Детектив в Каменаши

      В комнате повисла тишина, гнетущая и тяжёлая.       Шу неотрывно смотрел в женские глаза. Он внимательно наблюдал, как от шока пульсируют её зрачки. Вампир чувствовал, насколько она ошарашена, сбита с толку. Сомнения, словно огонь, вспыхнули внутри Мари. И этот пожар медленно, но верно разрушал всё на своём пути.       Мари потеряла дар речи. Язык будто бы прирос к нёбу. Челюсть напряглась. Зубы до боли сомкнулись. Глаза замерли на одной точке. Зрачки пульсировали. Брови встрепенулись вверх. Внутри всё сжалось. Внутренний голос кричал, что услышанное только что — абсолютная ложь.       Порыв ветра ворвался в помещение через открытую балконную дверь. Люстра слегка качнулась, издавая неприятный скрип. Листы бумаги, мирно лежащие на прикроватной тумбочке, слетели и хаотично рассыпались по полу.       Мари сглотнула, опуская глаза, и тихо произнесла:       — Докажи, — её голос был хриплым, так как в горле пересохло и першило. — Ты мне никто, поэтому не жди, что я просто так поверю твоим словам. А Маэда — человек, в котором я уверена на все сто процентов.       — Зачем мне врать тебе? — Шу нахмурился.       — А зачем мне тебе верить? — ответила она вопросом на вопрос, слегка качнув головой. — Сколько мы знакомы? Неделю? А его я знаю с самого детства.       — Я не обязан тебе ничего доказывать, — раздражённо начал вампир, — но мне любопытно посмотреть на твоё лицо, когда ты увидишь истинное лицо этого хорошего, как ты выразилась, человека, — он сделал особый акцент на последних словах. — Уверен, твоё слабое сердечко окончательно разобьётся. Если я прав, что тогда?       — Ну, так сделай, — в её взгляде читался вызов, — докажи, что ты не лжёшь! Если ты окажешься прав, сделаю, что захочешь.       — Сегодня вечером поедешь со мной в ГМГЦ, — на губах Сакамаки появилась усмешка, — Гото будет там, так как нам с ним нужно подписать важные бумаги. Увидишь всё своими глазами. А ещё сдашь кровь на анализ.       — Зачем? — удивлённо отозвалась Ямада.       — Я попробовал вчера твою кровь на вкус. Она почти мгновенно преобразовалась в энергию. Это очень странно и не является нормой для человеческой крови. И, как я и догадывался, ты соврала насчёт таблеток, а точнее о дозировке приёма. Заодно посмотрим содержание вредных компонентов в плазме.       — Так это ты меня укусил, пока я спала, — кулаки Мари сжались, взгляд помрачнел.       — И что? Намотаешь меня на кулак? — Шу слегка улыбнулся, вспоминая рассказ Канато. — Не советую даже пробовать. Покалечишься.       — Откуда ты… — растерянно начала девушка, но он её перебил.       — Спускайся на завтрак, тебе нужно хорошо питаться, — Сакамаки поднялся с кровати. — В обед мы переезжаем обратно в особняк. Ничего лишнего с собой не бери. Дома будет всё необходимое.       — Могу я вернуться в гостиницу? Ну или хотя бы личные вещи забрать? У меня даже одежды нет на смену.       — На сегодня одежда у тебя есть, как я вижу, — он прошёлся глазами снизу вверх по женской фигуре. — Как закончим в лаборатории, заедем к Аои за вещами.       Мари только открыла рот, чтобы в очередной раз заикнуться о том, что ей лучше остаться жить в гостинице, но не успела. Шу, как всегда, беззвучно исчез. Каждый раз, когда вампир использовал телепортацию, девушка очень сильно злилась и возмущалась. Она считала, что так он показывает своё превосходство и даёт понять, что разговор окончен, и её мнение никого не интересует.       Юная особа проигнорировала слова Сакамаки, касающиеся завтрака. Ей совершенно не хотелось выходить из комнаты и кого-то видеть, особенно братьев Сакамаки. Также она чувствовала, что если поест, то процесс вновь запустится. А ей этого очень не хотелось.       «Завтра ночью оставлю аппарат здесь», — в её голове прозвучал голос Изуми.       Мари вспомнила об уговоре с Такахаси. Она осознала, что всё проспала.       — Боже, — прошептала она, хватаясь за голову, — какая же я дура…       Ямада выбежала из комнаты. Она помчалась к запасному выходу, находящемуся на кухне. Ноги сами несли к заветной двери. Прислуга, мимо которой проносилась шатенка, удивлённо провожала её взглядом. В замке короля вампиров запрещено вести себя таким образом. Но Мари было абсолютно наплевать, что о ней подумают незнакомцы. На повороте она столкнулась с Чиио, в прямом смысле. Её лоб соприкоснулся с подбородком полукровки. Из-за неожиданного удара они отскочили друг от друга.       — Что вы творите?! — воскликнула горничная, прижав руки к подбородку. Ей было больно. Столкновение вышло знатным.       — Всё потом. Сейчас я занята, — на одном дыхании ответила Мари, не обращая внимания на пульсирующую боль в области лба. — Извини за это, — она похлопала Чиио по плечу и побежала дальше.       Наконец, Мари добралась до заветных деревянных дверей, за которыми находилась кухня. Отдышавшись, она прошла внутрь помещения. В нос девушки мгновенно ударил запах свежего хлеба. Желудок предательски заурчал.       Женские глаза удивлённо распахнулись от увиденного. Всё варится, жарится, тушится. Клубы дыма стоят под потолком. Шум, гам, разговоры, смех. Эмоции просто бьют ключом в этой комнате. На губах девушки появилась улыбка. Она впервые увидела настолько живое место в Каменаши.       — Вы что-то хотели? — к ней обратилась пожилая женщина в фартуке и косынкой на голове.       — Ну, не то, чтобы хотела, — Ямада отрицательно качнула головой, изучая глазами собеседницу. Женщина выглядела очень хорошо. Морщины совершенно её не портили. — Хотела выйти подышать. Не очень хорошо себя чувствую. Мне сказали, что на переднем дворе лучше не показываться, так как окна господ выходят на эту сторону.       — Да, всё правильно, — кухарка утвердительно качнула головой. — А кто вам дал разрешение на прогулку?       — Шу Сакамаки, — с непоколебимым лицом ответила Мари. Да, она врала. Но ситуация вынуждала это делать.       — Ну, хорошо, — женщина внимательно посмотрела на юную особу, заглядывая прямо в глаза. Она поверила. — Вы не завтракали. Возьмите хотя бы рогалик, — она указала рукой на стол, на котором стояла корзинка со свежей выпечкой.       — С радостью, — Ямада улыбнулась, — большое спасибо, — она взяла один рогалик и вышла на улицу.       Мари быстрым шагом направилась к заброшенной часовне. Есть на ходу она не любила, да и не рискнула из-за ночных приключений. Но отказать милой старушке она не решилась, поэтому и взяла рогалик.       Погода радовала приятным прохладным ветерком. Солнца не было видно за скучноватыми белыми облаками. Листья деревьев уютно шелестели и неспешно желтели, не привлекая к себе особого внимания. Бутоны цветов начали клониться к земле, постепенно засыхая и опадая. Осень. Девушка очень любила это время года, особенно период «золотой осени».       Наблюдая за желтеющей листвой деревьев, Мари не заметила, как дошла до старой постройки. Она осторожно прошла через арку и направилась к тайнику, в котором Изуми обещала оставить телефон.       — Ну, посмотрим, — шатенка потянула руку за развалины, пытаясь нащупать хоть что-то. — Ауф!       С ужасом в глазах и громким криком, вырвавшимся из горла, она резко убрала руку и начала быстро трясти ей в разные стороны, параллельно подпрыгивая на месте. Причиной суматохи стал несчастный паук, который спустился с паутины на её ладонь. Если бы он знал, что так случится, то вряд бы повторил своё необдуманное действие. Несчастное насекомое, как минимум, получило сотрясение мозга и отлетело куда-то в сторону. Арахнофобия. Мари боится пауков с самого детства.       — Так, ладно, — она сделала плавный вдох, а затем выдох, — попытка номер два…       Зажмурившись, она вновь склонилась над трещиной в стене и завела ладонь за неё, аккуратно продвигая руку вглубь. Наконец, она что-то нащупала, завернутое в целлофан.       Мари быстро вытащила предмет и спешно отряхнула его от пыли, паутины и прочего мусора. Развернув упаковку, она увидела смартфон, кабель и вилку для зарядки.       — Это уберём обратно, — Ямада скомкала целлофан и засунула его обратно за трещину в стене, — а это спрячем...       Карманов у платья, к сожалению, не было, поэтому девушка решилась на сомнительную идею — убрать кабель в одну из туфель, а вилку спрятать в нижнем белье.       Включив устройство, Ямада увидела в правом верхнем углу значок сети. Затем загорелся индикатор, сигнализирующий о включенной передачи данных. Следовательно, в телефоне была симка с подключённым интернетом. В глазах девушки вспыхнул огонёк радости. Она была готова расцеловать Изуми.       — О-о-о! Сообщение…       На телефон пришла смс-ка от контакта «Спасатели Малибу». Мари сразу поняла, от кого оно. Девушка огляделась по сторонам и открыла текст сообщения.

«Я просто в шоке, честно. Как можно так крепко и спокойно спать, находясь под одной крышей с безжалостными кровопийцами? Ты вообще соображаешь своей детективной головой, что творишь? Алек, несчастная моя птичка, каркал как не в себя, привлекая твоё внимание. Он счесал когти и клюв о стекло. И всё из-за тебя! Ну ладно. Тебе повезло, что я незлопамятная (но память у меня хорошая, учти). Надеюсь, что этот телефон всё-таки окажется в твоих руках. Если так произойдёт — напиши».

      Мари не заметила, как в процессе чтения начала есть рогалик. К счастью, со стороны организма реакции не последовало. Поэтому она решила доесть его до конца.       Ямада поймала себя на мысли, что ей пишет всё та же Изуми Такахаси. Да, внешне её не узнать, да и манера речи поменялась. Но это она. Заботливая и внимательная девушка, которая не оставит в беде ближнего человека.       Шатенка отправила в ответ короткое сообщение. «Спасибо»       Она не знала, что ещё написать. Да и время для разговоров совершенно не подходящее. Выключив телефон и спрятав его в нижнем белье, юная особа направилась обратно в замок. Через несколько часов предстоял отъезд в родовое гнездо Сакамаки.

○○○

      Около одиннадцати часов около ворот замка остановился чёрный лимузин. Конечно же, Того Сакамаки не вышел проститься с горячо любимыми сыновьями. Он даже не удосужился подойти к окну и проводить их взглядом. Ему было абсолютно наплевать.       Путь предстоял достаточно короткий, плюс-минус двадцать минут. К сожалению, быстрая телепортация невозможна. Просто не хватит энергии. Хотя для короля вампира это не проблема. Он способен на всё. Но братья не способны на такие длинные скачки в расстоянии. Поэтому старый-добрый транспорт им в помощь.       Поездка проходила относительно спокойно…       — Проказница, — Мари не повезло. Ей досталось место около Райто и Субару, — твой желудок ещё не присох к позвоночнику?       Она даже не посмотрела на него. Она руководствовалась правилом: молчи и сиди тихо. Авось пронесёт.       — Ты так и не поела?       Казалось, что Шу спит, но нет. Он всё слышит. Голубые глаза устало и в то же время серьёзно смотрели на юную особо.       — Да, как-то забыла, — тихо ответила Мари, сделав максимально простое и глуповатое лицо.       Правило второе, которым решила руководствоваться девушка: сглупить иногда, — значит, выжить.       За свои двадцать один год она пришла к выводу, что глупым людям живётся намного легче. Они не думают о том, что будет, если сказать или сделать что-либо. Они живут в моменте. А умный человек миллион раз подумает, прежде чем что-то предпринять. А если, не дай бог, ошибётся — всё, конец, земля уйдёт из-под ног.       — Юная леди, — Рейджи резко захлопнул книгу и раздражённо посмотрел на Ямаду, — с завтрашнего дня я непременно займусь вашим воспитанием.       Как же зачесался её язык, намереваясь дать жёсткий и грубый ответ. Но она сдержалась, проглотив негативные эмоции.       «Дыши, Мари, дыши, — она мысленно успокаивала себя, — нельзя срываться. Силы неравны».       Субару наблюдал за ней со стороны. Он ждал, когда же самообладание даст по тормозам, и она сорвётся. Но девушка держалась. Хотя вампир отлично понимал, что всё ещё впереди. Она не жила с ними двадцать четыре на семь под одной крышей. К тому же её никто ещё не кусал. Парень не догадывался, что на шее Мари красуются две аккуратные дырочки от клыков Шу. Юная особа намеренно распустила волосы, чтобы никто не увидел. Нельзя, чтобы они узнали, иначе они не дадут ей проходу. Ямада помнила слова Райто, касающиеся запрета на кровь. И она очень надеялась, что блондин его не снимает.       — Блинчик, я хочу пить.       — Аято, не сейчас.       Парочка сидела на отдельном боковом диванчике. Юи максимально жалась к окну. Аято же наступал сбоку, навалившись на неё плечом. Мари с неким отвращением посмотрела на эту картину. Неожиданно для самой себя с её губ слетели неосторожные слова:       — Овца и волк…       — Что? — недовольно произнёс Субару.       — Что? — она мгновенно среагировала, прикидываясь дурочкой.       У вампиров хороший слух. Её слова все услышали.       — Заткнитесь! — раздражённо сказал Шу. — Двадцать минут тишины!       У блондина сдавали нервы. Он очень устал. Организм не привык к такой активности. Плюс ему не хватало музыки. Он чувствовал себя каким-то музыкальным наркоманом, которому необходима доза.       Оставшийся путь прошёл в тишине...       …       ...       Лимузин остановился у ворот поместья.       Первым из машины вышел Рейджи. Вампир был угрюм и серьёзен. Внутри него бушевала буря. Он чувствовал себя униженным и оскорблённым. Но брюнет держал себя в руках. Чтобы не случилось, больше он не опустится до ссоры, а тем более до драки с Шу. «Я выше этого», — Рейджи вновь и вновь прокручивал эту фразу в голове, когда от злости сжимались кулаки. Но эта позиция не означала, что произошедшее в прошлом. Напротив, в голове второго сына Того Сакамаки назревал план мести.       — Поторопитесь, — скомандовал брюнет.       Следом за Рейджи лимузин покинули остальные братья. Аято подал Комори руку, так как хотел помочь ей аккуратно выйти из салона. Он вёл себя как всегда, в меру высокомерно и непринуждённо. Множественные болезненные укусы, засосы и синяки на теле не давали Юи забыть о том дне, когда она отказала ему, сказав, что не хочет этого брака. Её слова очень сильно задели самолюбие и чувства Сакамаки. Да он и не ожидал услышать отказ. Но Аято не собирался сдаваться. «Моё будет моим», — высокомерно рассуждал вампир, совсем не думая о чувствах несчастной девушки.       — Не нужно, — прошептала девушка, самостоятельно выходя из машины, не принимая его помощи, — мне ничего от тебя не нужно, — её голос дрожал.       Она не знала, откуда взялась эта смелость. Слова сами вырвались из груди. Возможно, некую силу ей придавало решение, принятое ночью в подвале замка короля вампиров. Время, что она провела за решёткой на привязи, словно собака, многое расставило по местам. Сомнений не осталось. Терять больше нечего. Её душа полностью сломана.       Аято собирался уже ответить, но его прервал восторженный возглас младшего брата:       — Тедди, мы наконец-то дома!       Канато был очень рад вернуться домой. Но ему было очень грустно осознавать, что все восковые куклы канули в огне. Он любил разговаривать с ними по ночам, когда все спали. «Я так рад, что вы понимаете меня», — повторял юноша каждый раз в конце очередного монолога с трупами жертвенных невест. В их обществе вампир чувствовал некое спокойствие и расслабление. А теперь их нет. Ничего не осталось.       Бывали моменты, когда разум Сакамаки пробуждался ото сна. Пелена спадала с глаз фиолетового цвета. И именно тогда он чувствовал себя по-настоящему плохо и потеряно. Ему было страшно осознавать реальность. Тедди — лишь игрушка. Восковые куклы в подвале — безжизненная мертвечина, которую он сотворил своими руками. Любовь к сладкому — вовсе и не любовь. На самом деле настоящий Канато ненавидел эти конфеты, пирожные, торты и остальное. Просто терпеть не мог. От всего этого бессмертное холодное сердце будто бы сжималось внутри. У него никого и ничего нет. Чужой среди своих, заклеймённый психопатом и неврастеником.       — Действительно, — мрачно произнёс Райто, пристально смотря на место, где прошло его детство, — дома...       Райто не испытывал никаких тёплых чувств к особняку. Даже наоборот. Он был бы рад, если бы он навсегда исчез с лица земли. Вампир чувствовал, что всё это не для него. «Почему я живу именно так? Бесцельное и невероятно скучное существование, — время от времени рассуждал Сакамаки. — Жизнь людей коротка, но очень насыщена. Они мечтают и достигают. Живут и радуются. Любят и любимы. А я? Что делаю я?» Райто не понимал, для чего живёт здесь и сейчас. Он пытался понять, с чего всё началось? И ответ вызывал неприятное чувство внутри. Всё началось со дня его рождения. Иногда он мечтал стать сыном другой семьи, возможно, даже человеческой. Но только не ребёнком короля вампиров и демонессы.       — И как у вас язык поворачивается назвать это, — грубо начал Субару, — домом…       Субару ненавидел родовое гнездо Сакамаки. Эти полы, стены, потолки — абсолютно всё. Каждый уголок дома видел и помнил страдания огромного числа молодых смертных девушек. Он буквально пропитан запахом смерти. «Это проклятое место даже пламя не берёт, —думал он, смотря на особняк, — а жаль». Алые, как кровь, глаза остановились на одной из башен поместья. Именно в ней была заточена его мать. Всё сгорело. Прошлое навсегда осталось в прошлом.       — Отойди, — сзади него раздался недовольный голос Шу. Субару стоял около самого выхода, преграждая путь, — я хочу выйти.       — Т-ц! — злостно цокнул младший брат, отходя в сторону.       Шу было безразлично, где находиться. Главное, чтобы была тишина. Поместье радовало вампира площадью. Мест для уединения настолько много, что можно заблудиться. А ему большего и не надо.       — Мило-мило, — Мари вышла следом за блондином, бросая взгляд на особняк, — но в гостинице было бы лучше…       — Замолчи уже, — Шу, обернувшись, пренебрежительно кинул эти слова в её сторону, — достала…       — Согласен, — одобрительно кивнул Субару, — хватит ныть!       — Молчу, — Ямада выставила руки перед собой, в знак защиты, так как парни стояли слишком близко. — А комнатку можно самой выбрать?       — Юная леди, — Рейджи смерил её суровым взглядом, — держите себя в руках. Вы гость в нашем доме. А у гостей права ограничены.       — Ясно, — женские глаза недовольно посмотрели в сторону брюнета, — большего я и не ждала, — тише добавила она.       — Что вы сказали? — малиновые глаза сощурились и серьёзно посмотрели прямо на неё.       — А что я сказала? — ответила она вопросом на вопрос.       — Надоело! — лицо Шу исказилось в агрессии. — Я пошёл, а вы можете дальше разглагольствовать у ворот, — блондин исчез.       — Какой нетерпеливый, — засмеялся Райто.

○○○

      Все разошлись по своим старым-добрым комнатам. Они были прежними, ничего не изменилось. Интерьер, мебель, даже личные вещи — всё было на своих местах. Рейджи и Мари шли по коридору. Вампир решил сопроводить гостью в комнату, а также рассказать о правилах особняка.       — Прошу, — Сакамаки открыл одну из дверей по правой стороне коридора.       — Спасибо, — ответила Ямада, проходя вперёд.       Перед ней предстало просторное светлое помещение. Пол устлан ворсистым белым ковром с замысловатым рисунком в виде завитков. Приятные бежевые обои с белым напылением и золотыми узорами. Высокий белый потолок с шикарной хрустальной люстрой на пять плафонов, увидев которую Мари поймала себя на мысли, как же ярко и слепяще будет она светить.       Мебель была из светлого дерева, отдающего кремовым цветом. У стены стояла огромная кровать с атласным постельным бельём цветочной тематики. «Это даже не двуспалка, — подумал она, увидев предмет мебели, — ну и ну...» По этой же стороне находился массивный шкаф-купе на две дверцы с зеркалами. У окна располагался туалетный столик. Девушка подметила, что он как будто из сказки. Резные выгнутые ножки, множество ящичков, большое зеркало. В противоположном углу был комод на четыре ящика. Чуть дальше небольшой диванчик и стеклянный столик.       Комната была роскошна. Но Мари было некомфортно в ней находиться. Она чувствовала себя какой-то недостойной, ничтожной. Юная особа выросла в самом обычном доме со средним достатком. В гостинице хоть и была бедная обстановка, но она чувствовала себя спокойно. Здесь всё иначе. К такому её жизнь не готовила. Здесь можно было бы сфотографироваться, будто бы ты на какой-то экскурсии или в музее, но не жить.       — Нравится? — поинтересовался Рейджи, так как её двусмысленное лицо было ему непонятно.       — Да, — грустно ответила девушка, — очень…       — Расскажу о правилах нашего дома, — серьёзно начал вампир, поправляя очки. — Главное из них вести себя спокойно и тихо. Не стоит обсуждать что-то в коридорах или общих комнатах. Всё личное в стенах своей комнаты. Можно выходить на улицу и гулять. Комендантский час в десять, после этого времени выходить из комнаты запрещено. Завтрак в девять утра, обед в час, ужин в шесть. Опаздывать запрещено. Любое нарушение правил карается серьёзным наказанием. Ясно?       — По особняку ходить можно? Например, если она, конечно, есть, в библиотеку...       — Можно делать что угодно в рамках разумного и до десяти вечера, как я уже сказал, — брюнет тяжело вздохнул, показывая всем своим видом, что этот бессмысленный разговор ему надоел. — Как рана? — его взгляд переместился на повязку на женской руке.       — Хорошо, — Мари слабо улыбнулась, хотя внутри всё перевернулось, будто бы током прошибло, — лекарства, что вы выписали, очень помогли, особенно мазь с антибиотиком. Я очень благодарна. Но Шу сказал ничего не брать с собой, поэтому вся моя аптечка осталась в замке, — она польстила ему, предполагая, что Сакамаки это понравится. Так и случилось.       — После обеда решим этот вопрос. Отдыхайте.       Рейджи собирался уйти, но напоследок решил внимательно изучить юную особу, стоящую напротив. Он отметил, что она довольно красива и миловидна, хорошо сложена по женским стандартам. Отличительной чертой лица были три родинки, расположенные треугольником под правым глазом. Они были едва заметными, светло-коричневыми, но очень цепляли взгляд. И, конечно же, глаза. Шу был чертовски прав, отметив их красоту. Радужная оболочка составляла необыкновенный чёрно-коричневый звёздный узор, с ответвлениями, завитками и точками, и соединяла в себе два цвета: ярко-зелёный и серо-голубой. «Не понимаю, кажется ли мне или её глаза действительно изменились?Я помню, что они выглядели иначе в последний раз, когда я её видел, — Сакамаки заострил внимание на её глазах. — Хотя, возможно я был невнимателен и не запомнил, как они выглядели». Встряхнув головой, Рейджи покинул комнату и направился к себе, попутно рассуждая, показалось ему или нет…       Убедившись, что шагов вампира не слышно, Мари забежала в ванную и заперла дверь изнутри на щеколду. Повернув вентиль холодной воды и сделав максимальный напор, она достала спрятанные телефон, кабель и вилку и положила их перед собой на кафель.       «Куда мне всё это добро спрятать? В комнате лучше не оставлять. Держу пари, Райто имеет дурную привычку лазить в чужих шкафах, а, быть может, и ещё кто-то. Плюс я ни за что на свете не стала бы пользоваться телефоном прям так в открытую. Вампиры имеют способность перемещаться. Я просто не успею среагировать и убрать устройство, если вдруг кто-то появится. А ванная — хорошее место, особенно когда отсюда доносятся посторонние звуки. Вряд ли кто решит зайти, мало ли каким ты тут делом занимаешься, — её глаза забегали по помещению. — Так, посмотрим».       Внимание девушки привлёк встроенный в стену унитаз. Видимым было только сиденье с крышкой. Ямада подняла глаза и увидела небольшой лючок. Она подошла ближе и потянула руку вверх, чтобы понять, насколько он высоко.       «Скорее всего, за ним спрятаны трубы и прочее. Неплохое место. Упаковать хорошенько и спрятать в трубах. Но нужно всё очень хорошо закрепить, если упадёт, — её глаза прошлись по стене, от люка до самого пола, — будет очень печально...»       Мари подпёрла подбородок руками, сильно надавливая. Она не знала, как лучше сделать. В голову ничего путного не приходило. А решить нужно было здесь и сейчас. Неожиданно в мыслях возникла идея. Ямада подошла к умывальнику и аккуратно его отодвинула, не задевая подсоединённые трубки. Рядом шумела вода. Струя была очень сильной. Слив не успевал справляться, из-за чего вода в ванной начала набираться. Женские пальцы вцепились в плинтус, пытаясь сдвинуть его с места. Но сил не хватало.       «Давай. Давай же! — Ямада мысленно заклинала несчастный плинтус. — Сейчас же!»       Глаза детектива вспыхнули. Цветная оболочка, разделённая на два цвета, засветилась зелёным и синим огнём. Точки и ответвления в виде отростков хаотично вращались по часовой стрелке. Зрачки сузились до максимальных размеров и пульсировали каждую долю секунды. Мари не видела себя со стороны, но чувствовала, что что-то происходит. Плинтус сдвинулся с места.       — Отлично, — прошептала девушка, выдохнув. — А теперь…       Стены ванной комнаты были обиты пластиковыми панелями. Мари знала, что этот материал легко поддаётся воздействию. Она взяла пемзу для ног, лежавшую на полке около ванной, и со всей силы пробила панель вверх из-под низа. Всё получилось. Единственное было очень громко. Но Ямада надеялась, что шум всё заглушил.       — И ещё раз…       Юная особо просунула руку за панель, крепко держа своеобразное орудие в ладони, а затем нанесла удар в бок, создавая некую ячейку, карман в стене. Проведя пальцами по отсеку и довольно улыбаясь, она поднялась чуть выше и повторила действие, увеличивая площадь. Свободной рукой она схватила телефон и примерила его внутри — идеально, даже место для зарядки осталось. Убрав всё в тайник, она вернула плинтус на место, придвинула умывальник обратно, после чего отряхнула пемзу и убрала её обратно на полку.       — Шикарно, — она победно улыбнулась, заворачивая вентиль холодной воды.       Мари покинула ванную комнату и решила выйти подышать на балкон. К счастью, он у неё был. Девушка вспомнила недавний разговор с Шу. «Гото Маэда — человек, которому я доверяла, как себе самой. Никогда бы не подумала, что он замешан с ГМГЦ, — рассуждала Ямада про себя, смотря вперёд. — Но! Шу говорит правду. Его глаза не врут. Да и смысла обманывать меня у него нет. Услышав его слова, я была шокирована. Но реальность не изменить. Поэтому я решила дожать эту историю, дабы воочию увидеть лабораторию изнутри. И он повёлся...»       Детектив слегка улыбнулась, осознавая, что ей удалось провести старшего сына Того Сакамаки. Но девушка была готова рискнуть. Она обязана увидеть ГМГЦ изнутри. «Очевидно, что Шу неравнодушен ко мне, иначе бы он не возился со мной, а просто убил. Все его оправдания, касательно того, что только с моей помощью удастся закрыть дело без последствий для Каменаши и его семьи — полная чушь. Сакамаки настолько влиятельны и богаты, что могут решить все проблемы, лишь щёлкнув пальцами. Шу уверен, что я полностью в его руках. Но он ошибается. Эта игра будет по моим правилам».

○○○

      На часах без двадцати шесть вечера. Лимузин отправился в академию «Рётэй». Очередной день учёбы ожидал всех кроме Шу и Мари. Сакамаки переместился к дверям комнаты детектива. От него веяло негативом и агрессией. Дело в том, что он планировал как можно скорее поехать в ГМГЦ, быстрее закончить в нём все дела и вернуться домой до наступления глубокой ночи. Но Ямада не спешила спускаться вниз. Хотя автомобиль уже подъехал к воротам и ожидал пассажиров. И этот факт невероятно разозлил парня.       — Женщина, сколько можно тебя ждать? — рассерженно начал парень, открывая дверь. — Шевелись!       — А что случилось? — Мари сидела за туалетным столиком и спокойно расчёсывала волосы.       Шу тяжело выдохнул, пытаясь успокоиться. Желание свернуть ей шею здесь и сейчас было колоссально сильным. Он подошёл к девушке и склонился над ней, обхватив женские руки чуть выше локтей.       — Когда был обед, — он с силой сжал ладони, — я чётко обозначил время отъезда в лабораторию, — кожа на руках девушки покраснела. — Забыла?       — Нет, — коротко ответила шатенка, кривя лицо от боли, — отпусти мои руки. Мне больно.       — А я заколебался тебя ждать внизу! — раздражённо бросил он, наклоняя голову ниже и зарываясь носом в шелковистые шоколадные локоны. — Все уже давно уехали в академию. Мы должны были уехать через пять минут следом. Но из-за тебя…       — Ну, пошли, — Мари резко его перебила, вскочив на ноги, — не будем заставлять водителя нас ждать, — она выбралась из лап вампира и отошла в сторону. — Пойдём! — воодушевлённо произнесла детектив, направляясь к выходу из комнаты. Шу ничего не оставалось, как пойти следом.       Наконец-то водитель повернул ключ зажигания, и машина тронулась с места. Это был не лимузин, а обычное четырёхместное авто, но очень дорогое и презентабельное. Кожаный салон, подлокотники, подсветка и многое другое премиум класса. Шофёр, да и передние два места были скрыты черным непроницаемым стеклом. Шу удобно расположился на своём месте, откинулся на спинку кресла, предварительно отрегулировав его, и устало закрыл глаза, желая вздремнуть по дороге. Мари, напротив, сидела как на иголках с идеально прямой спиной и напряжённо смотрела на свои колени, изредка кидая короткие взгляды на персону рядом.       «Ё-моё, — она взъерошила волосы руками,— замкнутое маленькое пространство наедине с хищником, — рассуждала юная особа, — чувствую себя маленькой ничтожной девочкой. Теперь я понимаю, каково Юи оставаться с кем-то из них наедине. Но я уверена, что она первая начинает диалог, провоцируя, а я этого делать не собираюсь», — она решила сидеть тихо и молчать, а также перестала смотреть на вампира. Но, к сожалению, Сакамаки первым решил начать разговор.       — Иди сюда, — он устало приоткрыл глаза, — я хочу пить.       — Нет-нет-нет, — она отрицательно закачала головой, — это дело, будь добр, проворачивать без моей помощи.       — Смотри, — Шу потянулся, выпрямляя спину, — если я говорю тебе подойти, значит, ты молча должна это сделать.       — Нет, я тебе ничего не должна, — Мари серьёзно посмотрела на вампира. — Можешь свернуть мне шею, если так хочется, — она смотрела прямо в голубые глаза. Парень удивился, ведь он только подумал об этом. Но это была случайность, она сказала это к слову, — но в дела крово-водопоя не вмешивай меня. В договоре об этом сказано не было. Плюс, как отметил твой брат, я гостья, а не жертвенная невеста вашей семьи.       — Хм, этот момент можно легко поправить. Допустим, ты внезапно погибаешь или пропадаешь без вести. По сути, Мари Ямада для всех умирает. Остаешься ты, человек, никому ненужный и неизвестный, и что же с тобой будет...       — Раз так всё легко и просто, убей меня, — в её глазах читался страх, но голос был твёрдым и уверенным. — Зачем терпишь меня? Возишься со мной? Для чего всё это? И не говори, что только с моей помощью без последствий и рисков решишь дело с пропавшей Изуми Такахаси. Это бред, в которой я не верила, не верю и верить не собираюсь. Денег и связей у вашей семьи достаточно, чтобы замять абсолютно любое дело. Так что же тебя останавливает? Ответь! Мне очень любопытно...       Мари решила повернуться лицом к Шу, чтобы отчётливо видеть выражение его физиономии. Она опустила локоть на колено, оперлась на него, после чего подставила ладонь под щёку, немного наклоняясь вперёд. Девушка была настроена решительно, но внутри неё затаилась тревога. «А если я ошибаюсь, и он прямо здесь и сейчас свернёт мою хрупкую шейку?» — паника росла. Но она не подавала виду. Хотя свободная рука инстинктивно прошлась по шее, будто бы проверяя её наличие.       — Боишься? — усмехнувшись, произнёс вампир, поворачиваясь лицом к смертной и облокачиваясь спиной о дверь автомобиля.       — Ну, да, — ответила она, приподняв брови. Интонация её голоса была настолько утвердительной, будто бы этот факт не требует обсуждения и вопросов, будто бы это само собой разумеющееся явление.       — Твоя модель поведения порой убивает меня, — голубые глаза недовольно смотрели на девушку.       — Вижу, — Ямада развела руками, тяжело вздыхая, — ты мне не ответишь...       — Хорошо, что со зрением у тебя всё в порядке, — самоуверенно ответил Шу, устало прикрывая глаза.       «Разговор не получился. М-да. Видимо, батарейка совсем сдохла, — Мари презрительно посмотрела на вампира. — Юи рассказывала, что старший сын семьи Сакамаки любит покой и тишину. Ну, не знаю. Как по мне, это уже не просто «любит покой и тишину». Это заторможенность, медлительность и наплевательское отношение ко всему происходящему вокруг. Хотя грех жаловаться. Не тронул меня — и ладно!»       На самом деле, Шу не нашёл подходящих слов для ответа, поэтому применил свой коронный приём — притворился спящим. Он и сам не знал, почему оставил её в живых. В его мыслях творился настоящий хаос. «Если расскажу о кулоне — возникнет слишком много вопросов, расхлёбывать которые я не слишком настроен. К тому же это не причина. Отец никак не отреагировал на пустой камень. Хотя я уверен, что он уловил остатки энергии. Следовательно, в этой женщине нет ничего особенного, — рассуждал блондин про себя. — Я не могу ответить на главный вопрос, который я задаюсь с того дня, как случился пожар. Почему я решился идти в огонь ради неё?» Сакамаки вспомнил, насколько сильно сжалось что-то в груди, когда он услышал от Юи, что Мари осталась в горящем доме. Ступор. Сомнения. Он даже не помнил, как переместился в особняк, захваченный пламенем. Лишь одна установка в тот момент щёлкнула в его голове — спасти, во что бы то ни стало.       Остальной путь прошёл в полнейшей тишине. Понимая, что Сакамаки уснул, Мари свободно и спокойно задышала. Она расслабленно откинулась на спинку кресла и решила понаблюдать за сменяющими друг друга пейзажами за окном. Золотистые лучи, играючи, заглядывали в салон через прозрачные стёкла автомобиля. Солнце садилось. Наступал вечер. Детектив поймала себя на мысли, что машина двигается в противоположную сторону от того маршрута, которым она добиралась до Каменаши. Они уже далеко за городом. Следовательно, бункер, что изображён на карте постройки, которую ей продала Аои, — не главное сооружение ГМГЦ. Или же Гото Маэда не суётся лишний раз на территорию Того Сакамаки и предпочитает вести дела на своей территории.       Путь был достаточно долгим. Спустя полтора часа водитель заглушил мотор машины и обратился к пассажирам за стеклом:       — Господин, мы прибыли.       — Хорошо, — сонно произнёс Шу, открывая глаза. — Из машины выходить не нужно. Как только мы уйдём — уезжай. Я позвоню за полчаса, когда потребуется машина, — устало бросил он, потирая глазницы рукой.       Он задремал по дороге. «Хоть немного отдохнул», — пронеслось в его мыслях.       — Пошли, — он бросил короткий взгляд на девушку, открывая дверцу автомобиля.       Мари вышла из машины. Как только она оказалась на улице, то неуверенно огляделась по сторонам. С одной стороны — крутой склон, с другой — непроглядный дремучий лес. Мурашки побежали по телу. Ей совсем не хотелось отходить от машины, а тем более идти хоть куда-то с Сакамаки. Сердце предательски застучало, выдавая все её эмоции и чувства с потрохами.       — Тише, — горячее дыхание обожгло женское ухо. Она не заметила, как со спины к ней подошёл Шу и склонился над самой макушкой.       — Мы же не пойдём туда? — её глаза, не моргая, смотрели в сторону тёмного леса.       — Пойдём...       Солнце окончательно скрылось. Полумесяц неярко светил на небе. Сумерки. Перед глазами девушки появился образ Каяо, лежавшей на земле и истекающей кровью. Затем в голове раздался звук выстрела. Дрожь. Оцепенение. Раньше она не боялась безобидных прогулок по лесным просторам. Напротив, вечерние прогулки вызывали только приятные эмоции, дарили покой и наслаждение. Но теперь всё иначе. Одна мысль о том, что придётся идти в лес, вызывала дикий ужас в душе Ямады.       — Не пойду, — твёрдо произнесла Мари, отворачиваясь.       Шу ничего не ответил. Он лишь немного улыбнулся. И в этой улыбке не было ничего похожего на доброжелательность. Парень крепко ухватил женскую ладонь и направился вперёд, прямо в лес. Глаза Мари удивлённо распахнулись от неожиданного действия вампира. Она что-то сказала, явно возражая, но Сакамаки даже слушать не стал. Её слова были совершенно ему неинтересны. Он лишь сильнее сжал её тёплую руку, тянув за собой.       Огромные, старые, раскидистые деревья с мощными стволами и ветвями. Кустарники всевозможных размеров, покрытые колючками и сухими листьями. Опавшая листва под ногами. Кругом непонятные шорохи и звуки, от которых всё внутри переворачивается. Громкие неприятные возгласы птиц. Сколько бы Мари не пыталась их увидеть — всё тщетно. Они затаились в массиве леса. Темнота стремительно окутывала всё вокруг, погружая во мрак. Поднялся ветер. Стало холодно.       Сакамаки решил проучить слишком наглую, по его мнению, женщину. Он неожиданно остановился на полпути и отпустил дрожащую руку Ямады, внимательно смотря на её лицо, изучая каждую эмоцию. Ему очень нравилось наблюдать за тем, как её охватывает страх и безысходность. Зрачки, расширенные из-за темноты, сузились и начали нервно пульсировать. Сердце в её груди застучало с новой силой. «Всего пару минут, — голубые глаза неотрывно следили за каждым её вздохом, — ничего не случится».       — Что ты задумал? — прошептала Мари, серьёзно смотря в мужские глаза.       — Знаешь, — спокойно, даже как-то лениво начал говорить Шу, — ты права. Зачем мне все эти хлопоты, связанные с тобой? — усмехнулся он, скрестив руки на груди. — Оставлю тебя здесь. Может, удача будет на твоей стороне, и ты выберешься, — его тон стал грубым и резким. Он хотел напугать, и у него получилось.       — Что? — её лицо исказил ужас.       — Прощай, Мари Ямада... — он развернулся и сделал шаг вперёд, растворяясь в пустоте.