От ненависти до любви

       Что это за невероятный цветок? Я искал его в книгах, но так ничего и не нашёл. От чего-то я был уверен, что он от «Нио». Выглядываю из окна и никого не замечаю. Зачем она мне его подарила? Пыталась извиниться? Попыталась сделать мне приятное. Улыбаюсь, любуясь дивной розой. На душе становится тепло, поэтому глаза закрываются, и я иду спать. Мне снится какой-то кошмар со скелетами и ванной. Становится очень страшно и хочется кричать, однако чувствую тёплую ладонь на лбу, и сон исчез. Эта рука такая изящная и тёплая, что не хочется с ней прощаться. Мне уже ничего не снится, но это даже к лучшему.        Открываю утром глаза и понимаю, что выспался. Меня не терзали мысли, на душе не скребли кошки. Смотрю на подоконник и вижу ту же раскрывшуюся розу, которая светится алым. Значит, это не сон. И та тёплая ладонь, что отогнала кошмары тоже реальна. Ну зачем ты даёшь мне ложные надежды, прекрасное существо?! Я схожу с ума! Я будто раздвоился на: обнять и спрятать от всего мира, отгоняя всех от неё, присвоив себе. И на: самому утонуть в нежных объятиях, уснуть в тёплых крыльях и знать, что кроме тебя она никого не обнимает.        Ох, мне же нужно собираться! Возьму с собой только самое необходимое, а также розу. Может родители хоть что-то о ней знают. У меня вообще в последнее время к ним много вопросов. Выглядываю в окно и вижу, что феи потихоньку собираются и стоят уже с рюкзаками или сумкой. Среди них нахожу свою ночную грезу и вижу, как она стоит среди своих соседок и смеётся. Причём искренне… Не как со мной. Так, все, рано отчаиваться! Возможно, если я поговорю с родителями, то что-то изменится.        Время ещё есть, поэтому смотрю на неё и разглядываю: чёрные джинсы, белая полупрозрачная майка и белые балетки. Даже в них она одного роста с феями, которые стоят на огромных шпильках. Ужас! Как смотрю на их ходьбу, то ощущаю боль от подвернутых ног на себе. Бррр! Стоп, она без перчаток. Жаль, что отсюда сложно разглядеть ее руки.        Снежана стоит за спиной и гладит ее лопатки, говоря: «Пожалуйста!». Они что, видели ее крылья?! Знают, кто она на самом деле? А я даже имени не знаю. Все, хватит страдать! Пойду и поговорю с ней!        Выхожу из школы сразу с вещами и цветком, которые ставлю на землю. Вот только решимость сразу куда-то улетучивается. И о чем я с ней буду разговаривать? Как начать? Но меня заметила Эрика и сказала об этом девушке. Та повернулась ко мне, а потом и подошла. В последний раз так близко она была около меня, когда буквально чуть не превратила в ледышку своим холодным голосом. Только сейчас на ее лице нет ни грамма холода, а лишь сожаление и раскаяние. — Простите меня, профессор. Просто не выдержала и нарычала. Знаю, это не оправдание, но мне правда стыдно. Я не хотела вас напугать или обидеть, оскорбить. — сказала ученица, не поднимая на меня опущенные глаза. — Просто накипело. За столько лет-то воздержания… Ну… —Все хорошо, мисс. Я прощаю вас, если вы действительно раскаиваетесь. Но все же… — я не знал, как спросить. Мне было очень приятно, что девушка действительно извиняется, но также больно от того, что я о ней ничего не знаю. — Это ты подарила мне цветок? — Да. Я чувствовала большую вину, что из жизнерадостного профессора вы, честно говоря, завяли. Поэтому я хотела хоть как-то поднять вам настроение. И это я отогнала кошмары. Вам нужен был здоровый сон, а раз я могла это дать, так почему бы и нет? — улыбнулась она. Надеюсь, что эта улыбка искренняя. — Это редчайший сорт! Такие есть только у… — весело сказала Снежана, но резко замолчала, поймав гневный взгляд подруги. — Только у особых существ… О, нам пора!        Соседки «Нио» запрыгнули в автобус, а сама девушка смотрела им в след. А потом она улыбнулась, пожелала хорошей дороги и проводила меня взглядом в портал. Я скоро узнаю обо всем.

***

       В городке меня радостно встречают его жители. Эльфы и эльфийки выходят, здороваются и искренне улыбаются. Как хорошо дома, где каждый друг-друга знает. Родители улыбаются, обнимают и ведут в дом. Мать суетится на кухне, а отец растрепывает мои волосы, прямо как в детстве. Отец улыбается, расспрашивает о жизни, о коллегах, о ученицах и о том, нашёл ли я девушку. На последнее я краснею и отворачиваюсь. — Эли, кажется, наш малыш нашёл себе подружку! — радостно восклицает отец. — Правда?! Милый, что же ты ее с собой не взял? — спрашивает мам, приглашая к столу. — Я позже все объясню. Мам, пап, расскажите уже про тот случай? Что произошло полтора века назад? — серьезно спрашиваю я, глядя в растерянные лица родителей. — Ох, Паллади, ты приехал только ради этого? — расстроенно спросила мама. — Нет! Просто я единственный из всего города, кто не знает ту легенду. Я должен же ее знать. Почему вы против? Я уже взрослый! Даже работаю в самой престижной школе. — воскликнул я, а потом стушевался. Нельзя повышать голос на родителей, однако те переглянулись и выдохнули. — Малыш, мы не хотели тебе об этом рассказывать, потому что сами стыдимся этого. То, что мы сделали — ужасно и непростительно, но на тот момент наш разум нам не принадлежал. — начал отец, качая головой. Я встрепенулся и слушал, боясь пропустить хотя бы одно слово. — Тогда у власти был Клеон. Он был мудрым монархом, однако ненависть к одним темным существам росла. Никто не знал причины. И вот однажды, когда он гулял по Земле, то увидел мужчину и маленькую девочку, его дочку. Мужчина в этот момент был занят изъятием души и убийством, а девочка за этим наблюдала во все глаза. Клеона это взбесило и он заколдовал всех жителей города, направляя на ту самую семью. Я тоже там был, как и другие мужчины, которые старше полтора века. Мы убили родителей девочки, но ее убить не смогли. — Мы же не знали, что демоны легко переносят огонь, словно ветер. — тихо добавила мама, вытирая подступившую влагу к голубым глазам. — Демоны? — переспросил я, вспоминая облик своего ужасно-прекрасного существа. А ведь она действительно была похожа на демона. — Да. После этого монарх совершил суицид, а мы осознали, что натворили. Мы убили родителей маленькой девочки, которой едва исполнилось пять лет. Мы не знаем ни имён, ничего. Это было ужасно. Никто не хотел убивать, ведь знали, что если есть добро, то должно быть и зло. Демоны же вели обычный образ жизни и лезли к людям только ради еды. Заключали честный контракт, после которого изымали души. Без них демон ослабевает, но не умирает. Они сильно страдают, испытывают такую боль, которую даже души в чистилищах не испытывали. Они просто хотят жить. Мы незаконно, безжалостно убили родителей девочки, а потом поняли, что она нас возненавидит. В ее глазах мы — беспощадные монстры. — сказал отец, сжимая в кулак рыжеватые, как у меня, волосы на лбу. — В итоге эта девочка, скорее всего, стала прекрасной и сильной девушкой. Она убьёт каждого. Мы не пытаемся сбежать, ведь это подло. Никто не испытывал ненависти к демонам. Никто не хотел зла. — всхлипнула мать. Я сидел с раскрытым ртом и приходил в себя. Неужели эта девочка из легенды и есть мое существо, которое пришло в школу, чтобы найти меня, а через меня и город. Она использовала меня, чтобы сравнять это место с землей. Сглотнув, я решил поесть, лишь бы хоть чем-то заняться. — А ведь они тоже приносят добро, но своеобразным образом. Ад — это чистилище для душ. Они проходят там «чистку», а потом вселяются в новые тела уже чистыми. А также демоны исполняют абсолютно любое желание ради души. Ты ведь уже догадался, что они очень гордый и свободолюбивый народ и преклоняться перед человеком — низко, однако что не сделаешь ради еды. Это их сущность. Они не виноваты, что родились такими.        Мама рвано пила воду, стараясь успокоиться. Ее белые волосы были растрёпанные, а голубые глаза красные от слез. Отец же хмурил брови и сжимал на голове волосы. И как быть? Я повстречал ту девочку, говорил с ней и даже влюбился, а она оказалась демоном. Нет, я не отказываюсь от неё! Мне просто страшно. Пугает будущее. — Сынок, так что там за девушка у тебя появилась? — спросил отец, переводя тему. — Я вас познакомлю, только сначала поговорю с ней. Просто дайте время. — ответил я, вставая из-за стола. — Я прогуляюсь.        Выйдя из дому, я пошёл в лес, на одну полянку. В детстве я любил там проводить время, валяясь в траве или плескаясь в недалеком ручье. Мысли в голове путались, а сердце рвалось к моей демонице. С каких пор я начал присваивать ее себе? Хотя не важно, ведь мне так проще. Не хочу ее ни с кем делить.        А эта полянка не изменилась. По-прежнему стоит то самое дерево, ветка которого склонялась к земле и была похожа на скамейку. Присев на неё, я глубоко вздохнул, жмурясь от солнца. И что теперь? Я вернусь в Алфею, а ее там не будет? Хотя не факт, что я доживу до конца каникул. Она уже знает, где мой народ, поэтому должна скоро напасть.        В который раз сдерживаюсь, чтобы не заплакать. А ведь я так наивно надеялся, что в будущем найду свою любовь, что мы всегда будем вместе. Девушка была права. Я слишком наивен. А она слишком прекрасна. Она может абсолютно все, но берет за это большую плату. Если бы я заключил с ней контракт, то попросил бы ее любовь. Чтобы она влюбилась в меня и была рядом, пока я не умру. Это эгоистично, поэтому отбрасываю такие мысли. Но так хочется… Хотя бы чу-чуть…        Слышу хлопанье крыльев, а потом и чувствуя прохладный ветер. Передо мной стоит она, сложив крылья, а вокруг неё ещё кружат перья. Взгляд такой тёплый, словно летний солнечный день. Эти апельсиновые глаза смотрят прямо на меня, мягкая улыбка адресована тоже мне. Я что, сплю? У меня солнечный удар? — Теперь ты знаешь, верно? — спросила демоница, подойдя ко мне и положив руку на плечо. Она без перчаток и теперь я могу рассмотреть ее руку. Действительно кожа фарфоровая, а ногти длинные и чёрные, красивой формы. Ну не настолько, как у бабы Яги, а в меру длинные. — Да. Ты та самая девочка, с которой все это и произошло, да? — спрашиваю я, смотря в ее глаза. — Но я так и не знаю твоего имени. — Ламия. — сказала девушка, подходя ко мне ещё ближе. — Ты боишься меня? Все хорошо, я не трону твой народ, как и тебя. Я простила их, ведь они сильно раскаиваются. Хотя знаешь, если бы я не встретила тебя, то убила бы всех эльфов во всем мире. Как тебе удалось разбудить мои чувства, ведь благодаря этому я стала благородным демоном? — Я не знаю. И… Я благодарен тебе за то, что ты простила нас. Это ведь было очень трудно. — говоря это я и не заметил, как Ламия села на мои колени. Она была легкой, а имя прекрасное. — Да, пришлось переступить через себя ради будущего. Я не хотела тебя расстраивать, а вся ненависть прошла со временем. Я знаю причину убийства моей семьи и не виню твою. Все хорошо. Я и так причинила тебе столько боли и терзаний, что сейчас мне впервые очень жаль. — Нет, что ты! Ты ни в чем не виновата. — запротестовал я, прижимая ее тело к себе. Неужели у она тоже меня любит? — Виновата, не перечь мне. Поэтому я обязана загладить свою вину. — после ее слов последовало то, чего я вообще не ожидал — она поцеловала меня. Девушка взяла мое лицо в ладони и поцеловала, мягко облизнув губы. Я перехватил инициативу, целуя нежно, без напора. Это мой первый поцелуй! Но видимо, у Ламии явно не первый. Она будто прочла мои мысли и мягко усмехнулась: — По любви я целуюсь впервые. С помощью поцелуя демоны изымают души, но ты будешь моим исключение. — По любви? — переспросил я, не веря ее словам. Демоница практически призналась мне! — Я люблю тебя, Палладиум. — сказала она, прислонившись своим лбом к моему и обвив шею руками. — Я тоже тебя люблю, Ламия. — ответил я, опять сдерживая слезы. Только это уже были слезы радости. Мы любим друг друга, а самое главное — я предотвратил массовое убийство эльфов. Я невероятно счастлив, сидя с моей демоницей и обнимая ее. Я могу поцеловать Ламию, обнять и просто наслаждаться ее близостью. — Вот мы и встретились, дьявол. — раздался противный голос из-за спины. Я обернулся и увидел Клеона. Он же умер. — Ты…