Никогда

Сидя в кафе в компании Аиды и её сына, я чувствую себя некомфортно. Ведь если последний играет с небольшой красной машинкой, время от времени катая её ко мне или к маме, то Аида смотрит на меня с благодарностью с начала нашей встречи, что немного бесит, учитывая наше общение на проекте, но что я могу ей сказать? Думаю, нет, я даже знаю, что смотрела так же на человека, что помог моему ребенку, будь он даже моим врагом. - Как работа?- очередной вопрос от Аиды, которая пытается разрядить обстановку, и я честно пытаюсь помочь ей в этом, но…,- Я слышала, что у тебя есть договор с крутой комп… - Был,- перебиваю я её, почему то думая, что она сюда приехала с Викой и знает, что сейчас её подруга пытается заменить меня,- В этот момент, как я думаю, продюсер разрывает контракт со мной. Подписывает с твое…,- тут я замолкаю, видя, что глаза Аиды наполнены неподдельным сожалением. - Как он может? Ведь так нельзя, у тебя контракт с этой компанией, и он так просто его разрывает, оставляя тебя бедствовать,- начинает она быстро-быстро тараторить, немного преувеличивая,- Хотя в таком контракте предусмотрены такие выкидоны, да?- задает вопрос она, но ответа на него она не ждет,- Тот, кто его разрывает, платит определенную неустойку. Ты потому, так спокойна?- снова вопрос, я же киваю на него, отправляя машинку Оскару,- Если хочешь, то я могу, замолвить за тебя словечко моему продюсеру. Он хороший и если у его моделей какие-то неприятности, то он не только проявит понимание и отпустит с работы, но может помочь,- говоря о своем продюсере, глаза Аиды загораются огоньком. Только после этой речи я понимаю, что не могла она знать о том, что её проектная подруга, собирается, в каком-то смысле, отнять мое место,- И если у тебя будут проблемы с жильем, то я могу помочь,- с каждым словом её голос все тише и тише, а паузы между словами длиннее , словно она сомневается, что должна это говорить, будто понимая, что если будут проблемы, она последняя к кому я обращусь. - Если будут проблемы, ты будешь, как минимум вторая к кому я обращусь, после мамы,- говорю я ей с улыбкой, она тут же расплывается в ответной улыбке, машинка Оскара падает, словно развевая невидимую дружескую дымку, Аида тут же поднимается и подает машинку, делая это, словно на автомате, это мило.

***

После моего открытия, что Аида не такая плохая, как я думала, общение развивается со стремительной скоростью, на прощание мы с ней обнимаемся, будто старые друзья, Оскара я целую в щечку, он смущается, а Аида смеется. В конце Аида ломает меня или же укрепляет нашу дружбу, говоря, что мне надо кушать, чем она лично займется, взяв мой адрес, говоря, чтобы я завтра ждала гостей, говоря, что как бы парни не ломали, всегда собирают подруги. Говоря, что разбитое сердце не будет вновь целым, но его может склеить, неважно каким способом, голос снижает, продолжая, сексом, алкоголем, сигаретами, работой, благотворительностью или всем сразу. После этого я опускаюсь на стул все в том же кафе, запускаю в волосы руки, немного тяну. - Приди в себя,- тихо шепчу я, но глаза увлажняются, и я словно слышу треск, сердце сломано, словно начало новой Даши, но нет, оно просто сломано, а я все та же Даша. Беру салфетку, замечая машинку Оскара, беру её тоже, вытираю слезы, направляясь в сторону рекламного агентства.

***

Подходя к двери я слышу смех Вики, и мерзкий голос бывшего директора, немного кривлюсь, но продолжаю, иди туда, но мое сердце словно забывает, как выполнять свою функция, я слышу смех, гортанный и такой настоящий. И не мой. Даша, мать твою, это не сердце забыло, как выполнять свою функция, а ты рот открывать, сознание, гребенное сознание, с таким то сознание и враг не нужен. Что опять побежишь, спрашивает оно, но я его уже не слушаю, а лишь бегу, бегу, да, снова, я буду бежать, пока могу. Только надолго не убежишь, снова усмехается предатель, вспомни, тихо шепчет он, слово повторяется в голове снова и снова. Я лечу вниз, мечтаю, что меня поймают и прижмут, но нет, это реальность. А я на холодном асфальте, в груди саднит от бега, в голове чепуха и лишь одно слово четко и громко повторяется в моей голове, вспомнила. И кричу громко и истерично, прижимаю ноги к груди, громче плачу от боли в руках и в коленках, и плачь, эхом отдается на пустой парковке, есть только я и темнота в моем будущем.

***

Не знаю как, но я собираю последние силы и встаю, тихо ойкаю от боли в коленях, прихрамывая, направляюсь в сторону туалета. Заплаканные глаза, чуть опухшие и покрасневшие, красные щеки, опухшие губы, что горят. К поцелую, тихо припоминает сознание, которое я благополучно посылаю. Умываюсь, раз пять, пока сознание не проясняется, глаза уже не такие красные, щеки с небольшими покраснениями, а губы нормального цвета. К поцелуям, да, тихо напоминаю я сознанию, после минутного молчания, я лишь усмехаюсь. Когда я снова иду к кабинету походка у меня не настолько уверенная, а в голове отговорки чтобы не идти. Слышу голоса, а потом очередной взрыв смеха, вновь собираю все свои силы, словно сердце, не то, не то, собрать я не в силах, но все кладу руку на дверную ручку. Давай, тихо подталкивает сознание, после минуты бездействия. Аккуратно поворачиваю, натягиваю улыбку, что больше похожа на оскал и захожу. - Привет,- придаю своему голосу, как можно больше уверенности, проявляю правила хорошего тона, когда Егор поднимается и тянется меня обнять, понимаю, что сломаюсь и тяну ему руку для приветствия, смотрит на неё не больше пяти секунд, но тянет свою и жмет. Даша, вздох, громко вопит сознание, когда понимает, что сам дышать не может, тихо, незаметно для всех втягиваю воздух, сердце жгет, разрывается и орет, что хочет к нему, хочет в его тепла, аккуратно вырываю руку. А теперь выдох, словно я сама не догадаюсь, напоминает мне сознание, когда я обхожу директора и направляюсь к концу стола за сумкой, в которую кладу машинку, чуть улыбаюсь. Слышу голос Вики, которая, что-то говорит Егору. Не слышу, не хочу слышать, тихо повторяю я, поворачиваюсь к Игорю Владимировичу. - Мое заявление об уходе будет завтра у вас на столе,- говоря я ему, краем глаза вижу ухмылку Вики, но плевать, я не хочу видеть не его, не её, хочу забыть шоу, хочу забыть её, хочу адаптировать в жизни без него, хочу дышать,- Я так понимаю контракт разорван по обоюдному желанию, о неустойках речи идти не может?- спрашиваю я, дожидаюсь кивка, небольшое молчание и я тяну руку директору, быстрое рукопожатие, обхожу его,- Завтра в три часа дня тебе будет удобно?- спрашиваю я у Егора. Контролирую голос, чтобы не дрогнул, контролирую сердце, что бы к нему не рвалось, контроль, тихо повторяю я. Дожидаюсь кивка головы, недоуменный взгляд Вики, но мне все ровно, я уже на полпути к свободе, как я думаю. Блять, Даша, вдох и выдох, уже в коридоре мне напоминает сознание, срываясь на крик, усмехаюсь и …. - Даша, стой,- кричит…