Сапфир и аметист

Воздушное пространство Англии, 09:00       — Мне кажется, это уже слишком. Целый самолёт для одной вашей сверхважной персоны. Ещё бы название компании на него нанесли. — Сатклифф отхлебнул шампанского и с удовольствием откинулся на спинку кресла.       — Если тебя что-то не устраивает, то можешь выйти. Себастьян откроет тебе дверь.       Жнец подхватился как ужаленный, Сиэль явно был не в духе. Да, естественно, ему, жнецу, даже полёт-падение с десяти тысяч метров не был страшен, но потрепало бы знатно. А слова графа Фантомхайва редко когда расходились с делом.       Себастьян встал и пошёл в кабину к пилотам. Ему нужно было выяснить какие-то тонкости, связанные с посадкой самолёта в Токио.       Граф молча принялся за следующую газету. Жнец хихикнул. Кажется, путешествие в самом начале уже шло не по плану.       — А вы похорошели, граф, кажется, Себастьян хорошо о вас заботится, хоть вы и такой бесполезный демон.       — Бесполезный? — хмыкнул граф, отложив газету.       Синие бездонные глаза демона не выражали ничего, кроме презрения. Графа не особо тронули слова жнеца. Он прекрасно знал свою роль в ситуации с Себастьяном, но обсуждать её с кем-либо, кроме внутреннего голоса, он не хотел. Пусть у него не было таких способностей, как у любого демона-аристократа, но его ум ещё не раз выручит его в любой ситуации. Да и, в конце концов, контракт никто не отменял.       — А что, от вас есть какой-то толк? Хотя вы действительно стали невероятно красивы. Может, это действительно ваш талант — быть неотразимым маленьким негодяем? А, ну и ужасной ханжой. Как так можно, вы же демон! Где кутежи? Где оргии? Ну хотя бы какую-нибудь гадость сделали бы, нет же! И Себастьян такими темпами в праведники пойдёт.       — Мы должны развивать пороки, а не предаваться им! — сказал как отрезал юноша, вновь принимаясь за газету. Сатклифф фыркнул. Становилось скучно.       — Машину подадут прямо на взлётную полосу, номер в отеле забронирован. С завтрашнего дня начнём поиски, сейчас нет абсолютно никакой информации.       — О, Себастьянчик вернулся. Оставь этого зануду, иди ко мне.       Мужчина проигнорировал фразу жнеца и сел на своё привычное место возле Сиэля.       — Зачем он летит с нами?       Себастьян молча достал из кармана пиджака чёрный конверт с адской печатью. В письме «настоятельно рекомендовали», если они таки соберутся покидать пределы Лондона, взять с собой диспетчера Сатклиффа. И Михаелис, и Фантомхайв прекрасно знали, что если в письме вежливо «рекомендуют», то это значит, что за невыполнение «рекомендации» может хорошо попасть. И если Себастьяну доставалось не так сильно, то Сиэлю никак не улыбалось опять висеть в кандалах несколько дней в тёмной пыльной каморке на задворках владений кого-то из приближенных к палачу Его Темнейшества. И это ещё считалось невероятно мягким наказанием, а многие шептались о том, что графу так повезло только из-за заступничества Михаелиса. Обычно такие «детские» наказания даже не принимались в расчёт. Но Сиэлю, чьи возможности были крайне ограничены из-за низкого ранга и, вообще, того, что он в прошлом был человеком, хватило и этого, чтобы проходить с жуткими синяками и ссадинами несколько месяцев.       — Мог бы сказать и раньше! — буркнул граф. Себастьян обворожительно улыбнулся, но любой смертный как минимум замер бы, глядя на такую красоту. Но граф, ещё будучи человеком, не реагировал на такие выходки демона, а сейчас и подавно. Юноша смело посмотрел ему в глаза, и мужчина на одно мгновение словно выпал из реальности. Был ли это дар Сиэля или что-то другое, отчего внутри всё сжималось и мысли путались, как у мальчишки-подростка, — демон не знал. Он просто тонул в этих синих глазах, но сам прекрасно понимал, насколько невозможной будет даже попытка вызвать хоть какое-нибудь ответное чувство у графа, кроме ненависти или равнодушия.       — Ой, да ладно, Себастьян. Будь решительнее, а то уже насмешка над преисподней выходит какая-то. Демон твоего уровня даже за ручку взять мальчишку боится, а новоявленный служитель Цитадели Зла ходит в девственниках вторую сотню лет. Курам на смех такой союз.       Себастьян, вспылив, резко встал. Демон быстро замахнулся, чтобы ударить надоедливого жнеца, но тот в насмешку даже не отреагировал на угрозу.       — Он в наушниках и ничего не слышит.       Мужчина осторожно посмотрел на графа и убедился в правоте жнеца. Потом понял, каким же идиотом себя выставил, и, наплевав на всё, подсел к Греллу. Сама собой на столе появилась бутылка с чем-то крепким.       — Так заметно?       Сатклифф открыл бутылку и разлил по стаканам алкоголь.       — О, водка? А где же хрестоматийное виски?       — Тебе разве не всё равно?       Себастьян залпом осушил рокс водки. Ну и что, что алкоголь на него почти не действует? Привкус пойла во рту быстро поднимал настроение. Сатклифф осторожно отхлебнул и отставил свой стакан. Сейчас жнец смотрел на него с почти что сочувствием.       — Он глухой, слепой, невежественный мальчишка, который замечает всё, кроме самого главного. Словно он не хочет видеть.       — Глупо ожидать от ребёнка, что он сделает первый шаг или заметит твой. Да, ему под двести лет, и он любому убийце-главе мафии даст фору. Но внутри он ребёнок.       Себастьян долил в стакан ещё алкоголя.       — Именно поэтому я и не вмешиваюсь по-настоящему. Если я сделаю… нет, попытаюсь сделать что-то серьёзное, он может испугаться, закрыться, и тогда уж точно мне ничего не светит.       — Это глупо. Либо ты что-то сделаешь и узнаешь, чем всё кончится, либо сойдёшь с ума и его сведёшь своим бездействием. Рано или поздно ты сорвёшься.       Грелль был прав. Как всегда. Но разговору не суждено было продолжиться. Сиэль почувствовал запах алкоголя.       — Я же сказал, что ненавижу, когда ты пьёшь! Выброси эту дрянь и больше никогда не пей. Сядь возле меня, нам нужно поговорить.       — Ути-ути, строгая мамочка забирает Себастьянчика из песочницы, чтобы тот не дружил с другими плохими мальчишками.       Метательный нож, воткнувшийся в изголовье кресла жнеца, был хорошим аргументом оставить их в покое. Не то чтобы он испугался остро заточенного куска железа, нет, скорее, уж сильно выразительным был взгляд Михаелиса, в котором читалось удовольствие от того, что граф проявил какую-никакую, а заботу о нём. По человеческим меркам, алкоголь был чрезвычайно вреден, и этот запрет явно был продиктован эгоизмом не до конца.       — Мазохист, — вполголоса пробормотал жнец.

***

Токио. Аэропорт Ханэда, 20:35       — Не вздумай принимать вызов без меня! — Невысокий подросток в десятый раз дёрнул своего спутника за рукав длинного пальто. Их окружили полукругом и теснили к выходу из терминала несколько боевых пар. Никто не бросал вызов, никто не открывал систему. Простые люди пока даже не замечали происходящего.       — Шесть боевых пар. Четверка нулей, кажется, твой сенсей решил взяться за нас серьёзно.       Соби спрятал за спину юношу, готовясь открывать Систему. Другого выхода не было, впрочем, как и шансов на успех.       И тут внимание привлекли служащие аэропорта, что резко засуетились.       — Господин Фантомхайв прибыл, а машины нет.       — Пусть пройдёт через терминал, дайте ему охрану!       — Это будет скандал.       Рабочие скандалили на ходу. Боевые пары, кажется, не ожидали такого развития событий, но решили воспользоваться ситуацией и, теперь не особо скрываясь, окружили Соби и Рицку.       Блондин уже вскинул руку, чтобы открыть Систему и бросить вызов, как его внимание привлекли те, кто вошли в терминал. Троица и вправду выглядела колоритно: высокий мужчина с длинными волосами алого, воистину кровавого цвета, юноша в старинном костюме, недостающий даже до плеча своим спутникам, и третий, одетый во всё чёрное, высокий брюнет.       Внезапно юноша в костюме остановился и, глядя прямо в глаза Соби, что-то сказал брюнету, и троица направилась к ним.       — Они тоже от сенсея? — шокировано спросил Рицка, глядя на то, как троица, не испытывая никаких трудностей, подходила к ним.       Соби не сводил глаз с юноши. Синеглазый мальчишка явно был не от сенсея. Было в его взгляде нечто… далёкое от того, что вдалбливал всем ученикам сенсей.       — Мы не враги, — подходя на максимально возможное расстояние, сказал Сиэль.       Соби кивнул, принимая эту информацию к размышлению. Рицка неосторожно вышел вперёд, пытаясь понять, что происходит вообще.       Боевые пары переглянулись. Всё шло не по плану. Но ничего, сейчас эти чужаки не будут им мешать.       — Я бросаю тебе вызов, Агацума! — наконец, крикнул кто-то из толпы. Блондин обнял Рицку за плечи.       — Принимаем.       Система привычно раскрылась, оставляя всех свидетелей далеко позади, словно отсекая их от происходящего.       — Что здесь, чёрт подери, происходит? Куда делись люди?       — Это Система, вопрос только в том, почему вы не исчезли, — пояснил Соби, всё так же не сводя с боевых пар настороженного взгляда.       — Заткнитесь все! Нам нужны только Соби и Рицка. Мы не хотим вас убивать зря, уходите подобру-поздорову!       Граф ухмыльнулся. Вот как? Их не воспринимали всерьёз?       — Уходите, они не за вами. Они действительно могут вас убить, — тихо попросил Рицка. Сиэль пожал плечами. Кажется, эта компания идиотов не понимала, с кем имеет дело.       — Значит, Соби и Рицка. Ясно. Себастьян, убей всех, кто хочет достать этих двоих. Это приказ.       Самоуверенность мальчишки просто поражала. А холодный расчётливый тон и вовсе создавал ощущение полного сюрреализма.       — Они вас прикончат! Не вмешивайтесь! — не выдержал Соби. Один из противников что-то крикнул, и Сиэля сковало цепью. Граф недоумённо осмотрелся. Что за чертовщина?       — Приказывай Бойцу, ну? Бросайте вызов, начинайте бой заклинаний!       Сиэль, словно загипнотизированный, смотрел на цепь, оплетающую его шею и руки.       — Это всё, что вы можете?       Вскрик. Хрип. Чьё-то тело с грохотом падает на пол. Соби закрывает глаза Рицке, чтобы он не видел, как бьётся в агонии один из противников. Кровь заливает пол, а на лице трупа застывает выражение полного ужаса.       — Такано, Такано! — Молодая девушка бросается к трупу любимого и, тут же поняв, что он мёртв, пытается наброситься на Сиэля. Юноша с интересом смотрит на то, как истеричку буквально сносит одним ударом Себастьян. Блондин непроизвольно поморщился — девушку припечатало о стену так сильно, что изо рта сразу потекла кровь. «Внутреннее кровотечение, он ей все кости переломал», — пронеслось в голове Агацумы. Пока было непонятно, что именно делает человек в чёрном, не было произнесено ни одного заклинания, но не может же быть физическая сила этого мужчины такой, что противницу просто отбросило на несколько метров от одного удара.       Ещё один вскрик, взмах — второй труп падает рядом с первым. Заклинания начинают сыпаться одно за другим, Соби парирует с переменным успехом, крики, чьи-то рыдания.       Сиэль едва ли не падает на колени. Прислонившись к какой-то стене, он пытается следить за происходящим, но руки начинают дрожать от нахлынувшей слабости. Граф медленно сполз по стене, машинально царапая шею и руки в тщетной попытке снять кандалы. Боли нет: он не чувствует ничего, кроме этих странных оков на ногах и руках, которые мешаются. Юноша пытается подняться, но сил не хватает даже на то, чтобы позвать Себастьяна.       — Соби, Соби!       Рицка хрипит, пытаясь снять ошейник, который душит, царапает шею. Никто не отзывается. Или ему так кажется? Нет, всё хорошо. Руки родного Соби бережно обнимают его за шею, и оковы рассыпаются на глазах.       — Всё хорошо.       Система закрылась сама собой по причине смерти того, кто её открыл. Шум аэропорта после тишины громко ударил по ушам. Рицка выдохнул. Они живы. Но кто те, кто так им помог? И почему они им помогли? Юноша обернулся, вокруг было столько крови и трупов, что начинало тошнить. Прежде бой заклинаний, даже жестокий не убивал никого. Вернее, он не видел этого.       Добрый десяток человек подбежал к дворецкому, тот отдал несколько быстрых указаний, и они закрыли их своими спинами ото всех. Нельзя было допустить, чтобы кто-то лишний увидел или вмешался в ситуацию.       — Себастьян, сделай что-нибудь с этой дрянью. Мне трудно дышать.       Сиэль всё так же полулежал-полусидел в оковах. Михаелис, опустившись на одно колено, задумчиво рассматривал оковы, думая, как бы их снять и не повредить кожу мальчика.       — Я — Рицка, а это Соби. Спасибо, что помогли нам. — Мальчик подошёл к спасителям, несмотря на явное неодобрение Агацумы. Хотя делать особо было нечего, люди в чёрном, по приказу дворецкого, никого не пускали и не выпускали из оцепления.       — Впервые вижу, что ментальные оковы не исчезают после закрытия Системы, вы не боевая пара? — Соби с интересом посмотрел на юношу, сидящего на полу. Несмотря на то, что он пострадал, мальчику в повязке удавалось выглядеть спокойным и даже сосредоточенным.       — Как. Их. Снять? — холодно спросил Себастьян. Блондин ему не нравился. Уж больно много косых взглядов он бросал на Сиэля.       — Если вы боевая пара, то они должны были исчезнуть. А в этом случае я даже не знаю. — Соби поправил очки и осторожно коснулся цепи на шее Сиэля. Михаелис едва удержал себя от желания сломать руку блондину.       — Если ты не уберёшь сейчас свои руки, то потом ты и твой дружок будете искать их по всему аэропорту.       — Если кто-то сейчас не извинится за свою грубость, он ещё не скоро сможет говорить внятно, — в тон демону отозвался Боец. Мужчины сверлили друг друга взглядами, едва ли не начиная новую драку.       — Если вы оба сейчас мне не поможете, то я задохнусь, а потом прикончу вас обоих, — жёстко ответил граф, и все опять посмотрели на виновника перепалки. Хмурый взгляд графа не предвещал ничего хорошего.       Сатклифф, стоящий в углу, не вмешивался. Ему уже нравилась перепалка.       — Эти цепи никак не снять, если вы не в Системе. Это ментальные оковы, кто-то из противников использовал серьёзные заклинания. Но опять же странно, они обычно тут же исчезают с тела человека после окончания боя.       — А что произойдет, если использовать заклинание не на человеке? — быстро спросил демон.       — Господа теоретики, он сейчас потеряет сознание. Ох, ну вот что бы без меня делало человечество? — томно произнёс Сатклифф, доставая из небытия косу и обрубая цепи. Соби и Рицка во все глаза смотрели на то, как длинноволосый, просто наплевав на все законы и правила Системы, с помощью простой бензопилы решил эту проблему за несколько секунд.       — Не на человеке? — удивлённым тоном переспросил Рицка. Себастьян хотел было поднять графа на руки, но юноша отрицательно мотнул головой и подал ему руку. Дворецкий помог ему встать.       — Не на человеке, — наблюдая за тем, как меняется выражение лица у Рицки и взгляд у Соби, удовлетворённо повторил Себастьян.       — Мистер Себастьян, приехала полиция и охрана аэропорта. Нужно объясниться. Нужны показания графа Фантомхайва, — внезапно сказал один из охранников, стоявший ближе всего к дворецкому.       Действительно, шум полицейских мигалок и раций стал слышен совсем близко.       — Милорд, ваше решение? Кажется, тут ещё и журналисты, — не особо обеспокоенно спросил дворецкий.       Сиэль тяжело вздохнул, посмотрел на двух человек, по чьей вине попал в эту передрягу, и принял решение довести дело до конца.       — Себастьян, убеди их в том, что это было нападение на иностранного посла. Скажи, что на нас напали, а потом вмешались неизвестные, которые вывели из строя их технику, поэтому этого не зафиксировали. Договорись о том, что я дам показания, когда устроюсь в отеле, — приказал юноша, потом перевёл взгляд на длинноволосого блондина рядом с парнишкой, его ровесником.       — А вы двое, — граф вскинул бровь, — идёте со мной. Нужно поговорить в месте, где не будет лишних ушей.       Соби хмыкнул. Самоуверенность и хладнокровие этого юноши буквально поражали. Он отдавал приказы и ждал их выполнения, как нечто само собой разумеющееся.       Михаелис, кивнув, исчез, оставив вместо себя с графом Сатклиффа. Аловолосый закатил глаза, выражение лица блондина ему не нравилось так же сильно, как и его личный внешний вид. Пришлось надеть строгий красный костюм и волосы убрать в хвост, чтобы хоть как-то походить на одного из работников графа.       — Нам незачем идти с тобой. За помощь спасибо, но мы о ней не просили, — спокойно ответил Агацума. Юноша в повязке вызывал у него некое подобие раздражения. Манера общения, может, слишком уж дорогая одежда или ещё что-то, чёрт знает, юноша выглядел одним из тех психопатов, что по щелчку пальцев могут руководить людьми.       — Но мы действительно им обязаны, Соби. Я думаю, что нужно хотя бы поговорить.       Мужчина с непонятной злостью посмотрел в глаза мальчику и вздохнул. Рицка в чём-то был прав, но вот лучше бы они с ними не связывались.       — Мне применить крайние меры? — вполголоса спросил Рицка. Блондин вздохнул. Вот ну всегда так. Рицка то пытался отучить его от приказов, то буквально связывал его по ногам и рукам.       — Ну и что тебе от нас нужно? Я не хочу иметь никаких дел с незнакомыми людьми. Особенно, если они вмешиваются в чужие дела.       Сиэля перекосило. Ему не нравилось, что этот блондин вёл себя так заносчиво. Да кто он такой, чтобы читать ему нотации и, вообще, обращаться на «ты».       — Ты, — кивнул на Рицку граф, явно проигнорировав слова блондина, — он твой слуга? Что там вы бормотали о крайних мерах? Слуга не должен так себя вести.       Тут наконец появился Себастьян, что занял своё коронное место по правую руку юноши. Мужчина что-то прошептал ему на ухо, и юноша едва заметно кивнул, соглашаясь с его словами. Рицка даже не успел ничего ответить, как дворецкий ухмыльнулся и спокойно сказал:       — Моего Господина зовут Сиэль Фантомхайв. Наследник компании «Fantom», семнадцатый наследник титула графа и личный поверенный Её Величества Елизаветы Второй.       Соби уже с интересом посмотрел на мальчика. Спору нет, он вышколил своего Бойца просто филигранно. Он вёл себя, как настоящий… дворецкий, и, судя по тому, что у мальчика нет ушек, их связь была давней и прочной. Интересно, что же он применил? Метод пряника или… Соби поморщился, кнута?       Полиция опросила всех вокруг, но таинственным образом все камеры оказались испорчены, а люди ничего не видели. Ситуация принимала странный оборот. Трупы есть. Пострадавшие есть. А откуда трупы и кто их убил — не понятно.       — Ну что, вы ответите мне на пару вопросов, и разойдёмся хорошими знакомыми, либо будете разбираться с полицией? Соби, верно? Не стоит поддаваться эмоциям. Будете слушать меня — мы со всем разберёмся быстро.       Блондин кивнул. Что же, выхода у них действительно не было. Да и, откровенно говоря, было любопытно, что нужно этим иностранцам.