Детектив в Каменаши

Повествование от лица Шу Сакамаки

      Рейджи — мой полнородный, кровный брат, которого я ненавижу всем сердцем.       Наша вражда берёт начало с ранних лет. Младший брат с самого детства питает ко мне неприязнь… нет, это слово не подходит… хм… отвращение? Да, в самый раз! Помню, как его трясло от одного моего вида, хотя и сейчас это происходит изо дня в день. Честно сказать, в детстве я искренне не понимал, почему Рейджи относится ко мне таким образом, расстраивался каждый раз, видя в его глазах лютую злобу, ненависть. А потом я возненавидел в ответ.       Моя мать с самого детства закладывала в мою голову лишь одну программу. «Ты будущий наследник, так веди себя соответственно», — Беатрикс повторяла эту фразу каждый день. Она враждовала с Корделией, конкурировала за первенство во всех аспектах. «Ты обязан быть лучшим… Недостаточно хорошо учиться, нужно учиться сверх своих возможностей. Ты преемник короля, а не уличная крыса. Если ты снова уйдешь из дома, клянусь, ты забудешь, как выглядит мир за стеной особняка. Не смей так себя вести! Детство кончилось!» — слишком много запретов и так мало свободы, я буквально не мог вздохнуть без её разрешения.       Глаза Беатрикс всегда были направлены только на меня, Рейджи оставался позади, в тени… Она не видела в нём ничего выдающегося, не воспринимала от слова совсем. Но это не моя вина. Хотел ли я быть первым? Конечно нет. Я хотел жить и радоваться жизни. А брат всегда хотел на вершину, надеялся, что она признает его, полюбит... Хм, её любовь весьма сомнительная штука. Если была бы возможность, то я, не задумываясь, поменялся бы с ним местами, но… кто мы такие против течения жизни? Даже бессмертные души бессильны перед лицом судьбы, всё решено за нас.       Так когда же во мне затаилась ответная ненависть на брата? Его мелкие выпады, например, доложить матери, что я вновь сбежал, рассказать ей что-то секретное, что я бы предпочёл скрыть и прочее… всё это меня не трогало, огорчало, но не вызывало агрессии. Отправной точкой стало событие, которое навсегда разрушило того меня, открытого и жизнерадостного ребёнка. Смерть моего единственного друга, Эдгара, произошедшая из-за умышленного поджога деревни. Я помню эти малиновые глаза, блистающие в ночи, догорающий факел в его руках. Он безумно улыбался, находясь где-то далеко, в тени, смотря, как горят люди. Рейджи… мой брат… перечеркнул абсолютно всё.       Ненависть застилает глаза, бессмертное сердце сжимается от боли, оно словно в тисках, хочется кричать, но не могу… Я ощутил весь спектр эмоций в тот день, и именно в эту ночь я возненавидел Рейджи, понял, что нам никогда не стать братьями, семьей. Он по одну сторону, я по другую.       Вместе с Эдгаром умерла моя человечность. Я осознал, насколько мы, вампиры, отличаемся от обычных людей. Смертные уязвимы по отношению ко всему, они хрупки и беспомощны. Достаточно одного мгновения, чтобы человеческая жизнь оборвалась навсегда. Так зачем любить, привязываться к ним?       «Что с тобой? — спросила Беатрикс на следующий день после пожара. — Неужели ты расстроен из-за случившегося ночью? Брось, они всего лишь люди». Впервые в жизни... я согласился с матерью. Люди… всего лишь люди… словно песчинки, утекающие сквозь пальцы.       Апатия — неплохое состояние, с которым я породнился. Безразличие, невозмутимость, бесстрастие… Жить действительно стало легче. Но иногда образ трещит по швам. Например, когда в ночи просыпаюсь от очередного кошмара, в котором вижу обезображенное огнём лицо Эдгара; тогда, словно вихрь, нутро вырывается наружу, чувство вины наполняет до краёв, немыслимая злость сковывает грудную клетку, дыхание перехватывает. Если бы я мог, я бы убил Рейджи, но я понимаю, что его смерть ничего не изменит.

○○○

      Почему ноги привели меня в её комнату? Не знаю. Адреналин бьёт в голову, сейчас я… — действительно я. И на данный момент я хочу попробовать на вкус эту девушку. Медикаментозная кровь — безусловно, это опасно для организма вампира. Вещества, содержащиеся в таблетках, могут привести к существенным проблемам. Отравление, интоксикация, паралич и многое другое — всё возможно, зависит от степени содержания компонентов медикамента в крови. Но, ставлю голову на отсечение, эта женщина надурила меня, скрыла истинную информацию, когда и сколько она прибегала к помощи лекарств. Кровь, что сильно отравлена, источает неприятный медикаментозный запах, но от неё он не исходит. Следовательно, либо я чего-то не понимаю, либо меня обманули.       Я надеялся, что кто-то из братьев, особенно ставил на Райто, несмотря на запрет, укусит её, но, видимо, они слишком испугались, но вряд ли меня, скорее интоксикации. Ничего не поделаешь, придётся проверять самому.       — Если сдохну, значит, не повезло, — прошептал я, обнажая клыки.       Делаю глубокий вдох. Женская кожа источает невероятно приятный и притягательный аромат — аромат сирени на пике цветения. Эти нотки я уловил в нашу первую встречу, когда впервые увидел Мари. Да, эта женщина пахнет поздней весной…       Какова же её кровь на вкус? Прокусываю нежную кожу, делаю первый небольшой глоток — обжигаюсь, очень горячо. Её кровь начинает наполнять мои артерии, вены, капилляры — невероятное чувство, которое сопровождается сильной пульсацией. Чувствую, как внутри меня начинает закручиваться целый ураган ощущений, кровь мгновенно преобразовывается в энергию. Отстраняюсь немного назад и замираю, испытывая невероятный кайф, эйфорию…       Так не бывает. Человеческая, да и вообще любая кровь перерабатывается в энергетическую составляющую через несколько часов с момента укуса, только… Мне известно, что кровь синтетика мгновенно материализуется в энергию, но это невозможно. Мари всю жизнь прожила в Токио, её имя никак не связано с ГМГЦ, тогда как? Она что-то скрывает? Или же ей самой ничего не известно?       Нужно будет взять образец крови и изучить. А также найти её родню по материнской линии, возможно, истоки берутся именно с матери.       Так какая Мари Ямада на вкус? Её кровь — полная противоположность крови Юи. Совсем не сладкая, наоборот терпкая, с горечью и очень горячая, густая… Но мне пришлась по вкусу, надеюсь, что не откинусь и не заработаю паралич.       Одного глотка хватило, чтобы полностью наполнить моё тело энергией — впечатляет. Осторожно укладываю девушку обратно на подушку. Спящая красавица даже не шелохнулась, никакого сопротивления, ни единого звука. Наверное, высокий болевой порог. Ну, или же она не спала всю ночь. И я больше склоняюсь ко второму… Синяки под глазами и заплаканный вид говорят сами за себя. Неужели её настолько задели мои угрозы? Не думал, что она настолько сентиментальна… Надо бы сбавить обороты, мне не нужен вялый детектив…       Бросив последний короткий взгляд, исчезаю прочь из комнаты, перемещаясь к себе. Нужно изучить папки, которые отложила Мари и прочитать оставленные комментарии на их счёт. Надеюсь, она не просто так обратила на них внимание… Заодно оценим её умственные способности…

Конец повествования от лица Шу Сакамаки

      Ламповые ретро часы из красного дуба, стоящие в гостиной, пробили девять часов вечера. В замке стояла глухая тишина. Каждый был занят чем-то своим…       Того Сакамаки вчера в ночь улетел в другой город по делам на своём личном самолёте, оставив дом на управляющего — Нóбору.       Нóбору — правая рука короля вампиров, его спутник со времён детства, возможно, даже друг… понять, что творится в чёрной душе Карлхайнца, к сожалению, невозможно. В отличии от остальной прислуги замка мужчина являлся чистокровным вампиром, но происходил из разорившегося и ныне безымянного клана.       Нóбору в запланированное время набрал Того, дабы отчитаться о произошедшем за день. Мужчина доложил абсолютно всё, не упустив ни единой детали, максимально подробно.       — Удивительно, — по голосу Сакамаки было ясно, что он удивлён, — подрались… Феномен! А Аято… ну, и дела… На третьем тысячелетии моей жизни сыновья, видимо, решили встряхнуть меня.       — Господин, не думаете ли вы, что это может перерасти во что-то более конкретное и серьёзное, что приведёт к проблемам, конфликтам и прочему? — Нóбору вкрадчиво поинтересовался, сильнее прислоняя телефонную трубку к уху.       — Не думаю, — Того усмехнулся, — Шу слишком пассивен, такова его натура, хотя… в последнее время он сам не свой. Рейджи довольно опасен, но в тоже время труслив, бьёт со спины, боясь подставить лицо… на что-то серьёзное вряд ли решится. Скажи мне, что они делали после того, как бойня, — в трубке послышался хохот, — прекратилась?       — Ваш старший сын направился в комнату Мари Ямады, а Рейд… — его перебили на полуслове.       — А девчонка-детектив явно пришлась ему по душе, — заинтересованно подметил Того, — ну, хорошо… правда очень странно, Шу же обычно безразличен и холоден к людям, возможно, она пришлась ему не по душе, а по вкусу, — он вновь засмеялся.       — Рейджи удалился сразу к себе после произошедшего, — продолжил Нóбору. — На обед они оба не спустились, как и на ужин...       — Понятно, — подытожил Сакамаки, — ну, а в общем как дела?       Управляющий начал рассказывать об остальных незначительных событиях, произошедших за день, которые напрямую никак не относились к братьям и остальным, они касались бытовых дел и прочего.       ...       ...       Субару решил пройтись по саду, чтобы проветрить и немного встряхнуть свои мысли. Мысли о ранах Мари, которые каким-то невиданным чудом затянулись, не оставив даже шрамов, не давали покоя. Он пытался понять, что же его так смущает в женском запахе? Вампир искренне верил, что Ямада безобидна и не представляет опасности, но с другой стороны внутренний голос нашёптывал, что грядёт буря, которая произойдёт именно по вине этой девушки.       «Надеюсь, я не совершил ошибку, скрыв увиденное от братьев, — рассуждал Субару, — скорее бы она уже проснулась...» — парень развернулся и посмотрел на балкон Ямады, будто бы надеясь увидеть знакомую женскую фигуру вдалеке.       ...       ...       Рейджи находился в своих апартаментах. Он сидел на кресле и не спеша пил травяной чай. Сакамаки был раздражён, зол и серьёзен. Малиновые глаза полуприкрыты, брови нахмурены, рот напряжён.       «Какое унижение… — вампир поставил чашку с ароматным напитком на стол, затем одной рукой снял очки, а другой потёр переносицу, массируя. — Шу, ты заплатишь мне за оскорбление, — гнев овладел его разумом, — Мари Ямада… Она явно ему небезразлична, нужно убедиться в этом. Если мои догадки верны, — на его лице появилась ехидная ухмылка, — я ударю его в самое уязвимое место, отниму вновь дорогого человека».       ...       ...       Тройняшки как всегда перед сном решили развлечься в игровой комнате.       — Как хорошо, — игриво произнёс Райто, натирая мелом кий, собираясь играть в бильярд с Аято, — сегодня выходной, в академию не нужно… Красота!       — Согласен, — Аято разминал пальцы рук перед игрой, — мне уже осточертела эта академия… Несправедливо, что отец лишь Шу освободил от этого ада! Великий я справился бы лучше!       — А что там со стервочкой? Она даже на обед не пришла, — усмехнувшись, поинтересовался парень, — в комнате её нет…       — Видимо, решила отдохнуть в подземелье, — ответил красноволосый, недовольно посмотрев на брата.       — Неужели ты наказал её за отказ? — Райто нахмурился. — Что ты сделал?! — в его голосе послышались нотки волнения.       — Тедди, кажется, Юи досталось сполна, — Канато сидел на диване, болтая ногами над полом, и разговаривал с плюшевым другом, — как думаешь, сильно ли брат наказал её?       — Аято, не забывай, что она не только твоя, — Райто серьёзно посмотрел в зелёные глаза напротив, чуть прищурившись, — не стоит заигрываться в её мужа, — усмехнувшись, подметил парень, ставя кий на место.       — Эй! Ты чего? А как же бильярд? — вампир не понял действий брата.       — Не хочу, — вяло ответил младший из тройняшек.       — Не строй из себя невесть что, Райто! — недовольно бросил Аято с явной агрессией. — Ты мучаешь её поболее меня… она даже задумывалась о суициде, знаешь ли…       — Что? — брови Райто поползли вверх.       — Тедди, видимо, извращения брата доконали нашу игрушку… — со спины послышался тихий голос Канато. — Райто, нужно быть сдержаннее… Если Юи умрёт, где же мы найдём новую жертвенную невесту с такой же сладкой кровью?       — Я хотя бы не прибегаю к телесным пыткам, как некоторые, — Райто злостно сощурил глаза, — не сажаю в подземелье, словно раба, — бросил он, поправляя шляпу, — не заставляю насильно выходить замуж… — добавил вампир, после чего исчез.       — Тц! — воскликнул Аято, хмуря лицо. — Да пошёл ты, Райто, — он отошёл от бильярдного стола, — тоже мне… святой! — парень решил поиграть в дартс в одиночку, раз уж брат ушёл.

○○○

      Райто перенёсся в подземелье. Он не спеша обходил темницу за темницей, ища блондинку глазами. Пройдя несколько метров, вампир услышал тихие всхлипы. Идя на звук, он, наконец, увидел несчастную смертную.       Юи сидела в самом углу темницы, налегая спиной на угол, прижав колени к груди, обняв их руками и опустив голову вниз. Она плакала.       — Хватит реветь, стервочка, — вздохнул Сакамаки, отпирая заслон и открывая дверь, — давай, выходи отсюда, нечего сидеть в темноте и болтать с крысами о жизни, — он усмехнулся.       В ответ молчание. Она даже не посмотрела на него.       — Слушай, я могу и обидеться, — ехидно произнёс Райто, подходя ближе к ней и опускаясь на корточки, дабы увидеть столь милые гранатовые глаза.             — Не могу я встать, — Юи подняла на него заплаканные глаза, заглядывая в его лицо, — вот… — прошептала она, убирая руки и выпрямляя корпус.       Райто увидел, что её стопы прикованы к полу при помощи металлической установки.       — Кошмар, — вампир даже не удивился, — садист… — он одним движением сорвал металлическую пластину. — Иди сюда, — он взял блондинку на руки и перенёсся в свою комнату.       Аккуратно положив Комори на кровать, он присел рядом. Шея, ключицы, плечи — область, выглядывающая из-под кофты, была усыпана укусами, кровоподтеками, сине-бурыми синяками, чёрными гематомами.       — Не трясись ты так, — сладко пропел парень, — сегодня я паинька…       — Правда? — Юи удивлённо посмотрела на него.       — Тебе досталось сегодня сполна, — Райто опустил глаза, вновь смотря на обезображенную женскую кожу, — я, конечно, конченный, признаю, но не до такой степени, — он засмеялся, снимая шляпу и опуская её на прикроватную тумбочку.       — Ох… — устало выдохнула блондинка, закатив глаза, не веря своим ушам.       — Аято сказал, что ты жалуешься на меня… грозишься наложить на себя руки… Ай-яй-яй, стервочка, — он неодобрительно цокнул языком, — так не годится. Хочешь я дам тебе супер-бонус?       — Какой? — непонимающе прошептала Комори.       — Обращу тебя в вампира, — Райто хитро сощурил глаза и внимательно посмотрел на неё, — просто так… жениться не заставляю, — он усмехнулся.       — Ты серьезно?       — Абсолютно.       Глаза цвета спелого граната удивлённо распахнулись. Юи совсем не ожидала такого предложения от Райто. Всего на секунду она восприняла его слова всерьёз, но увидев задорный огонёк в зелёных глазах, сразу же поняла, что это очередная унизительная насмешка над жалкой смертной.       — Ты смеёшься надо мной, — утвердительно произнесла Юи, тяжело вздохнув, и откинулась корпусом назад, укладывая светловолосую макушку на подушку, — это так весело?       — Что весело? — Сакамаки саркастично улыбнулся. — Потешаться над тобой?       — Речь не только обо мне, — девушка вытянула руки вверх, внимательно рассматривая выпирающие синие вены. — Вы прожили не одну сотню лет. Жертвенные невесты сменяли друг друга. Вы относились ко всем одинаково или бывали исключения? — ей действительно было интересно услышать ответ. — Неужели никто из вас не хотел обрести счастья, семью? Разве не было хоть одной достойной девушки за всё это время?       Райто слегка приоткрыл рот от удивления. Её слова сумели задеть бессмертную душу. Грудную клетку перехватило, вампир не мог вздохнуть — его захлестнули давно забытые чувства и эмоции. В голове Райто всплыл образ девушки: светлые волосы с золотистым отливом, добрые голубые глаза, чарующая улыбка.       — Конечно же мы не сразу стали такими, какими сейчас являемся, — он говорил искренне, смотря куда-то вперёд, — девушки приходили и уходили, — он закрыл глаза и тяжело вздохнул, — я помню нашу первую жертвенную невесту, — на секунду его губы сомкнулись, — кажется, её звали Лика. Она была из России, — лёгкая улыбка появилась на его лице, — она так забавно разговаривала на нашем языке, постоянно делала ошибки в словах и выражениях. Рейджи столько сил и нервов вложил в её обучение. Мы очень хорошо к ней относились…       — Правда? — Юи с интересом посмотрела на Сакамаки, принимая вертикальное сидячее положение. Она впервые видела его таким искренним и открытым.       — Да, правда, — он утвердительно кивнул. — Мы были тогда очень молоды с точки зрения вампирской жизни. Но она не оценила нашу доброту, глупая смертная решилась на побег, — лицо Райто помрачнело. — Знаешь, Канато был совершенно нормальным, избалованным, конечно, со своими тараканами, но абсолютно вменяемым. Мы потеряли настоящего его именно в ту ночь. Заметив пропажу, мы разделились и начали обыскивать сначала территорию поместья, а потом уже близлежащее пространство. Канато первым настиг эту проклятую русскую в лесу. Она нанесла ему удар ножом прямо в голову, пронзила левый висок, представляешь? — юноша повернулся к Юи лицом, подперев голову рукой. — Полностью вогнала лезвие прямо ему в мозги. Обычный кухонный нож, но ты бы видела, насколько хорошо он был заточен, — он иронично усмехнулся, — лишь рукоятка торчала, когда мы его нашли. В этот день мы поняли, что вы, люди, — создания, которые могут быть кровожаднее и опаснее любого из нас. Вам нельзя доверять, проникаться, вы способны на предательство и обман.       — И что стало с девушкой? — ошарашенно прошептала Юи.       — Конечно же поймали, — Сакамаки немного наклонил голову в сторону, смотря собеседнице прямо в глаза, — истязали её тело всю ночь. Под утро она умоляла о смерти, но нет, мы же не милосердные, — он жутко рассмеялся, — пару дней она ещё пожила, а потом Рейджи свернул ей шею. Но это нам ничего не вернуло. Психика Канато необратимо пострадала, он стал таким…       — А как же регенерация? — осторожно спросила блондинка.       — Рана зажила, даже шрама не осталось, но функционирование височной доли в норму так и не пришло…       По щекам Юи побежали слёзы. Ей стало очень жаль Канато. Она и подумать не могла, что он пережил такое. Райто совсем не удивился, он уже привык к её сентиментальности и ранимости. Отвернувшись, он продолжил:       — Бессмертная жизнь — не сахар, — в его голосе была слышна едва уловимая печаль. — Эта история — одна из множества. И все эти события сделали нас теми, кем мы сейчас являемся. Жаль ли мне? Нет. А теперь что касается твоего вопроса о веселье, — вампир решил сменить вектор разговора, — жизнь настолько скучна и однообразна, каждый существует, как умеет. Да и вообще, согласись, бессмертие — это совсем непросто. Изо дня в день ты проживаешь одно и то же, видишь одни и те же лица, даже трава под ногами шумит одинаково. Невыносимо, — хмуро протянул вампир. — Любому хищнику присуще потешаться над жертвой — это закон природы, и это занятие приносит некое удовольствие. Это естественно и необычайно замечательно! — восхищенно подытожил парень, мечтательно закрыв глаза и возвращаясь в своё привычное состояние.       — Но не все же такие, какой оказалась эта девушка, — Юи грустно опустила глаза, обращаясь к Райто.       — Хм, — брови парня нахмурились, — намекаешь на себя?       — Да, — растерянно ответила блондинка.       — Если бы ты могла, ты бы каждого из нас уничтожила. Разве нет? — он посмотрел ей прямо в глаза. Она промолчала, так как не нашла слов для ответа. — Ладно, наша беседа затянулась, — Райто потянулся и встал на ноги. — Ты засыпай, отдыхай, набирайся сил. Они тебе пригодятся, стервочка, — его губы растянулись в ухмылке, — а я займусь изучением нот нового произведения, пора бы обновить композиции, а то я постоянно играю на пианино одно и то же…       Сакамаки взял с прикроватной тумбочки шляпу и одним лёгким движением надел её на голову, после чего отошёл в противоположный угол комнаты и присел на небольшой диван. Со столика, стоящего рядом, он взял тонкое музыкальное пособие и начал его изучать. Юи последний раз за сегодня взглянула на Райто, а затем легла на подушку и закрыла глаза, медленно погружаясь в сон.

○○○

      Темная ночь окутала город. На черном небе ярко сверкали звезды, образуя созвездия. Деревья тихо раскачивались на ветру, шелестя листьями, некоторые из них срывались с веток и беззвучно падали на землю. Сентябрь.       Знакомый ворон вновь прилетел на балкон детектива и начал каркать, привлекая к себе внимание. Но, к сожалению, Мари глубоко спала. Птица продолжала подавать голос — безрезультатно, затем она подлетела к двери и начала царапать стекло лапами, чередуя с постукиванием о поверхность клювом — никакой реакции.       Ворон сделал последнюю попытку, после чего развернулся и полетел обратно к своей хозяйке. Чёрные крылья сливались с ночью, он был практически незаметен во тьме. Птица добралась до часовни и начала кружиться вокруг, громко каркая.       — Алек, ты что творишь? — Изуми выбежала из часовни и шёпотом обратилась к пернатому напарнику. — Быстро перестань!       Ворон присел на женское плечо, продолжая каркать и махать крыльями, будто бы возмущаясь.       — Проигнорировала тебя, говоришь? — брови девушки изогнулись в явном непонимании происходящего. — Быть не может. Ты что-то путаешь…       Птица начало разъярённо кричать, а затем неожиданно ущипнула девушку клювом за кожу.       — Ты что творишь?! — Такахаси недовольно ахнула и встрепенулась всем телом, тем самым прогнав ворона с плеча. — Ладно, не будем выяснять, — девушка направилась к месту, о котором они с Мари условились в предыдущую встречу, — обещание я выполнила, — она положила телефон за развалины, чтобы его никто не заметил, — номер свой забила в контакты… Если вдруг что-то произойдет, она свяжется со мной, наверное… — зелёные глаза сосредоточенно смотрели вперёд , — если уже не произошло…       Изуми выпрямилась и отошла чуть назад, думая о Мари. В душе её грызли сомнения и опасения, всё ли хорошо с детективом. Выдохнув, она поманила к себе птицу, и как только ворон присел обратно на руку, они растворились в воздухе.

○○○

      Понедельник — день тяжёлый, начало новой рабочей недели. Сегодня, как обычно, братьев ожидает очередной однообразный досуг до вечера, а затем обучение, которое уже всем осточертело и казалось бесконечным, в академии «Рётэй». Эта участь уготована всем, кроме Шу.       Первый сын Того Сакамаки сегодня вечером отправится в ГМГЦ, дабы привести все дела в норму. Утром, как и было определено, Шу пришёл к отцу, чтобы отчитаться в проделанной работе, связанной с проверкой документов.       Карлхайнц, выслушав подробный доклад сына, внимательно изучал фрагменты, обведённые красным цветом в документах.       — То есть… — растерянно протянул мужчина, — препарат сбывается куда-то на сторону, — его брови вопросительно изогнулись, он поднял глаза и посмотрел на Шу.       — Верно, — блондин кивнул, — производство работает исправно. Весь процесс начинается со склада, именно оттуда ампулы и пропадают, и эту недостачу относят либо в брак, либо списывают на использование, но показатели не сходятся, поэтому… — он на секунду замолчал, нахмурившись, — в данном случае себя отрабатывает схема ложного учета готовой продукции на складе, и это прекрасно видно, если подробно изучить документы, что сейчас находятся в твоих руках.       — Да, я вижу, — Того тяжело вздохнул, — документы составлены и оформлены очень хорошо. Невнимательный глаз даже не увидит этих мошеннических махинаций. Ты молодец! Я доволен! — гордо произнёс мужчина, похлопав сына по руке. — Сам или кто-то помог?       — Мари Ямада помогла, — спокойно произнёс Шу, совсем не скрывая, — как оказалось, она не так глупа, как я думал, — он замолчал, вспоминая листок, на котором девушка оставила комментарии к проверенным папкам, — разбирается в схемах мошенничества и прочих делах, поэтому конечный результат исследования документов — это наша совместная работа, — подметил Сакамаки, вспоминая прошедшую ночь, ведь он повторно проверял всё за Мари, сверяя её записи.       — Очень хорошо, — король вампиров утвердительно качнул головой, — толковый шустрый ум — большая редкость, к тому же… раз она помогла тебе, следовательно, девушка обладает кротким нравом, послушная, исполнительная, что не может не радовать. Сегодня же отправляйся в ГМГЦ и проведи фактическую сверку, нам необходимо в кратчайшие сроки разобраться с этим недоразумением.       — Отец, ты же, насколько мне известно, находишься в тени, в позиции наблюдателя, — первый сын вспомнил важный момент, — мои действия могут спровоцировать ряд проблем со стороны председателей совета лаборатории.       — Значит, ты должен действовать не напрямую, а скрытно, не выдавая цели, понимаешь?       — Да.       — Отлично. В пятницу в это же время жду тебя в кабинете, расскажешь о результатах, — Того довольно улыбнулся. — Кстати, ваш особняк отремонтировали. До обеда попрошу вас покинуть замок и вернуться к себе домой. Свободен.       Шу молча встал и вышел из кабинета отца.

Повествование от лица Шу Сакамаки

      Как же я ненавижу Того Сакамаки, просто на дух не переношу. Каждое его слово вызывает внутри меня огромный заряд агрессии и гнева. Не понимаю, как можно быть настолько раздражающим и отталкивающим. Пока что, к огромному сожалению, послать отца ко всем чертям я не могу, хотя и очень хочу.       За эти дни я очень устал. Мне необходимы покой и тишина. Однако, что-то мне подсказывает, что отдохнуть в ближайшее время не удастся — слишком много забот упало на мои плечи, которым я совсем не рад. Нужно терпеть.       Мари Ямада — очень интересный экземпляр. Перечитав всю имеющуюся о ней информацию, я понял, что досье явно слишком идеализированно, особенно период её жизни до восемнадцати лет. В университет она была зачислена досрочно по рекомендательному письму какого-то влиятельного человека.       Самое забавное, что мои люди не смогли найти ничего вразумительного о её матери. Даже имя не смогли узнать. Неизвестно, где она, что с ней, жива ли вообще? Я так и не понял, где Мари появилась на свет. Пробили все больницы, девочка с таким именем нигде не зарегистрирована. Возможно, роды принимались на дому. Но новорождённого ребёнка сразу же обязаны прикрепить к больнице, зафиксировать его рождение, параметры, поставить прививки и так далее. Первые упоминания в медицинской карте появились в год и три месяца. Так не бывает…       Об отце известно не больше. Он погиб в результате несчастного случая, когда Мари было четырнадцать лет. Официально смерть наступила из-за аварии на дороге. Но что конкретно произошло неизвестно.       Но больше всего меня поразила информация о её бабушке по отцовской линии. Она умерла, когда её сыну было три года. Отец Ямады — выходец из детдома. Я приказал узнать, с кем же она всё это время росла. Найти ничего не удалось.       Получается, Мари — человек, о семье которого нет достоверной информации, да и о ней самой сто процентов досье сфабриковано. Но зачем? Мистика какая-то. Раздражает.

Конец повествования от лица Шу Сакамаки

○○○

      Старший сын Того Сакамаки пришёл в столовую и серьёзно обратился ко всем присутствующим:        — Ремонт в поместье завершён. Заканчивайте завтрак и собирайтесь. Как пришли ни с чем, так и уходите. Нечего тащить в дом всякий хлам, — голубые глаза наткнулись на пустой стул рядом с Субару. — Эту женщину, детектива, кто-то видел сегодня? Она вообще живая?       — Мы с Тедди проходили мимо её комнаты, — внезапно начал Канато, — она очень громко ругалась, говоря, что намотает кого-то или что-то на кулак, когда найдёт, — он сильнее прижал к себе плюшевого друга. — Она нам не очень нравится, поэтому мы не стали спрашивать, что произошло.       — Ясно, — устало ответил Шу, разворачиваясь и собираясь уходить.       — Шу, ты ведь от отца пришёл? — Аято остановил брата вопросом. — Он ещё у себя? Я хочу поговорить с ним насчёт брака.       — Ах, да, — у блондина совершенно не было настроения, и он решил испортить его младшему брату, — пока она сама добровольно не согласится, добровольно, слышишь? — Сакамаки жестом указал на Юи. — Я ставлю запрет на этот союз…       — Что?! — воскликнул Аято, срываясь с места. — Ты же говорил, что тебе всё равно! Что изменилось?!       — Раз уж зашёл разговор на эту тему, — Рейджи вмешался в беседу, — то я вынужден согласиться с ним, — он бросил короткий злой взгляд на Шу, — я не дам своего согласия, пока она сама не захочет, — он развёл руками, после чего поправил очки, — а даже если и согласится, пока не прибудет новая жертвенная невеста, — его перебили.       — Я всё понял! — крикнул Аято, сверкая зелёными глазами, он был в гневе. — Решили поиграть в хороших, да?! Встали на её сторону?! Ублюдки! — парень исчез.       — Вот и поговорили, — Райто засмеялся, — стервочка, ну ты вообще…       — А что я? — непонимающе произнесла Юи.       — Ты у нас, как яблоко раздора, — пояснил парень, поправляя шляпу, — такое сладкое, что никто не хочет с тобой расставаться.       Шу надоело всё это слушать, и он вышел из столовой, направляясь в комнату Мари. У него было слишком много вопросов к ней, и он не уйдёт, пока не получит правдивых ответов.

Повествование от лица Мари Ямада

      Всю ночь меня рвало кровью. Причём, когда желудок оказался полностью пустым, приступы не прекратились, напротив, они участились, интервал составлял две-три минуты. Пищевод, гортань, полость рта, носоглотка — всё обожжено желудочным соком. Невозможно глотать слюну — больно, очень больно. Со мной такое происходит впервые, и я не понимаю почему.       За эту долгую и очень болезненную ночь, наконец-то, некоторые моменты прояснились, а именно…       Во-первых, скорее всего, я была намеренно отправлена в этот город. Обычно, выбирая детектива для расследования, используют случайную выборку по базе сотрудников, подходящих по званию и опыту. Сомневаюсь, что в этом случае всё происходило именно так. Подумав, я обнаружила очень странную деталь, которая не смутила меня в самом начале. Капитан Акихиро предложил мне слишком много денег за данное дело, и выдал он их мне на руки, как только я поставила свою подпись, закрепляющую дело Изуми Такахаси за мной. Даю голову на отсечение, что эти средства не были отражены в бухгалтерии — это всё чёрные махинации. Акихиро, в прямом смысле, заманил меня деньгами, зная мой алчный нрав. Зачем? Он заодно с Сакамаки и ГМГЦ?       Во-вторых, обо мне все забыли, ну серьёзно. Начальство, например, тот же Акихиро, совершенно не интересуется, где их сотрудник, что с ним и так далее. И это логичный вывод, ведь я ни разу за эти дни лично не выходила на связь, плюс не отправляла ежедневные отчеты о проделанной работе. Получается, что никому нет дела до меня. Возможно, меня готовятся списать, скажут, что без вести пропала или что-то в этом духе. Ну и дела!       В-третьих, какая-то тварь меня укусила! Но в тоже время перевязала места, где были раны. Сердобольная гнида! И милость, и гадость одновременно!

Повествование от лица Мари Ямада

      Так много вопросов и так мало ответов. Мари ходила по комнате вперёд-назад, рассуждая обо всём. Девушка уже не боялась — адаптационный период завершился. Она полностью признала факт, что связалась с вампирами, приняла эту реальность, смирилась с обстоятельствами и всеми вытекающими последствиями.       С утра прислуга принесла Ямаде новую одежду, обувь и комплект нижнего белья. «Какой сервис», — пронеслось в мыслях Мари, когда низкорослая девушка передавала ей вещи. Мари приняла душ и сразу переоделась. Платье было нежно-розового цвета, чуть ниже колена, рукав три четверти, v-образный вырез. Бежевые туфли на небольшом каблучке аккуратно сидели на ноге. Волосы она решила немного собрать и заколоть неожиданно найденной в ванне заколкой. Этот наряд юной особе понравился больше. Он хотя бы не раздражал, но всё-таки она не привыкла видеть себя в таком женственном образе — слишком красиво и непривычно.       Юбки, платья — всё это совершенно не для неё. Мари привыкла к мешковатому, свободному стилю, чтобы ничто не сковывало движения, было удобно и комфортно. Плюс девушка отличалась неряшливостью ко всему с самого детства, особенно по отношению к своему внешнему виду. Она считала глажку одежды бесполезным занятием и выполняла его на отвали или же забивала вовсе.       Ямада с интересом смотрела в зеркало, изучая себя. Неожиданно она заметила что-то странное в своём взгляде. Она подошла ближе и максимально приблизилась к зеркальной поверхности. Зелёный цвет около зрачка стал более насыщенным, ядовитым, а серый, что находился ближе к белочной оболочке, приобрел слегка голубоватый оттенок. Радужная оболочка покрылась едва заметными коричневыми и чёрными точками.       — Ну нет, — глаза детектива шокировано округлились, — чертовщина…       Мари предположила, что произошедшее ночью, возможно, напрямую связано с изменением её глаз. Неожиданно в голове зазвучал голос женщины из недавнего сна.       — Твои глаза перестали быть полностью серыми, — прошептала девушка, — появился этот ядовитый зелёный цвет, — её лицо стало очень серьёзным, брови нахмурились. — Значит, кулон всё-таки не помог, но он замедлил программу внутри тебя, не допустил саморазрушения, — она приложила ладонь к груди, где обычно весело украшение, — но он треснул….       Ямада поднесла кулак к подбородку и сильно надавила на него — дурная привычка, так она привыкла делать, когда очень сильно погружалась в мыслительный процесс.       — Кулон, — она закусила нижнюю губы, думая, — он у этого мерзавца, — в её мыслях появилось лицо Шу, — подонок…       Детектив размяла кулаки, хрустя костяшками. Если бы она могла, то выбила из этого парня всю дурь. Но, к сожалению, он вампир, и всё не так просто.       — Думай, Мари, думай! — воскликнула Мари, разворачиваясь в сторону и отходя от зеркала. — От голода совсем уже мозги усохли…       — Ну так иди поешь, — она услышала ненавистный голос старшего Сакамаки.       Ямада подняла глаза и посмотрела на дверной проём. Облокотившись на стену, за ней наблюдал Шу. Его взгляд был как всегда спокоен и апатичен.       — Давно стоишь там? — Ямада приподняла одну бровь, обращаясь к вампиру.       — Только подошёл, — ответил Сакамаки, переминаясь на месте с ноги на ногу, — почему на завтрак не пришла?       Шу прошёлся глазами по внешнему виду Мари. Ему нравилось то, что он видел. Особенно голубые глаза радовало платье. Оно очень шло девушке, подчёркивало достоинства фигуры. Он впервые увидел её с заколотыми волосами, обычно она ходит со спутанными распущенными волосами. Общую картину портили пластыри на её ногах и руках, а повязка на предплечье — это вообще гвоздь программы.       — Как рука? — вампир решил подойди ближе.       — Как видишь, на месте, — спокойно ответила юная особа, немного отступая назад. — Слушай, не нужно подходить слишком близко ко мне, — осторожно начала Ямада, избегая прямого зрительного контакта, — я уже говорила, что не люблю, когда посторонние люди, хм... — она повела бровями, вспоминая важную деталь, — и вампиры в том числе, нарушают моё личное пространство. Поэтому, пожалуйста, хотя бы полметра…       — Выспалась и стала смелой? — лицо Сакамаки стало серьёзным. Он продолжал идти ей навстречу, сокращая расстояние между ними.       Мари поняла, что если они продолжат играть в эту игру «ближе-дальше», она просто упрется спиной в подоконник, находящийся позади неё. Шу тоже это прекрасно понимал и ждал этого момента. Ведь загнанная в угол жертва более разговорчива и вряд ли соврёт.       — Что ты хотел от меня? — Ямада скрестила руки на груди и тяжело вздохнула, продолжая стоять на месте.       — Признаю, ты оказалась умнее, чем я думал, — Сакамаки подошёл достаточно близко, их как раз разделяло расстояние в полметра, — возможно, информация о том, что ты блестяще закончила школу и институт, является правдой…       — Не поняла, — Мари нахмурилась, чуть сощурив глаза.       — Женщина, я устал от твоих игр! — раздражённо воскликнул Шу, хватая её за руку.       Он с силой отбросил Мари на кровать. Девушка упала на мягкое одеяло прямо лицом. Заколка от мощного толчка соскочила с волос и отлетела куда-то на пол. Шоколадные локоны с золотистым отливом хаотично рассыпались и растрепались, заслонили всё перед глазами. Ямада быстрым движением руки убрала их назад и перевернулась на спину, испуганно и в то же время злостно смотря на вампира.       — О каких играх идёт речь?! — закричала Ямада, сжимая кулаки. — Тут только ты строишь из себя невесть что! Сильный, да?! Бессмертный? Иди к чёрту! Видимо, это твой потолок — применять силу против слабого женского пола!       — Закрой свой рот!       Шу быстро подошёл к кровати и схватил разъяренную шатенку за ногу, грубо потянув на себя. Девушка оказалась на самом краю постели в полусидячем-полулежачем положении. Он больно схватил её за шею и притянул к себе, прошептав прямо в лицо:       — После смерти отца, — его голос был настолько хриплым и злым, казалось, он убьёт её прямо здесь и сейчас, — с кем ты росла? Эта женщина, которую ты называешь бабушкой, кто она? И не смей мне врать!       — У тебя рассудок помутился? Я выросла с бабушкой Рей! — произнесла она ему прямо в лицо.       — Женщина, чьё имя Рей Ямада, мертва, причём очень давно, — он наклонил свою голову ближе к её лицо и сильнее сжал пальцы на женской шеи, — она умерла ещё до твоего рождения…       На лице Мари застыло немое удивление. Она не понимала, что за чушь он несёт.       — Моя бабушка жива, бодра и весела. О какой смерти вообще идёт речь? — прошептала шатенка, заглядывая прямо в голубые глаза. — Ну серьёзно. Бред какой-то, — она резко опустила глаза, явно о чём-то задумавшись.       — Подними голову, — Шу переместил ладонь с шеи на её подбородок и приподнял его, — что с глазами? — агрессия отошла на второй план, он обеспокоенно посмотрел на неё.       — Не знаю, честно, сама недавно заметила, — ответила Мари на одном дыхании и повернула голову в сторону. — Меня всю ночь выворачивало наизнанку. Да ещё и мать приснилась. Она была ужасно обезображена, даже вспоминать страшно. Все нервы мне встряхнула.       — Как звали твою мать? — Сакамаки окончательно успокоился и смягчился. Он понимал, что она не врёт. Вампир опустился на край дивана рядом с ней.       — Энджи, — её голос дрогнул, — Энджи Ямада. Я никогда не видела мать вживую, но у отца сохранились её фотографии. Она была очень красивой женщиной. Особенно глаза.       — А твой отец, — осторожно начал парень, — тебе известно, что именно произошло?       — Нет, — она отрицательно качнула головой, — я делала миллион запросов по этому поводу — ничего вразумительного не нашла, — её брови нахмурились, — занесло на дороге… Сказки! Я видела фотографии с места аварии, машина просто всмятку!       — А история с институтом? Как ты смогла поступить в такое престижное учебное заведение?       — У отца был лучший друг, — Мари кинула на собеседника недовольный взгляд. Ей не нравился этот допрос, — они с самого детства знакомы. Гото Маэда — достаточно влиятельный и богатый человек, он и помог…       — Кто?! — глаза парня округлились.       — Гото Маэда. Ты его знаешь? — она непонимающе посмотрела на него. — Он очень хороший человек, — на лице девушки появилась улыбка. — Гото занимался делами опеки после смерти отца, а то у бабушки были какие-то несостыковки. Если бы не он, то я бы попала в детский дом. Маэда помогал и деньгами, и связями — всегда был рядом.       — Мари, — Шу серьёзно посмотрел на собеседницу, — Гото Маэда — основатель и главный председатель ГМГЦ.