Секретный сад Фридриха Эботта (Flowerfell)

В пустой комнате с алыми стенами — большой серый камень и кнопка-платформа. И шипы, перекрывшие выход. Это даже не загадка, скорее контрольно-пропускной пункт. Всё просто: если ты сильный монстр с внушительным видом или высоким УР, то тебя без вопросов пропустят, а если слабый цветочек или тупое дитя — тут уж выкручивайся, как знаешь. — Чего застыл? — рявкнул цветок, появившись в комнате следом за человеком. — У нас дело к старой леди. Ты слышал меня?! Бестолковый камень с невероятно короткой памятью уставился на них с раздражением. На самом деле у камней нет ни лица, ни глаз, но их пристальный взгляд ощущается лучше пореза. — Да ну, да ну? — преувеличенно лениво отозвался он. — Так я и поверил! Ториэль только что прошла здесь, она ни о чём не предупреждала меня. Вы что, преследуете её? Вот зараза! Цветок стиснул зубы. — Мы не обязаны перед тобой отчитываться! И стар… И леди тоже! Лепестки слегка сжались в попытке принять угрожающий вид. Чуть старуху «старухой» не обозвал. Надо лучше следить за словами. Этот парень один из немногих ребят, кто до сих пор обращается к ней с уважением. Девчонка, тупо стоявшая всё это время, вдруг приблизилась к камню и села на корточки. И ткнула в него палкой. По цветочному телу как будто пронёсся табун пауков. Что она вытворяет вообще?! Ей подыхать понравилось?.. Постой-ка. Камень, он выглядит растерянным. Если правильно воспользоваться этим, то… Мысль, конечно, безумная. И всё будет зависеть от реакции девчонки, но… — Ч-что ты творишь?! Эй! — Она примеряется, — заговорил цветок ровно и мягко, — сколько от тебя останется пыли, когда ты умрёшь. Камень вздрогнул. А вот она и бровью не повела. Как жутко. Но удобно. Теперь главное не дать этому олуху опомниться. — Здесь, конечно, свинарник, — продолжал цветок с мягкой беспечностью, — но это не повод разводить ещё большую грязь. Леди любят порядок, знаешь? Нужные слова слетели с языка так просто. И с каждым новым волны страха, исходящие от камня, становились всё отчётливей. Его серая твёрдая тушка даже вспотела. — Ребят, вы чего?! Да я-я же шутил!.. Пошутил неудачно! Конечно, леди не должна передо мной отчитываться! Н-но и пропустить вас просто так я т-тоже не мог, это моя работа! Поймите… Девчонка со звонким шлепком опустила на камень ладошку. От этого дёрнулся даже цветок, что уж говорить о перепуганном насмерть булыжнике. Все нужные слова как ветром сдуло. Что ещё сказать-то? — Она… поняла, — что за бред? — Она не сердится на тебя. Земля будто уходит из-под корней. Сказанул так сказанул. Медиум доморощенный! Страха в камне явно поубавилось. Это плохо. Девчонка ещё и зачем-то кивнула — он совсем успокоился! — Знаешь, — начал вдруг камень со странными нотками в голосе, — когда леди Ториэль проходила здесь, она… была такой бодрой. На секунду мне даже подумалось, что… «Она достигла крайней стадии шизофрении» — чуть не брякнул цветок, но он и так уже наговорил на сто проблем вперёд. Камень задумчиво умолк. Девчонка, с тех пор как кивнула, ни разу не двинулась. Цветок предпочёл бы не тратить зря время, но теперь даже ему интересно, какие слова подыскивает этот безмозглый кусок гранита. — …Что она… наверно, есть шанс, для неё… стать немного… ну… как прежде. Нечто выдуманное противно дрогнуло, отзываясь на что-то болезненное. У цветка слуховые галлюцинации? Или этот парень на самом деле?.. Девчонка убрала руку и встала. Камень с тихим смешком перебрался на кнопку, раздался лязг и скрип. Цветок скрыл лицо лепестками, склонившись немного. Похоже… он поспешил, посчитав этот камень «безмозглым». Мало быть просто безмозглым. Нужно быть тупейшим существом на свете, чтобы думать так. — Слышь, ты это… присмотри там за ней, ага? Цветок переместился за линию исчезнувших шипов, ближе к выходу, краем слуха отмечая лёгкую походку ребёнка. Пол здесь, конечно, отвратительно бардовый. Как и везде в Руинах. Он никогда не станет фиолетовым. Это… ясно как физическая боль. Или страх перед смертью. Из соседней комнаты донёсся странный звук — то ли звук падения, то ли осыпающаяся кирпичная крошка. Нырок под землю, и цветок… столкнулся с крипином, что называется, нос к носу. Широкая белая морда оказалась в нескольких дюймах от застывшего лица. Внезапно пасть ящера распахнулась, обдавая резкой сильной вонью, к горлу подступила тошнота, а тело пронзила острая боль. И стало темно. Цветок очнулся в куче мусора, в углу комнаты, изгибающейся буквой «Г». Дыхание прерывается и дрожит, и никак не желает выравниваться. Крипин тихо наблюдает, как девочка подходит к нему и садится на пол. Ох и повезло, что она тоже умерла! Если бы она успела сохраниться после его смерти, то… Стебель болезненно скрутило, заставляя сжаться. Цветок сжирали, давили, сжигали бесчисленное множество раз. Так почему это до сих пор страшно? Разве он не привык? Комната наполнилась угрожающим шипением. Девчонка коснулась морды ящера, заставив того выпустить палку и замолчать. Медленно приблизилась к спайну и остановилась даже прежде, чем он испуганно отпрянул. Протянула руку, и цветок поспешил убежать. Свалка встретила запахом прелой листвы, тишиной и тревожностью. Цветок рассеянно достал мобильник и слегка отряхнул его от земли. Наконец, в комнату спустилась девчонка. Если цветок останется задумчивым, она может подумать что-нибудь глупое. Надо собраться. — Слушай, а нафиг ты в него палкой ткнула? Я-то, конечно, брякнул первое, что пришло в голову, ну а всё-таки? Девчонка, приблизившаяся достаточно, чтобы подобрать брошенный под ноги телефон, подняла руку, указала пальцем в сторону комнаты с камнем и похлопала ладошкой как кастаньетой, при этом беззвучно открывая и закрывая рот. — Не понимаю я твои шарады! — проворчал цветок. — Ну, а прихлопнула его зачем? Она звонко щёлкнула пальцами и обеими руками указала на него. Он нахмурился. Девчонка засуетилась и быстро погладила себя по волосам, слегка дёрнувшись от того, что зацепила лютик. — Погоди, хочешь сказать, я угадал? Ты пыталась его успокоить? — Она кивнула, цветок прыснул и расхохотался. — Ну, ты прикололась! Да ты чуть дух из него не вышибла! Это ж надо… С такой серьёзной миной! Чёрт, это выглядело так, будто ты пытаешься раздавить его как жука! Прям королевская шу… тка. В памяти воскрес величественный образ, который он всё это время так упорно и тщетно старался похоронить. Гордый и сильный монстр с проницательным взглядом.

— Ты… справился. Молодец.

— Э?! Зачем ты тогда так долго смотрел на меня с серьёзным лицом?! Я уже испугался, что что-то напутал!.. И ничего смешного!

— Тебе следует быть более уверенным. В себе и в том, что ты делаешь. Запомни это.

…

Я запомнил, отец.

А как хочется забыть…

Рядом что-то двинулось. Цветок вздрогнул и потряс головой, возвращаясь в действительность. Девчонка сидит на корточках и внимательно смотрит. Волнуется, как пить дать. Если б могла говорить, наверняка бы уже завалила тупыми вопросами. Идиотка. — Всё нормально, — соврал цветок. — Пошли дальше. Он перебрался в комнату выше и дождался, пока дитя преодолеет её и покинет. А появившись следом в комнате с камнем, незамедлительно прорычал: — Чего застыл? У нас дело к хранительнице. Ты меня слышал, булыжник?! — Чё вякнул? Да я тебя сейчас по полу раскатаю! Лепестки невольно дёрнулись. Плохо дело. Диалог изменился. Похоже, зря он его «булыжником» обозвал! — Нам нужно пройти к старой леди, — чётко и медленно проговорил цветок. — Будет некрасиво заставлять её ждать. — Да ну, да ну? — угрожающе прошипел камень. — Не тебе рассуждать про красоту, с таким-то длинным языком. Проваливай! Отбросы вроде тебя только расстраивают Ториэль! Цветок тихо ругнулся. Что делать? Этот парень настроен серьёзно! Сбежать и оставить девчонку, чтоб умерла, и попробовать заново? Нет… Должно быть что-то ещё. Что-то… Точно! — Мы не собираемся докучать леди, просто хотим ей вернуть кое-что! — как можно уверенней отчеканил цветок и тихонько шикнул на человека: — Покажи телефон. Пошевеливайся! Девчонка вынула мобильник из кармана и повертела в руках, показывая. Камень хмыкнул. — Вы нашли её телефон? — прогремел он с подозрением. — Да-да! — живо отозвался цветок. — Мы рылись в мусоре в зале с заколдованными листьями и нашли его! Должно быть, кто-то из её детишек уронил его туда! — Рылись в мусоре? — выплюнул камень. Его голос пропитало отвращение. Кусок гранита тяжело задумался, изо всех сил делая вид, что от него зависит — по меньшей мере — судьба Руин. Как же хочется ему врезать! Но кто ж знал, что одно, брошенное невзначай словечко может так изменить ход событий. Раньше цветок всегда повторял выигрышные диалоги слово в слово. А сейчас зачем-то вмешал отсебятину. Он напрягся, внимательно выжидая, какое решение примет булыжник. Это всё из-за глупого воспоминания! — Ладно, — фыркнул, наконец, камень и сдвинулся на кнопку-платформу. — Валите уже. Шипы опустились с протестующим скрипом. Цветок едва сдержал вздох облегчения. Получилось! Он быстренько переместился ближе к выходу и подождал там девчонку. Теперь… где бы появится, чтобы не попасть под удар? В прошлый раз цветок вынырнул под потолком где-то ближе к центру правой стены. Может, стоит появиться в самом конце? Из тени в углу. Обзор будет, конечно, не очень, да и спайны частенько прячутся в таких местах… Девчонка остановилась перед проходом и обернулась, странно взглянув на раздражающий кусок гранита. Уж не думает ли она, что это было слишком просто? Цветок фыркнул. Да она должна радоваться, что он выкрутился и не бросил её! Впрочем, чего ещё ждать от человечьего ребёнка, кроме чёрной неблагодарности? По стебельку неожиданно пробежал холодок. Последняя мысль прозвучала в голове… как-то слишком пугающе. Девчонка глубоко, но тихо вздохнула — и рванула в другую комнату, исчезнув в темноте прохода. Судя по звуку, она что-то перепрыгнула. И, кажется, споткнулась. Мгновение, цветок возник из пола чуть дальше от центра левой стены. Взгляд сразу зацепился за тварь на потолке напротив. Угораздило же в прошлый раз возникнуть прямо перед мордой этой гадины! Почему вечно везёт на что-то подобное?! Справа раздалось тихое, давящее шипение. У прохода между этой комнатой и предыдущей зияет огромная чёрная яма. Цветок невольно придвинулся ближе к стене. Шипение идёт из-под земли, а значит… Где-то под комнатой прячется парсник. Эти крупные монстры-корнеплоды, похожие на распухшую морковь, тащат в пасть всё, что движется. Они были бы не так опасны, если бы вместо ботвы из них не вылезали змеи. Каждая зелёная паразитка — это, фактически, сильная, гибкая рука, способная видеть и кусать. И таких «рук» может быть больше десятка. Девчонка настороженно прислушивается, не сдвигаясь с места. Не худшая тактика. Парсник в любом случае нападёт, а так она сможет заметить атаку раньше. Наконец, из пола под её ногами проклюнулись зелёные змеиные носы. Девчонка тут же отскочила в сторону, оказавшись у стены в паре метров от цветка. Змеи выбрались целиком, извиваясь как щупальца. Их около пятнадцати. Вслед за змеями выглянул сам корнеплод. Глубокие трещины, заменяющие ему физиономию, искривились в подобии злобной ухмылки. Показавшись полностью, это чудо местной агротехники заняло всё пространство между боковыми стенами, загородив проход, — к счастью, — в предыдущую комнату. Впрочем, даже так у девчонки сбежать не получится, пока. Он слишком близко. Змеи вмиг до неё дотянутся… Уже дотянулись. Хоть она и уклонилась от одной головы, блокировав вторую веткой, двум другим удалось вцепиться ей в ногу и плечо. Они дёрнули в разные стороны, заставив девчонку упасть. Цветок тихо фыркнул. Всё. Если ты не можешь стоять — ты покойник. Таковы правила. А подняться ей уже не дадут. Как бы девчонка не трепыхалась, змеи оплели ей ноги и живот и тянут к хозяину. Интересно, если она свернётся калачиком, уместится ли в пасти целиком? Крипин тихо наблюдает за происходящим. Что ж, в этом нет ничего странного. У образины бесплатный билет в первый ряд, пусть и видно ему с потолка вверх тормашками. Девчонку уже подтащили к разинутой пасти, как вдруг змеи отчего-то растерялись, и ей удалось вывернуться и откатиться в сторону. Она быстро просунула палку между челюстями единственной змеи, ещё держащей её за лодыжку, и надавила, вынудив тварь отпрянуть и замотать головой. Цветок присвистнул почти с восхищением. Рот девчонки испачкан в земле, а значит — переполох оттого, что она догадалась цапнуть эту медузу-морковку. Чем, кстати, восстановила себе немного «Здоровья». Дать подсказку, что ли? — Этого мало! — выкрикнул цветок, с подозрением косясь на крипина. — Нужно кусать змей! Бросив через плечо короткий взгляд, девчонка едва не проморгала новую атаку. Змеиная челюсть сомкнулась на ветке, другая, пролетев мимо шеи, ухватила воздух. Человек, недолго думая, куснул эту змею, а затем и ту, что вцепилась в ветку. Обе они взвились вверх, глубоко удивлённые. У парсников мощная лечащая магия, они быстро восстанавливают «ОЗ» и себе, и своим дорогим паразитам. Поэтому их так сложно убить. Шипение утихло. Парсник и змеи смотрят выжидающе, держа дистанцию. Девчонка зажала рот и прокашлялась. Цветок понимающе хмыкнул. Трусливая Заморышка наотрез отказалась кусаться, и заниматься этим пришлось ему. Гадкий привкус глины преследовал потом раздражающе долго, как и ощущение песка на фальшивых зубах. Девчонка вытерла лицо и уставилась на парсника. Почему она не убегает? — Эй, в чём дело? — качнулся цветок. — Это же твой шанс! Он не успеет дотянуться! Девчонка склонила голову набок, раздумывая, и вдруг помахала парснику рукой. При этом она беззвучно что-то проговорила — цветок не разобрал, что именно. Лепестки бессильно опустились. Вроде бы уже пора привыкнуть к её необъяснимо-ненормальным выходкам, но девчонка каждый раз застаёт врасплох. Парсник на секунду замер, а затем… полностью захлопнул пасть. Что ж, его можно понять. Если бы кусок пирога отрастил руки и начал ими размахивать, это выглядело бы немного странно, верно? Развернувшись, девчонка направилась к следующей комнате. Прихрамывает. Неплохо досталось, но… Цветок коротко хихикнул, обратив на себя внимание. Она остановилась. — А жизнь тебя ничему не учит, — заявил он, улыбаясь, и резко добавил: — Сверху! Крупный белый ящер бросился, как по команде. Девчонка толком не успела отскочить и снова грохнулась, стукнувшись виском о стену. Вторую битву к ряду ей уже не пережить. Хоть она и сунула ветку ему в пасть, чтоб избежать укуса, от загнутых, заточенных когтей у людей нет защиты. Крипин просто разорвёт девчонку на куски. И это ожидаемо, ведь так или иначе… Позволишь себе упасть — ты мёртв. Даже если потом удастся встать, это не имеет значения. Мёртв, и точка. Цветок переместился в следующую комнату, чтобы осмотреться. Точно, здесь же развилка! Три прохода разной степени обшарпанности. Левый — это Жучья Труба, правда, все «жуки» уже давно сбежали в Тёмные Руины, к которым ведёт правый путь. А за центральным — пункт контроля, с тремя тупыми камушками вместо одного. Потом развилка с барахолкой, Гнездом и Лабиринтом, но основная дорога ведёт в Дом. И большинству приходится мириться с наглостью камней и путаться в поворотах, не смотря на то, что существует более лёгкий путь. Выбрав правый ход и очутившись в полутёмном коридоре, жутко разбитом и обвалившемся, цветок принялся высматривать кое-что. Здесь, во тьме и холоде прячутся самые слабые монстры. Их магия едва подсвечивает стены. Фиолетовые, кстати. О, нашёл, наконец! За этой занавесью скрыт тайный лаз, ведущий прямо к Лабиринту. Цветок изо всех сил дёрнул за тряпку и… — Что за?..

***

Сквозь иссохшие стебли мёртвых растений видно часть комнаты. И неподвижного крипина, поджидающего девчонку. От лепестков до корней пробежало противное чувство — вроде дрожь, а вроде и не совсем. Тот проход… Кажется, он был… Цветок быстро нырнул, забыв набрать воздуха в мнимые лёгкие. Пустота обступает и давит, и душит. Когда он уже доберётся? Тёмные Руины встретили безмолвием. Цветок сразу отыскал фиолетовую занавесь. И дёрнул. Стало как-то прохладнее, нет? Проход… обвалился. Вернее, его завалили намеренно. Кто бы это мог сделать? Старуха? Она прознала о нём и?.. Или это был кто-то из местных? Они испугались, что здесь ходят люди и решили обезопасить себя? Цветок настороженно огляделся. Не имеет значения, кому и каким образом помешал этот лаз, сейчас важно лишь то, что воспользоваться им не удастся. Девчонке придётся идти, как и всем — через пункт и Лабиринт. Беда в том, что цветок никого не провёл тем путём. Эти гранитные ребята вообще могут пропустить хоть кого-нибудь? На них не действовали ни уговоры, ни угрозы, ни упоминания о хранительнице… Чего только они с Заморышкой не перепробовали! Это был первый раз, когда цветок провожал человека через Руины, и вторая попытка помочь кому-то спастись. Вторая огромная ошибка, которая так же ничему не научила. Цветок сделал глубокий вдох и нырнул. Благодаря Заморышке он узнал львиную долю местных ходов и ловушек. Даже секретный лаз они отыскали из-за чистой удачи — ребёнок просто прислонился к стене ровно там, где висела тряпка и, разумеется, провалился, как в каком-нибудь дешёвом приключенческом кино. Цветок выбрался из кучи листьев, стряхнув с себя длинную блёклую ленту. Девчонка задумчиво стоит с телефоном в руках. Рассказать ли ей сразу о тех трёх камнях, или подождать, пока она до них доберётся? Неожиданно девчонка осмотрелась и, заметив цветок, подошла к нему. Спрятала телефон в карман и присела на корточки. Указательным пальцем обрисовала на дорожке большой круг. Цветок демонстративно закатил глаза. Только не её шарады! Девчонка соединила кончики пальцев и подняла пошатывающуюся ладонь из центра круга. Это… змея, что ли? — Парсник? — уточнил цветок. Она кивнула. Вытянула другую руку над головой и быстро пошевелила пальцами, словно пробегая ими по воображаемой поверхности. — Крипин. Снова кивок, а затем девчонка свела обе руки вместе и резко вцепилась ими себе в грудь. Цветок несколько секунд тупо смотрел, как она себя «убивает», прежде чем понимающе выдохнул: — А-а! Ты имеешь в виду, почему они не напали на тебя разом? Вот оно что. Девчонка кивнула. Что ж, вопрос вполне логичный. — Ну, понимаешь… Крипины здесь вроде изгоев, так же, как и спайны. Они могут напасть группой, но обычно не объединяются с другими монстрами. Насколько я знаю, между парсниками и крипинами отношения особенно… напряжённые. Может, дело в том, что они оба шипят, я не знаю. В любом случае, они игнорят друг друга. Крипин не вмешается, пока ты не разберёшься с парсником. И нет, натравить их друг на друга не получится, — добавил цветок, заметив, что девчонка «укусила» одну руку другой. Она снова кивнула, мол, всё поняла, поднялась и почти повернулась, когда цветок внезапно окликнул её: — Эм, насчёт дальнейшего пути… ну, есть загвоздка, — зачем вообще заговорил? — Дело в том, что… путь, которым раньше ходили люди… Им не воспользоваться. И я даже не знаю, как ты… Он осёкся — девчонка согнула руку в локте и показательно сжала кулак. — Это, типа, «прорвёмся»? Кивнула, цветок усмехнулся. — А ты оптимистка, — заметил он невесело, но девчонка всё равно улыбнулась в ответ. Сумасшедшая. Впрочем, надо признать, она не так уж безнадёжно слаба. Хотя бы духовно. Даже после, как минимум, десяти смертей девочка не забилась в угол, чтобы перемазаться соплями. Он на самом деле поспешил, сравнивая её с Заморышкой. — Ладно, в этот раз попробую… — начал цветок, но прервался — девочка покачала головой. Она приставила палец к губам, потом показала на себя, а затем развернулась и направилась к шахте. Цветок слегка сморщил лицо, провожая тощую фигуру напряжённым взглядом. И что это должно означать? Может, поискать ей среди мусора блокнот и ручку — вдруг писать умеет?.. — Тьфу! — цветок дёрнулся и потряс головой, отгоняя странные мысли. — Вот заняться тебе больше нечем! И правда, он слишком волнуется о пустяках в последнее время. Неужели стареет? Говорят, с возрастом зубы теряешь не только буквально, но и в том смысле, что становишься мягче к другим. Жуть, не правда ли? Хотя, если вспомнить… Цветик всегда был таким. С самого начала он проявил мягкость, с первых слов показал себя слабаком.

Что ты делаешь? Хватит! Пожалуйста!..

Отпусти! Помогите! Кто-нибудь, прошу!.. Мне же больно!..

Помогите, хоть кто-нибудь…

Цветок брезгливо дёрнулся. Даже до того как эта его часть получила своё имя, голову разрывали чужие стремления. Вещи, которые он не может понять. Идеи, ему не принадлежащие. Только вот, в последнее время… иногда возникают мысли, которые точно не имеют отношения ни к прошлому ему, ни к самому цветку, ни даже к Цветику. Но, тогда… Чьи же они? Он перебрался в комнату с безмозглым камнем, и из прохода показалась девочка, словно специально ждала его появления. Кусок гранита впился в неё взглядом, наблюдая. Она подошла к нему не слишком близко и остановилась. — Чего тебе? — прорычал камень. — Проваливай! Девчонка на секунду свела ладони вместе на груди, как в молитвенном жесте, и сразу указала на выход. Камень напрягся. — Вали, я сказал! Или ты хочешь, чтобы я сломал тебе ноги?! В ответ девчонка даже не вздрогнула, только медленно извлекла из кармана мобильник. — Что это? — Голос камня пропитан презрением и едва заметной насмешкой. — Подкупить меня вздумал?! Этим мусором?! — Как грубо, — булькнул зачем-то цветок. — Это же телефон старой леди, не так ли? Как долго она его ищет? Лет десять? Пятнадцать? — Телефон Ториэль, — подхватил камень с явным недоверием, но уже не так злобно. — Откуда он у вас? — Мы… — цветок запнулся, припоминая прошлый разговор. — Мы просто нашли его, ясно? И хотим вернуть. Мы видели, как леди шла сюда, но… не с… не смогли догнать. Она… сегодня такая бодрая, да? Раздражения заметно поубавилось. Камень почти спокойно пробурчал: — Да, я тоже её видел. Она выглядела немного лучше, как будто… Как будто гостей ждёт. Девчонка улыбнулась и размашисто кивнула, отчего кусок камня задумчиво завис. — Так вы… — начал он и опять напряжённо замолк, почти слышно шевеля чем-то, что заменяет ему мозг. — Вы собираетесь напроситься к ней в гости? Листочки беспомощно опустились. Как вообще додумался? И что теперь, согласиться с ним? Или он тогда рявкнет: «оставьте леди в покое!» или что-то вроде того? Девчонка опередила, серьёзно кивнув. Камень снова стих. Цветок незаметно пошевелил стебельком. Странный какой-то диалог у них получился, что-то между первым и вторым, и совершенно не ясно, чем он закончится. — Ториэль, — заговорил, наконец, камень, — всегда была рада даже незваным гостям. Думаю, она обрадуется, когда вы придёте. Обязательно останьтесь у неё на чай, даже если придётся ждать. Насколько я знаю, к ней давно уже никто не заходил. Девчонка опять кивнула. Она успела сесть на корточки и подкрасться к камню вдвое ближе, чем была, пока он нёс всю эту ерунду. Теперь ей достаточно протянуть руку, чтобы достать его. Впрочем, он не выглядит испуганным. Как беспечно. — А ты очень спокойный для своих лет, малец, — обратился камень к человеку. — У тебя взрослый взгляд. Я, наверно, дам тебе один совет. Знаешь, взрослые иногда бывают дёрганные, но это не значит, что тебе надо… дёргаться в ответ, окей? Просто, запасись терпением. Эй, что с твоим лицом? Я-я не говорил, что мне стыдно за грубость или типа того!.. То есть… блин… И-иди уже, пока я не п-передумал! Камень спешно отполз на кнопку, задыхаясь от возмущения. Шипы с лязгом исчезли в полу. Да, занятный разговор вышел. Прямо-таки «душевный». Цветок молча перебрался к выходу, девчонка встала и подковыляла следом. Она обернулась и помахала камню на прощание, на что он свирепо рыкнул и сдвинулся в сторону, преграждая обратный путь. Но, что странно, булыжник ощущается скорее растерянным, чем разозлённым. Цветок неслышно фыркнул. Девчонка несколько секунд вглядывалась в темноту прохода между комнатами. Затем крепче сжала свою ветку. Лютик на виске так и приковывает взгляд. Кажется, он всё же имеет корни и довольно длинные. Их видно рядышком совсем чуть-чуть. Впрочем, это могут быть и вены. Она решительно шагнула во тьму и, судя по хлопку, перепрыгнула оставленную парсником яму. Цветок полуобернулся к камню. Того почти не видно из-за частокола шипов. Девчонка так уверенно с ним попрощалась. Интересно, с какой попытки ей надоест миндальничать? Перепуганным насмерть он выглядел лучше.