Angel with broken wings...

Снова темнота. Дувший откуда-то спереди легкий сквозняк, совершенно не дарил уверенности, что там есть выход, скорее он наталкивал на необъяснимое чувство тревоги в очередной раз заводя в тупик поток мыслей. Казалось бы, что Эмили уже должна была привыкнуть к этой пугающей темноте, которая запросто поглощала с собой большую половину этого этажа, впрочем и другие перед этим не отличались такой уж хорошей освещённостью, вот только Хостенс это и вовсе не успокаивала. Слишком темно. Да и немного напряженно. Чувствую себя загнанной мышью… Несмотря на покоящийся в её руке фонарик, позволяющий как минимум не врезаться в очередной тупик, уверенной себя девушка не чувствовала, а напротив: была словно загнанная в ловушку жертва, метавшаяся в запертой клетке в поисках хотя бы одной погрешности. Пожалуй, будь у девушки выбор, то она бы ни за что на свете не ступила ногой навстречу столь жуткой неизвестности, которая терпеливо поджидала её прямо в конце этого пути. Эмили забилась бы в какой-нибудь не слишком темный угол и дрожа всем телом просто ждала бы, когда всё закончится. Раньше да, но не сейчас… Сейчас, идя бок о бок с таким же совершенно обычным человеком, как и она сама желавшего поскорее покинуть это место, рыжеволосая понимает, что взять и так вот смириться со своей участью будет эгоистично. И по отношению к себе и по отношению к нему… Они решили, что выберутся, значит должны поддерживать друг друга, к тому же… — Мы выберемся отсюда вместе! Она прикрыла глаза, глубоко вздохнув. Да, они непременно выберутся отсюда, выберутся целыми и невредимыми, но для начала нужно как-нибудь избежать встречи с этим пареньком — Эдди, ибо она так и чувствует, что ещё одна стычка явно ничем хорошем для них не закончится. Они не смогут на это повлиять, поскольку здесь вариантов не так и много. Эмили повернула голову в сторону, стараясь разглядеть лицо идущего рядом Фостера. К сожалению, это было просто фактически сложно из-за темноты, правда кидавший в разные стороны блики фонарик позволял видеть немного смутный силуэт и этого для её успокоения было вполне достаточно. Впереди показался просвет, до которого оставалось лишь рукой подать, но ожидаемого облегчение, что сложности остались позади не было. Хостенс не спешила радоваться и достаточно заметно сбавила шаг, по неосторожности погасив держащий в руке фонарик. Звуки шагов рядом тоже стихли и девушка ощутила, как ей преградили путь рукой, тем самым требуя обратить на себя внимание. Она остановилась и вполоборота взглянула на парня, чьё лицо могла видеть лишь наполовину, благодаря бледному освещению в конце коридора. — В чём дело? — негромко спросила рыжеволосая, словно боясь, что её может услышать кто-то ещё. Как оказалось, Зак отвечать не спешил и всё с тем же равнодушным взглядом продолжал глядеть на неё, невзирая на полумрак, будто прекрасно видя каждую деталь её лица. — Ты ведь помнишь, что я говорил? Хостенс не сразу поняла, что тот имеет в виду, но затем, в её голове стали проскальзывать обрывки недавних фраз и она незамедлительно кивнула, отчего-то слегка покраснев. — Да. — с неожиданной для самой себя серьёзностью произнесла девушка и даже не обратила внимание на постепенно разгорающийся румянец на щеках, появившийся просто не вовремя. Она смотрела прямо ему в глаза, ожидая, что он ещё скажет и теперь совершенно не ощущала себя такой загнанной и потерянное, как раньше. Напротив, она чувствовала уверенность и была готова почти ко всему, что ждало их в конце этого коридора, пускай где-то глубоко внутри всё ещё немного дрожала в страхе. — Тогда не отходи от меня. Я уверен, что этот мелкий засранец наверняка не упустит момента и вновь покажется. Эмили ощутимо вздрогнула, когда Фостер напомнил ей о том мальчишке и снова кивнула, зная, что он поймет её и без слов, во всяком случае она на это надеялась, и как оказалось не прогадала. — Хорошо, тогда пошли. — он не колеблясь ни на секунду прошёл вперёд, навстречу бледному свету сопровождающемуся слабым шумом воды. Эмили сжала руки в кулаки и перейдя на бег направилась за ним. Они вышли в довольно просторное помещение с уходящей куда-то лестницей и нескольких проходами, а также затопленными водой участками. Присудствующий шум воды усилился, только откуда он всё-таки шел было не разобрать. Здесь также был ощутимый сквозняк с достаточно большим радиусом и усиленным ветром. Эмили встала рядом с Фостером и начала внимательно оглядывается по сторонам, при этом заметно сжавшись поскольку почувствовала какие-то странные изменения в воздухе. Скорее всего это было чужая аура, от которой по телу проскользил слабый холодок, а в следующее мгновение свет погас и девушка от испуга, а больше всего от неожиданности шарахнулась в сторону, неосознанно врезавшись в стоявшего чуть позади Зака. Но парень ничего не сказал, потому что заметил промелькнувшую несколько мгновений назад серую тень. Свет снова включился и теперь они увидели стоявшего на выступе, лицо которого было невозможно рассмотреть. Он, как и ранее держал в руке лопату и выглядел весьма безобидно, но вот в этот раз подобный трюк с миловидной внешностью не сработает. Мейсон обвёл своих гостей взглядом, остановив его на Хостенс, а затем улыбнулся: — Вот мы и снова встретились. Девушка закусила губу, обхватив себя за плечи, потому как в тот момент почувствовала неизвестно откуда взявшийся пробирающий холод. Даже при сильном желании и нездравом уме, она бы ни за что в жизни не захотела бы пересечься с этим ребенком человеком снова, вот только… кто позволит ей сделать такой выбор? Она заметно дрожала телом, не отрывая взгляда от Эдди и тот, в свою очередь, делал тоже самое, только он не боялся, а напротив — улыбался, будто всё так и должно было быть. Несомненно, ему очень нравится такая игра… — Ну и приставучий, — с престижное беззаботностью фыркнул Зак одаривая Мейсона мерзким и даже пофигистичным взглядом, причем глядя на него так, будто тот для брюнета был не больше, чем ребёнком с закидонами и довольно проблемный. Эдвард в свою же очередь точно также смотрел на Фостера, стискивая зубы и выдавливая из себя слабый рык. Серийный убийца был помехой на его пути и эту помеху он обязан устранить. Он раздражает паренька и постоянно мешает, прямо как сейчас и некоторое время назад. Эдди это не нравится. Совершенно не нравится. Почему этот человек постоянно ошивается рядом с ней? Почему не уйдет и не оставит их в покое? Мальчишке ведь много не нужно, всего-то смерть одного из заблудших на его этаж жалкого создания. Он хочет, чтобы Эмили осталась здесь с ним и наконец оттолкнул от себя этого поехавшего убийцу. Неужели это так много? Совсем нет, но… вот сама Хостенс этого не хочет. Она всё время сторониться его и вовсе не хочет слушать. А ещё этот приставучий Зак… Уже достало! Переменув из одной руки рукоять лопаты в другую, рыжеволосый поджал губы вновь взглянув на сжавшуюся Хостенс, на лице который так и было написано желание поскорее убраться отсюда. В районе груди что-то больно кольнуло. — Эмили, спрошу снова, ты действительно не хочешь, чтобы я убил тебя? — Я же сказала… — девушка чуть отпрянула назад к застывшему на месте и не сводившего взгляда с паренька убийцы и набрал в грудь побольше воздуха — выпалила, — Нет! От такого громкого ответа даже Айзек в удивлении взглянул на свою напарницу, а после высокомерно усмехнулся, ощущая некуда гордость за проделанный труд. — Слыхал? Мейсон был в изумлении несколько секунд, потому как совершенно не ожидал услышать такого от того, кого полюбил можно сказать с первого взгляда и от этого стало очень больно. Интересно, а что же он в действительности хотел услышать? Если всё то время, что она пробыла наедине с ним, он только и делал, что осыпал её обещаниями о не мучительной смерти и прекрасной жизни, если она останется рядом с ним… Это было неимоверно глупо. Эмили дала понять с первой же секунды, что очень хочет жить. Но сам Эдди этого не понимает, ведь не слышит её протеста, в намерениях услышать своё собственное желание из чужих губ. И лишь потому что… — У вас нет права… … потому что очень хочет, чтобы… — Нет права делать такой выбор… … чтобы она была с ним, а не с этим ублюдком. — Эй, че ты там бормочешь? — хмыкает Зак и в подтверждение своих слов прислонять ладонь к уху, якобы стараясь расслышать. — Вы… не имеете права делать такой выбор! Сердце застучало быстрее, а из глаз невольно пошли слёзы. Нет, это были не детские слёзы обиды, которые часто встречались на лицах детей, если им не купили заветную игрушку или сладость — это были слезы разочарования и предательства. Так нельзя. Это несправедливо… Чуть всхлипнув, Эдвард сглотнул, стараясь подавить в себе все эти бушующие чувства. Они словно торнадо прошлись по всей его душе измяв и изувечив до неузнаваемости. Это так больно, что хочется кричать, но… мальчишка не делает этого. Не может позволить себе показать слабость. Вместо этого он загоняет ноющие чувства в самую глубину и глубоко вздохнув, приводит сознание в порядок. — Эмили, я так хотел, чтобы ты умерла чистой и прекрасной, как сейчас… — больше ему не нужно её разрешение или её мнение. Он знает, как будет для девушки лучше… Как будет лучше для них обоих. И плевать, что она считает это зверством. Он дал ей возможность сделать правильный выбор, но, похоже, этого не стоило делать. — Так что просто расслабься, ведь там под землёй так темно, холодно и уютно… — он снова улыбается мягко и по-детски, будто тем самым стараясь успокоить рыжеволосую, ведь в этом действительно нет ничего страшного. Он знает. — Эмили, я отведу тебя туда. Резкий прыжок и раздаётся неприятный треск металла. Мейсон отпрыгнул назад и приземлившись с небывалой когда-либо злостью взглянул на Фостера. — Грубый варвар! Ничтожество! Он срывается с места, решаясь на вторую попытку добраться до девушки, но убийца умело загораживает ему путь, не позволяя сделать и шага. — Да ты ничем от меня не отличаешься! — парень блокирует атаку и отвечает, замахиваясь оружием, однако паренёк имея маленький рост и неплохую верткость, запросто избежал лобовой атаки. — Не сравнивай меня с собой, — фыркнул Мейсон, — пускай физически ты сильнее, но в твоей голове пусто, ты не можешь убивать людей правильно. И тебя это злит. — Здесь бесишься только ты! Смотрю сдерживался ты долго. — Заткнись недоумок. — Ты заткнись, мелочь. — Это ты тут мелочь! — Всё, чего я хочу Эмили — это ты, — Мейсон стиснул зубы, а затем рассмеялся. Освещение вокруг замигало и мальчишка растворившись в накрывшей их тьме. — Я навеки заключу тебя под прекрасным камнем, после того как убью. Девушка содрогнулась от мерзкого шепота, произнесённого им до жути тихо и спокойно, а внезапно погасший свет и вовсе выбил её из колеи. — Пускай ты и сильный, в темноте ты беспомощен. — мальчишка медленно шагает, ловя возможность приблизиться к убийце и незаметно огибает его, не переставая глядеть с заботой на свою возлюбленную, — А я постоянно копаю могилы во тьме. И прекрасно всё вижу и без света! — Эдвард замахивается и ударяет рукоятью лопаты прямо в спину парня попадая между ребёр. Брюнет неистово матерится удерживая равновесие и разворачивается, натыкаясь на пустоту. — Для начала, я избавлюсь от тебя, Зак, — детский голосок, наполненный наивностью и дружелюбием — сломился, играючи смеясь над поведением жертвой. — Не находишь, что слишком навязчивый? Лично для меня такие как ты сплошной мусор, валяющийся на дороге. Не стой у меня на пути, возможно, я бы пощадил тебя, но… — Слышь, мелкий ублюдок, хорош заливать, — зарычал Фостер уловив движение рядом с собой, лезвие косы рассекло воздух и несколько прядей упало на пол. — Чёрт! Хостенс с опаской отшатнулась от напарника, боясь попасть под раздачу. В темноте и вправду ничего не было видно, а насмешливый голос Эдварда продолжал раздавать со всех сторон одновременно: — Зак поаккуратней! Можешь ведь кого-нибудь ранить. — Завались! — гаркнул парень, — Вот доберусь я до тебя, тогда и посмотрим, кто будет смеяться последним! В ответ раздаётся детский смех. Рыжеволосая обхватила себя за плечи, дрожа от того насколько жестоким был этот смех. Это был не тот смех, который преследовал их, стоило им ступить на этот этаж, и это был не тот смех, который следовал за ней по пятам, стоило ей разделить со Заком. Нет, теперь это не тот смех. В нем четко рассказывают жестокость и жажда убийства, который запросто рушат все представления об этом ребёнке. Вдруг Эмили заметила темный силуэт прямо за Фостером, который тут же нанес ему удар по голени, чуть не сбив с ног. Она хотела подбежать к парню, но из-за настороженного Зака, пытавшегося попасть по, как он выразился «мелкому засранцем», зеленоглазая не могла приблизиться. А Мейсон злил его, злил специально. Крепко сжав фонарик, девушка включила его, направив луч света прямо в густую пелену мрака, завидев Эдварда, точнее его тень. Мальчишка зажмурился от резко ударившего в лицо света и с трудом смог увернуться от косы серийного убийцы. — Опасно так размахивать! — Заткнись! Блин, так ничего не выйдет. Эй, — брюнет обернулся к напарнице, — Иди и включи свет. Где-то должен быть выключатель. — А?… Д-да, поняла, — Хостенс недолго думая направилась к лестнице, которую приметила ещё раннее. Где-то сзади раздался голос Мейсона, но и он после затих. Эмили старалась не обращать внимание на темноту и чёрные, неподвижные силуэты, почему-то напоминающий ей покоившийся здесь душ, что словно возвышались над ней, глядя холодными и безжизненными глазами. Пускай это и полный абсурд, и пускай и это просто плод её воображения, рыжеволосая надеялась, что разум наконец перестанет подкидывать ей эти жуткие образы, которые будто выползают из её кошмаров. Стоило девушке отдалиться от Фостера, как уверенность и решимость буквально рассыпались прахом, а в душе поселился ушедший ранее страх. Слабый луч фонарика периодически подрагивал, позволяя максимум не споткнуться и не врезаться в тупик. Но сколько бы девушка не оглядывалась по сторонам, везде было пусто и лишь… одно могильное надгробие и какие-то колонны неизвестно что державшие, более менее позволяли понять, что она не заблудилась. Выключатель… Но где мне его искать?… Здесь ничего нет. По барабанным перепонкам ударил уже знакомый детский смех и Хостен быстро выключила фонарик спрятавшись за надгробие, отбросив ощущения неприязнь куда подальше. Сейчас явно не время для страха, к тому же, если хочешь спасти свою жизнь, то пойдешь на всё, даже вопреки собственной клаустрофобии. Зеленоглазая помнит, как пряталась в том старом сундуке от Зака, но он… как бы… не очень-то и искал её, однако быть уверенной насчёт Эдди девушка не может. Он непременно найдет её даже во тьме. — Эмили, не убегай от меня. Хостенс подрывается с места, чуть ли не ударяясь спиной о холодный камень — оборачивается назад, но там… никого не было. Мне страшно… Она опускается на корточки схватившись за голову руками, зарываясь пальцами в густые волосы. Эмили теперь совершенно не знает, что ей стоит делать и как поступить… Она понимает, что своей трусостью подставляет Зака, но… Эдди… Мальчишка нагоняет на неё сильную дрожь и желание окаменеть, дабы не двигаться, не чувствовать и стать чем-то не живым. Ничего не видеть и не слышать. Не существовать. Неприятный лязг режит слух, будто кто-то волочит по земле что-то острое и тяжёлое, заставляя девушку подняться на ноги. Легкие и почти неощутимые шаги в помещении, а затем… внезапная боль прямо в области живота. Хостенс падает на колени, пытаясь разглядеть хозяина этажа В-4, но лишь от боли зажмуривает глаза. — Не сопротивляйся, Эмили, я не хочу, причинять тебе боль, — слишком спокойно произнёс Эдвард продолжая улыбаться, пускай под маской этого и не было видно. — Я сделал эту могилу для тебя, ведь ту сломал он. Всё тело режет от усталости и страха, из-за которых рыжеволосая хочет разорвать горло в рыдании от своей глупой безысходности. Мне нельзя сдаваться… Но… — Не волнуйся, я обязательно восстановлю твоё тело, после того как убью. Ты будешь выглядеть ещё прекраснее! Но… Не могу… Пожалуйста, помогите кто-нибудь… Зак, я!… Эмили в конец лишается своих сил. Она поддаётся вперёд и не почувствовав никакого сопротивления — проваливается куда-то вниз. В воздух поднимается что-то светлое и местами очень даже яркое, а затем опускается на её лицо. Под руками шуршит что-то мягкое и приятно пахнущее, не позволившее разодрать ладони и колени в кровь о деревянное дно… Цветы?… Она ощущает их аромат и видит, как разноцветные лепестки кружатся над ней, ложась на одежду и запутываясь в волосах. Зеленоглазая расслабляется, понимая, что больше ничего не сможет сделать. Она не слышит пугающего её ранее голоса, да и не хочет. Всё настолько смешалось, что хочется просто наплевать на это и уснуть. — Эмили, послушай, никогда, слышишь? Никогда не сдавайся! Даже если тебе кажется, что выхода нет, всё равно продолжай бороться. Ты сильная и очень добрая, но не позволяй другим пользоваться этим. Ты никому и ничего не обязана, ты не должна тратить свою доброту на таких людей, которым до тебя нет дела. Борись за родных и близких, борись за саму себя. Запомни: выход есть всегда, а нет его только из гроба! — Послушай, я… Я не отпущу тебя и не дам умереть. В этом здании полно народу, кто хочет твоей смерти, но… Я не позволю. Не позволю тебе умереть. Потому что выберемся отсюда мы вместе. — Если поняла то… Не позволяй никому убить себя! Внезапно Эмили распахивает глаза. Верно, выхода нет только из гроба. Она ведь обещала… Обещала, что не умрёт. Девушка из последних сил подрывается с места — бья Мейсона в грудную клетку. Мальчишка ударяется позвоночником о надгробие и теряет равновесие, проваливается к ней в могилу. Хостенс не теряя времени хватает выпавший из его кармана пульт управления, выпрыгивая из гроба и включает свет, что тут же заливая собой всё помещение. — П-почему?… Зеленоглазая опускает взгляд на Эдди, что подавленно смотрит на неё глазами наполненными непониманием и разочарованием. — Я ведь понимаю тебя… л-лучше, чем кто-либо… Скажи, Эмили, почему?… — Не правда, — произносит Хостенс сжимая ладонь в кулак, — Не понимаешь. Я же сказала… Я не хочу умирать! Мальчишка поражённо смотрит на рыжеволосую, в чьих словах слышит абсолютную искренность и твердость и это — разбивает его сердце на множество осколков. — Ахаха, что ж, поздравляю, — тело пробрала крупная дрожь и Эдди мгновенно обернулся, встретившись с безумным взглядом серийного убийцы, — те-бя от-ши-ли. Противоположная сторона косы безжалостно ударила прямо по лицу ребёнка, сорвав тыквенную маску, а после… Острое лезвие вошло в человеческую плоть распоров грудную клетку и живот. Кровь брызнула в разные стороны заляпав белоснежные, и не только, цветы густой массой. Эмили зажмурила глаза закрывая ладонью нос и рот, чтобы не чувствовать металлически-горького запаха крови вперемешку с пыльцой. Она пыталась держаться, чтобы не закричать и не потерять сознание. Смех напарника до сих пор бил по сознанию, когда тот уже лишь с усмешкой наблюдала за муками боли полуживого хозяина этого этажа. — Тебе прям идеально подходит, — плюёт Айзек и не особо церемонясь — опракидывает сверху могилы надгробие, заточая Эдварда под землей. Брюнет оборачивается к побледневшей напарнице и наклоняет голову на бок, изучая ту пристальным взглядом. — Надо же… Тебе что, плохо от вида крови? Эмили столбенеет от слов Зака и отводит взгляд, начиная нервно покусывать нижнюю губу. — Это просто… не все нормальные люди могут перенести такое… — пробубнила рыжеволосая, не совсем уверенная в том, что тот её услышал, впрочем, ему и вправду не было до этого никакого дела и на данный момент интересовало парня совсем другое. — А как ты догадалась, что выключатель находится у него? — с нескрываемым интересом полюбопытствовал Фостер, на что та пожалела плечами. — Мне просто повезло, да и… свет выключился так внезапно, что я подумала, быть может он его выключил… А? Пролетевшая рядом с ней желтая бабочка аккуратно села на пульт и только теперь Эмили заметила насколько здесь было красиво. Густая зелёная трава, красивые цветы, немного оплетённые стены с выступавшими на стеблях почками и со множеством разноцветных бабочек больше напоминали маленький, ухоженный садик, а также поодаль наблюдался небольшой водопад. На мгновение Эмили стало грустно. Эдди ведь берег, ухаживал за всем этим, а что теперь станет с садиком? Да и сам мальчишка… Похоже теперь он стал одним целым с ним. Какая ирония, хотел похоронить её, а в итоге сам оказался в могиле… Если честно Хостенс не жалко Мейсона, но если только чуть-чуть. Да и есть ли смысл жалеть того, кто хотел убить тебя? Даже если потому, что любил. Девушке не понять этого, ведь… он говорил, что любит её, но разве, когда любят так поступают? Каждый понимает это по своему. Наверное, для него, заточённого здесь в совершенном одиночестве, такое понятие, как любовь было не стабильным и, возможно, болезненным. Да, Эдвард был мальчишкой, чья психика безжалостно сломалась. Он слишком рано познал для себя всю жестокостью внешнего мира и сильная привязанность к чему-то погубила его самого. Он присваивал себе вещи, а также… верил, что после смерти, те, кого он убил будут всегда рядом с ним и ему не будет одиноко. Возможно это было растройство, а может ужасная тоска, но даже это не снимает с него вины за все эти убийства. — Ну так что, где выход? — вырывает из раздумий Эмили голос напарника, на что она лишь приподнимает пульт. Пару секунд поизучав его, Хостен нажала нужную кнопку и на месте водопада открылся проход, который непременно вёл к лифту. Парень забросил свою излюбленную косу на плечо и уверенно прошагал в сторону коридора, но от чего-то остановился и не громко ухмыльнулся, не собираясь оборачиваться к рыжеволосой: — А ты молодец, Эми. Зеленоглазая застыла на месте как вкопанная. Она всего в одно мгновение успела испытать что-то невероятно теплое и приятное. Её щёки налились лёгким румянцем, на что она тут же опустила глаза в пол, опасаясь, что Фостер может это увидеть. Почему ей стало так хорошо от слов Айзека? Что в этом такого? Они ведь… просто напарники и помогают друг другу для того, чтобы выбраться из этого здания только и всего, но… почему же тогда… его похвала так важна для неё?… Они держатся вместе и помогают друг другу, потому что знают, что поодиночке не смогут справиться. А Зак… Он уже во второй раз спасает её, а она… ничем не может отблагодарить его за это. Быть может ему на это и все равно, но для Эмили это очень важно! — З-Зак!… — рыжеволосая зажимает ладонью рот, понимая, что зря это делает, однако, когда ловит вопросительный взгляд брюнета глубоко вдыхает, набираясь смелости. — Я… я обязательно буду полезна тебе! Обещаю! Девушка зажмуривается выпуская воздух из груди. Ей важно, чтобы он знал об этом и плевать, что где-то глубоко в сознании до сих пор прячется безмолвный страх перед серийным убийцей. Но он не убьёт её, теперь то она это точно знает. В ответ на свои слова она получает лишь легкий взгляд и безобидную, слегка игривую и кривоватую улыбку, на которую только был способен Зак. — Ну так, не подведи. Эмили кивает и смело подходит к парню, больше не боясь его присутствия рядом с собой. Теперь они одна команда. И они непременно выберутся от сюда — вместе.