Детектив в Каменаши

      Любимое место подруг по несчастью. По ночам они любили выходить на утёс и смотреть на звёзды. В это время девушки рассуждали о жизни, делились радостью и печалью. Нобору запрещал выходить из дома в дневное время, поэтому ночные прогулки очень выручали. Но всё изменилось, когда они решили раскрыть все тайны семьи Ямада.       Путешествие длилось месяц. Они собирали информацию по крупицам. Благо, женщина, которую Мари, считала бабушкой, оказалась проводником в этой истории. Забавно, что она оказалась тёзкой настоящей бабушки. Её звали Рей, как и умершую.       Предположение Нобору оказалось правильным. Хён был сыном чаровницы. Женщина покинула общину, не желая идти на поводу древних традиций. Отказываться от ребёнка она не сомневалась. Но внезапная болезнь забрала её жизнь.       От крохи отказались и отдали в детский дом. Рей работала воспитательницей. Она была знакома с историей мальчика, так как сама являлась не простой смертной. Женщина была белой ведьмой. Она решила усыновить ребёнка, так как своих детей иметь не могла.       Мари рассказала всё, что произошло в Каменаши. Рей была удивлена. Капитан Акихиро позвонил и предупредил, что девушка была отправлена на особое секретное задание без средств связи. Женщина передала эту информацию друзьям. Именно поэтому Ямада никто из родных не искал.       — Чаровницы стихии воздуха живут на юго-западе от нас, вот здесь, — Рей обвела на карте местность. — Точных координат не знаю. Но вы можете обратиться по этому адресу, скажите, что от меня. Вам обязательно помогут.       Рей дала первый ориентир.       — Мне всё равно родная ты мне бабушка или нет… Ты… моя семья…       — Милая моя… Прошу, будь осторожна...       Прощаться было тяжело. Слезы. Объятия. Мари буквально заставила пожилую женщину уйти в туман, так как боялась возмездия со стороны Сакамаки или Маэда.       …       …       Община была найдена. Мари и Изуми рады не были, да и сама девушка не стремилась обзавестись родственниками со стороны отца. Всё-таки обида грызла. Они отказались от Хёна, значит, и от неё. Они не нужны ей, а она им. Всё взаимно.       — Просто обучите меня управлять силой чаровницы. И всё.       — Ровно неделю. А затем вы покинете нас. Навсегда! — старейшина явно была им не рада. Но отказывать той, в чьих жилах бурлила кровь их клана, она не смогла.       — Какие вы гостеприимные, — в тот день Изуми не удержалась от высказывания. — Как хорошо, что у меня нет родственников… вроде вас...       Чаровницы, как рассудили девушки, слишком много на себя брали. Они были слабыми в плане магических способностей, но вели себя так высокомерно и уверенно, что Мари каждый раз переворачивало на занятии. Никто так и не признался в кровном родстве, так что самих родственников она так и не увидела воочию. Хотя несколько раз она ловила уж слишком пристальные взгляды со стороны одной семьи. Но разбираться она не хотела.       Мари получила личный артефакт — кольцо с массивным аквамарином. Но старейшина подчеркнула, что источник энергии девушки безграничен, поэтому артефакт будет выступать усилителем и стабилизатором силы.       Как ни странно Изуми тоже извлекла для себя выгоду нахождения в общине чаровниц. Она получила особый магический браслет. Свободности синтетика ограничивались силой и способностью перемещения. Хотя источник её энергии был необъятным, но она не могла её преобразовывать в прямую силу и выплескивать в мир. Артефакт позволил наладить эту ситуацию. Она овладела базовыми заклинаниями чаровниц. Момент, когда она смогла сделать светящийся шарик, был невероятным.       — О! Гляди, как могу! — Такахаси буквально прыгала от счастья. — Старейшина, глядите…       — Будьте серьёзнее, — сказала, как отрезала.       Неделя пролетела быстро. Обучение было простым. В последний день был устроен небольшой праздник.       — Видимо, они так рады, что мы покинем их завтра, — прошептала Изуми на ухо Мари. — Родня… огонь…       — И не говорили...       Они чокнулись бокалами и выпили ароматный чай.       …       …       Со светоносными было намного сложнее. Всё складывалось против Мари. Элементалики не выходили на контакт, как бы она не пыталась с ними связаться. В один из вечеров всё-таки ниточка была найдена.       Девушки ничего не подозревали, когда к ним подошла официантка взять заказ. Мари заметила на её шее татуировку в форме звезды. Изуми уловила это слишком внимательный взгляд. Они переглянулись, думая, что предпринять. А если ошибка? И сотрудница кафе не имеет никакого отношения к светоносным?       — Я буду вот этот салат с пекинской капустой… — Такахаси решила действовать, — и ещё… подскажите, пожалуйста, какой автобус идёт до клана «Светоносного Разимуса», м-мм?       Глаза официантки округлились. Она выронила блокнот, на котором писала заказ. Мари довольно хмыкнула, отмечая, что иногда лучше ударить прямо в лоб, чем ходить окольными путями.       — Что, простите?       — Мэгги… — Мари вспомнила слова Гото Маэда, — покровительница ещё жива? Уж слишком стара она для нашего века, — она блефовала, так как ничего толком не знала о «несчастной бабке-покровительнице». Возможно, старуха была смертной или бессмертной. Но любая информация имеет смысл, и девушка решила провернуть не слишком хитрый трюк.       — Жива, — тихо ответила официантка, опустив глаза. — Покровительница, как обычно, открутила пару сотен лет.       — Удобно, — Изуми стрельнула глазами, приподняв брови.       — Кто вы? И что вам нужно?       — Моя мать принадлежала к ордену светоносных. Я не знаю её девичьей фамилии. Но, быть может, Энджи Ямада… это сочетание вам знакомо?       — Вас зовут Мари? Дочь? — глаза незнакомки заметно расслабились. Казалось, что с её плеч упал тяжёлый груз.       — Да, — Ямада согласно кивнула.       — А вы? — сотрудница кафе посмотрела на Изуми.       — А я так… мимо проходила… — глаза напротив заметно напряглись. Шутка не удалась.       — Подруга, — Мари поспешила ответить за неё. — Мы путешествуем вместе и распутываем непростой жизненный узел. Так вы нам поможете?       — Светоносный Разимус решит вашу судьбу, — коротко ответила девушка, после чего сразу откланялась.       Мари и Изуми не поняли резкой смены настроения.       — В смысле… «Светоносный Разимус решит вашу судьбу»… Он живой? Или что?       — Изуми, потише. Слишком много любопытных глаз и острых ушей.       …       …       Через два дня клан сам их нашёл. Та самая Мэгги почтила девушек своим визитом. Каково было их удивление, когда в дверь съёмных апартаментов позвонили, и через глазок они увидели несколько тёмных фигур в капюшонах.       Мэгги попросила Мари о разговоре один на один. Беседа получилась тяжёлой. Ямада в очередной раз рассказала о произошедшем. Но затем диалог повернулся в сторону родственных связей.       Пожилая женщина объяснила, что Энджи сама выбрала свой путь и разорвала все контакты, запретив клану и своей семье в частности хоть как-то влезать в жизнь.       — Думаете, я вам поверю? Разве вы, когда мама была на седьмом месяце беременности, не отказались от неё? Не свели метку?       — Ложь, — Мэгги яростно развела руками, хмуря брови. — Повторяю, Энджи сама от всего отказалась. А я, как мать, ничего не смогла сделать.       — Мать? — глаза Мари широко распахнулись. — Значит, вы…       Девушка не поверила своим ушам. Она смотрела в голубые глаза напротив. Неожиданно она увидела сходство с глазами мамы. Овал лица, нос, губы — пожилая женщина была очень похожа на Энджи. Точнее Энджи была похожа на неё, как и сама Мари.       — Мы не могли стоять в стороне, когда узнали, что Энджи и её возлюбленный, Хён Ямада, творят с людскими жизнями. Никто не вправе влезать в книгу судеб и переписывать судьбы людей. А они именно этим и занимались — помогали неизлечимо больным исцелиться, возвращали к жизни тех, чья жизнь должна вот-вот оборваться. Но мы терпели, мирились, так как наделялись, что Энджи, наконец, придёт в себя.       — А потом вы забрали её? Когда мне было чуть больше года…       — Того Сакамаки стал последней каплей. Мы не могли рисковать. Светоносный Разимус призвал её к ответу.       — И?       — Перепрошивка сознания. Прошлое, воспоминания, всё было стёрто. Она начала сначала.       — Но… как же… — голос Мари дрожал. — В шестнадцать лет от мамы пришло письмо и кулон… была ещё записка с адресом… — первые слёзы предательски обожгли щёки. Панцирь дал трещину. Боль начала вырываться наружу. Боль брошенного ребёнка, который просто хотел материнской любви.       — Я отправила письмо от её имени. И я искала встречи. Но боялась, не знала, как ты отреагируешь. Но я не могла видеть тебя… такой… Как ты могла ввязаться в такой ужас… как наркотики? Закупка, распространение, продажа… Как же ты осмелилась перешагнуть черту дозволенного?       — А вы как думаете? Мне всю жизнь говорили, что меня бросила мать и родственники по её линии! Затем умер отец! Я осталась совсем одна!       — Ох, Мари…       Неловкое молчание. Девушку захлестнул гнев. Она хотела высказать всё. Прокричать всю боль.       — Мама совсем меня не помнила?       — Совсем.       — Как же вы допустили такое? Она ведь была вашей дочерью.       — Либо смерть, либо перепрошивка.       — Но она не работала с Того Сакамаки, как и отец. Виновен… Гото Маэда!       — Мы знаем. Она была наказана за остальные грехи. Повторюсь, никто не смеет вершить судьбы людей.       — Ясно, — Мари хмыкнула носом. А затем вытерла лицо локтем.       — Зачем ты нас искала? Чего хочешь?       — Хочу избавиться от этого, — Ямада указала на свои глаза. Они сразу же загорелись опасным зелёным огнём. — Хочу, чтобы синтетическая дрянь вышла из моего организма! Хочу отомстить за родителей! Хочу уничтожить Гото Маэда!       — Значит, твоя цель… месть…       — Научите меня управлять способностями. На этом всё. Я ничего больше у вас не попрошу.       — Милая Мари, я смотрю в твои глаза и вижу, как две грани твоей души борются между собой. Ты хочешь быть хорошей, но в то же время дьявол внутри тебя жаждет вырваться наружу. Бедное дитя, ты не знаешь… кто ты…       — Так вы поможете мне обучиться магии элементаликов? Или нет?       — Конечно, да. Но я хочу предупредить тебя, что в конце пути останется только одна твоя часть. Либо просветление, либо затмение. Третьего не дано.       — Хорошо.       — Что касается твоей подруги — она не может пойти с тобой. Разимус против чужаков.       — Я тоже чужак.       — Ты моя внучка — ты часть нас. Хочешь ты этого или нет. Но правда такова.       — Что случилось с мамой? Как она умерла? В семнадцать лет я пришла по адресу, но никого не нашла.       Брови Мэгги нахмурились. Губы задрожали.       — Её тело нашли в лесу за несколько сотен километров от места, где базируется клан. На ней живого места не было.       Женщина резко выдохнула и опустила голову. Дрожь. Ладони закрыли лицо. Вспоминать всегда больно. Смерть ребёнка — горе матери, которое никогда не утихнет.       — Гото не пощадил их обоих, — с надрывом в груди начала женщина. — Сначала расправился с твоим отцом, а потом свёл счёты и с матерью.       — Почему вы не воздали по заслугам?       — Разимус рассудил, что если нет доказательств, то нет и суда.       — Кто этот Разимус?       — Божество.       …       …       В общине чаровниц обучение было очень простым. Способности элементаликов поражали своей силой и сокрушительной опасностью в исполнении. Магию не освоить, если внутри тебя бушуют ветры разногласий и переживаний. К тому же неиссякаемый энергетический источник Мари подкинул ей немало проблем.       Время шло. Девушка старалась изо всех сил. Она выполняла всё, что от неё требовалось. Не одна сотня заученных древних заклятий. Ежедневные болезненные погружения в себя, дабы искоренить корни внутренних конфликтов. Мэгги восхищалась острым умом внучки и корила себя, что не нашла смелости встретиться раньше.       Месяц пролетел очень быстро. Последний урок, точнее сказать. Сеанс с самим Божеством. Мари не понимала, что её ждёт, как выглядит это Светоносный Разимус и как пройдёт эта встреча.       Обычная арка, абсолютно прозрачная. Видно, что по ту сторону.       — Просто пройди.       — А потом?       — Либо вернёшься, либо канешь в мире иллюзий.       Мари повернула голову и посмотрела на учителя. Невысокий мужчина преклонных лет смотрел, как всегда, уверенно и отстранённо. Его серые глаза выражали спокойствие и безразличие. Было понятно, что, если девушка пропадёт, он не расстроится. Рядом стояла Мэгги. А вот она не на шутку волновалась. Голубые глаза смотрели прямо на Мари с немым призывом не делать, уйти. Но пути назад нет. Ямада всё решила.       Быстрый шаг. И она исчезла.       …       …       Яркий свет ослепил. Но через несколько мгновений он рассеялся. Мари левитировала в голубом пространстве. Она не могла пошевелиться, даже открыть рот и произнести хоть один звук.       — Предупреждаю тебя, дружок. Если ты не заплатишь до конца недели, то я вышибу тебе мозги. Ясно?       Она отчётливо слышала свой собственный голос. А затем и увидела. Прошлое предстало перед ней во всей красе. Шестнадцать лет. Её руки сжимают пистолет, дуло которого направлено прямо в лоб несчастному парню. Он дрожит, словно лист. Практически плачет. Мари помнила этот день, это происшествие.       Яркая вспышка, картинка пропала. Но на смену пришла другая.       — Тик-так, тик-так. Время вышло.       Выстрел, от которого Мари вздрогнула. В тот день она прострелила несчастному руку.       Картинки менялись одна за другой. Она видела все деяния, которые совершила в прошлом.       — Хватит, Мари! Хватит! Я устал вытаскивать тебя из передряг, которые ты сама затеваешь. Нравится стрелять в людей? Значит, после колледжа пойдешь в академию и будешь учиться на следователя. Пора бы тебе осознать, что мир вращается не только вокруг тебя.       Этот день она помнила очень чётко. Она и ещё несколько ребят случайно, действительно случайно, подожгли завод. Они должны были лишь выкрасть одну вещь, но что-то пошло не так. Полиция, разбирательство. Крики Гото. Плачь бабушки Рей. В это день она дала слово не только им, но и себе, что она выходит из дел и начинает новую жизнь. Через несколько дней пришло письмо от мамы и кулон. Потихоньку жизнь приходила в норму. Хотя страшное прошлое очень часто стучало в дверь. Но Ямада старалась изо всех сил быть хорошей, пряча ото всех своего дьявола.       — Чего ты хочешь? — мелодичный голос нарушил тишину. — Ты познала способности чаровницы, изучила магию элементаликов. Но ты делаешь сама себе одолжение. Чего же на самом деле требует твоя душа?       — Хочу быть самой обычной…       — Невозможно. Никак не возможно.       — Тогда… я хочу закрыть это дело, которое принесло столько боли… — неожиданно для самой себя изрекла Мари. — Если бы не Каменаши, то я бы никогда не узнала… всего… этого…       — Чем больше ты бежишь от самой себя, тем стремительнее уничтожаешь саму себя. Будь собой, хватит примерять маски и стараться быть хорошей для всех. Ты и только ты в ответе за себя.       — И? Каков итог? К чему эти картинки из прошлого?       — В конце пути элементалики получают метку клана. Я вижу, что ты хочешь сделать, поэтому не могу принять тебя в ряды светоносных. Твои действия порождают конфликты. Это недопустимо. Я отпускаю тебя, дитя, верши то, что требует твоя душа.       Вновь яркий свет. Распахнув глаза, Мари увидела, что находится по ту сторону арки. Взоры Мэгги и учителя устремлены на неё.       — Вернулась! — улыбка расцвела на её лице.       — Он не принял меня. Метки нет.       — Твои глаза, — лицо учителя стало более серьёзным. Брови изогнулись.       — И правда, — Мэгги наколдовала плоский зеркальный круг. — Светоносный Разимус даровал тебе подарок.       Мари посмотрела на себя и изумилась. Её глаза были полностью голубыми, как у Энджи и Мэгги. Сначала она потеряла дар речи, а затем радостно рассмеялась. Больше всего на свете она жаждала, чтобы чёртов зелёный свет исчез с её цветной оболочки.       — Я ухожу. Спасибо за всё.       — Мари, — родственница резко обхватила внучку за плечи. — Я знаю, что между нами огромная пропасть. Но я верю, что со временем мы сможем стать друг другу ближе.       — Не могу ответить вам взаимностью, — тихо произнесла девушка. — Мне двадцать один год. И за всё это время вы так и не нашли смелости предстать передо мной.       — Будь осторожна.       — Конечно.       Мэгги обняла её так крепко, как всегда, мечтала обнять. Но девушка не ответила взаимностью.

***

      Чёрная иномарка на большой скорости мчалась по дорогам Каменаши. Водитель при любой удобной возможности косился на пассажиров через зеркало заднего вида.       — Долго ещё? — густые чёрные брови угрожающе дрогнули.       — Господин Маэда, осталось совсем немного, — Керри придвинулась чуть ближе и обаятельно стрельнула глазами. — Простите моё любопытство, но вы действительно хотите передать Того Сакамаки особую формулу?       — Конечно нет, — мужчина раздражённо выдохнул. Выражение его лица так и говорило, насколько глупый и неуместный вопрос она задала. — Мне нужно выиграть время. Благо, хваленые учёные задержались и прибудут лишь через несколько недель. До сих пор помню угрозу выродка Карлхайнца, о том, что у меня есть всего месяц...       — Эксперимент идёт хорошо. Образцы доброкачественные, и мы…       — Много болтаешь!       Керри уже открыла рот, чтобы извиниться за излишнюю многословность, но в машину неожиданно что-то ударило. Она поднялась в воздух, перевернулась несколько и с грохотом рухнула на землю.       Чёрные глаза лихорадочно метались по салону, пытаясь сфокусироваться хоть на чём-нибудь, но не выходило. Всё расплывалось и мельтешил. В ушах звенело. Голова раскалывалась. Кровь текла по вискам. Несколько струек обагрили щёки и нос.       — Что… что случилось? — он с трудом повернул голову в сторону, где сидела Керри. Голова женщины была запрокинута назад и прилегала к разбитому стеклу. Очень много крови. Осколки сверкали в коже. — Керри…       Маэда перевёл взгляд на водителя. Голова лежала на руле. Поза была неестественной, словно он сломался. Особенно плохо выглядели руки, сломанные и торчащие кости.       К горлу мужчины поступила рвота. Он нащупал ручку двери и вывалился из машины. Очень медленно, ползком продвигался вперёд. Голова раскалывалась, но рассудок кричал, что нужно как можно дальше убраться от машины. Бензин. Искра. Взрыв.       — Ну, привет… Маэда… — прямо перед ним появились женские ноги в массивных чёрных сапогах. — Никогда бы не подумала, что увижу тебя на коленях перед собой…       Гото медленно поднял глаза. Мгновенное оцепенение и холод по коже. Нижняя губа задрожала. Страх. Он испугался. Перед ним стояла девушка, лицо которой он запомнил навсегда.       — Изуми? — вырвалось из горла с явным надрывом. — Как? Я же видел… видел, как пуля пронзила твою голову. Ты… должна быть… мёртвой...       — Я живее всех живых, — она ядовито улыбнулась. — Но выстрел был очень неприятным и болезненным. Твои люди несли моё тело в утиль, дабы сжечь. Но я очнулась. Видел бы ты их рожи… впрочем, твоё лицо сейчас выглядит практически идентично.       — Они сказали, что сожгли тело…       — Соврали. Ведь я пообещала, что убью каждого, если они хоть слово вякнут.       — Развлекаешься, Изуми?       Гото застыл. Он услышал голос, который мечтал услышать с того дня, как узнал о пропаже. Глаза заплыли кровью, стекающей по лбу из открытой раны. Мужчина быстро вытер рукой лицо и обернулся.       — Мари…       — Подрывай машину. Керри ещё жива.       Ямада коротко кивнула и повернулась лицом к машине. Она вытянула руку и сжала кулак. Вены выступили, кровь забурлила. Глаза вспыхнули красным огнём. А затем она резко разжала ладонь, и машина взлетела в воздух от ударной огненной волны. Автомобиль пылал, словно свечка. Взрыв нарушил лесную тишину.       Маэда потерял дар речи. Его трясло изнутри. Он не видел перед собой свою девочку. Она изменилась до неузнаваемости. Суровые голубые глаза, прямо как у её матери. «Куда пропал зелёный цвет?» — зрачки пульсировали, как и мысли. Гото не понимал, что происходит и к чему всё идёт.       — Ты помнишь глаза моего отца? — такие родные и одновременно чужие голубые глаза посмотрели прямо на мужчину. — А глаза матери? Что ты чувствовал, когда убивал их?       — Мари… я…       — Ты скотина, — хохотнула Изуми, оскалившись. А затем она наступила ногой на его руку. Подошва сдавила мужские пальцы. Он закричал от боли. — Как ты говорил мне… не плачь, не кричи, не проси бога помочь… твой бог… это я…       — Заканчивай играть, Изуми, — бывший детектив напряжённо выдохнула, тряхнув головой. Ей не нравились эти бессмысленные пытки и пустые разговоры. Но она понимала, сколько Такахаси ждала этого момента.       — Ну, Маэда, вопрос задали… Тебе нравилось убивать любимую? Нравилось смотреть в глаза Энджи перед смертью?       — Я не убивал её! — завопил он, словно животное. — Я бы никогда не смог убить её!       — Ты накачал её препаратом, когда она была беременна…       — Я пожалел об этом позже!       — Кончай его, — спокойно произнесла Мари, отворачиваясь. — Мы потеряли много времени.       — Ладушки, — Изуми сделала шаг назад, а затем схватила Маэда за шею. Глаза синтетика вспыхнули. Ядовитый зелёный цвет завораживал. Гото растворился в этом взгляде. — Говори… — сладкий шёпот. Она предположила, что он действительно мог и не убивать Изуми. Тогда кто?       — Того Сакамаки, — прохрипел Маэда, задыхаясь. — Он хотел узнать секреты её клана. Она молчала и поплатилась за это жизнью.       Глаза Мари широко распахнулись. Но девушка не удостоила умирающего взгляда.       — А Хён? — Изуми будто уловила мысли подруги.       — Я… убил…       — Изуми, — вмешалась Мари, бросив на девушку косой взгляд.       — Прощай, Маэда.       Хруст костей. Она сломала ему шею. Бездыханное тело упало на землю.       — Ea! Нас ждёт тройной бабах! — синтетик была воодушевлена как никогда.       — Пошли уже…       Девушки переглянулись, после чего исчезли с места событий.       …       …       План был очень простой — взорвать ГМГЦ ко всем чертям. К сожалению, девушек в третьем сооружении было решено оставить и подорвать вместе с лабораторией. Изуми объяснила, что первая и вторая фаза затрагивают тело, но не разум, а вот третья — она стирает внутреннее я, человек превращается в овощ. Они долго думали, возможно ли будет исцелить несчастных, но пришли к заключению, что это практически нереально. Тяжело принимать решения относительно жизни и смерти. Ямада вспомнила слова Мэгги… «Никто не смеет вершить судьбы людей».       — В любой лаборатории есть механизм самоликвидации, — рассуждала Изуми. — Дело за малым... найти и запустить.       — Перевернём всё ночью. Как раз Того Сакамаки устраивает приём. Вампирская аристократия будет занята танцами и светскими беседами. В лаборатории останутся только люди и…       — И полукровки… — синтетик подхватила фразу. — С ними как быть, они сразу же сообщат хозяевам.       — Связь мы отрубим, а что касается телепортации… есть одно заклинание, которое я освоила у светоносных.       — А телепатия?       — Всё заблокируем.       — Шикарно. Что будем делать с девушками? Как нам вытащить испытуемых из первого и второго сооружения.       — Есть идея, но я не знаю, как это сработает. Можно запрограммировать заклинание на перемещение живых существ, они ведь живые, с геном синтетика. У тебя, и у меня он как раз имеется.       — Уф, а как нам это сотворить?       — Я кое-что конфисковала из общины чаровниц, — Мари достала горсть светящихся шариков. — Вроде бы… капаем кровь… и ударяем об землю. И цели перемещаются вслед за депортирующимся.       — А если они не так работают?       — Тогда мы крупно облажаемся.       — Тогда капнем моей крови, — Изуми щёлкнула пальцами и слегка вздёрнула кровь. — Я больше подхожу. Ты уж извини, то в твоей крови столько всего намешано… Не хотелось бы переместить кого-то лишнего.       — Без проблем, тогда накапай своей крови, но тебе нужно будет как-то сообщить мне о том, что ты перемещаешься, чтобы я не подорвала всё раньше времени.       — Давай рассудим этот аспект. Ровно в полночь подорвём и всё. Надо будет сверить наши наручные часы.       — Хорошо.       …       …       Девушки приступили к реализации плана. Все шло отлично. Грубая сила решала все проблемы. Заклинания работали успешно. Никто не мог позвонить или воспользоваться телепортацией, или телепатией. Полукровки уступали в силе, а об обычных смертных даже и говорить не стоило.       Несколько раз Мари поймала себя на мысли что сотрудники тоже имеют право на второй шанс. Но внутренний голос чётко дал понять, что все эти рассуждения не имеют смысл. Они сами решили свою судьбу и выбрали работу в ГМГЦ.       …       …       — Дамы и господа! Я рад приветствовать вас на сегодняшнем…       Речь Того Сакамаки была прервана модным взрывом. Земля содрогнулась. Зал тряхнуло. Некоторые гости не смогли устоять и упали. Взоры всех были устремлены на панорамные окна. Клубы дыма и языки пламени.       — Того Сакамаки!       Дуло охотничьего ружья было наставлена прямо на мужчину.       — Ты помнишь глаза моей матери в момент её смерти?       Вампир опешил и слегка приоткрыл рот. Он совсем не ожидал увидеть её и услышать данный вопрос. Выстрел. Кривая усмешка, конечно, он перехватил пулю и отбросил в сторону. Но неожиданный удар со спины, прямо в сердце, сразу стёр улыбку с мужского лица.       Клинок из зачарованного металла обагрился вампирской кровью. Он был специально заказан для него. Оружие, способное убить саму тьму. Того Сакамаки желал создать универсальную бессмертную жертву для утоления голода и пал от рук этой самой жертвы, от рук синтетика.       Изуми нельзя было почувствовать, ни энергетического следа, ни запаха крови. Она со всей яростью вонзила клинок в его плоть.       — Скорее! Спасите короля!       — Назад! — глаза Мари загорелись красным огнём. — Я сожгу каждого, кто сделает хоть шаг, — вокруг её рук начали вращаться спирали, от которых исходил свет.       Она встретилась с глазами цвета океана. Шу взволнованно и с явным удивлением смотрел прямо на неё.       — Твоя мать… — прохрипел Того, падая на колени, — сказала, что мне суждено погибнуть от руки её дочери… — кровь наполнила его рот и обагрила губы. — Я тогда не поверил в пророчество, но сейчас… как же я жалею, что не убил тебя тогда… когда горел особняк…       — Правдивое оказалось пророчество, — Изуми широко усмехнулась, резко вынимая окровавленный клинок. — Удачи в аду, передавай привет Маэда! — в следующее мгновение она снесла его голову. А затем в её ладонях появился небольшой огонёк, который стремительно разгорался.       — Поджигай… и пошли отсюда… — Ямада вновь встретилась со взглядом Шу.       Изуми подожгла голову и тело мужчины. Того Сакамаки сгорел, словно спичка. Небольшой красный шарик поднялся в воздух и полетел в сторону Шу. Сила повелителя тьмы выбрала нового хозяина.       — Рейджи, — внезапно крикнула Мари, — Канато может помочь вот это, — она подбросила в воздух небольшой мешочек. Брюнет мгновенно среагировал и поймал его. — Но будь готов, что он забудет абсолютно всё.       — Ух! Семейная драма…       — Уходим отсюда.       Изуми посмотрела на Райто и подмигнула. Парень опешил. Мари же бросила короткий взгляд на Шу, но тут же поспешила отвернуться. В следующую секунду девушки растворились в воздухе.

***

      Волшебный мир содрогнулся. Смерть Того Сакамаки произвела невероятный фурор. Кто-то считал его кончину очень глупой, кто-то, наоборот, достойной. Все ждали, как проявил себя новый наследник.       На плечи Шу свалился такой груз, к которому он просто не был готов. Благо, Нобору не оставлял молодого господина ни на минуту, подсказывал что и как лучше сделать. Из всех братьев блондин приблизил к делам только Субару, так как только ему он искренне мог доверять.       Рейджи, наконец, успокоился. Канато обрёл самого себя, но в то же время потерял всё. Но старший брат никогда не оставит его.       Райто поспешил покинуть особняк и отправится странствовать по миру. Изуми с радостью согласилась составить ему компанию.       Аято не мог принять смерть Юи. Он принял решение обратиться к некроманту и воскресить любимую.       …       …       — Капитан Акихиро… как жаль, что вас уволили…       — Злорадствуешь?       Мужчина собирал вещи с рабочего стола. Его сократили без объяснения причины.       — Будьте аккуратны, Акихиро. Гото Маэда больше нет и защитить вас некому.       — Что вы сделали с испытуемыми?       — Не волнуйся. С ними всё нормально. Счастливы и здоровы.       — Мари, ты на настоящий дьявол! Мне нужно было тогда посадить тебя за поджог, как и всех остальных!       — Что сказать… вы совершили ошибку, когда взяли взятку.       …       …       Большой благотворительный бал в честь Нового года. Токио пестрит разноцветными огнями. Смертные и бессмертные, сверхъестественные существа и обычные люди — все вместе, в одном зале.       Мари прибыла вместе с Мэгги и остальными членами ордена «Светоносного Разимуса» на торжественное событие. На её шее пестрела татуировка в виде звезды. Со второй попытки Божество всё же соизволило принять девушку в свои ряды.       — Разрешите пригласить вас на танец.       Ямада обернулась на голос и замерла. Перед ней стоял Шу Сакамаки, учтиво склонившись и протянув ладонь. Женские брови изогнулись. Она ощетинилась, словно ёжик.       — Я только хочу поговорить, — тихо произнёс блондин, не отрывая от неё взгляда.       — Иди же, — Мэгги толкнула её плечом, призывая принять предложение.       Мари неуверенно вложила ладонь в его руку. Сакамаки заметно оживился и поспешил увлечь её на середину зала. Множество пар кружило в танце. А теперь и они присоединились к ним.       — Я до сих пор помню тот день, когда вы разобрались с отцом.       — И что? Хочешь отомстить?       — Нет, скорее поблагодарить. Всем стало легче.       — Здесь не моя заслуга. Изуми всё сделала. Я бы никогда не смогла подобраться к Того Сакамаки настолько быстро и нанести удар.       — Где ты была с момента исчезновения? Я искал тебя везде.        — Меня укрыла Изуми. А затем мы решили разобраться с моими способностями. Община чаровниц, элементалики…       — Вижу метку ордена. Поздравляю.       — Спасибо.       Разговор явно не клеился. Между молодыми людьми будто чёрная кошка пробежала. Шу изо всех сил пытался взаимодействовать. Мари же всячески уклонялась.       — Слушай, я просто хочу наладить отношения с тобой.       — У нас нет отношений. Налаживать нечего.       Шу притянул её ближе, заключив в кольцо объятий.       — Просто дай мне шанс. Я больше не обижу тебя. Обещаю.       …       …       Дело Изуми Такахаси было закрыто. В реке было обнаружено тело погибшей девушки — именно так заключила полиция. Теперь она официально считалась умершей. Похороны. Плач родителей.       Две чёрные фигуры стояли позади собравшихся — Райто и Изуми.       — Ты посмотри, как играют…       — Ты слишком несправедлива к ним, — Сакамаки встал на защиту её родителей. — Чтобы не было, они любили тебя и любят до сих пор.       — Да ради бога, — девушка нахмурилась, — пусть теперь всю любовь на своего настоящего ребёнка перебросят…       — Ох, булочка…       — Сам ты булочка! Кстати… а чьё тело то нашли?       — Не знаю… — она пожала плечами. — Этим делом занимались Шу и Мари. Все вопросы к ним.