Ведьмак для ведьмы

      Маги медлить не стали и поспешили за мной в проход. Когда стена за спиной последнего мага закрылась, они дружно и нервно на меня покосились, что мне пришлось вкратце описать всю ситуацию, начиная с первого нападения вчера. Слушали, не перебивали, даже вопросов не задавали. У них лишь лица суровее становились, да глаза — умненькими. Последнее меня немного озадачило, так как расскажи мне кто-то нечто подобное да еще и в том темпе, что я, то, скорее всего, мой мозг отказался бы воспринимать информацию. Но не зря этих ребят на командование отправили! Умные заразы!       Мое предложение найти дневник основательницы ВА они поддержали единогласно, но прежде затребовали от меня руну и карту тайных проходов для свободного перемещения по Академии. Руну показала с радостью, а вот с картой магов пришлось обломать. Ну, не было её у меня на руках. О проходах даже не все учителя знали. Карты вообще в письменном виде ни у кого в ВА нет! Точное расположение ходов знает только Мазай. Он лишь из-за доброты душевной и проигрыша мне в карты поделился с нашей группой некоторыми маршрутами для того, чтобы мы на лекции не опаздывали.       Под осуждающими взглядами пришлось пообещать, что к ночи создам карту сама, ну или хотя бы Мазая на неё раскручу. Только после этого маги двинулись за мной по темным проходам, освещая себе путь сферами.       Что странно, но с магами в полусумраке я шла спокойно. Даже не дергалась, всматриваясь в каждый поворот. Это за меня делали маги. По лицам некоторым были видно, что мне они не доверяют, но им приходилось терпеть, так как Альфред и Крек были полностью спокойны и шли чинно и вальяжно, как будто каждый день тут прогуливались.       В библиотеке на наше великое везение было пусто, даже серы Кнорской на месте не было, чему я искренне удивилась, так как наша жуткая и вечно недовольная свое место покидала крайне редко.       Мы преспокойно прошли в холл библиотеки через тайный ход и первым делом проверили главные двери. Они оказались заперты.       — Видать зацепки все же есть, — задумчиво протянул Крек и вперед меня пошел в левый сектор, где всё также был полный бардак.       Догнать его мне не составило труда, а вот попытаться обойти… Не дал гад!       Ловко перехватив за талию, маг без малейшего зазрения совести закинул собственно охреневшую от столь наглого поведения меня к себе на плечо. Переступая книги, он прошел через двери, которые, видимо, еще со вчерашнего дня были настроены на «–5» ярус, и поставил меня на ноги на стол, который припирал несколько книжных шкафов.       Маги тянулись за нами, но притормозили у дверей и выжидающе посмотрели на Альфреда, который, встав в центре зала, всматривался в каждую мелочь.       –Светозара, — в гробовой тишине прозвучал холодный и пугающий голос Ала, –где было умертвие?       Я, одной рукой держась за плечо Крека, так как стол был идеально отполирован и моя обувь на нем скользила, указала на место чуть дальше Альфреда, где всё также были черные полосы от обугленного Гроторфра. Боевик кивнул и, вытянув руку, щелкнул пальцами.       Дальше было что-то невероятное! Нет, я, конечно, видела искусство воспроизводства — магию, которая считывает происходящее на каком-то конкретном месте и воспроизводит все тенями — но не такого уровня! Даже мой братец Клерп уступал в данном направлении силы Альфреду, который не просто воссоздал тени, он создал самые настоящие фантомы! С лицами, мимику которых можно было разглядеть!       У меня тупо открылся рот. Вот просто открылся и не хотел закрываться в силу того, что мы видели.       Сначала ничего не было, потом блеснула воронка высшего уровня, и бац! — на полу обугленный Гроторфр. Потом рядом с ним возникаю я, а через секунду и Артевель, затем наш не самый милый поцелуй. Маги на этом момента странно на меня покосились, что я тихо выругалась.       Проходит какое-то время, и теперь около монстра скачут профессора, они же его с помощью левитации оттащили куда-то. И честно я после этого потеряла всякий интерес к пустому пространству, но вот Альфред нет. Он упорно чего-то ждал и… И дождался!       Резко в кадре появился парень. Это был явно молодой, не сильно накаченный и достаточно хрупкий в сравнении с теми же семикурстниками, с которыми мне приходится иметь дело. Он был в плаще, скрывающем его одежду, лицо и даже ладони. Определить кто это, как по мне, было не возможно. Но это я!       — Первый курс, — прорычал Крек и, усадив меня на собственное плечо, подошел к Альфреду.       Парни обменялись какими-то странными взглядами, потом Ал потер шею, и резко все, толпившиеся у дверей, начали разбирать книги.       Наблюдая за слаженной работой и за тем, как маги то и дело касаются собственных шей, появились у меня не самые приятные подозрения.       — Ребят, а меня в курс дела вести не хотите? — поинтересовалась я у двух наглых магов, один из которых все также держал меня на плече и смотрел на обугленный пол, а второй держал руку у шеи и стоял тупо рядом.       Молчание было мне ответом.       — Пользоваться внутренними каналами не честно! Я тоже часть команды! — возмутилась я, так как любопытство душило.       — Альфред на совете, — спокойно сказал Крек и поправил меня на плече, чуть сжав мою талию.– Кое-кто из преподавателей злится и требует, чтобы мы не смели вести расследование без него.       — А вы и не ведите, — мило улыбаясь, сказала я.– Вы за мной следите, а я вести буду.       Парень со странной улыбкой покосился на меня, что шрам его стал менее пугающим на её фоне, а после все же поставил на ноги, но удерживал за плечо, не давая даже отойти от себя на шаг.       Но я и не торопилась сбегать, а внимательно следила за мимикой Альфреда, а она у него была красочной!       Парень злился, причем сильно. По желвакам, гуляющим по его скулам, и сжатой челюсти было видно, что кое-кто готов сорваться на рык, но парень держал лицо. Помедлив еще пару секунд, я не выдержала и воспользовалась хитростью, которой научил Клерп.       Я приблизилась к парню, накрыла его ладонь у шеи своей правой рукой, а левой коснулась собственной шеи и сосредоточилась на тишине. Подключиться к чужим каналам связи так-то не сложно, но тут главное было не подключиться к внутреннему сознанию парня. Хотя думаю, он меня в него и не пустил бы, так что я спокойно настраивала собственный слух и голос на волну передачи.       Уловила сигнал не сразу, но все же уловила, причем на эпичном моменте!       «–… Я эту девчонку отправлю на передовую к нашим выпускникам! — кричал какой-то мужик. По хрипу и рыку было видно, что орет он уже достаточно долго.– Они у нас баб уже почти год не видели, так что брезговать не будут! По кругу пустят и не раз!»       «– Эээ, — только и смогла протянуть я.– А вы сейчас про какую девчонку?»       «– Ыыы, — это уже тот орущий от шока протянул, но быстро собрался.- Шурне, я не понял, это кто?!»       «– Это представительница от ВА, входящая в состав команды руководства, — чеканно прозвучал голос Альфреда, но при этом губы его не шелохнулись. Он же более тихо добавил: — Светозара Златова.»       Неизвестный собеседник выругался на эльфийском, причем в одном предложении упоминая всех богов разом и моих предков. От возмущения я чуть руки не убрала, но Крек удержал и прошептал мне на ушко:       — Это Мадиус Торт-гар — учитель огненной магии. Он, насколько мне известно, встречался с твоей кураторшой, но кинул её у алтаря.       Руки убирать передумала сразу и загорелась неистовым желанием проучить гада!       Быстро настроившись обратно, я самым спокойным голосом спросила:       «– Вас что-то не устраивает?»       «– Ваша половая принадлежность! — даже врать не стал маг.»       «– Вам будет спокойней, если я буду под мороком мужчины? — продолжила я все также спокойно.»       «– Мне будет спокойней, если вы вообще будете держаться подальше от всего этого! — мужик срывался на рык.»       «– Хорошо, я возьму самоотвод, но вместо меня встанет профессор Заразноская, — при этих мысленных словах на моих губах играла ядовитая улыбочка.–Она у нас как раз заинтересованное и крайне одинокое лицо.»       Повисла тишина, причем качественная такая с затяжкой, в которую я злорадничала, Альфред и Крек с легким умилением смотрели на меня, а бывший моей любимой преподавательницы явно думал.       «– Какие у вас предложения, курсант Златова? — спросил маг, сделав верные выводы.»       «– Адептка Златова, — в легкой форме поправила я.– Я ученица Ведьминской Академии, у нас нет военного устава.»       Мужик снова зарычал.       «– Какие у вас предложения, АДЕПТКА Златова?!»       «– Ну, во-первых, предлагаю вам заткнуться и не мешать нам, — как само собой разумеющееся заметила я.– А, во-вторых, предлагаю лично вам без амулетов или другой защитной атрибутики оказаться на проклятом кладбище, чтобы вас там умертвия покусали из чисто добрых чувств.»       «– Мстите за свою преподавательницу? — я мысленно ощутила прищур этого мага.»       «– За свою люби-и-мую преподавательницу, — подметила я, слегка растягивая слова.– Поверьте мне, страшнее мести одной ведьмы, только групповая месть юных ведьмочек. А нас двенадцать, крайне одарённых и крайне мстительных. Так что подумайте сами, чем вам грозит появление на нашей территории.»       Мужик промолчал, явно прикидывая все исходы событий. Прикинул, оценил масштаб и перевел тему:       «– Кому вы отправили письмо?»       «– Секрет! — милостиво поделилась я информацией.–Такой большой с бантиком!»       «–Златова! — от такого рыка поморщилась и я, и Альфред.»       «– А что сразу Златова? — возмутилась я.– Решение о письме было принято раньше, чем решение об объединении усилий. Так что хрен вам, а не информация, принадлежащая стенам Ведьминской Академии имени Десы Ракорской.»       «– Вы издеваетесь?!»       «– Слегка, — гордо выдала я.»       Вот жалко общались мысленно, а не вживую. Представляю, как исказилось лицо это мужика! Я бы с удовольствием на это посмотрела.       «– Курсант Шерне, — прорычал маг, — до моего приезда, не сметь продолжать расследование. Даже если вам прикажет Кракевич!»       «– Слушайте вы, тортик просроченный, — перешла я к более наглому поведению, так как ненавижу, когда меня и мои прямые угрозы игнорируют.– Вы, видать, масштаб проблемы не поняли, так я вам растолкую! Вы или сейчас же перестаете вмешиваться в нашу работу, или ваших же магов пустят по кругу изголодавшиеся по теплу человеческого тела умертвия, после изголодавшиеся по практическим работам темницы и лекари, а уж после наша любимая профессор Заразноская из чистой вредности и природного обаяния. Как думаете, сколько магов устоят перед её природной красотой, от которой вы так нагло отказались? Молчите? И правильно! Никто из ваших не устоит. Они будут под окнами общаги толпиться, так как повтора захотят, но попадут лишь к умертвиям на обед опять же из чисто добрых чувств. Надеюсь, урок вы усвоили. Увидимся на ваших похоронах, магистр тухлячок!»       Я резко вцепилась в руку Альфреда и оторвала её от шеи, прерывая связь. Быстрый разворот к остальным магам и четкий приказ:       — Внутренними каналами связи не пользоваться! Инфу вашему дальнему руководству не сливать! Узнаю о проколе — пущу на материал для экспериментов темниц!       Угрозу маги оценили сразу, руки от шей убрали и посмотрели на меня, ожидая дальнейших распоряжений. А меня трясло! Натурально трясло от злости! Хотелось сломать что-нибудь, а можно и кого-нибудь, ну или попинать от всей души. Хотелось… Вот прям очень хотелось!       Тут перед моим лицом появилась фляга. Я удивленно моргнула и покосилась на Крека, который мне её и протянул.       — Сделай глоток, успокойся, — посоветовал парень.       Я взглянула на Ала, тот был вообще не против, поэтому приняла фляжку и сделала небольшой глоток.       Горло опалило сразу же, что дышать стало тяжело. Алкоголь, а это был именно он, разлился по телу быстро, впитываясь в каждую мою жилку и ударяя в голову. Мне стало безумно жарко, что я впервые пожалела, что платья у нас достаточно теплые и ворот у них не растягивается. От резкого опьянения я аж пошатнулась на месте, благо Ал удержал.       –Этоооо что? — хрипло протянула я, так как горло ужасно жгло.       — Драконье пойло, — хмыкнул Крек.– С практики в прошлом году притащил. Лучшее средство от стресса.       — Ммм, — глубокомысленно протянула я, понимая, что опьянела от одного небольшого глотка.       Сделав глубокий вздох, я попыталась отстраниться от Альфреда, но парень упорно продолжал придерживать меня за локоток. Резко выдохнув, я сосредоточилась на внутренних потоках, надеясь, что смогу перекрыть воздействие алкоголя на мозг, но какой там! У меня внутренние потоки сейчас поменяли направления, и добавились еще ведьмачии, о возможностях которых я вообще ничего не знаю. Попыталась перекрыть половину родненьких, но эффекта ноль, только что ведьмачии стали ярко-золотым светиться. Плюнув на это дело, решила пойти по пути меньшего сопротивления, то есть рано или поздно да выветрится!       — Двигайте стол в центр и тащите книги на него, надо срочно найти дневник, — приказала я, отдавшись в объятья опьянения.       Дальше все было покрыто легким туманом. Альфред подхватил меня на руки и стал отдавать приказы. Маги делали все быстро, слажено и что самое главное без возражений. Так что минут через пять «–5» ярус был идеально прибран, а я лежала на столе, так как сидеть ровно не могла.       В таком режиме и работали, то есть быстро, но я лежа и с закрытыми глазами, а парни сидя. Маги по очереди читали названия принесенных книг, а я решала, на что стоит обратить внимание, а что даже в руки брать не стоит. В скором времени образовалось две кучи: одна с мыльными романами, другая с еще более мыльными романами, от названия которых меня начинало воротить.       — В вашей библиотеке есть хоть что-то нормальное? — раздраженно спросил Крек, когда откидывал во вторую стопку книгу с названием «Поцелуи мага-обольстителя».       — Есть, — сказала я, все также не открывая глаз, — но в другом крыле. Там историческая литература и учебная, а тут так сказать легкий досуг.       Я положила руки на живот.       — Это крыло так-то приспособлено для обольстительниц. Это им нужен опыт по обольщению парней, — добавила зачем-то я.– Парней же у нас тут нет, а умертвия обольщению не поддаются.       — То есть ты хочешь сказать, что лучшие обольстительницы из ВА, которые служат придворными дамами при дворе императора, учились по книгам?! — негодованию одного из магов, имя которого я из принципа не запомнила, были удивлены все, что я глаза открыла и посмотрела наверх.       Последнее сделала явно зря, так как вспомнила, как падала с «10» яруса. Вспомнила то жуткое ощущение безысходности, боль от понимания того, насколько я хрупкая.       — Знаете, не важно, как и по какому материалу тебя учат, главное уметь воспользоваться своими знаниями и умениями в экстремальной ситуации, — выдала я.– Вот я одна из лучших, гордость факультета пакостниц, но не смогла себя защитить, потому пролетела оттуда сюда… Досадно, не находите?       Молчание мне было ответом.       На данной теме заострять внимание не стали, Альфред приказал работать. Ну, мы и работали!       Нужную мне книгу все же нашли, а после стали её вместе изучать и обсуждать, Гён еще и записи вел.       Вывод по всей работе был один: нужна карта проходов. В дневнике не раз в отписках автора шла речь о каком-то переходе. Он не был тайным ходом, но при этом располагался рядом с общей системой и был хорошо скрыт, что не удивительно, что даже Мазай о нем не знал.       Было решено, что несколько магов из нашей команды отправятся в развед-группы и установят слежку за моими мало любимыми одногруппницами и за первыми курсами АБСИ. Еще трое будут заниматься более детальным изучением дневника, копию которого они быстро для себя сделали, и с группой разработки создадут артефакт для обезвреживания монстров из дневника основательницы ВА, так как были у нас подозрения, что только Гроторфрами кое-кто не ограничится. Еще четверо вызвались сами работать с силовой группой. Гёна Альфред направил к медикам, чтобы те тоже знали, с какими повреждениями им придется работать, а сам вместе с Креком остался со мной, так сказать на защиту очень важного кадра, на которого повесили самое сложное: карты.       Пришлось начать рисовать прямо при них, делая пометки и объясняя, как лучше идти, чтобы не попасть в ловушки, которых было достаточное количество. Нарисовала, конечно, только тот уровень, знания о котором передал мне Мазай, но этого вполне хватало для свободного и скрытного перемещения моей команды.       Ближе к четырем маги разбежались по указаниям. Я же, взяв оригинал дневника, пометки Гёна и стопку чистых листов бумаги, поспешила на лекцию по пакостиведенью. Альфред и Крек тенями шли за мной, не отставая и проверяя повороты впереди.       Во время всей дороги до нужной мне аудитории Ал промывал мне и Креку мозги.       — Всю информацию среди других не распространяем, — четко говорил боевик, что я и некромант нервно поежились.– Держим их в легком неведенье, чтобы паники не было.       — Её и не будет, будет истерика, — тихо буркнула я, за что получила толчок в бок от Крека.       — Амулеты связи должны раздать разработчики. Общаемся через них, — не унимался боевик.– Другими источниками связи не пользоваться, даже здешним духом.       — Ну, конечно, призрачный старик нас всех предаст, — усмехнулся Крек, за что получил от меня.       Некромант, который нес мою сумку, недовольно посмотрел на меня, я ответила ему таким же взглядом, в котором было-таки написано: «один-один!»       — Ректору ничего не докладываем! — продолжал истязать наши уши маг.– Не про наши решения, не про наши действия. Неведенье ему не повредит. И… Свет, ты меня слушаешь?       — Да-да, — торопливо сказала я и попыталась забрать у одного очень наглого со шрамом свои вещи.       Сумку мне не отдали! Еще и заставили повернуться вокруг собственной оси, перехватили за талию и, разместив под подмышкой, понесли, как мешок с картошкой.       Альфред, так как шел впереди, этого не заметил.       — Мы тебя от него изолируем, — уверенно сказал Ал, что тут не только я в осадок выпала, но Крек.       Мы аж замерли. Ну как мы… Замер Крек, а я вместе с ним, так как у него под подмышкой была.       — Это как? — хором спросили мы с некромантом, что боевику наконец-то пришлось развернуться.       Альфред чуть оторопел от нашей позы, но комментировать её хоть как-то не стал. Вслух не стал, но взгляд у него был хитрющий. До безумия!       — Ал! — почти прошипел Крек.       — Будете парочкой прикидываться, — хитро улыбнулся парень.       –Против! — заорали мы, что нас, наверное, на всех уровнях тайных ходов слышно было.       Ну, не хрена себе идеи! И я-то считала Альфреда нормальным? Да он псих! Не лучше меня, конечно, но псих!       — На девчонку глаз Ротти положил. Пусть с ним играет в любовь, — выдал Крек и, слегка подбросив меня, поудобнее перехватил.       — Ротти её защитить не сможет, — возразил боевик.       — Он седьмой сын седьмого сына и уже пятого уровня в некромантии достиг. Контроль силы у него на порядок выше, что без разрядки ему крышу не сносит даже в лунный цикл. Не лучше ли приставить к ней его?       Аргументам Крека даже я вняла. Более того, я прям уверовала, что рядом со мной должен быть Демир. И тут ни при чем то, что я в его глазах по тихому тону, и то, что мне искренне понравилось с ним целоваться… Пошлое же зеркальце, о чем я только думаю?!       — Он попал в разведку. В группу, которая следит за троицей, так что нет. Никакой провокации соперника! — обрезал мне всю малину Альфред, развернулся и пошел дальше, игноря зло сопевшего Крека и недовольную меня.       Понятное дело нам пришлось тащиться за ним. Ну как нам… Лично меня тащили, а вот некромант шел на своих двоих.       Альфред руководился картой, которую выдала ему я, потому остановился минут через пять в трех шагах от того места, где можно открыть проход. Дождавшись нас, злых и обиженных, парень хмыкнул и, когда меня наконец-то соизволили поставить на ноги, вычертил пальцем в воздухе руну.       Проход открылся в подсобное помещение, в которое собственно я и шмыгнула, получив обратно собственную сумку.       — Мы придем за тобой под конец лекции, — сообщил мне боевик и закрыл проход.       И вот только сейчас оставшись наедине, я наконец-то смогла выразить всё то, что чувствую из-за этого глупого перемирия, из-за того, что меня таскают на руках, из-за того, что мне смеют приказывать… Всю мою ненависть на себе испытало стальное ведро, которое под конец стало больше похоже на корявый кусок металла!       Только после того, как удовлетворила свои эмоциональные потребности, я пошла на лекцию, которая в связи с отсутствием нашего прямого соперника, скорее всего, станет советом ведьмочкиного командования.       В аудиторию я явилась последней и самой злой. Даже не так, я была единственной злой, все остальные были отчасти счастливы.       — Не вижу повода для радости, — с порога огрызнулась я, закрывая дверь на замок и спускаясь вниз к овальному столу, во главе которого сидела профессор Заразноская.       Девочки удивленно покосились на меня, особенно была удивлена Зерния.       –Зарь, ты чё такая злая? — спросила подруга, когда я селя на стул между ней и Морфеей.       — Наверное, потому, что эти маги относятся ко мне как к кукле! — рыкнула я и достала из сумки дневник, записи Гёна и чистую бумагу.– Таскают меня на руках, обращаются как с ребенком! И самое противное– их тронуть нельзя! Уррр, гадство!!!       Глаза всех присутствующих мерно округлились.       — Ну, что?! — в край разозлилась я, видя их удивленные лица.       — Ты светишься…– одними губами выдала Морфий, торопливо вытащила из собственной сумки зеркальце и протянула его мне.       Я выхватила зеркало, взглянула на себя… И взвыла от отчаяния. Мои глаза светились золотом. Они светились! Еще и золотом! Да чтоб их всех!       — Убейте меня…– взвыла я и начала биться головой о стол, так как такой эффект мог быть лишь от ведьмачих окрепших потоков магии.       Но я даже и двух ударов не успела сделать, как мне под голову подсунули мягкую сумку, а по спине стали гладить.       — Дыши, Заренька, дыши, — приговаривала Зернышко.– Подумаешь, глаза светятся, это еще не конец.       — А ты че такая спокойная, а? — я откинулась на спинку стула и посмотрела на подругу с подозрением.       Глаза у Зернии искрились, губки были слегка опухшими, на щеках легкий румянец… Я вскинула бровь и посмотрела на остальных, и у них всех были признаки влюбленности и поцелуя…       — Да вы издеваетесь! — мое возмущение перешло черту.– У кого с кем было?!       Ведьмочки пристыдились все и разом! Одна я была зла, ну и Зараза заинтересована. Наша кураторша вообще не спешила вмешиваться, а тихо и мирно сидела и бдела, как я провожу воспитательный процесс.       –НУ!!! — потребовала я.       — С Тигренком, — тихо пискнула Мирфея.       — С Ромом, — пробубнила Зерния.– Но это было случайно!       — Потом расскажешь! — рыкнула я и уставилась на остальных.       — С Элюшкой, твоим братом, — нервно разглаживая складки на своей юбке, призналась Болезела, а после нее понеслось…       — Мор меня случайно поцеловал! — выкрикнула пунцовая Гаичка.       — Медвежонок слишком милый, — пискнула Лялька.       — Это был стихийник, — с глубоким вздохом выдала Ленейка.– Безумно очаровательный и… такой удивительно прямолинейный! Сразу подошел, в любви признался и, только после моего «да», поцеловал…       Я посмотрела на оставшуюся пятерку, и под моим взглядом одна за другой признавались.       –Оборотень, с факультета боевиков, — Эфир.       — Водный черт, — нехотя выдала Зонтик.       — Вампир, с факультета некромантии, — кусая нижнюю губу, сказала Радарчик.       — Их было трое, я не запомнила ни имен, ни лиц, — развела руками Триша и добавила: — Не один не зацепил.       Осталась только Веснушка. Но смотря на неё, пунцовую и испуганную, я здраво понимала, что знать ответ не хочу. Вот просто не хочу!       И потому, когда девушка открыла рот, я подскочила и крикнула:       — Не говори!       Олянка удивленно на меня уставилась, и во взгляде её была легкая благодарность.       Но тут голос подала Зараза:       — Пусть уж говорит. Олян, продолжай.       Девушка нервно помялась, переводя взгляд с меня на куратора, и все же призналась:       — Он зашел к нам, когда мы уже обсудили все вопросы, и пошел со мной за некоторыми травами для лекарств. Я до полки верхней не доставала, а он пошел сзади и достал…       Поймав мой взбешенный взгляд, девушка замялась, но быстро взяла себя в руки.       — Я сама его поцеловала! Сама!       — Но он же старый извращенец! — не сдержалась я.       — Он холостой старый извращенец! — почти процитировала Кракевича Веснушка.       — Изнасилуй меня демон! — ругнулась я.- Гаичка, амулет связи у тебя?       Галея кивнула и передала мне белый кристалл в легкой вихрастой оправе.       Я, продолжая стоять, разместила кристалл на вытянутой ладони и дождалась, пока он слегка засветится голубым.       — Все на связи, — еле сдерживая рык, спросила я.       — Все, — раздался четкий голос Альфреда.       — И магистр Кракевич? — я всеми силами старалась не шипеть.       — Я слушаю, Златова, — от голоса старого мага Олянка заерзала на месте.       — Меня слышат все, не только руководство?       — Все!!! — раздалось хором басистых голосов.       — Ну, тогда слушайте, — крайне ласково сказала я и сорвалась: — Чтоб никто из вас, гамадрилов озабоченных, не смел приближаться к моим подругам! Еще хоть один из вас посмеет коснуться кого-то из них без цели защитить, то я плюну на это тупое перемирие и пущусь во все тяжкие! Адовы котлы, вам легкой банькой покажутся, а смерть желанной станет! Вы у меня друг к другу любовью жаркой воспылаете! Да я лично займусь расследованием всего в одиночку, и если помру, то призраком к вам всем припрусь и житья не дам! Лично каждого на бесплодие прокляну, а потом еще и импотенцией одарю! Поняли меня? НЕ СМЕТЬ ПРИКАСАТЬСЯ К МОИМ ПОДРУГАМ!!!       И после этого я взорвала кристалл прямо в руке. Потом села на свой стул, сцепила пальцы в замочек и обвила всех ошарашенных ведьм холодным взглядом. И если большинство знало меня плохо и опасалось мне перчить, то Зерния была не из их числа.       — Ты обнаглела?! — возмутилась Зернышко.- У меня с твоим братом только все на лад пошло! Он мне только в любви признался, понимая, что битва может быть тяжелой, а ты мне все в корне рубишь!       Я раздраженно посмотрела на неё и, глубоко выдохнув, пояснила то, что пора бы давно понять:       — Мужики падки на запретный плод. Вот запрещено им брать в руки меч, так они к нему и тянутся, так что я своим заявлением вам же, влюбленным дурам, на руку сыграла, — я покосилась на Тришу.– А ты определись, подруга, так как есть у меня подозрения, что на тебя спрос вырастет.       Молнией ушибленная задумалась, а потом с коварной улыбкой выдала:       — Мне приглянулся парень из твоей группы. Со шрамом, который.       — Похлопочу, — кивнула я, уже представляя себе, как буду промывать Креку мозг.       Тут в ладоши хлопнула Зараза, привлекая к себе всеобщее внимание, и обвила нас всех не самым добрым взглядом.       — Ведьмочки мои, а вы не забыли, что наши враги на нашей территории и могут заявиться сюда в любую секунду?       — Не могут, — довольно заявила я и заслужила вопросительные взгляды: — Чай со слабительным еще никого равнодушным не оставлял.       — Безупречно! — радостно улыбнулась Зараза.– Тогда полагаю, занятие переносится до лучших времен…       И все! Понеслось! Я разъяснила девочкам про дневник и раздала пометки Гёна. Они быстро со всем ознакомились и продолжили внимательно слушать меня. После мы перешли к самому сложному, то есть к картам. Каждая взяла по листку бумаги и уверенно пером выводила тот уровень, о котором знала. В итоге у нас была точная карта всех двенадцати уровней тайных проходов. Сделав копию себе, передала бумаги Гаичке и Зонтику, чтобы они уже создали объемную визуальную карту, с которой работать будет намного быстрее и удобнее.       Еще немного пообсуждав планы действий на эту ночь, так как я была не в силах ночью передвигаться из-за лунного цикла, мы решили сделать перерыв.       Вызвав Мазая и сделав самые несчастные глазки, мы упросили духа притащить нам чай и сладости, а после, когда, ворча, нам все же принесли поднос со всем необходимым, начали обсуждать отвлеченные темы.       — Ох, девочки, рано вы на парней начали смотреть, — качая головой, проговорила куратор Зараза.       — По регламенту отношения разрешены только после года проживания в глухой местности, — сказала я, за что получила одобрение от преподавательницы.       — Верно, Светозара. Одна беда возраст у вас юный, гормоны шалят…– тяжелый вздох.– Я была чуть старше вас, когда влюбилась. Как раз это было на летней практике после первого курса. Меня отправили в Харрдовские леса, там надо было болотным чертям насолить. И все шло хорошо. Днем я отдыхала на полях по близости и купалась в озере, а ночью шугала чертей…– еще один вздох.       По кому-то явно ностальгия ударила.       — Вы тогда встретили Мадиуса Торт-гара? — слегка поторопила я кураторшу, так как видела, что ей говорить тяжело.       Ведьма удивленно посмотрела на меня, что у неё чуть шляпа не упала.       — Он выходил на связь по внутренним каналам, требовал прекратить действия по проведению расследования, но получил от меня моральной удар по самолюбию, — пояснила я.       — Он мстительный, Заря, — сказала Зараза, поправляя шляпу.– Крайне мстительный.       — Мне мстить не посмеет, — уверенно сказала я, помня слова Кракевича: «Или он меня убьет…»       В том, что Артевель способен убить, я уверена на все сто, да и в том, что за меня готов горы свернуть, а если не горы, то хотя бы парочку полигонов точно! Вообще мне было крайне любопытно, где этот гад сейчас, но искать его гордость не позволит, расспрашивать Мазая тем более.       Профессор Заразноская некоторое время смотрела на меня с нескрываемым скептицизмом, но, поняв, что я ничего больше не скажу, решила продолжить историю своей жизни.       — С Мадиусем я встретилась за два дня до моего отъезда. Он также проходил практику, но в дереве на окраине леса, в которую нечисть каждую ночь наведывалась, а благодаря мне еще и черти. Мерзавец застал меня днем, когда я купалась в озере, но вместо того, чтобы просто посмотреть со стороны, сиганул ко мне в воду. Не знаю, за кого он точно меня принял тогда, но пока он вытаскивал меня из воды абсолютно голую, успел ощупать везде, где можно и нельзя. За наглость, конечно же, получил от меня парочку проклятий и статис. Я бросила его прямо там, у озера, а сама побежала на постоялый двор, где снимала комнату. После от дочек хозяина дома я узнала о приезжих магах, а еще позднее увидела их группу на улице. Особого значения этому я не придала, так как маги меня интересовали в последнюю очередь. Но Мадиуса мои интересы не волновали ни тогда, ни после, — учительница обвела нас всех внимательным взглядом из-под длинных темных ресниц и продолжила: — Он выловил меня ночью, когда я готовилась подорвать колодец у чертей, подвесил за ноги на дереве и мучал меня до тех пор, пока я ему имя свое не сказала.       — И вы влюбились в него после этого? — слегка возмущенно спросила Триша.       — Сначала я его люто ненавидела, закидывала заклинаниями и унижала, даже пыталась в их команде разлад посеять, строя глазки всем магам сразу. Но одна беда: Мадиус пользовался преимуществом старшего и сильнейшего. Так что пока первогодки дрались, он просто закидывал меня к себе на плечо и уносил к озеру, где настырно пытался поцеловать. Это было на протяжении двух жутко долгих дней, а после я благополучно уехала под шумок. Я думала, что мы больше не встретимся, даже не так… Я на это надеялась, а потому думала о нем каждый день. Наглый, уверенный, сильный и хитрый маг запал мне в сердце и изводил от тоски… Лето прошло, началась учеба, и я стала его забывать, но в скором времени пришел Зимний Ежегодный Бал-Маскарад Академий, меня и еще парочку ведьм отправили туда. Мы встретились вновь и весь бал провели вместе.       Тут наши ушки навострились, так как про бал нам было ничего не известно. Мы с девочками быстро обменялись взглядами, что сразу стало понятно, как только вся эта ерунда с АБСИ закончится, начнется допрос Мазая на данную тему.       — Уж после бала я точно была уверена, что больше не увижу его, вот только он был уверен в обратном. Мерзавец умудрялся выяснять, в какие города и деревни нас будут выводить на практики, и являлся туда. Каждый раз все начиналось ссорой, после он приносил мне какой-нибудь букетик, не проронив и слова извинения, а после я тонула в его глазах. Все закрутилось и развивалось очень быстро, и уже на седьмом курсе я носила родовое обручальное кольцо рода Торт-гар.       — Подождите, — я нахмурилась, так как не могла понять, в какой момент в их отношениях все пошло не так, — неужели ваш последующий разрыв был его местью вам за первую встречу?       — Научись слушать, Светозара! — фыркнула на меня учительница.– После седьмого курса все ведьмы проходят самую сложную практику, для которой вытягивается билет с персональным заданием по полному спектру. На мое великое невезение мне выпало задание: выкрасть дарственную у одного вампира, который был очень неравнодушен к ведьмам. У него был сильный амулет, который не давал его одурманить, потому его пришлось соблазнять. Все было в рамках приличия, он лишь слегка оцарапал мне шею клыками, так что с практикой я справилась в кротчайшие сроки. Вот только мои достижения не волновали Мадиуса. Он зациклился на том, что ко мне прикасался кто-то другой, но сначала виду не подавал. Мы готовились к свадьбе, но сквозь хлопоты я заметила, как мой любимый ко мне охладел, стал более отстраненным. Я думала, что это из-за давления со стороны его родни, но как оказалось нет… Все случилось в столице, в храме богини Любви. Прямо у алтаря, когда его спросили, согласен ли он, Мадиус повернулся ко мне и высказал все, что думает обо мне, моей практике и том вампире, а после ушел, оставив меня рыдающую перед статуей богини. И вот после этого мы не виделись до вчерашнего дня…       Вспомнив, что моя мамочка училась с нашей кураторшой, и припомнив, какой цифрой мой папуля последний год подкалывал маму, прикинула сколько лет прошло со времен учебы нашей Заразы и лишь удивленно вытаращила глаза. Кошмар и только! С тех пор прошло как минимум лет двадцать восемь! Двадцать восемь лет наша преподавательница ходит с разбитым сердцем и это все потому, что кто-то очень ревнивый.       –Гад! — не сдержалась Зонтик.       — Козел! –Болезела.       — Да вообще урод моральный! — огрызнулась Радарчик.       — Прибьем! — уверенно заявила я.– А не прибьем, так мозги вставим!       Тут открылся проход в стене и показался Крек. По слегка вытянутому лицу парня, вздернутой брови и странной ухмылочке было понятно, что мою последнюю фразу он услышал.       — Капитуляции принимаются? — весело спросил маг, делая шаг к нам.       — Только в письменном виде с кровной клятвой, — спокойно ответила я, внимательно оглядывая мага.       Мой взгляд сосредоточился на сложенном вдвое листке золотистой бумаги в руке парня. Он мое любопытство заметил, потому подошел ко мне сзади и провокационно потряс листком у меня перед лицом.       Здраво понимая, что Крек решил надо мной посмеяться, лишь щелкнула пальчиками, и письмо само прилетело ко мне в ручки. Маг мои действия прокомментировал недовольным сопением, но препятствовать не стал, потому я с самой довольной миной развернула листок и прочла: «Уже лечу с ответным пендалем! P.S. Зернышку привет. Твой Э.О.»       Экир был, как всегда, в своем немногословном письменном репертуаре, что я невольно улыбнулась. Особенно от его подписи. Так сократить свое великое в какой-то степени имя, может только этот тип. Как этого наглого только дома терпят… Хотя, насколько я помню, его сплавили в Имперскую Академию, как только он достиг совершеннолетия, а после второго курса Экир и сам к родным не стремился. Проводил время везде, где только можно и нельзя, и его домашние за него вообще не переживали. Я бы на их месте тоже не переживала. Просто, а смысл переживать за сильного мага способного одним взглядом заставить целую армию развернуться и, истерически крича, бежать восвояси?       Я протянула листок Зернии. Девушка быстро пробежалась по нему глазками и, подбросив его вверх, равнодушно сожгла, чем вызвала мое глубокое удивление, так как его письма, как и письма Клерпа, подруга хранила.       — Напиши ему ты, он бы прибыл уже сегодня, — заметила я, попытавшись вызвать у подруги смущение, но не тут то было!       — Ром ко мне за секунду примчится, — зеленые глаза Зернышка загадочно блеснули, что у меня на языке уже крутилась колкость.       Я была готова сделать едкое замечание подруге, но Крек решил иначе. Развернув меня вместе со стулом, маг закинул собственно меня к себе на плечо и понес к проходу, бросив на прощание ведьмочкам:       — На сегодня бабских заседаний достаточно!       Проход закрылся сразу, как моя голова преодолела порог, и мы оказались в абсолютной темноте.       Крек шел уверенно, не создавая даже световую сферу, и очень плавно, что мое положение на его плече было вполне комфортным. А потому я решила завести крайне интересный разговор.       — Крек, у меня к тебе вопрос, — осторожно начала я.       –Ммм, — глубокомысленно протянул маг и слегка замедлился.       Нервно прикусив губу, я начала перебирать в голове тактичные вопросы, но вспомнила лицо Крека и его прямолинейные отчеты и решила спросить в лоб.       — Какие девушки тебе нравятся?       Парень замер столбом, что каждая мышца напряглась. Он пробыл в оцепенении несколько томительных секунд, а потом поставил меня на ноги и, создав сферу, приблизился к моему лицу.       — Златова, ты головой ударилась?       — Я в своем уме, — раздраженно профыркала я, как ежик.       — Ты совсем недавно сорвалась на магах и их вполне объяснимом влечении к симпатичным юным ведьмочкам, а сейчас задаешь мне такой странный вопрос. Это как минимум странно!       — А как по мне так вполне нормально, — я скрестила руки под грудью и посмотрела ему прямо в глаза.- Может, я так пытаюсь понять, что магов с их «вполне» объяснимым влечением привлекает.       Маг сощурился, от чего его лицо стало жутким.       — Темнишь, девочка, — выдал парень, но, посмотрев в мои светящиеся золотом глаза еще с минуту, выдал: — Люблю уверенных, наглых и темненьких.       — Не, маг, ты теперь любишь уверенных, наглых седовласых ведьмочек с чувствительной к погоде шевелюрой, — нагло заявила я, что лицо парня вытянулось.– И поверь мне, выбора у тебя нет, так что свыкайся с мыслью, что ты уже почти женат.       Глаза мага мерно увеличились, а с губ слетел всего один вопрос:       — Как её имя?       –Триша Штормель, — лучезарно улыбнулась я.– Видная девчушка, она в силовой команде, так что даю тебе на ночь задание: познакомиться, оценить, влюбиться. И пока все это не сделаешь, на глаза мне не попадайся!       — Сама-то понимаешь, что говоришь? — на губах парня появилась крайне странная улыбка.       –Абсолютно! А теперь выкладывай, как у остальных дела…              

***

      А дела были плохи! В том смысле, что каким-то немыслимы образом к нам прибыл Торт-гар и попытался саботировать работу нашей разведки! За это собственно он и получил от Артевеля под личиной Диона Силовски по первое число. Это, наверное, единственное действие ведьмака, за которое его прибить не хочется. Но дела это сильно не меняет. Теперь у нас помимо основных врагов еще есть агрессивный и мстительный маг-стихийник, у которого, по словам Крека, руки чешутся меня придушить. Ну, пусть и дальше чешутся, моей шейки ему не видать.       Одно радовало — Маркиза со своей свитой, как я и говорила, прибывали в состоянии не располагающем к активной деятельности, так что наша разведка даже слегка кайфовала.       Я же до самого вечера с Креком и Альфредом пробегала от команды к команде, раздавая приказы и организовывая деятельность на месте. Приказы отдавала сурово, нагло и так, как считала нужным. Ал, иногда, что-то бубнил про тактичность, но о какой тактичности может идти речь, когда маги смотрят на меня, как на врага народа? С одной стороны их понять было можно, все же я девушка, ко всему еще и юная и взбалмошная, которая только и делает что орет, да командует. А с другой… Девчонки мне уже как родные. Пусть спорим порой, ругаемся, обмениваемся злыми взглядами, но за месяц так друг к другу притерлись, что фиг нас друг от друга отцепишь.       Они кстати были на лекциях, и прикрывали мой зад, так как всем учителям не обязательно знать, чем я занимаюсь. Для наших любимых и не сильно любимых преподавателей я была в лазарете и страдала от головной боли, которая, кстати, меня посещала. В перерывы девочки связывались со мной через амулеты… Ну, как со мной, скорее с теми, кто посягнул на их сердца. Лично со мной из всех говорила Триша, и то я из самых чистых чувств отдавала амулет Креку и заставляла его общаться с моей одногруппницей.       Некромант сначала не хотел, потом отвечал также чеканно, как и Кракевичу, ну, а после даже делал попытки флиртовать. Я и Ал искренне с этого ржали, особенно видя, как после очередной фразочки, парень краснел и чуть ли не крестился, благодаря богов за то, что Триша его лица сейчас не видит.       Так же мы искали способ лишить меня сияния в глазах, так как оно имело необычное свойство. Ведьмаки, которые долго смотрели мне в глаза, залипали и теряли связь с реальностью. Мор, первый испытавший на себе новые возможности моих глазок, как только отошел, быстро создал для меня блок. Так что теперь в моем правом ухе стало на одну сережку больше! Она была небольшой с сапфтом, который, по моему мнению, мне не шел (хотя кого волнует мое мнение?), но достаточно красивой и элегантной.       В диком темпе мы работали до позднего вечера, а потом меня триумфально вся команда проводила до подвала в старом общежитии. Маги наигранно делали вид, что рыдают и уже скучают, хотя у самих на лице было написано, что рады избавлению от меня на ночь. Но это они рано радуются, им предстояло провести ночь с моими вредными подругами!       В сам подвал я спускалась уже одна, радуясь, что этот день подходит к концу. Слово «устала» не может описать всю степень моего истощения, что морального, что физического. Хотелось просто лечь, сложить ручки на груди крестом и умереть… Хотя умирать еще рано, вот выловлю всех врагов, вот тогда и помру.       Со вчерашнего вечера в подвале ничего не изменилось, кроме того, что на столике, за которым я сидела, был оставлен ужин. Ведьмаки уже мерно сопели в камерах, причем все без исключения. Артевель тоже спал, всё также в отдельной камере, головой к решетке.Вообще после того, как я переломала себе почти все конечности, его не видела. Мазай, который периодически появлялся возле меня, передавая приказы от Гаргоны, обмолвился, что некий ведьмак с полигонов выползал один раз, когда Торт-гара ловил, а потом с бутылкой чего-то алкогольного вернулся обратно. В общем, Аретевель, как и я, не скучал.       Я села за стол и вдохнула приятный аромат рыбного супа. За месяц учебы в ВА, нам ни разу не готовили ничего из рыбы. По большой части в наш рацион входили курица и говядина, так что рыба стала приятным сюрпризом.       Но особым сюрпризом стал мой резко проснувшийся голод. Ела я с аппетитом схожим с жутким аппетитом магов, то есть быстро и жадно. Еще чуть-чуть и тарелку бы облизала, но мне хватило сил одернуть себя. Выпив чай, встала и начала ходить вдоль решеток, рассматривая лица братцев. Они были такими незащищёнными, слабыми, невинными, как жалко, что когда они проснуться, то будут меня раздражать своим ворчанием.       Прислонившись головой к прохладным прутьям, я пристально посмотрела на Демира. Он был также спокоен, но рыжие бровки стояли домиком, будто он чему-то удивляется, как младенец. Пока я смотрела на него, во мне зародилось желание открыть решетку и погладить парня по яркой шевелюре, но тут послышался шорох сверху.       Я замерла всего на мгновение, чтобы в следующую секунду вбежать в камеру к Артевелю и отойти к дальней стене, куда не доходил тусклый свет от сфер.       Шаги стали громче и вскоре послышались голоса:       — Её здесь нет! –голос Маркизы я бы не спутал ни с чьим.– Ты сказал, она будет тут!       — Возможно, её задержал Кракевич или Силовски, — неуверенно ответил какой-то парень.–Эсми, ты главное не злись, иначе мое заклинание спадет, и тебе снова станет плохо.       — Не злиться? Ты смеешь просить меня не злиться, после того, что вытворила эта дрянь?!       Парень промолчал.       — Она унизила меня! Оскорбила! Посмела поставить меня с собой на один уровень! Она целовалась с моим женихом!       — Но… но ведь у тебя есть я…       Повисла некая напряженность, видимо Маркиза подбирала слова. Она сделала пару шагов и теперь стояла напротив меня, но благодаря плохому освещению я была ей не видна.       На лице её было раздражение, причем вызвано оно было не тем, что меня им не удалось найти, а тем, что парень её бесил. Причем сильно так бесил. Видимо, кто-то от безысходности решил воспользоваться влюбленностью юного мага, но не рассчитал, что к нему так привяжутся.       Натянув на лицо маску благочестия, девушка развернулась и наигранно, как героиня из глупого романа, произнесла:       — Да, Агуст, у меня есть ты… мой рыцарь на темном гордом скакуне. Но, рыцарь мой, я не смогу спокойно жить, зная, что где-то есть человек способный меня унизить. Её надо уничтожить. Ты понимаешь? Только после того, как она исчезнет, я разорву все связи с Демиром Ротти-Готом и буду только твоей… Навеки…       Она кинулась к нему на шею, но я лица парня так и не увидела, лишь руки, обнимающие девушку. Хотя лицо не так и важно, я уже запомнила имя.       Маркиза отстранилась от него и, продолжая держать парня за руку, подошла к решетке, прямо у головы Артевеля. Парень спал на спине. Челка лишь слегка прикрывала его глаза, но рука девушки тянулась именно к ней. И тут я чуть не дернулась. Кольнуло что-то в груди, как будто Эсмиральда приблизилась к моему источнику силы.       Ведьмочка, видимо, хотела поправить волосы ведьмаку, но её спутник, сжав ладошку девушки, не позволил.       — Это племянник Силовки, он неприкосновенен, — сказал парень.       — Его надо переманить на нашу сторону…– подумав, сказала Эсмеральда.– Натрави его на кого-нибудь из братьев Светозары, чтобы она повернулась к нему спиной, и тогда мы нанесем ей в спину удар.       — Я понял…       Они постояли еще немного, а потом, наложив несколько неумелых и просто-таки безобразных проклятий на мой стул, ушли.       Лишь, когда я услышала хлопок двери, отстранилась от стены и почти сразу же подбежала к Артевелю. Встала на колени около его головы и прижалась щекой к крепкому плечу, судорожно сжимая его ладонь.       Мне казалась абсурдной сама мысль о том, что Артевель станет моим врагом. Нет, он, конечно, не подарок и не тянет на тот зеленоглазый идеал, который я еще в детстве себе нарисовала, зато с ним я понимаю, что мне ничего не грозит.       И тут до мне дошло, что я, почуяв опасность, прибежала в его камеру, хотя могла спрятаться и среди братьев. Для меня, доверяющей свою жизнь только родным, это было очень странно. Но мое подсознание неосознанно повторяет: «Или он меня убьет…»       Скорее всего, именно эта фраза стала для меня ключевой. Спусковым механизмом, если можно так сказать.       Для того чтобы стать бесстрашным надо или быть полным идиотом, или иметь за своей спиной кого-то. Меня, конечно, можно отнести и к первым, но все мои последние действия, особенно связанные с командованием, были подкреплены тем, что я знала, за моей спиной он.       Артевель явился бы, если бы мне угрожала опасность. И не просто бы спас, а прибил бы всех обидчиков, а потом уже спас. Он бы меня не оставил, даже не смотря на то, что у него есть невеста…       При мысли о том, что он помолвлен, я почти взвыла, но сдержалась и пошла на отчаянные меры, которые не позволят нам с ним оказаться по разные стороны баррикад. Да не проклянут меня за это Боги!       Выпрямившись, я взяла его ладонь двумя руками и, закрыв, глаза начала говорить. Первые, вступительные, слова были на эльфийском. Их я почти прошептала, чувствуя легкую ломку в теле, и лишь когда по-настоящему ощутила буйство силы, ударяющей по вискам, начала говорить на родном языке:       — Я, Светозара Златова, — голос мой стал тягучим и раздавался каким-то странным эхом, наполняя магией и силой воздух вокруг меня, — дочь великого ведьмака и великой ведьмы, клянусь тебе, Артевелю нир Силовски, что никогда не предам тебя. Не придам значения ругани твоей с моей семьей и буду всегда на твоей стороне. Я стану мечом твоим и щитом и буду рядом, даже если ты этого желать не будешь. Не буду требовать от тебя ответа, не буду ждать, что клятва моя будет иметь значение для тебя. Но за дарованное мной я возьму с тебя лишь часть твоего дыхания, чтобы жизнь твоя моей стала и наоборот!       Всё также не открывая глаз, я склонилась над Артевелем и поцеловала его. Осторожно, еле касаясь и отбирая часть его силы. Его энергия была намного сильнее моей. Вязкой и пьянящей. Мне показалось, что она намного крепче драконьего пойла, которое мне подсунул Крек. Но помимо дурмана что-то теплое зарождалась внутри меня. Это не было похоже на обычное пополнение источника. Я ощущала, что внутри меня появляется свет… яркий свет… золотой свет…       За этим странным ощущением я и не заметила, что уже перестала поглощать силу ведьмака и теперь просто целовала его. Резко одернув себя, встала, вышла из камеры, закрыв за собой решетку, сняла неумелые попытки Маркизы подловить меня с мебели, передвинула стол и стул так, чтобы не было видно Артевеля, села и закрыла лицо руками, еле сдерживая стон.       Мне было ужасно плохо… Душа рвалась, внутренний свет душил, каждая мышца надрывалась, как будто я упорно занималась спортом в течение целого дня. И ведь знала, что так и будет, но все равно рискнула, дура! Как есть ДУРА!!! Чтоб я еще когда-нибудь дала клятву силы? Да не в жизнь!       Посидев без движений еще пару минут, я кинула свою сумку на стол, уложила на нее голову и уснула, стараясь не стонать и не думать ни о чем…