Сыны Дурмстранга

Они шли по твёрдой, промёрзлой земле. Тут и там встречались крохотные лужицы, которые уже успели затянуться тонкой коркой льда. Воздух был холоден, и при каждом выдохе из ноздрей вырывались облачка пара. «Здесь даже холоднее, чем я думал, а ведь ещё только начало осени», — с некоторой грустью подумал Гарри. Он покосился на Гермиону — она наглухо замоталась шарфом, а её щёки раскраснелись. Гарри невольно засмотрелся на неё и лишь каким-то чудом не упал, запнувшись об корень. — Осторожней, — без особого выражения, пробормотала пожилая волшебница по имени Катрина Орлина, бывшая в Дурмстранге, как понял Гарри, кем-то вроде Филча. Она встретила Гарри и Гермиону на небольшой, освобождённой от деревьев поляне, где-то глубоко в лесу. Меры предосторожности, которыми так гордился Дурмстранг, обязывали его посетителей прибывать не сразу в школу, а в специально отведённое место, на некотором расстоянии от замка. Спустя несколько минут все трое наконец вышли из леса и оказались в довольно большой долине. Гермиона невольно вздохнула, поражённая прекрасным видом, и Гарри был готов к ней присоединиться. Со всех сторон их окружали величественные горы, с белыми шапками на остроконечных вершинах. Красноватый свет заходящего солнца окрашивал их, а круглое горное озеро, с чистейшей водой, отражало на своей поверхности проплывающие в небе облака. Однако почти сразу восторг на лице Гарри сменился настороженностью. Как бы он ни вглядывался в стремительно подступающие сумерки, он так и не смог различить не то, что замка, но даже крохотной лачужки. Долина была совершенно пуста и необитаема. Гермиона перехватила его взгляд и тоже напряглась. — Простите, нам ещё долго идти? — осторожно спросила она. — Уже пришли, — послышался ответ и Катрина резко остановившись, запустила руку в карман и извлекла оттуда два клочка пергамента. — Прочтите это про себя. Гарри и Гермиона так и сделали. Текст к счастью был на английском, ведь они пока не пили зелье Общего Языка и наверняка ничего бы не поняли. Всего две строчки, написанные ярко-красными чернилами, гласили: «Господин Гарри Поттер! Древняя и величественная школа магии Дурмстранг приветствует вас и готова поделиться с вами своими знаниями и мудростью, — а чуть ниже шла подпись. — Директор Дурмстранга: Грайдлон Вилон». Лишь стоило Гарри прочесть последнее слово, как мир вокруг него стал меняться. Всего в какой-то паре сотне футов от него, прямо из воздуха начал расти четырёхэтажный замок. Он был построен из чёрных монолитных плит. Три его квадратные башни, одна выше другой, тянулись к небу. На их шпилях Гарри заметил флаги Дурмстранга, которые он видел ещё в прошлом году, во время турнира. По поверхности озера сначала пошла рябь, а затем посреди него появился тот самый корабль, на котором в Хогвартс прибыл Игорь Каркаров со своими учениками. — Теперь можно зайти в замок, — объявила Катрина и поманила Гарри и Гермиону за собой. — Директор уже ждёт вас. Он хочет поговорить с новыми учениками лично. — Она на секунду замолчала, но потом посчитала нужным добавить. — Большая честь. Коридоры этого замка были немного уже чем в Хогвартсе, однако то ли час был такой, то ли ещё что, но Гарри и Гермионе не встретилось по пути ни одного человека, и они шли свободно. Они поднялись по довольно крутым, но бездвижным лестницам сразу на четвёртый этаж. В конце длинного тупикового коридора была огромная арка, с закрывавшей проход тяжёлой дубовой дверью. Гермиона принялась было с любопытством осматривать вырезанные на двери руны, которые сплетались в причудливые узоры, однако Катрина дважды постучала дверным молотком и тут же отступила в сторону. Дверь отрылась со скрипом больше похожим стон раненного животного и Гарри шагнув внутрь, смог рассмотреть кабинет директора. В целом он был похож на кабинет Дамблдора. Здесь тоже довольно легко угадывалась величественная магическая атмосфера. Однако были и некоторые отличия. Так на стенах вместо портретов бывших директоров висели гобелены, изображающие сцены поединков магов с немыслимыми многоголовыми чудовищами. Все эти персонажи конечно же были «живыми» и двигались, уклоняясь от летящих в них заклинаний, с одной стороны и ядовитых зубов, с другой. У круглого окна, за грубо сколоченным столом, сидел довольно молодой темноволосый мужчина, лет тридцати пяти, сменивший на посту директора Каркарова. Он поднял на вошедших светлые, почти бесцветные глаза, и оглядел их быстрым, оценивающим взглядом. — Гарри Поттер и Гермиона Гренджер, наши новые ученики, — провозгласил он на довольно неплохом английском. По крайней мере он не так сильно коверкал звуки, как Катрина, которая к слову, незаметно покинула кабинет. — Я решил лично побеседовать с вами. Не каждый день в нашу школу просятся такие знаменитости. После ухода Виктора Крама, вы будете нашим самым известным учеником, господин Поттер. Директор выжидательно посмотрел на Гарри, однако тот предпочёл промолчать. Ему уже осточертели все эти разговоры об «Знаменитом Гарри Поттере». Вилон хмыкнул и кивнул. — Очень хорошо, господин Поттер, что вы не кичитесь своим положением в магическом мире. Здесь, в Дурмстранге все ученики равны. И вам придётся научиться жить по правилам нашей школы или покинуть её. Вы это понимаете? — Да, сэр, — быстро ответил Гарри. — У нас не принято обращение: «сэр» к преподавателям. Говорите «Директор» или «Учитель». А к имени добавляйте вежливое: «Господин» или «Госпожа». Вы скоро привыкнете, — Вилон открыл ящик стола и достал оттуда две склянки с прозрачной жидкостью. — Зелье Общего Языка. Рекомендую начать его пить немедленно и в течение всего года по два глотка в неделю. Гарри и Гермиона тут же последовали совету директора. Однако никаких мгновенных изменений они не почувствовали. — Хорошо, — кивнул Вилон. — Теперь поговорим о вашем обучении. Вы пропустили не так много, потому думаю легко нагоните нашу программу. Однако будьте готовы к тому, что она имеет довольно существенные отличия от Хогвартской. — Гермиона нервно кивнула. — В нашей школе есть три равнозначных факультета: Штрой, Раздум и Грашт. Обычно ученики свой первый курс учатся на общем, подготовительном факультете, а уже потом получают распределение. Но с вами всё несколько сложнее, поэтому вы сразу отправитесь на Грашт, так как он наименее заполнен. Вопросы есть? — Нет, директор, — хором ответили Гарри и Гермиона. — В таком случае, следуйте за мной. В нашем главном чертоге сейчас как раз ужин. И они не отставая от Вилона ни на шаг, поспешили спуститься на первый этаж. Главный чертог представлял из себя большую комнату, стены которого были обиты деревом. Потолок был самым обычным, на нём вместо отражённого неба висели многочисленные фонари. Четыре стола тянулись к пятому учительскому. За самым крайним и малочисленным сидели только первокурсники, одетые в общие цвета Дурмстранга, а именно в коричневые мантии. Второй стол состоял почти из одних юношей, одетых в ярко-красные одежды. Их лица были все как на подбор суровы и словно выточены из камня. Волосы были кротко подстрижены, а у немногочисленных девушек стянуты в тугие хвосты. Третий стол был сплошным зелёным морем. Здесь напротив количество девушек преобладало над количеством парней. Но они так же были чем-то незримо схожи друг с другом. И наконец четвёртый стол составляли ученики столь отличающиеся друг от друга, что сложно было понять, как они вообще все попали в одно место. Тут были огромного роста великан, с полностью отсутствующим взглядом. Рядом с ним крохотная девочка, которую едва было видно из-за стола. Пухлый, круглолицый мальчик и тощий, как щепка парень в очках настолько толстых, что глаза его казались ещё больше, чем у Трелони. Единственным общим фактором у них были одинаковые серые мантии. И только стоило Гарри подумать, что главное им не попасть сюда, как Вилон тут же направился к этому «серому» столу. Весь зал единым порывом поднялся на ноги, приветствуя своего директора. — Факультет Грашт, — Вилон указал на учеников в серых мантиях. — Теперь это ваш дом. Добро пожаловать! Он резко развернулся и не говоря больше ни слова, зашагал к своему месту директора. И только когда он сел в кресло, ученики вернулись к своему ужину. Гарри ободряюще улыбнулся Гермионе, она слабо улыбнулась в ответ. — Давайте сюда, здесь свободно, — послышался писклявый голосок паренька в толстых очках. Он приглашающе указал на места возле себя. — Меня зовут Дмитрий, то есть Дима, да лучше зовите меня так! Гарри и Гермиона представились в ответ и не сразу заметили, что говорят вовсе не на английском языке. Ужин в Дурмстранге был не то что беднее, а скорее более аскетичным, нежели в Хогвартсе. Не было здесь и золотых приборов и тарелок. Одним словом, всё, чтобы воспитать в учениках неприхотливость. Сразу после ужина, который к слову все ученики закончили одновременно, главный чертог пришёл в движение. Гарри не успел доесть свой тост, но был вынужден подняться из-за стола, когда Дима предупредил его: — Идём, Гарри, ужин уже закончен и нам пора в гостиную. Здесь в Дурмстранге всё происходит по графику. Факультеты, образовав несколько ровных колонн, направились к своим гостиным. У Грашта она располагалась в подземелье. Тоннель, ведущий к ней проходил хоть и не очень глубоко под землёй, однако стены его были сырыми и Гарри не мог не почувствовать резкий запах плесени. — Похоже на гостиную Слизерина, — пробормотал Гарри, когда они с Гермионой уселись в кресла, как можно ближе к очагу. — Хотя там было не так сыро. — Виктор ничего не говорил об этом, — задумчиво ответила Гермиона. — Здесь вообще всё не совсем так, как он рассказывал. — Простите, вы говорите случайно не о Викторе Краме? — крохотная девочка, которая на деле оказалась студенткой четвёртого курса по имени Майя Керти, подошла к ним. — Да, о Краме, а что? — В таком случае не удивительно, что он рассказывал вам только хорошее о Дурмстранге. Ведь он-то учился на Штрое! Гарри и Гермиона переглянулись. — А в чём разница? — спросила Гермиона. — Директор Вилон сказал нам, что все три факультета равнозначны. Общее бормотание в гостиной мгновенно стихло. Все теперь смотрели на Гермиону со смесью раздражения и сочувствия. — Равнозначны? — пискнул Дима. — Он и правда так сказал?! — Наглая ложь! — гневно сказала Майя. — На Штрое учится весь цвет нашей школы. Лучшие боевые маги, непревзойдённые дуэлянты. Те, кому директор предрекает большое будущее. Им досталась и уютная гостиная в башне и лучшее отношение учителей. — Точно! — поддержал Дима. — А Раздум, наш второй по значимости факультет. Там конечно ученики попроще. Боевых магов нет, но зато есть те, кто обладают другими талантами. Например, там в большом почёте зельевары и алхимики. Если ты хорошо знаешь древние руны и имеешь природный талант к древним языкам магии, тебе тоже туда. — А Грашт, — Майя обвела взглядом своих погрустневших товарищей. — Здесь у нас собраны все остальные. Все те, кто после первого курса не отличился ни большой силой, ни выдающимся умом. Гермиона казалось пришла в ужас. — Но даже, если так, не отправлять же вас за это в сырые подземелья! — Скажи спасибо, что таких как мы вообще терпят в Дурмстранге, — горько усмехнулся Дима и несколько человек согласно закивали. — Ладно, пойду я лучше спать, а то завтра тяжёлый день. Гостиная потихоньку начала пустеть, пока в комнате не остались только Гарри и Гермиона, которым совершенно не хотелось спать. — Мне немного не по себе, — тихо пожаловалась Гермиона. — Мне тоже, но думаю, всё наладится. Мы здесь только первый день и ещё ничего не видели, — если честно, то Гарри не очень-то верил в свои собственные слова. Их дальнейшее будущее в Дурмстранге казалось ему мрачным и туманным. Но, если он это открыто покажет, то только ещё больше расстроит свою подругу. — Спасибо, — прошептала Гермиона. Она всё прекрасно понимала, но была благодарна за слова поддержки. Гарри под действием какого-то порыва, не иначе, вдруг сказал: — Главное, что мы вместе, верно? — а потом смутился и добавил. — Как друзья. Я имел в виду, как друзья! — Конечно! Конечно! — так же быстро пробормотала Гермиона. Дальше их разговор как-то не клеился. Повисшая неловкость наотрез отказывалась уходить. В итоге Гарри решил, что лучше ему отправиться спать. И как раз вовремя! Ведь стоило ему только подняться с места, как магически-усиленной голос объявил: «Отбой!». В его новой спальне не было и вполовину так уютно, как в гриффиндорской башне. Но сейчас это было не важно. Длинный, тяжёлый день сказывался, и лишь только голова Гарри коснулась подушки, как он мгновенно заснул. И в эту ночь к счастью сон его не тревожили видения о Волан-де-Морте. Первое утро в Дурмстранге выдалось для Гарри не самым радужным. Разница во времени с Англией не позволила ему как следует выспаться. Казалось, он только заснул, а тут уже грубый голос пророкотал: «Всем студентам проследовать в главный чертог!» Гарри быстро оделся и накинул свою новенькую серую мантию со знаком факультета Грашт на груди — лицо человека с настолько расплывчатыми чертами, что узнать его не представлялось никакой возможности. Старосты, среди которых к немалому удивлению Гарри оказался и Дима, активно жестикулируя выводили учеников в коридор. Гермиона выглядела тоже сильно не выспавшейся, однако увидев Гарри, довольно бодро сказала: «Доброе утро, Гарри!» Выстроившись во всё те же колонны, ученики зашагали в главный чертог, где снова все ждали, пока своё место не займёт директор и не начнёт есть первым. На этот раз Гарри был готов к тому, что за столом не нужно терять время и потому успел основательно подкрепиться перед своим первым уроком. — Зельеварение! — фыркнул Гарри. — Если здешний учитель такой же как Снейп, то я этого просто не выдержу! Но учитель, а точнее учительница зельеварения была ничуть не похожа на Северуса Снейпа. Невысокая, рыжеволосая женщина средних лет смотрела на них с Гермионой вполне дружелюбным взглядом. — А-а, у нас в классе новенькие, — протянула она, слегка улыбнувшись. — Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер, если я не ошибаюсь? Меня зовут Анна Савинина. Надеюсь, мы с вами найдём общий язык. Гермиона подмигнула Гарри, и он понял, что она тоже вспоминает его самую первую встречу со Снейпом на уроке в Хогвартсе. — Начиная с этого года, вы считаетесь учениками старших курсов, — начала урок Анна. — А это значит, что вас ожидает ещё более углублённое погружение в искусство зельеварения. На следующих десяти уроках, мы с вами подробно разберём все те зелья, которые просто обязан иметь при себе любой маг, желающий выжить в условиях ведения боевых действий. Внимание класса было успешно захвачено, и профессор легко взмахнула волшебной палочкой. Из её платяного шкафа вырвался, проплыл по воздуху и осторожно опустился на стол небольшой ящик с дюжиной различных флаконов. Анна стала доставать их через один и вскоре вновь обратилась к классу. — Кто-нибудь из вас может опознать эти зелья? Гарри покосился на Гермиону и не ошибся. Её рука стремительно взлетела вверх. — Госпожа Грейнджер? — слегка удивилась учительница. Однако больше никто из класса отвечать не рвался и она кивнула. — Можете подойти к столу. Гермиона, явно нервничала. И не мудрено, ведь ей совсем не хотелось испортить первое впечатление о себе в новой школе. Она внимательно осмотрела выставленные в ряд флаконы и взяв первый из них, сказала. — Это бадьян — прекрасное зелье для заживления даже очень тяжёлых ранений. — Верно, — улыбнулась Анна. — А, что вы скажете насчёт этого? — она протянула Гермионе второй пузырёк. — Это Провиго, — назвала Гермиона незнакомое для Гарри слово. — Зелье, которое является противоядием для пяти самых популярных ядов. — Замечательно, — теперь уже учительница даже не пыталась скрыть своего удивления. — Если вы назовёте мне ещё и вот это зельице, а заодно и перечислите его достоинства и недостатки, то вам просто гарантирована оценка: «Отлично». Гермиона от напряжения облизала губы и быстро затараторила. — Это зелье Шагроддо, изобретённое знаменитым зельеваром девятнадцатого века Винсентом Шагроддо. Ещё оно имеет название Зелье Пленников, так как использовалось в основном теми, кто попадал в плен и знал, что его ожидает допрос, — Гермиона на секунду прервалась, однако учительница одобрительно кивнула и она продолжила. — Стоит человеку выпить хотя бы один глоток и он на долгое время перестаёт быть чувствителен к боли. Даже заклятие круциатус действует в разы слабее. Кроме того к явным плюсам так же относится невозможность применения к такому человеку легилименции. — Но если это зелье такое замечательное, — вмешалась Анна. — то почему его не принимают абсолютно все волшебники перед отправлением на задание? На всякий случай так сказать… — Оно обладает просто кошмарными побочными действиями. Так, как по сути своей Шагроддо является, пусть и не смертельным, но всё-таки достаточно сильным ядом, вывести который из организма потом достаточно сложно. Анна широко улыбнулась. — Лучшего ответа от факультета Грашт… да и пожалуй от всех остальных, я давно уже не слышала, госпожа Грейнджер. Вы заслуженно получаете высший балл! — Гермиона, вся светящаяся от счастья, вернулась на своё место рядом с Гарри. — Я честно говоря всегда считала Хогвартс немного отстающим от нас в области зельеварения. Но факт на лицо! В Хогвартсе очень талантливый учитель! Гарри не удержался от смешка. — Простите, профессор, — поспешно сказал он. — Но тут дело не в учителе. Просто Гермиона самая умная волшебница, которую я только знаю! — Что ж, я это вижу, — благодушно согласилась Анна. Гарри почувствовал как его руку крепко сжали и повернувшись к Гермионе, заметил её смущённое, но крайне довольное лицо. После зельеварения Гарри понял, что забыл переписать расписание и понятия не имеет, что у них сейчас за предмет. — Практическое магическое занятие, — задумчиво прочитала Гермиона в своём ежедневнике и на секунду нахмурила брови. — Не совсем понимаю, что это, но звучит интересно. Идём же! Это самое «практическое занятие», как оказалось не было уроком в обычном понимании этого слова. Все три факультета собрались в огромном дуэльном зале, размером лишь слегка уступающим главному чертогу. Занятие вёл сам директор Вилон. Он всего одной короткой фразой навёл порядок в зале. Гарри довольно быстро понял, что здесь происходит. Каждую неделю ученики Дурмстранга устраивали что-то вроде соревнований, в котором показывали свои навыки дуэлянтов. Противники выходили в центр зала по двое, и проводили показательный бой. При том Гарри сразу понял, что здешние ученики обладают гораздо большими боевыми навыками, чем в Хогвартсе. «Если бы Виктор Крам решил напасть на меня в прошлом году, то мне бы там и пришёл конец», — с грустью подумал Гарри, видя с какой скоростью мелькают палочки, а воздух буквально кипит от магии. Правда стоит оговориться, что столь блестящие результаты показывали в основном ученики Штроя (Не удивительно, что Каркаров набрал претендентов для участия в Турнире Трёх Волшебников исключительно из студентов этого факультета) и в меньшей степени Раздума. Представители же Грашта выглядели откровенными аутсайдерами. Немногие из них могли продержаться хотя бы несколько секунд. Большинство откровенно боялись выходить на бой. Их каждый раз легко разоружали под всё возрастающие волны всеобщего смеха. Так новый знакомый Гарри, Дима, вовсе выронил палочку, стоило лишь его противнику — высокому, подтянутому парню из Штроя на него замахнуться. Дима с самым несчастным видом вернулся на скамейку и Гарри сочувственно похлопал его по плечу. — Это бесполезно, — уныло пробормотал Дима. — Нам никогда их не победить, а директор всё равно заставляет нас драться каждую неделю. «С таким-то настроем вам и правда ничего не светит», — подумал Гарри, но вслух сказать ничего не успел, так как настала его очередь выйти в центр зала. — Удачи! — прошептала Гермиона и Гарри кивнул. Перед ним уже в боевой изготовке стоял коренастый раздумовец в зелёной тренировочной форме, так похожей на слизеринскую. «Начали» — громко скомандовал директор и завязалась дуэль. Гарри не без труда уклонился от разоружающего заклятия и поспешил выкрикнуть: «Экспеллиармус!» Но этот трюк не сработал. Щитовые чары успешно сделали своё дело. Более того, в следующую секунду Гарри едва сам не лишился палочки, удержав её лишь каким-то чудом. Он наверное выглядел в этот момент жутко нелепо, ведь раздумовец злорадно захохотал, а вместе с ним и почти весь зал. Они видимо уже посчитали Гарри проигравшим и это была их ошибка. «Релашио!» — взревел Гарри и сноп жёлтых искр, вырвавшихся из его палочки, отбросил не успевшего поставить щит парня, на несколько футов назад. Зал тут же затих. Теперь все, даже штроевцы смотрели на Гарри иначе. Хотя половина из них наверняка считала, что ему просто повезло, они всё же сделали себе внутреннюю пометку вести себя осторожней с Гарри. — Молодец, Гарри! — улыбнулась ему Гермиона, которая минуту назад так же смогла успешно разоружить свою соперницу. Хоть Гарри и не мог читать мысли окружавших его людей, он прекрасно понимал, что все ждут следующего «круга», когда он вновь выйдет для поединка. И это случилось совсем скоро. «Начали!» — выкрикнул Вилон, теперь уже внимательней наблюдавший за действиями Гарри. В этот раз ему достался оппонент в ярко-красной форме, а значит ему должно было быть труднее. Однако то ли Гарри лучше собрался, то ли ещё что, но он провёл эту дуэль гораздо увереннее предыдущей. И когда палочка штроевца, описав дугу, упала в его протянутую руку, он услышал робкие, но тем не менее довольные возгласы его товарищей по факультету. — Как ты это сделал?! — с округлившимися от ужаса и восторга глазами, спросил его Дима. — Не знаю. Просто сделал и всё, — неловко пробормотал Гарри. — Будь уверенней в следующий раз. Ты можешь победить! Однако Дима не смог ни в следующий, ни в какой бы то ни было раз до самого конца занятия. Гермиона успешно провела ещё две дуэли, но всё же наконец была побеждена. Впрочем, она казалось ничуть не расстроилась, и беззаботно достала из сумки книгу. В последнем бою Гарри нужно было выйти против ещё одного штроевца. Которого все отчего-то провожали встревоженно-испуганными взглядами. — О, нет! — испуганно пискнул Дима. — Это же Андрей Лосев! Гарри не успел спросить: «Кто это?». Директор поторопил его и он занял боевую изготовку. «Начали!» — короткая команда и Гарри тут же сместился влево. Он провёл ряд атак, которые впрочем не достигли успеха. Этот самый Андрей, чем бы он ни был известен, довольно ловко совмещал щитовые чары с по-кошачьи быстрыми движениями. А когда после очередного уклонения, штроевец перешёл в атаку, Гарри с ужасом понял, что его противник умеет колдовать невербально. Гарри не то, что так не умел, он даже ни разу не пробовал. Андрей резким движением вывел в воздухе полукруг, и Гарри с силой ударило сзади под колени. Его ноги подлетели в воздух и он упал на спину, издав хриплый звук. Лишь каким-то чудом он успел откатиться в сторону. Там, где ещё миг назад была его голова тут же вспыхнули фиолетовые искры. «Петрификус Тоталус!» — крикнул Гарри, но тщетно. Противник был сильнее его и с каждой секундой захватывал всё большее преимущество. «Хватит играть с ним, Андрей!» — послышался раздражённый голос одного из штроевцев. Гарри это немало разозлило. Он перешёл в яростную атаку и не смотря на то, что ему приходилось выкрикивать заклятия вслух, он всё же смог оттеснить Андрея к стене, лицо которого с каждой секундой всё более становилось похоже по цвету на его алую форму. — Давай, Гарри! Ты сможешь! — тонкий голосок Димы сложно было с кем-то перепутать. Но это восклицание оказалось последней каплей, переполнившей терпение Андрея. — Экспеллиармус! — крикнул Гаррии. — Круцио! — первое же заклинание Андрея, выпущенное им вслух, тут же поразило Гарри. Его ноги подкосились, а тело наполнилось такой болью, что он закричал на весь зал. Действие заклятия длилось всего секунду, не больше, но этого хватило, чтобы у Гарри поплыло перед глазами, и он лишь надеялся, что не прослезится. — Это… Это, — Гермиона чуть не задохнулась от ужаса и возмущения. — Директор, вы видели?! К Гарри только что применили непростительное заклинание! — Со зрением у меня всё в полном порядке, госпожа Грейнджер, как и со слухом. А вам бы следовало поумерить ваш тон, — холодно ответил Вилон. — Но… Это же запрещено! — Гермиона, казалось не поверила своим ушам. — Вы читали правила дуэльного клуба, которые я лично повесил вот на тот стенд? — директор указал куда-то за спину Гермионы. — Нет? Что ж, очень жаль! А ведь там перечисленные все допустимые заклинания, среди которых и круциатус. — Но… — Вам ещё что-то не понятно, госпожа Грейнджер? Хорошо, я объясню специально для бывших учеников Хогвартса, — по залу прокатился довольный смех. — Если бы Андрей Лосев применил это заклинание в коридоре, во время личной стычки, то он конечно же тут же бы получил соответствующее наказание. Но поскольку вы уже не дети и вот-вот окажетесь за стенами замка, в мире довольно жестоком, что и говорить, то вы просто обязаны владеть всеми видами магии… Для защиты само собой. Кратковременное воздействие заклятия круциатус не может привести к хоть каким-то серьёзным последствиям, а значит ваш друг будет в норме уже через полчаса. Зато, он получил сегодня ценный урок и в следующий раз будет готов к подобному ходу Лосева, — он гневно глядел на Гермиону, которая надо отдать ей должное, не отвела взгляд. — Вы сами просили меня принять вас в Дурмстранг, а значит будьте добры соблюдать его правила молча, или уходите!