ещё ниже, заглядывая Сильверину в глаза, и глухо зарычал.       Принц извлёк из-под жилетки амулет и выставил перед собой.       — Прости, что обрёк тебя на посмертные муки, Каифель. Ты выполнил свой долг. Твоя служба не будет забыта.       Из пасти дракона вырвался болезненный хрип и Давен не поверил своим ушам, когда расслышал в этом выдохе:       — Отпусти…       Сильверин облизнул губы. Ему ужасно хотелось отвести взгляд, но он продолжал не отрываясь смотреть на дракона.       — Сначала скажи… что здесь произошло?       Поток образов затопил сознание Давена. Краем глаза он видел, что и Сильверин замер, потому как перед его мысленным взором разворачивались те же картины.       Человек в сером доспехе, из-под которого виднеется заляпанный грязью хитон. Клинок в его руках. Боль и тело дракона, бьющееся на земле.       — Как его имя? — раздался голос Сильверина, как будто бы из другой вселенной. Одно-единственное слово заполнило сознание: «Гареон». Сильверин закрыл глаза, его дрожащая рука опустилась ниже, но не выронила амулет.       — Я благодарю тебя, — тихо сказал он, — ты свободен от своей клятвы, Страж. Пусть в когтях Прародителя твоё сердце обретёт покой. Всё ещё не в силах двинуться с места, Давен наблюдал, как призрачный силуэт тает, разлетаясь хлопьями тумана. Кости, лишённые силы, удерживавшей их в заточении, с треском обрушились во двор.       Сильверин развернулся и, прильнув к Давену, спрятал лицо у него на плече. Руки его впились в шею воина, обнимая, притягивая к себе, не желая отпускать. Принц всхлипнул.       — Тихо, — прошептал Давен. Он всё ещё сжимал одной рукой меч и потому не мог даже обнять Сильверина в ответ. Только гладил свободной рукой по волосам. — Тихо, всё уже закончилось, Рин.       Рин всхлипнул в последний раз.       — Знаю, — прошептал он. — Просто устал.       — Теперь всё будет хорошо, любовь моя. Мы вернёмся… — он хотел сказать «домой», но горло сдавил спазм.       Сильверин оторвал голову от его плеча.       — Нам ещё многое предстоит, Давен. Возможно, ты ещё пожалеешь о том, что нашёл меня. Но, как бы там ни было, я рад, что ты со мной. Сильверин хотел сказать что-то ещё, но снизу послышались крики, и, повернув головы, оба увидели Айрела и Кигана, выбиравшихся из-под арки, наполовину утопленной в землю. Варна, придерживая Джудаса, бежала им навстречу.       — Идём, — сказал Давен. — Для начала надо найти место, где нас не будут пытаться убить. А там и поговорим.