От ненависти до любви

       Я давно не спала таким сном. Повторюсь, что раньше каждую ночь мне снились кошмары, а сейчас мне спокойно. Я не чувствую опасности, не чувствую угрозу, не чувствую ту ненависть, которая прожгла дыру в моем сердце. Никакой боли, а лишь умиротворение. Так тепло на душе, когда ощущаешь под боком что-то тёплое, или когда тебя обнимают любимые руки.        Открыв глаза, я увидела Палладиума, который все ещё спал и слегка хмурился, а его губы медленно превращались в полоску. Возможно ему снилось что-то неприятное. Я прекрасно знаю эти ощущения, поэтому решаю разбудить его. Однако мои попытки не увенчались ожидаемым результатом. Я мягко потрясла его за плечо, а потом решила поцеловать в лоб. Эльф рвано выдохнул и прижался ко мне, утыкаясь носом в шею. Вот прям чувствую: что ему снится явно что-то ужасное! Я опять поцеловала его в лоб, но на этот раз пробралась в сон, оказавшись в роли зрителя, которого никто не может ни увидеть, ни потрогать, ни почувствовать.        И оказалась я в каком-то каменном месте, вокруг которого были темные сосны и ели, а небо было темно-голубым. Я совершенно не помню этого места. Оглядевшись, я слегка вздрогнула. Сзади меня, на каменной скамейке лежала я! Я сама! Мои руки были сцеплены в замок на животе, а на тело было надето чёрное платье до колен с чёрными кружевами на запястьях и шее. На ногах же были чёрные высокие сапоги на шнуровке, на руках были чёрные перчатки. Пряди чёрных вьющихся волос аккуратно лежали на плечах. Моя кожа была бледнее обычного. Хотя куда уже?! Губы были алые, а ресницы пушистые и чёрные. Я и не знала, что настолько красива.        Сзади послышались тихие размеренные шаги, обладатель которых приближался. Я прекрасно знаю кому принадлежат эти шаги, поэтому отошла в сторону и стала наблюдать. Я хорошо знала, что это сон, но Палладиуму, чьё лицо было залито слезами, я этого объяснить не смогу. В его глазах было столько боли и отчаяния, тоски, любви, что я уже готова была сама поверить, что мертва. Но ведь это невозможно! Убить меня довольно сложно, а тот ошейник был единственным способом на расстоянии. Вижу, как он проводит пальцем по моей холодной щеке и тихо шепчет, умоляет вернуться. Этот шёпот я узнаю из тысячи. В нем столько боли, отчаяния. Кто, как ни я знаю это. Помню, как сама шептала и думала, что сплю, а проснусь вместе с родителями. Но чуда не происходит. Не в этот раз! Это сон, который должен закончится. Немедленно!        Быстро выбираюсь из сна и вижу на лице эльфа одинокую слезинку. Его губы уже побелели, а глаза метались под веками, брови были нахмурены. Изящные руки прижимали меня к себе. Мысленно кивнув, я взяла его голову в ладони и нежно поцеловала в губы, проводя по ним языком и слегка углубляя поцелуй. Пальцы одной руки зарылись в золотистые волосы, перебирая пряди и массируя кожу головы. Пальцем другой руки я аккуратно стёрла подступившие слезы и ту одинокую слезинку, что была в самом начале.        Палладиум вдохнул и приоткрыл глаза, отвечая на поцелуй и зарываясь пальцами в мои волосы. По его сонным глазами я видела, что он очень рад меня видеть. Ну ещё бы. После такого сна я и сама сомневалась, что жива. — Что же тебя так тревожит, что снятся такие сны? — ласково спросила я, поглаживая его плечи. — А откуда ты… — изумленно протянул он. — Я же демон. Могу пробираться в сны и сознания любых существ. Так почему я была мертва? — повторила я. — Я и сам не знаю. Просто перед тем, как уснуть, я подумал о твоей встрече с Люцифером. Просто мне тревожно отпускать тебя одну. Да не тревожно, а страшно. Я знаю, что ты демон и довольно сильна, но плохие мысли так и не перестают меня посещать. Ты же знаешь, что я всегда буду переживать за тебя. — грустно улыбнулся мужчина, прикрыв глаза, которые опять начали слизиться. — Ты так говоришь, будто прощаешься со мной. — холодно бросила я, но потом привстала и нависла над ним, улыбнувшись и поцеловав в нос. — Сегодня я убью Люцифера и все будет хорошо. Верь мне. — Я тебе поверю, если возьмёшь меня с собой. — настойчиво сказал Палладиум, нахмурив брови, но щеки покраснели. — Ни за что. — Тогда я тебе не верю, не пущу к нему. — И как ты мне помешаешь? — усмехнулась я, изогнув бровь.        Он посмотрел на меня хитрыми глазами и подмял под себя, придавив телом. Из-за того, что на нас не было одежды, я могла ощущать грудью его бешеное сердце. Вижу, как эльф волнуется и переживает, но старается не подавать виду. Я же не хочу его брать с собой, потому что не хочу, чтобы он видел нашу схватку. Ну если он так хочет, то официально мы с Люцифером можем посостязаться на дуэли. — Хорошо. Отпусти меня, мне нужно написать одно письмо. — вздохнула я, положив руки на плечи Палладиума. — Кому? — ревниво спросил он. — Люциферу.        Мужчина удивился, потупил взгляд, а потом встал, позволяя мне тоже встать. Я накинула его валяющуюся рубашку и подошла к письменному столу, доставая конверт и зажигая красную свечу. Это не для света, а для будущей печати. В письме я позвала повелителя на дуэль, написав время и место. Засунув письмо в конверт, я покапала воском и поставила печать, вызывая почтового ворона. Чёрная птица посмотрела на печать и взяла письмо в клюв, вылетая и направляясь в замок. Мою спину прожигал выжидающий и настороженный взгляд. Что ж, несмотря ни на что, я не могу злиться на его излишнее любопытство и переживание. Знал бы этот юный эльф, через что мне пришлось пройти за всю жизнь. Хотя ему это знать вовсе не обязательно. — И что ты задумала? Что в письме написала? — с тревогой в голосе спросил он, подходя ко мне со спины и обнимая за талию, кладя голову на плечо. — Я позвала Люцифера на дуэль, на которой будут присутствовать аристократы Преисподнии. Ты тоже там будешь. — ответила я, слегка повернув голову в сторону Палладиума. Сразу поняв, что он начнёт протестовать и говорить, что это очень опасно, я сжала его руку и уверенно посмотрела в глаза, развернувшись в объятиях. — Поверь мне, я справлюсь. Без побоев не обойдётся, но я смогу победить. По крайней мере, мне есть для кого жить.        Он сжал губы в полоску и посмотрел на горящую свечу. Я догадывалась, какие мысли витали в его голове. Если честно, то мне самой страшновато от предстоящего боя, но я держалась уверенно, а то он в лепешку расшибется, но меня никуда не пустит. Я улыбаюсь, лезу обниматься и целую шею, щеки, ключицы. Ну же, поверь мне. — Ну если так… — неуверенно начал эльф, прикусив губу. — Я же там буду. Ты точно уверенна в своих силах? — Да. Не переживай, за полтора века я многому научилась и смогу одолеть повелителя.        Карканье отвлекло нас от разговора. На подоконнике сидел тот самый ворон, держа в клюве письмо. Ещё свеча не успела догореть, а ответ уже есть. Я забрала письмо и немедленно вскрыла его, читая строки, написанные красивым почерком. Люцифер согласен на дуэль. Он написал, что злится из-за того, что ошейник снят и хочет самолично свернуть мне шею. Демон внутри меня ликовал и рвался на запах крови, рвался к кровопролитию, к дракам и побоям. Губы искривились в предвкушающей усмешке, а в глазах блеснул огонь азарта. Сегодня в полночь в зале Люцифера соберутся аристократы и дворяне всего Ада, чтобы посмотреть на то, как правителя свергают с трона. На такое бы даже черт захотел посмотреть.

***

       Весь день я провела за тренировками и уверениями о том, что я не умру и смогу уничтожить этого проклятого демона. Тренировки заключались на том, что я одним нажатием пальца должна была повалить дерево, ещё быстро взмыть в небо и уклоняться от атак Палладиума, иногда отражать. Он явно нервничал, из-за чего голос порой дрожал, как и руки. Уже ближе к вечеру мы начали собираться. Я надела чёрные обтягивающие шорты, чёрную рубашку, чёрные сапоги до бёдер с золотыми узорами, чёрные перчатки и алый камзол. Ещё я захватила меч. Поскольку мой ненаглядный эльфеныш не знал, как тут одеваются на приемы, то костюм мне пришлось составлять самой. И вот на нем чёрные брюки, чёрный лакированные туфли на невысоком каблуке, белая рубашка, чёрная жилетка и алый галстук. От перчаток он категорически отказался, а завязывать волосы в низкий хвост отказалась уже я. Да и свои я тоже оставила распущенными, только причесала и брызнула лаком. Ну вот, карета ждёт нас.        Палладиум сидел рядом со мной и нервничал больше, чем за весь день. Я буквально слышала его дикое сердцебиение, поэтому слегка сжала его ладонь, как бы поддерживая. Около замка мы увидели ещё несколько карет, а в самом зале всех прибывших. Нас приветствовали, мы сами улыбались и здоровались. Я не отходила от эльфа ни на шаг, как и он. Пригубив алой крови пегаса, я стала внимательно осматривать зал, ища Люцифера. Его не было. Гости подходили ко мне и начинали беседовать, мимолетно желая удачи. Палладиум тоже улыбался и пытался поддержать разговор. Видя это, я переводила тему на себя или на неудачников-демонов, которые не смогли завершить контракт по каким-то причинам. — Доброй ночи, Ламия. — послышался голос сзади меня. Я знала, что это был Люцифер. — Доброй, Ваше Величество. — отозвалась я, поворачиваясь к нему. Чувствую, как Палладиум напрягся. — Скоро полночь. Надеюсь, ты не передумала. Время ещё есть. — усмехнулся он. — Если вы боитесь, то так и скажите. Ну а если нет, то я не передумала. — в ответ усмехнулась я, подойдя к нему еще ближе, чтобы мог услышать только он. — Ты трус. Я знаю, зачем ты надеваешь ошейники. Я отомщу от лица всех, чьи судьбы ты разрушил ради трона. — я быстро отошла в сторону, слыша гневное сопение Люцифера. — А может все же… — хотел было опять начать эльф, но я строго перебила его. — Нет. Если я откажусь, то дорога в Ад мне закрыта. Я стану посмешищем. Видишь того парня? — я указала на одного светловолосого дворецкого. — Кто он думаешь? Он демон, упустивший душу после окончания контракта. Это позор. Также позорно отказываться от дуэли.        Мужчина вздохнул и отвёл взгляд, а его ушки повяли. Слишком мило он выглядел, поэтому я чмокнула его в нос, обняв и потеревшись щекой о ключицы. Он тоже обнял меня, зарывшись носом в мои волосы и вдыхая их запах, будто запоминая. Ну уж нет, эльф, этот запах тебе ещё успеет надоесть.        В зал проник свет полной луны. Сидевшие в специальном месте музыканты прекратили играть, дворецкие перестали разносить угощения, а гости затихли, уходя из центра зала. Объятия стали крепче. Палладиум будто пытался удержать, запомнить или хотя бы продлить время. Нет, сейчас все закончится. — Все будет хорошо. Я не умру. Только ты не лезь. На дуэли третий — лишний. — я посмотрела в медовые глаза и искренне улыбнулась, переплетая наши пальцы. — Удачи. — выдохнул он, отпуская меня. Я видела, как ему это было тяжело. Даже сказать это слово.        Я уверенно кивнула и сняла камзол, отдавая ему и направляясь в центр зала, где уже стоял Люцифер. Он дерзко смотрел на меня, а впрочем я смотрела точно также: дерзко, убийственно, с огнём в глазах. Гости тихо перешептывались, а некоторые даже ставили ставки. Мне было на это плевать, лишь бы убить эту гадость. — Итак, сейчас ещё есть время передумать, Ламия. — выплюнул он. — Ты трус. — рыкнула я, уже без фамильярности. В данный момент она ни к чему. — Дуэль не на жизнь, а насмерть. Я заберу твою голову в качестве трофея. Пусть вся вселенная узнает, что в Преисподние правил жалкий трус. Если нет, то докажи. Но помни, что приплетать других нельзя.        Издевки из меня так и лились, насквозь пропитанные ядом. Я уже чувствую, как глаза наливаются кровью, а клыки удлиняются. Впрочем зрачок вытянулся и у Люцифера. Он выхватил свой меч и с рыком бросился на меня, пытаясь задеть, но я ловко уворачивалась. Я не нападала, а лишь проверяла его силы. Довольно достойный соперник, ибо уклоняться трудно. Но вот он ранил меня в руку, мраморный пол окрасился в алый. Я зашипела и выхватила свой меч, уже совершая выпады. Мои атаки были быстры и резки. Я ранила до крови его ногу и бок, а также едва не задела шею.        Но когда мы оба сцепили мечи, то по залу разнесся звук стали. Выпад, блок, выпад, уклон, атака. Дыхание сбилось, волосы спутались, мышцы приятно гудели, но нам было все равно. Мы не замечали никого, взмывая к потолку и атакуя. В один момент Люцифер нанёс мне слишком сильный удар, что я отлетела к стене и впечаталась в неё. Послышался треск, но не моих костей, а пострадавшей стены. Сплюнув кровь, я поднялась на ноги и, не поднимая лежавший рядом лежавший меч, я расправила чёрные перьевые крылья и взмыла к самому потолку, а потом со скоростью ринулась вниз, нанося такой удар, что в зале все окна раскололись. Прохладный ветер остужал разгоряченную кожу, но не убавил пыл.        Теперь мы сцепились словно звери, впиваясь клыками в шею или царапая кожу до крови, раздирая одежду. Аристократы в изумлении округлили глаза, наблюдая схватку двух демонов. Из моего горла вырывались утробные рыки зверя, глаза горели в темноте зала. Я чувствовала, что Люцифер почти сдаётся. Я сильнее его.        Схватив повелителя за шею, я сжала ее до хруста, до хрипа и до крови. Он почти мертв. И тогда я перекусила ему горло, забирая сущность и всю силу. Кто бы знал, что зал взорвется аплодисментами и радостными воплями, поздравлениями и прочим. Я быстро вытерла лицо платком, что лежал в кармане и развернулась к толпе, улыбаясь. Кровавые перчатки, как и платок, я бросила уже на мертвого демона. Первым делом на меня бросился Палладиум. Он был так счастлив, что я жива, что просто сдавил меня в объятиях и целовал лицо. Я же плохо соображала. Бой меня весьма потрепал. Одежда была вся порвана, спина жутко болела, рука щипала и рана во всю грудь сильно ныла. Но я была горда за себя. Тот ошейник я ещё днём сожгла. Хоть мы не поговорили с Люцифером лично, но теперь вся Преисподняя знает, почему он надевал ошейники на демонов, влюбившихся в других существ.