Тис, остролист и два пера

Директор школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс» Альбус Дамблдор недовольно барабанил пальцами по столу. Впервые за много лет опытный расчетливый интриган просто не знал, что делать. Нет, варианты у него были, вот только ни один из них его не устраивал. Дамблдор привык к чётко продуманным планам, тщательно спланированным действиям, где «воле случая» отдавалась лишь жалкая пара процентов. Увы, всего продумать невозможно. А сейчас труд его последнего десятилетия полетел книззлу под хвост! Гарри Поттер из послушной марионетки превратился в наглого заносчивого Лорда, крестраж в нем уничтожен и теперь большой ценности мальчишка не представляет. Но, Мордред тебя побери, на нём остается всё завязано. Вложено столько сил! И менять в данный момент Избранного — не только бесполезно, но и опасно. Общественность не поймёт. Но гораздо больше Гарри Поттера Альбуса Дамблдора волновал Волдеморт. А точнее его бездействие. Сейчас о возрождении Тёмного Лорда известно только Ордену Феникса и то, благодаря Северусу. Но с того момента прошло уже больше четырёх месяцев, а в магической Британии до сих пор тишина. А пока нет активных действий — любое заявление о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть будет выглядеть смешным. Нет Волдеморта — не нужен Орден Феникса. А он нужен! Нужен ему, Альбусу Дамблдору! — И как мы с тобой поступим, Фоукс? — спросил Альбус, поглаживая оперение феникса. — Гарри надо заставить действовать. Вот только прежние методы уже бесполезны. Жаль Сириуса с Гриммо не достать… Думаю, для начала мы «случайно» забудем воспоминание о произошедшем на кладбище в думосборе. Рон Уизли мальчик любопытный и язык за зубами держать не станет. Вот и оценим реакцию волшебников на это событие. А пока по Хогвартсу будут ходить слухи, мы с тобой прощупаем новенького Мракса. Жаль, конечно, что действовать придется без всякого плана. Увы, даже я не смогу правильно спрогнозировать дальнейшее развитие событий.

***

Драко Малфой был зол. На отца — за то, что тот не счел нужным поделиться информацией, на себя — за то, что не смог удержать себя в руках и снова сорвался на Поттере, а особенно он был зол на новенького Мракса, из-за которого вся эта нелепая ситуация и получилась. — Малфой, ты чё, совсем спятил?! — встретил вернувшегося в гостиную Драко возмущенный крик Гарри. — Я тебе говорил не ходить одному по коридорам, Мракс? Так какого Мордреда ты попёрся секретничать с Поттером? — Не твоё дело, понял, Малфой! — Я префект и любые сложности на факультете — это моё дело. Но если ты не хочешь слушать советов знающих людей — то пожалуйста. Разбирайся во всём сам. С этого дня ТВОИ проблемы меня не касаются! Сорвав на Гарри свою злость, Драко резко развернулся и скрылся в своей комнате. «Да что ж такое происходит? — подумал Драко, падая навзничь на кровать. — Какого дементора эти двое меня так бесят? Ладно Поттер, с ним с первого курса всё ясно, а Мракс? Вроде же свой, слизеринский?» Глядя невидящим взглядом на полог балдахина, Драко вынужден был сам себе сознаться, что его вывела из себя сама ситуация. Мракс тут без году неделя, а уже о чём-то шушукается с Поттером. С его Поттером, которого только он, Драко Малфой, имеет право доставать. «Нет! Это не ревность! Не могу же я на самом деле ревновать этого шрамоголового придурка?!» Драко тихо застонал и вцепился пальцами в волосы. Осознание реальности накрыло его так ярко, не оставив даже тени сомнений. Когда он метался по классам в поисках этой парочки, то думал не о безопасности Мракса и не о чести факультета. И Поттера ударил в наказание за то, что тот решил, будто может приставать к кому-то другому. Даже Мракса он только что оставил без поддержки факультета из-за своей ревности. «Странно. Раньше Поттер только бесил меня. Что теперь изменилось?»

***

Разругавшись с Малфоем Гарри выскочил из гостиной. Ему нужно было подумать и ноги сами понесли его на Астрономическую башню. До отбоя оставалось еще много времени, хотя когда его это останавливало? Жалко только мантия-невидимка осталась у «Поттера». Наверху было ветрено и холодно. Тяжелые свинцовые тучи заволокли все небо, обещая то ли дождь, то ли снег. Гарри плотнее закутался в мантию. Его взгляд был устремлён в горизонт, а мысли были еще дальше. Гарри вспоминал Сириуса. Больше всего на свете ему сейчас хотелось увидеть его улыбку и морщинки в уголках глаз. А потом полетать с ним на мётлах. А ещё Сириус обещал рассказать ему про отца… Мысли про отца заставили Гарри нахмуриться. На ум почему-то пришел не Джеймс Поттер, а Марволо и его желание пообщаться с кем-то из пожирателей. Гарри инстинктивно ухватился за левую руку. Там, где под слоями одежды пряталась уродливая черная метка. «Наверное хорошо, что Шляпа всё-таки отправила меня в Слизерин, — грустно подумал Гарри. — Здесь у меня своя комната и никто неожиданно не вломится в душевую. А что бы я на Гриффиндоре делал? Рон наверняка бы растрепал всем уже на второй день и прошлогодняя травля показалась бы мне верхом дружелюбия…» Воспоминания о бывших друзьях уронили настроение ещё ниже. После той стычки в коридоре Гарри ещё несколько раз пытался «познакомиться» с гриффиндорцами. К Рону он больше подходить не стал, ему хватило и одного раза. Вот только на попытку подсесть за один стол в библиотеке, Гермиона одарила его брезгливым взглядом и ехидно поинтересовалась, не родственник ли он Тому-Кого-Нельзя-Называть? Ведь Тот-Самый тоже был из рода Мракс? «Я точно это знаю! — заявила она. — Его мать — Меропа Мракс! Я проверила информацию!» От кого Гермиона об этом узнала, о матери Марволо и где проверяла — осталось для Гарри тайной. После своей экспрессивной речи Гермиона собрала вещи и ушла из библиотеки. С Джинни он даже заговорить не успел, только встретился в дверях Большого зала как сразу же был назван «пожирательским отродьем». Гарри привык считать Хогвартс своим домом, вот только сейчас этот дом внезапно стал холодным и враждебным, как продуваемая всеми ветрами Астрономическая башня. В эту минуту Гарри, как никогда, ощутил свое одиночество. А ведь ещё в прошлом году он так хотел, чтобы его все оставили в покое. Перестали считать «избранным» и позволили быть просто Гарри. Вот и получил он то, что хотел. А что вышло? Вышло так, что просто Гарри оказался никому не нужен. Прямо как в доме у Дурслей. — Не стоит так делать, — внезапно раздался позади тихий голос и тёплая рука накрыла озябшую ладонь, всё ещё лежащую на предплечье. — Это довольно приметный жест. Многие новички время от времени трут метку. Обернувшись, Гарри увидел стоящего позади Снейпа. — Простите, сэр, я больше не буду, — тихо ответил Гарри, но руку так и не убрал. Пальцы действительно озябли и живое тепло чужой ладони оказалось внезапно приятным. — Как-то по-детски прозвучало, не находишь, Гарри? — усмехнулся Снейп и более серьезно спросил: — Давно здесь стоишь? Гарри только пожал плечами. — А вы тут что делаете? — Тебя ищу. Драко сказал, вы поссорились, и ты ушел из гостиной. — А ему-то какое дело, — буркнул Гарри. — К вашему сведению, мистер Мракс, — преподавательским тоном начал Снейп, — мистер Малфой весьма ответственно относится к своим обязанностям префекта, которые ему не мешает выполнять даже личная неприязнь. Да и отбой, а я не хочу, чтобы факультет лишился баллов. Хоть Амбридж и лояльна к Слизерину, но незачем ее дразнить. — Вас только баллы волнуют, сэр? — резко вскинулся мальчишка. — Гарри, — с угрозой рыкнул Снейп. — Вроде уже не Поттер, а мыслишь так же! Пойдём, я напою тебя чаем, а ты расскажешь, что произошло. Не давая Гарри возразить, Снейп повернулся и направился к двери. А, поскольку руку он так и не отпустил, то первые несколько шагов попросту протащил студента за собой. Уже на лестнице Гарри подстроился под быстрый шаг преподавателя и осторожно вынул свою ладонь из цепких пальцев Снейпа. Только оказавшись в тепле, Гарри понял, как сильно он продрог. Снейп передвинул его кресло поближе к камину и вручил горячую чашку с ароматным чаем. — Рассказывай, Гарри, что вы там с Драко не поделили? — спросил Снейп, устраиваясь в соседнем кресле. После довольно подробного пересказа о разговоре с Марволо и последующем вмешательстве Драко, Снейп задумался. — Ну с Драко всё ясно: он решил и тебя подстраховать, и свою репутацию упрочить. Тут его можно понять. Он не знает про Марволо и не знает, какие отношения вас связывают. Учти, Драко считает тебя «домашним» мальчиком, который не в курсе местных реалий. — Да его тролли просто выволокли меня из класса! — возмутился Гарри. — А что ему ещё оставалось? Ты же вместо того, чтобы спокойно уйти и поговорить без свидетелей, начал выяснять отношения прямо там. — Я не просил его вмешиваться. Он просто унизил меня! — Гриффиндор — это неизлечимо, — покачал головой Снейп. — Пойми, Гарри, Драко вмешался не просто сам по себе. Он вмешался как префект, как сюзерен, если тебе так будет понятнее. А ты, вместо того чтобы молча исполнить распоряжение, начал качать права. Тем самым ты поставил себя на одну ступень с ним. А теперь просто подумай: какое влияние у Драко на факультете, а какое у тебя? Ты даже не представляешь, что натворил. Да, и его заявление в гостиной, что ты теперь сам по себе, стоит принимать буквально. Теперь ты «пятый факультет». Гость, который временно проживает на территории Слизерина. Очень скоро ты почувствуешь это. Скорее всего уже завтра. — Он не мой сюзерен, чтобы приказывать! — не унимался Гарри. — Маггл! — почти выплюнул Снейп. — Учить тебя ещё и учить. Я давал тебе книгу «Обычаи и традиции магического мира» и, насколько я помню, ты её даже прочитал. А теперь скажи мне: почему в магической Англии присутствует и Министерство, и Совет Лордов? Почему не оставили только один орган управления? — Эм, не знаю, — тихо ответил Гарри. — Потому, мистер Мракс, что не все вопросы можно решить только министерскими законами. Хоть с подачи Дамблдора это и пытаются сделать, вот только никак не выходит. А не получается потому, что понятие «вассалитет» в магическом мире гораздо жестче. Сюзерен — не просто начальник. Сюзерен — это донор. Вассалы тянут его магию, а взамен платят поддержкой и выполнением поручений. Верностью. В магическом мире, в отличие от маггловского, вассал просто физически не может предать своего сюзерена. И его приказ всегда будет значить гораздо больше любого закона.       За преступление вассала судят не его, а сюзерена. Если ты вспомнишь первую магическую войну, то обратишь внимание, что пока был жив Лорд, никого из пожирателей не сажали в Азкабан. Убить могли, а посадить — нет. И только после смерти Лорда начались аресты и суды. Когда за спиной вассалов не стало сюзерена.       А Хогвартс, Гарри, это модель общества. Директор — министр, Гриффиндор — чиновники и аврорат, Хаффлпафф — торговцы и ремесленники, Равенкло — учёные и невыразимцы, а Слизерин — совет чистокровных. При этом деканы — лорды, префекты — аристократия, ученики — вассалы. А теперь еще раз обдумай поступок Драко, но без гонора и с учетом той информации, что я тебе только что дал… Гарри нахохлился и засопел. Если ТАК взглянуть на ситуацию, то всё выходило просто отвратительно. — Но… это же только модель. Это же не на самом деле так, — он решил так просто не сдаваться. — Понял, что не прав, а упрямство не дает этого признать? — усмехнулся Снейп. — Твоё бы упорство, да в нужное русло, Гарри. Ты просто непробиваем. После твоей дурной выходки, когда ты в полуобороте сунулся в «Кабанью голову», я посчитал, что ты поумнел. Видимо, напрасно. Ну что ж, я вновь позволю тебе испытать все прелести необдуманного решения. Я хочу чтобы ты сам осознал, в какое дерьмо наступил. А как поймёшь, приходи за советом. Знаешь, я взял на себя ответственность за твою жизнь. И может это прозвучит для тебя неожиданно, но ты мне не безразличен.       И ещё, с Марволо тебе придётся сходить на встречу. Судя по всему, он собрался пообщаться с кем-то с глазу на глаз. Хотел бы он вызвать весь круг — пришел бы ко мне. Марволо не станет тебе вредить, иначе его накажет сама Магия. Но если опасаешься — я могу пойти с тобой. — А это точно надо? — Давай так, до субботы у тебя есть время, подумай. — А что будет, если я откажусь? Он выполнит свою угрозу? Посадит меня? — Не забегай вперёд, Гарри. Что-то мне подсказывает, что к моменту похода в Хогсмид ты сам поймёшь свою ошибку. Всё, поздно уже. Иди к себе. В свою комнату Гарри проскользнул никем не замеченный. Уже лёжа в кровати, он ещё раз обдумал слова Снейпа. Ох как не хотелось соглашаться с ними. Может всё будет не так мрачно, как расписал декан?