Сыны Дурмстранга

— Мальчишка в Дурмстранге, мой Лорд, — голос Люциуса Малфоя заметно дрожал. — Поттер и ещё одна грязнокровка прибыли туда два дня назад. — Вот как? — спросил Волан-де-Морт. — И как же Дамблдор это допустил? — Мы думаем, что он уже не имеет на Поттера былого влияния. Кроме того он считает, что в Дурмстранге Поттер будет вдали от вас, мой Лорд. Дамблдор имеет довольно неплохие отношения с нынешним директором Дурмстранга, этим Вилоном. — Место Каркарова должен был занять наш человек, — скорее задумчиво, чем сердито произнёс Волан-де-Морт. — Ну, да, что теперь об этом говорить! Уверен, что даже с человеком Дамблдора можно договориться, если приложить должные усилия. Я прав, Люциус? — Разумеется! — горячо заверил Малфой. — Я всё сделаю! Волан-де-Морт находясь во всё том же задумчивом состоянии, погладил Нагайну и та зашипела. — Передай Вилону привет от меня. И помни о том, что случилось с Делмаром, когда он разочаровал меня! Это видение не давало покоя Гарри ещё долгое время после его пробуждения. Волан-де-Морт знает, где он. Нет, не то чтобы Гарри всерьёз рассчитывал на то, что может долго скрываться от своего злейшего врага, но всё же его обнаружили слишком быстро. За завтраком Гермиона пыталась дознаться у него причины его плохого настроения и необычной бледности лица. Но Гарри говорил лишь, что всему виной недосып, переезд и много мелких трудностей с учёбой. В итоге, когда они вышли из главного чертога, Гермиона слегка расслабилась, однако то и дело бросала на друга взволнованные взгляды. Как оказалось им предстояло идти на улицу на урок защиты от магических созданий. Свежий воздух вовсе не помог Гарри отогнать терзавшие его мысли. Напротив, стоило ему лишь покинуть стены замка, как его шрам закололо и стало регулярно подёргивать каждые полминуты. Гарри лишь старался сохранить невозмутимое выражение лица, но с каждой новой вспышкой боли, это давалось ему всё сложнее. Их класс подошёл и расположился у большого открытого загона. Гарри занял свободное место у ограждения и с удивлением заметил внутри загона трех взрослых кентавров. Эти обычно свирепые существа сейчас находились в каком-то полусонном состоянии, чему виной конечно же были наложенные на них чары. Голос учителя — пожилого, седобородого мага, раздался так неожиданно, что все ученики невольно вздрогнули. — Доброе утро, класс! Сегодня мы говорим с вами о кентаврах, — господин Парг, а именно так звали учителя, довольно быстро и уверенно для своих преклонных лет открыл ворота и вошёл внутрь загона. — Кентавры, несмотря на отсутствие у них магических способностей могут представлять серьёзную опасность для магов. Это очень сильные и быстрые существа. Поэтому любой, кто их недооценивает — глупец! Парг окинул хмурым взглядом учеников, будто ожидая, что они могут начать с ним спорить. Но этого учителя все явно побаивались, и потому никто даже рта не решился открыть. — Сейчас, пока они обездвижены заклинанием, кентавры могут показаться милыми лошадками, но поверьте мне на слово, вы не захотите встретиться даже с одним из них на их территории! Каждый, я повторяю, каждый! Должен уметь защититься от них. Быть может, среди вас есть те, кто знают, как это сделать? Гермиона даже и не думала поднимать руку. И Гарри этому ничуть не удивился. — Конфундус? — в шутку предложил кто-то. Однако Парг отнёсся к этому со всей серьёзностью. — Ну, что ж, давайте попробуем, — учитель легонько взмахнул палочкой и ближайший к нему кентавр вдруг очнулся. Из его глотки посыпался целый ряд проклятий и ругательств на неизвестном языке. Гарри не понял ни слова, однако это сейчас и не требовалось. Кентавр свирепел с каждой секундой и вскоре вовсе угрожающе зашагал к Паргу. — Конфундус! — гаркнул тот и копыта кентавра вдруг переплелись, его могучее тело качнуло в сторону, и он с диким ржанием упал в грязь. Гермиона поморщилась и лишь каким-то нечеловеческим усилием воли не отвела взгляд. — Как видите, это работает, — заметил Парг. — Однако при схватке сразу с несколькими особями, или тем более с целым стадом, я бы не рекомендовал применять конфундус. Это только ещё больше разозлит остальных, и они начнут атаку с удвоенной силой. — А, что тогда, учитель? — послышался чей-то вопрос. — Не авадой кедаврой же в них запускать? Парг хмыкнул в бороду. — Если вы обладаете достаточной силой и желанием убить, то вполне можете применить это заклинание для защиты от существ не являющихся людьми, — просто ответил он. — Но я не думаю, что все вы с лёгкостью сможете применить аваду кедавру в ответственный момент. То же касается усыпляющего заклятия, которое сейчас сдерживает этих двух кентавров. Оно действенно, однако отнимает слишком много времени и сил. Тут нужно что-то другое… Взмахом палочки он вывел из оцепенения второго кентавра, пока первый так и не мог подняться с земли. И точно так же в сторону волшебников полетели ругательства. — Коргарде! — выкрикнул учитель. Раздался громкий, мерзкий хруст ломающихся костей. Копыто кентавра изогнулось под крайне неестественным углом, и он рухнул лицом вниз. Гермиона быстро отвернулась, не в силах смотреть на страдания раненного, хрипящего от боли кентавра. Гарри обнял её, и она уткнулась лицом ему в плечо. — Это ужасно, Гарри, — не сдерживая больше слёз, прошептала Гермиона. Парг заметил эту её реакцию, однако ничуть не смутился. — Кто-то у нас слишком чувствительный? Ничего! Это пройдёт в тот самый момент, когда вы сами встретитесь лицом к лицу с монстрами, жаждущими вашей смерти. Тогда почему-то никто не думает о жалости к ним. Все выхватывают палочку и творят такую магию, о которой даже и не помышляли! Гермиона всхлипнула, ещё сильнее прижавшись к Гарри. Парг ещё какое-то время смотрел на них. Но в его взгляде не было ни раздражения, ни осуждения. Наконец он отвернулся и «разбудил» третьего кентавра. Этот явно отличался от других. Он не стал ругаться и кричать. Напротив он медленно и почти спокойно осмотрелся по сторонам. Его взгляд надолго задержался на своих собратьях, а потом всё так же плавно перешёл на Парга. — Волшебники, — кентавр сказал это на английском. Гарри вздрогнул от неожиданности, а Гермиона даже перестала плакать. — Вы вечно думаете, что можете так с нами обращаться. Но поверь мне, человек, ещё настанет тот час, когда уже мы будем охотиться за вами по лесам! Мы будем… Что ещё будут делать кентавры, Гарри так и не узнал. Парг взмахнул палочкой и едва слышно пробормотал: «Империо». Лицо кентавра вмиг просветлело. Он распрямился, приветливо улыбаясь всем вокруг себя, а затем под взволнованные возгласы, низко поклонился Паргу. — Всего одно заклинание и ваш враг станет вашим преданейшим союзником, — громко сказал учитель. — Он больше не захочет на вас нападать. Более того! Он поможет вам. Парг слегка повёл палочкой в сторону и кентавр в два прыжка оказался у своего раненого сородича. Тот взвыл, когда на его поломанную конечность опустилось тяжёлое копыто. Весь последующий день пошёл наперекосяк. Гермиона сильно переживала, как ни старался подбодрить её Гарри. А сам он так и продолжал страдать от пульсирующей боли в шраме. К вечеру он уже был готов лезть на стену, но вдруг мысль, неожиданно пришедшая в его голову, слегка усмирила боль. Что всегда помогало ему отвлечься в Хогвартсе? Конечно же квиддич! Гарри подскочил на ноги и подбежал к сидящему у камина Диме. — В Дурмстранге ведь играют в квиддич? — Что? — непонимающе переспросил тот. — А! Да, конечно. Есть даже соревнования между факультетами. В основном всегда побеждает Штрой. Но когда я был на первом курсе, кубок выиграли раздумовцы. — А Грашт? Дима нервно усмехнулся. — В последние два года мы даже не могли набрать команду! Никто не хочет позориться перед всей школой… Дима хотел ещё что-то сказать, но Гарри уже не слушал. — Кто капитан? Капитаном оказался семикурсник такой толщины, что Гарри сомневался сможет ли вообще хоть какая-то метла поднять его в воздух. — Это Эрик, — представил его Дима. — Он играет за охотника. Гарри быстро пожал пухлую руку. — Так ты хочешь в команду? — спросил Эрик. — А на какой позиции? — Вообще я был ловцом, но в крайнем случае могу попробовать и что-нибудь другое. — Нет! Нам как раз нужен хороший ловец! — заверил его Эрик. — То, что нужно! Просто замечательно, что ты попал на наш факультет! — однако тут же радость на его лице сменилась разочарованием. — Вот только нам по-прежнему не хватает двух игроков! Я оставлял объявление о наборе в команду, но никто так и не пришёл… — Так поговори с людьми лично, — предложил Гарри. — Неужели на всём факультете не найдётся двух человек? — Лично? — Эрик совсем скис. — Ну, не знаю, Гарри, мне как-то неловко всем надоедать… Да и потом… нужно ведь будет подходить и к девчонкам тоже… При последних словах Эрик порозовел. Гарри, который лишь чудом удержался от того, чтобы не закатить глаза, предложил: — Тогда может, я поспрашиваю? Эрик заметно расслабился и в порыве чувства благодарности, назначил Гарри своим помощником. — Это, чтобы твои слова имели больший вес, — пояснил он. — Уверен, ты справишься! Но сказать было легко, а вот сделать… Гарри, привыкший к тому, что в Хогвартсе всегда был избыток желающих попасть в команду, никак не мог поверить, когда ему раз за разом отказывали. Он уже перебрал почти весь факультет, даже к второкурсникам подходил, но ничего… — Да уж, нелегко тебе, — сочувственно сказала Майя Керти. Она сидела в кресле, но при этом ноги её не доставали до пола. — Я бы пошла в команду, но я боюсь упасть с метлы. — Так я же ловец! Я тебя поймаю, — скорее в шутку откликнулся Гарри. Майя между тем отнеслась к его словам со всей серьёзностью. Она какое-то время испытывающе смотрела на Гарри, а потом без предупреждения, швырнула в него чернильницей. — Лови! Гарри чисто инстинктивно поймал чернильницу и с удивлением уставился на крохотную девочку. — А ты и правда можешь меня поймать, — кивнула она. — Ладно, я в деле! Только не отлетай далеко от меня, хорошо? Кстати, я знаю ещё одного человека, который может тебе помочь. Она спрыгнула с кресла и умчалась из гостиной. Ошарашенный Гарри, даже не успел повернуться вслед за ней, когда она уже тащила за руку огромного роста парня. Он был на добрую голову выше Гарри и смотрел на него сверху вниз. — Ты… согласен играть за факультет? — спросил Гарри. Великан молча кивнул. — Хорошо… А как тебя зовут? Я должен внести тебя в список. Однако парень ничего не ответил, продолжая неотрывно смотреть на Гарри. — Его зовут Маркус Гарайт, — сказала Майя. — Он никогда и ни с кем не говорит. — Почему? — вырвалось у Гарри. — Он не сказал, — пожала плечами Майя. — Но главное ведь, что у нас теперь есть команда, правда? Гарри в тот вечер пошёл спать с явным беспокойством на душе. Он слабо представлял, как такая команда, как у них, вообще может играть, но твёрдо решил дождаться завтрашней тренировки, чтобы сделать окончательные выводы. Не помогли делу и беспокойные сны, мучавшие его всю ночь. Гарри часто просыпался, вздрагивал во сне и наконец решил больше не ложиться, когда часы показали половину шестого. Гермиона в этот день выглядела намного лучше, чем вчера. Она пожелала Гарри удачи, однако извинилась и сказала, что лучше не пойдёт смотреть на его тренировку, а побудет в гостиной с книгой. Гарри дождался Эрика и Диму, которые уже успели переодеться в игровую форму, и вместе с ними зашагал на улицу. Их пёстрая команда, которую с таким трудом удалось собрать, подверглась первому испытанию сразу же по приходу на стадион. Он оказался занят игроками Штроя, которые столпились у оснований трёх колец и о чём-то оживлённо разговаривали. Эрик резко остановился и Гарри едва не натолкнулся на него. — В чём дело? — Тут… похоже занято, — промямлил Эрик. — Но сейчас ведь наше время! — Да… Но… Думаю, лучше нам потренироваться в другой раз… Остальные ребята согласно закивали. Гарри, который и так уже был измотан болью в шраме, не сдержался: — Да, что с вами такое?! Вам самим ещё не надоело вечно бояться?! Все, за мной! — он решительно пошёл вперёд, не зная, последует ли хоть кто-нибудь за ним и был рад, когда услышал за спиной шаги своей команды. Штроевцы заметили их и были, казалось, немало удивлены. Гарри, понимая, что от Эрика не стоит ждать активных действий, решил взять всё в свои руки. — Сейчас наше время тренироваться, — громко сказал он. Штроевцы переглянулись и растолкав остальных, к Гарри вышел ни кто иной, как Андрей Лосев. Он пренебрежительно оглядел команду Грашта и фыркнул. — А кто ты такой, чтобы говорить за команду? — Помощник капитана, — Гарри выдержал гневный взгляд Андрея, хотя Эрик и Дима за его спиной, кажется сделали шаг назад. — Вот как? Но впрочем, это ничего не меняет. Зачем вообще такой команде, как ваша, тренироваться? Проиграть вы и так сможете! — он и его несколько товарищей засмеялись. — А вот нам пригодится дополнительное время. На плечо Гарри предостерегающе легла рука Димы, но он тут же сбросил её. — Это не наши проблемы! Уходите со стадиона! — А иначе, что? — поднял бровь Андрей. В его голосе больше не было насмешки, только неприкрытая угроза. — Я уже показал всем, что в дуэли ты ничего не можешь. Или ты из тех, кто в случае чего, сразу бежит жаловаться? Новые смешки заставили Гарри разозлиться ещё больше. — Ты победил только потому, что я не знал о разрешении непростительных заклинаний. В следующий раз я буду готов! Андрей сделал шаг вперёд и потянулся за волшебной палочкой. — Так может не будем ждать, и решим всё здесь и сейчас?! Внутри у Гарри бушевала такая ярость, что он был вовсе не против немедленно выяснить отношения. Но в этот самый момент со стороны штроевцев послышался чей-то тихий голос. — Погоди, Андрей! — высокий, светловолосый парень вышел вперёд. Все штроевцы замерли, глядя на него. Даже Андрей стушевался и отступил. — Он зарывается, Бен! — эти слова Андрея прозвучали, как-то жалко. — Разве? Я что-то этого не заметил, — этот самый Бен по-прежнему говорил тихо и спокойно, но каждый человек на поле его слышал. — Тебе наверное показалось, я прав? К большому удивлению Гарри, Андрей сильно покраснел, но всё же кивнул и вернулся к своим товарищам. — Я рад, что Грашт наконец смог собрать команду. Будет интересней играть, — Бен сказал этот так, что было совершенно непонятно, смеётся он или нет. — Спасибо, — наконец выдавил Гарри. — Стадион ваш. Мы уходим, — Бен направился в сторону раздевалки, а остальные штроевцы ту же поспешили за ним. Андрей, проходя мимо Гарри, бросил на него испепеляющий взгляд, но ничего не сказал. Дима выждал минуту и зашептал Гарри на ухо. — Не надо было тебе их злить! Они этого не забудут! — Вот и хорошо, — ответил Гарри. — А кто такой это Бен? Почему остальные так его слушаются? Дима и Эрик многозначительно переглянулись. — Он капитан команды Штроя. Про него ходят такие слухи… Больше Гарри ничего не смог от них добиться и потому посчитал нужным начать тренировку. Спустя десять минут их горе-команда всё-таки поднялась в воздух и даже начала перебрасываться мячами. Самые страшные опасения Гарри сразу же подтвердились. Никто из них не имел игровой практики и действовал настолько неуверенно, что квоффл постоянно падал на землю, так ни разу и не дойдя до колец. Единственным приличным игроком оказался великан Маркус. Он занял место загонщика и отбивал бладжеры с такой силой, что Гарри не сомневался, даже штроевцы будут в ужасе шарахаться от его ударов. Поздно вечером, усталый и разозлённый Гарри в одиночестве возвращался в свою гостиную. — Гарри Поттер. Факультет Грашт, — машинально сказал он, и руны на тяжёлой двери засветились, распознавая правду. Замок, открываясь, щёлкнул и Гарри вошёл внутрь. Гермионы в гостиной не оказалось, что только ещё больше расстроило Гарри. Ему нужно было хоть одно приятное событие за весь день и разговор с подругой, как раз мог стать таким событием. На следующий день факультету Грашт предстояло отправиться на урок артефакторики, где светловолосая ведьма — госпожа Марина Нарт, учила студентов пятого курса созданию и правильному использованию артефактов. — Как я уже говорила вам на прошлом уроке, с теорией мы закончили. Начиная с этого дня, и до конца семестра вас ожидает увлекательная практическая работа. Вам предстоит создать свой первый, работающий артефакт. Задание сложное, поэтому вам разрешено разбиться на пары. Гарри повернулся к Гермионе и слегка улыбнувшись, спросил: — Примешь меня в свою команду? — Только, если ты не свалишь на меня всю работу, — ответила та. Меж тем госпожа Нарт, прохаживалась между парт и продолжала. — Артефакторика — это наука и искусство одновременно. Поэтому я не жду, что все вы освоите её в полной мере. Но я считаю, что даже если один из вас в итоге научится создавать артефакты, то моя работа была проведена не зря, — она взмахнула палочкой и учебники, лежащие на партах, одновременно раскрылись на странице номер 13. — Здесь указан список артефактов, достаточно простых в изготовлении. Вы можете выбрать любой понравившийся вам и приступить к работе. Гарри склонился над учебником, просматривая список. Лично ему больше всего понравился медальон, насылающий на врагов своего хозяина беспричинный ужас, заставляющий пускаться в бегство даже самых смелых. Однако Гермиона твёрдо решила изготовить настольные часы, способные по желанию волшебника менять климат в комнате. А поскольку только она достаточно знала древние руны и нужные заклинания, то Гарри в итоге сдался. — Я пока начну накладывать первичные чары на часы, а ты приготовь масло «вечного механизма». — Это ещё зачем? — удивился Гарри. Ему хватало возни с котлами и на зельеварении. — Чтобы часы показывали точное время на протяжении многих лет, механизм нужно смазать особым составом, — терпеливо объяснила Гермиона. Гарри, не переставая шёпотом возмущаться, развёл огонь и стал готовить необходимые ингредиенты. Однако очень скоро он понял, что Гермиона пожалела его и поручила самую простую часть работы. Через четверть часа всё, что требовалось от него, это только время от времени помешивать густую субстанцию по часовой стрелке. А вот Гермиона кружила вокруг полуразобранных часов, не переставая выводить в воздухе замысловатые знаки. Она то едва слышно шептала, то переходила на громкие напевы, ни одного слова из которых Гарри не понимал. При этом часы, уже давно начавшие светиться изнутри, то и дело вздрагивали, а их стрелки бешено крутились то в одну, то в другую сторону. К концу урока Гермиона хоть и выглядела сильно уставшей, но была явно довольна своей работой. — Впереди конечно ещё много работы, но госпожа Нарт говорит, что у нас уже есть некоторые успехи! — с воодушевлением говорила она. Гарри, чьи мысли были далеко от артефакторики, едва её слушал. Он перебирал в голове всевозможные варианты тактик для команды. Есть у них вообще хоть один шанс победить, или нет? Что бы сказал, или сделал в такой ситуации Оливер Вуд — его бывший капитан? Гарри встряхнулся и твёрдо решил, что хотя бы сделает всё от него зависящее на поле. Как выяснилось из расписания игр, им предстоял матч со Штроем. И с каждым днём по мере приближения матча, настроение его команды портилось всё больше и больше. Эрик казалось зеленел на глазах. На тренировках он отдавал команды таким слабым голосом, что его почти никто не слышал. Дима всё чаще намекал, что может вот-вот «неожиданно заболеть» и не явиться на игру. Только Маркус оставался по-прежнему абсолютно невозмутим. Впрочем, понять, что-либо по его бесстрастному лицу было не возможно. Штроевцы, среди которых неизменно был Андрей Лосев, не упускали ни одной возможности, чтобы посмеяться над несчастными игроками Грашта. Более того, один раз Гарри случайно застал сцену, когда Андрей и ещё один здоровяк зажали в углу Эрика и о чём-то угрожающе ему шептали. Гарри бросился на помощь своему капитану, однако штроевцы тут же скрылись в темноте соседнего коридора. — Что им было нужно? — спросил Гарри. — Они сказали, что… что выбьют из нас все внутренности на поле, — жалко ответил Эрик. В итоге ко дню игры вся команда Гарри пришла в абсолютную негодность. Игроки надели свою серую форму и сидели на лавочке в раздевалке с таким обречённым видом, будто проигравших матч подвергнут заклинанию круциатус. — А, где Эрик? — спросил Гарри, заметив, что капитана в раздевалке нет. — В последний раз я видел его в туалете на втором этаже, — слабо ответил Дима. Гарри поморщился и со всех ног помчался в замок. Не обращая внимания на любопытные взгляды встречавшихся ему студентов, он вбежал на второй этаж и распахнув дверь туалета, тут же увидев бледное лицо Эрика. — Ты, что здесь делаешь?! Игра вот-вот начнётся! — закричал Гарри. — Я не могу… — Всё ты можешь! — Нет… Гарри видя, что Эрик близок к истерике, залепил ему увесистую пощёчину. — Ай! Гарри, ты чего? — Молчи и слушай! Я не буду тебя уговаривать или заставлять. Я не буду говорить, что своим отсутствием ты только ещё больше посмешишь штроецев. Всё это и так понятно! Здесь дело не в этом. Вот там, — Гарри ткнул пальцем в сторону стадиона. — Собрались все наши товарищи по факультету. Я здесь чужой, что ни говори, в отличии от тебя! Мы собрали команду, как могли тренировались, дали им пусть крохотную, но всё же надежду, что Грашт хоть чего-то стоит. И если ты способен отнять эту надежду только из-за своей трусости, то валяй, сиди здесь и жалей себя! Гарри развернулся и вышел из туалета, закрыв за собой дверь. Он прождал самую долгую минуту в своей жизни, прежде чем наконец появился Эрик. Тот был по-прежнему несчастен, но всё же позволил увести себя на стадион. Команды выстроились на поле. Капитаны пожали друг другу руки. При этом Бен был настолько же спокоен, насколько Эрик нервничал. Гарри взмыл в воздух и разум его привычно очистился от лишних мыслей. Андрей Лосев занял место ловца штроевцев напротив него и пробормотал что-то вроде: «Тебе конец». Раздался свисток и Андрей тут же предсказуемо ринулся на таран. Но Гарри без особых проблем увернулся и направил свою «Молнию» вверх. Он прекрасно понимал, что единственным их шансом, будет поймать снитч прежде чем счёт станет «150:0». Не успел Гарри пролететь и сотни футов, как комментатор выкрикнул: «Штрой открывает счёт!» «Где же этот чёртов снитч?» — бормотал Гарри. Он старательно обшаривал стадион взглядом, но золотой мячик словно испарился. Андрей Лосев, словно забыл о своих обязанностях ловца. Он гонялся за Гарри, с явным желанием сбить его с метлы. И хоть Гарри каждый раз уходил из-под удара, это сильно отвлекало от игры. А меж тем его команда с треском проигрывала свой первый матч. Бен, игравший за охотника, забрасывал один квоффл за другим. При том делал он это лениво, словно не выкладывался и на половину своих сил. Дима не мог поймать ни один мяч. Охотникам Грашта квоффл почти не доставался. Маркус правда существенно помогал команде, без устали отбивая бладжеры, но что он мог сделать один? «90:0 в пользу Штроя!» — объявил комментатор. Гарри мчался на всех парах к дальнему краю поля, когда заметил всего в каком-то футе над землёй золотой блеск. Андрей, ослеплённый жаждой расправы, конечно же ничего не видел. Он нёсся на Гарри с мрачной решимостью. Гарри замер у одной из трибун, старательно изображая, что засмотрелся на игру. Было очень трудно держаться до последнего и даже головы не повернуть. Но он справился. Когда до столкновения оставалось не больше секунды, Гарри резко взмыл вверх и Андрей, не успевший затормозить, на полной скорости врезался в трибуну. Послышался звук удара, и он свалился на землю с высоты десяти футов. Гарри тут же помчался за снитчем, который уже улетал прочь. «140:0» — взревел комментатор. Краем глаза Гарри успел заметить, что один из штроевцев, он не видел, кто именно, летит с квоффлом в руках. Если он сейчас забьёт… Гарри уже вытянул руку за снитчем, когда услышал разочарованное: «У-у-у!». Дима был настолько поражён, что сумел отбить хотя бы один мяч, что тут же едва не врезался в верхнее кольцо. Но всё это было уже не важно. Пальцы Гарри надёжно обхватили трепещущий мячик. На стадионе повисла такая тишина, что Гарри на секунду испугался, не оглох ли он случайно. У штроевцев был вид, будто их заставили жевать ещё живых флоббер-червей. С трибуны Грашта донёсся один единственный радостный возглас. «Гермиона», — улыбнувшись, понял Гарри. Но она не долго была единственной праздновавшей победу. Вскоре к ней стали присоединяться и другие. А через пару минут уже вся граштовская трибуна превратилась в единый ликующий организм. Гарри легко приземлился и побежал к своим. Его окружили счастливые лица. Ему кричали, что-то, но в таком шуме сложно было, хоть что-то разобрать. Наконец к нему подошла Гермиона и обняла так, что Гарри напрочь забыл о только что выигранном матче.