Контрольная точка аэродурдома

В те редкие часы, когда экипаж находился, к великому счастью всех коллег, вне аэропорта, чертята собирались дома у Лёши. Его квартира автоматически становилась наркопритоном, пабом для распития спиртного и курилкой. Собственно, эти запахи и витали в атмосфере. Жуть. Если заходить, то с палкой и в противогазе. Но 729-й борт уже давно привык к этому. Каждый был занят своими делами. Лера, например, исследовала повесившихся в холодильнике мышат, которые старались найти что-то кроме алкоголя. Да… У Алексея дома можно было строить бутылочный завод из бутылок, который производит бутылки. Слово «бутылка» Никита занес в свой черный список и готов был уже колотить стекло об голову лучшего друга. — Ниче нет, дурак, — оповестил хозяин квартиры, вальяжно раскинувшись на диване, закинув ногу на ногу, и смотря на тщетные попытки Валерии обнаружить еду в холодильнике. — Найдет, — шутливо-угрожающим тоном проговорил Денис. Не обязательно еда должна быть в холодильнике, так ведь? Даже если ты зарабатываешь больше Путина, то всё равно где-то на черный день пачек эдак десять доширака. Собственно, в его поисках и была заинтересована Валерик. — Лера… Завтра весы. Как бы… — напомнила Волк, интеллигентно попивая кофеек. — А? — заулыбалась Лера. — Взвешивают нас завтра. Ну, если ты не хочешь, чтоб крушение самолета было на вине твоей полненькой мясистой тушки, то изредка ты должен немного поморить себя голодухой. Небольшая справка для тех, кто не вдупляет: вес бортпроводников не должен превышать норму. Иначе… Иначе Исаев будет не виноват. Но хотя бы тут. Парни 729-го могли жрать, как не в себе, а вот девчонкам приходилось тяжелее. — Даун, — цокнул Валера, оторвавшись от разгадывания каких-то замудренных кроссвордов. Рукой зачесав длинные волосы, парень продолжил процесс. Старость в радость… — А зачем? — нервно поинтересовался Никита, переживая за свою le japanio. — Потому, потому что мы пилоты-ы-ы-ы, — пропела Даша во весь голос, чтоб соседи сразу прочухали фишку, кто рулит процессом. Вообще, Волк с соседями, будь то свои или чужие, никогда не ссорилась. Потому что за бухающими (ударение на У) басами ничего, увы, не слышно. — Внатуре, — ухмыльнулся Денис, увлеченно что-то разглядывающий в телефоне. Подчерепные тараканчики Никиты завели свою шарманку, мол, открой шкаф, наори на Лёшу из-за содержимого. Кто он такой, чтоб сопротивляться? Открыв один из «сундучков Пандоры», бортпроводник обнаружил такую кучу коньяка, что она уже вот-вот норовила вывалиться. Складывалось ощущение, что у Леши реально вся квартира из бутылок, просто тщательно замаскированных под другие предметы обиход. — ЛЁША, ОТКУДА СТОЛЬКО КОНЬЯКА?! — взревел Каргополов. — Шестьсот восемьдесят кусков в месяц, откуда… — издевательски усмехнулась Дарья, отхлебнув из чашки. Исаев заулыбался, как тульский пряник, что дало повод Никитушкиной заднице окончательно взорваться. — Я ща выброшу! — Каргополов поставил руки в боки. — А-а… Мне кидай, а я их в окно буду выбрасывать, — рассмеялась Даша. Тоже ЗОЖница, но остальных за выбор стиля жизни не осуждала. — ЭЭЭЭЭЭЭ! — четверо протестантов начали размахивать руками, мол, вы совсем тутухнулись? ЗОЖник — горе в семье. — Он сопьется. И вы тоже, — пробухтел Никитос. — И чо? — пошла ва-банк Лерика, скрещивая руки на груди. — Как-то похрен. — Мы разобьемся. И нас уволят, — Никита не сдавался. — И ладно, — Акимов махнул рукой. — Как это ладно? — Дарья вскинула бровь, едва не подавившись кофе. Экипаж был ее семьей, а допустить развала, как в Советском Союзе, девушка просто не могла. Уволить могли кого угодно, только не 729-й. — Если разобьёмся то никто не уволит, — Лера пожала плечами, Валера кивнул в знак согласия. — Д нам на тот свет принесут бумаги! — развел руками Каргополов. И был прав. До них Николай Павлович, если надо, доберется и на том свете, что говорить про этот. — Бля-я-яя, — протянул Исаев, обхватив голову руками. — Тем более, — согласилась Даша с Никитой. В чем-чем, а вот по теме увольнений и алкоголя, они были солидарны. — Ну весело же буит, — улыбнулся Валера, подмигнув Волк. Та цокнула и закатила глаза. — Весело, у Ани свадьба на выходных. Там ладно… Все озадаченно уставились на девушку, ожидая объяснений: что, куда и откуда? В последний раз они гуляли на свадьбе племянницы Николая Петровича, и то год назад. Удивительно, что половина 729-го, напившись до такой степени, что видела пеньков с глазами, умудрялась еще помнить тот прекрасный день. — Ну пить будете, алеши, — с усмешкой выдохнула Волк. — Ураа-аа-аа! — больше всех эта новость обрадовала Алексея, которому Никита уже собирался запихать в рот лампочку, чтобы та мешала заливать в себя литры пойла. Как говорилось: нажрался — вали спать. Чтоб ни слуху ни духу. Но Исаеву обязательно было обшарить все потолки, станцевать макарену, связать вместо бабки трехметровый плед, крутануть в воздухе мертвую петлю и побиться головой об пол. Благо, потолки были не натяжные, ноги не заплетались в узелок, нитки кончались. А вот самолёт не раз норовил упасть, каким-то чудом оставаясь в целости и сохранности. Пол пару раз, конечно, пострадал. Но пара пендалей от ремонтников — дяди Толи и дяди Феди — мало что поменяла. У Леши стояла какая-то безлимитка на косяки. — Только не в хлам, кукундер, — Дарья потрепала Лешку по голове, на что тот тихо пробурчал что-то себе под нос.

***

— Я назову планету именем твоиииим… Одно разнообразное утречко. Волк напевала известную песенку, делая себе кофе в комнате отдыха, пока остальные тихо-мирно залипали в своих гаджетах, проверяя копии документов на вылет. — И будет та планета называться: Алексей алкаш, — иронично закончил Никита, заржав, как лошадь Пржевальского. В ответную пришлось. — Или Каргополов астматик, — только вошедший Леша на ходу взял бутерброд со стола и плюхнулся в белое кожаное кресло. — Или Исай жопорук. — Долбаеб Никита. Так могло бы продолжаться до бесконечности и дольше, но Даша сразу же прочуяла продолжительность банкета и поспешила перевести тему: — Кто видел Валеру? — Поссать пошел, — ответила Гульнара, не отрываясь от авиационного журнала, благородно свистнутого со столика. — Было бы подозрительней, если б он с кем-то пошел, — Лера, поставив локоть на колено, подперла щеку рукой и ехидно захихикала. Но в правильности ориентации 729-го сомневаться не приходилось. Даша, оторвавшись ненадолго от кофе, взяла со столика бумаги и быстро пробежалась глазами по тексту. Ничего не ново, кроме одной малюсенькой детальки, которая быстро могла подорвать к чертям собачьим хрупкую Лешкину психику, заставив не крутить в воздухе, а вязать из шерсти петлю. Для шеи. Чтоб теплее было. Можно было еще сколотить красивую табуреточку, чтобы кто нашел, и удивился. Но думать об этом еще рано. — Такс, завтра летим в Канаду… — объявила Волк, поднимая глаза на Исаева, увлеченного хавчиком. — На запас третий пилот… Ты уже летал с ней. — Опяя-я-яять? — протянул Леша, до этого мигом проглотив огромный кусок бутерброда. К счастью, тот не застрял в пищеводе. Или к сожалению… — Не опять, а снова, — передразнила напарница. — Ни хатю-ю-ю, — Исаев заныл, словно маленький ребенок, обняв руками колени и раскачиваясь вперед-назад. Любопытно, как Даша терпела все его выходки, ведь любой нормальный пилот давно бы уже сбежал от греха подальше. Но девушка еще с летного училища поняла, с кем связалась. Энергия из Леши тогда шпарила, как из атомной электростанции — фиг остановишь. Тренажеры всегда ломались, ибо проворачиваемые пируэты в так называемом воздухе, заставляли технику ходить ходуном по всему помещению, которое для них отводилось. Дарья вздохнула, а затем рассмеялась: — Ладно, пьешь неделю, скажу, что болеешь. — Изи, — вскинул голову Исаев. — Неделю тож могу. — Алеша… — прошептал Денис, состроив позу «рукалицо» и покачав головой. — В чем прикол… МЫ БУДЕМ ЛЕТАТЬ С БЕЛОВЫМ, — внезапно взорвался Каргополов, набросившись на Лешку, и начав его трясти, как осиновый лист. — НЕ АДАВАЙ НАС! — Ну секс же, — заржал Муравьев, за что чуть не получил втык. — Вот тебя и посажу с ним в кабину, Ден, — Дарья, отводя указательный палец от кружки с кофе, указала им на Дениса. Тот хотел было мужественно запротестовать, но не успел. На Дарью напрыгнула счастливая Баева, из-за чего брюнетка чуть не поздоровалась пятой точкой с полом. — ДАХА-А-А! Я ЗАМУЖ ЗА ЛЕШУ! — далее последовали какие-то непонятные звуки счастья. Такие же издавал Исаев, когда видел бутылку с коньяком. Никто ниче, конечно, не вдуплял. Это сленг счастливых людей. — Ды знаю. Мне ток букет не кидай! — Почему? — бортпроводница состроила непонимающую физиономию. Дашке как раз нужен был, по ее мнению, парень, а не бюст Ленина. Ответ последовал сразу от троих пилотов: Даши, Жени и Димы, одновременно запевшими всем известную песню. Но к последним двум это не относилось, поскольку те были при девушках. «Потому, потому что мы пилоты. Небо наш, небо наш родимый дом. Первым делом, первым делом самолеты… Ну, а девушки, а девушки потом.» После, все дружно рассмеялись. Но даже при таком шутливом раскладе, правда выплывала наружу. Вот если Дима женился на Наталье пару лет назад, а Женя всегда пользовался вниманием у представительниц прекрасного пола, Даша… Без слез не взглянешь. Но девушка была самодостаточной личностью, способной имитировать поведение как женщины, так и мужчины. — Так… — хитрые карие глазки Анны заблестели, а физиономия приобрела загадочный вид. Приобняв второго пилота 729-го экипажа, Баева заявила: — Спорим, Лешу не перепьешь? — Ну… — по спине Даши сразу пробежался холодок, а виноватая улыбка сразу появилась на лице. — Не надо… — Валера прикусил губу. Вот с кем с кем, а с Исаевым было бесполезно тягаться. — Отмажу от Голик. Заодно и к свадьбе потренируем вашу печень. Такое заманчивое предложение не могло обойти Алексея стороной, заставив его возбужденно вскочить с кресла и, практически, накинуться на бортпроводницу: — Сколько выпить?! — Десять бутылокк спирта разведенного с текилой за пять часов. Плюс: четыре бутыля конька, три шампуня и два винишка. Бутылка водки, — девушка постучала ногтями по шее приобнятой подруги. — Проиграет Дошик — будете летать с Голик. — Пиздец! — всплеснул руками Денис, готовый уже выйти в окно. Закрытое. Вместе со стеклом. Пока падал, смог бы пожевать. — Оке-е-е-ей, — протянула Волк. Девушка еще не поняла, на что подписалась…

***

Этот вечер дома у Алексея решал дальнейшую судьбу пилота. Тут уж, как никак, его вызвалась спасти Волк, не пившая более десяти лет. Тем более в таких количествах. Печень, вместо того, чтобы мужественно забиться в угол, трусливо ждала своей смены и звания «лучший работник месяца». Дарья сидела напротив Леши, подперев щеку кулаком. Остальные устроились на диване, чтобы наблюдать за веселой попойкой. Аня хитро потирала ручки, уже предвкушая наступающую веселуху. Ей даже в голову не приходило, что Исаев по пьяни мог абсолютно ВСЕ. Даже заставить лифт летать. — Че, готовы? — Баева скрестила руки на груди. Даша перевела на нее взгляд, посмотрев настолько жалобно, что за любой косяк непременно получила бы прощение. Но Аннзель была непреклонна. — Леха, не пей. Подумай, — сквозь зубы процедил Никита, насильно зазванный в клуб анонимного алкаша. Теперь таких алкашей должно было быть двое, учитывая то, как они сегодня бомбезно нажрутся на три года вперед. Леша на три дня вперед, если быть точнее. — Иди нахуй Каргополов, я готов, — гордо выпятив грудь, заявил командир 729-го. На то он и командир. — Ага… — сглотнула Дарья. — Кого стошнит, тот продул. Гоу. Так Аня и положила начало великой четверговой пьянке. Если Даша не торопилась вливать в себя по бутылке за секунду, то Исаев, видимо, этого и добивался. Парень сразу начал хлестать так, будто его лишили алкоголя лет на пять, а теперь он как неандерталец трясущимися руками опрокидывал в себя бутылки. Никита сразу же начал ворчать, как старый дед, как можно обиднее пытаясь обозвать этих двоих. Лера начала лупить его газетой. Физиономии Дениса и Валеры вытягивались с каждой минутой от удивления, сколько вообще лезло в Леху. Пять бутылок спустя… Ад переехал из Преисподней прямиком в квартиру Лексуса. Тот обнимался со стеной, пока Волк, хлеща спиртягу прямо из горла поллитровой бутылки, ходила по квартире и во все горло орала Газманова: — ТЫ МОРЯЧКА, Я МОРЯЯЯК…ик!.. ТЫ НА СУУУШЕ…Я НА…ик!.. МОООРЕ… — Хоспаде боже, — Денис, которому впервые довелось видеть пьяную Дашу, крестил девушку сразу обеими руками. В это время, девушка, подойдя к Лерику, приобняла ее той рукой, которой держала бутылку. Если Лешка по пьяне начинал ломать и крушить, то брюнетка любила все и вся, что движется, как и её отец. — Ага-а, — Кулиш приобняла подругу в ответ. — Ща триггер кто-то словит, — цокнув, предупредила Гульнара. Жопа Никиты уже стартовала на Марс. Парень тянул первую букву алфавита настолько громко и продолжительно, сколько мог. Тут пьяной Дарье в голову взбрело его культурно послать на четыре веселых буквы. Последовали угрозы от Каргополова, которые, впрочем, никогда не реализовывались. — Тихаа-аа! — вступилась за подругу Анька-тамада сегодняшнего вечера. — Угомонись ты бляя-я-я! — Исаев, грациозно отодравшись от стены, боком пошел к Никите, икая так, что все тело пробивало будто пулеметной очередью. Никита так же бочком полез за диван… Восемь бутылок спустя…Даша каким-то магическим образом еще не ослепла и умудрилась найти балкон. На ощупь. Перед глазами все смешалось в такую кашу, что турбулентность на самых высоких баллах ощущалась на уровень детского садика. Кто мешает спирт, водку и текилу?! Правильно, Волк. Чтобы перевеситься через балконную перегородку и орать на весь квартал: — УЛЕТИИ-И-ИИ… — ДАХА, ПЯТЫЙ ЭТАЖ! — завопила Аня, побежав к подруге на помощь. — Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ЛЕТЧИК, НО НЕ ИСПЫТАТЕЛЬ! Тут бортпроводницу Валера, вовремя оттащив девушку за талию обратно в квартиру. От греха подальше, рыжеволосый закрыл балконную дверку, а затем облегченно выдохнул. Все молча хлопали глазками, а Исаев весело икал в углу, напевая песенку про авторские права. Одиннадцать бутылок спустя…Даша сидела на диване, и закрыв лицо руками, рыдала, как не в себе. Лешу же тупо шатало из стороны в сторону. Создавалось ощущение, что его не брало ВООБЩЕ. Аня все больше и больше офигевала с невообразимых возможностей Исаева нажираться в дупло и не ловить белочек. Никита бегал по квартире с плакатом «Леха, не пей!», при возможности тыкая Исаева туда носом. Тот уже мало че соображал. — Пиздец пасёт, — скорчила недовольную мину Гульнара, веером отмахиваясь от жуткого запаха спирта. Никитос наконец угомонился, и, нацепив свой любимый противогаз, засел в угол с тем же плакатом, а затем начал бубнить одно слово с единичной частотой повторения в пять секунд: — Фволочи… Все-таки, посчитали, что выпивки уж слишком мало. Тем более, Леша начал… Трезветь, да. Не удивляйтесь. Для его организма это супер нормальное состояние, если учесть, что парень состоял на большую часть не из воды, а из спирта, который выветривался и постоянно требовал восполнения. А вот желудок, кажется, перенапрягся… Но в край обленился и не стал давать намека на рвотные позывы. Вместо этого, он продолжил весело булькать. Пятнадцать бутылок спустя… Да столько люди не пьют, скажете вы. А вот 729-й экипаж может все, как уже и оговаривалось. Волк перестала реветь где-то примерно полчаса назад, и сейчас сидела возле дивана, закинув одну руку на него, залипая в одну точку и глуповато улыбаясь.  — Ты норм? — Лера села на корточки напротив подруги, помахав перед ее лицом ладонью. Та среагировала примерно через десять секунд, словно старый тормознутый комп. — А? Ик… — Ясно, — девушка махнула рукой и поднялась. Валера просто не вдуплял в происходящее и время от времени сам ходил на балкон, подумывая каждый раз: покурить или сброситься? Ни то, ни другое не помогало. Денис угарал с пьянющего Лехи, падая при каждом приступе с дивана, и больно прикладываясь головой. Гульнара потягивала сок из трубочки, закидываясь попкорном. — Ч… ещ?.. — пытался выдавить из себя хоть какие-то членораздельные звуки Исаев, валявшийся на пузе и пытающийся пить лежа. Но получались только хрипы дохлого ежа в 7:00. Для правдоподобной картины осталось только красиво подрыгать ножкой. — К вам Кучкин пришёл, — объявила Аня, из коридора прошедшая в зал. — Давай, Даха. До двадцати. Наруто учил не сдаваться, это мы все прекрасно помним. Дарья не любила проигрывать, поэтому, взяв еще одну стоящую рядом бутыль, она произнесла: — Ч…ну ес…ик…мае… — Че за ад?! — воскликнул белобрысый, заваливаясь из коридора к Исаеву. Да, это тот говнюк, который пытался подать в суд на 729-й борт. — Соревнуются, — умирая от хохота, проорал Муравьев, словно тюлень дрыгающий руками. Тут Никита не выдержал и внезапно сорвался на Исаева. Сняв с ноги тапок, он кинул его в лучшего друга, попав прямо по пятой точке, через которую, собственно, быстрее доходили нервные импульсы в черепную коробку. — Бессовестный! — в ответ Каргополову, Леха лишь заорал. Но орать тоже надо уметь. Дашка начала смеяться, продолжив в таком же темпе еще немного, у нее бы вытекли кишки. И мотались бы всю оставшуюся жизнь… Как жизнь… Две последних минуты. — Пиздец, сдохли! — развел руками Валера. — С кем я… Двад-цать бу-ты-лок спус-тя… Уже ничего не соображающие два чучела лисы, а именно Леша и Даша, сидели спина к спине на полу балкона. Дашка нервно хихикала, пока Леша затягивал уже пятую сигарету, но с деликатным видом. Как каменный истукан с острова Пасхи. — Л…Лее…ик… Леех… — Волк все это время, пока сидела, вспоминала имя напарника. Трудно, когда мозг в спирте плавает, не поспоришь. — Ч…чччч…че… — А г…го…ик…ещщщщщщ…еееее…десссс…яяяя…ик…ть… — Г…гго, — весело икнул Лешка. Финита ля комедия… Вся команда сидела на диване с обреченным видом, пониманием того, что они тут минимум до семи утра. Максимум — пока эти двое не сопьются. Или пока Никита их не убьет. Или пока соседи не присверлят. — Главное их не оставлять, а то поженятся еще, — произнесла Баева с невозмутимым видом. — Не, не должны, — обнадежил Денис. Тут же до него доперли слова Ани, и он начал истерично ржать, оглушив рядом сидящего Никиту, который грохнулся с дивана на бутылки. — С-с-с-с… СОБАКА СУТУЛАЯ! Двадцать две бутылки спустя… Как вы поняли, Исаев и Волк долбанули еще по два пузырика. Оба закатились в смехе, как два отсталых тюленя, попутно задыхаясь от нехватки кислорода и передоза спиртным. Денис уже задолбался ржать и, присмотрев симпатичный коврик перед дверью, улегся туда и дал храпуна. Валера уснул прямо в кресле. Каргополов собирал бутылки. Валерия спала на диване, закинув ноги на Гульнару, которая с глубоким вдохом задала сама себе вопрос: — Где у нас тут вытрезвитель?..

***

Мороз и солнце — день отвратный!.. Опять с утра башка квадратный… Несмотря на то, что на дворе стоял сентябрь-месяц. С титаническими усилиями, Дарье удалось таки открыть глаза, но, а понять, где она и что происходит — не удалось. — Че… В ногах у девушки мирно храпел… Пьянющий Исаев, которому лучше было и не просыпаться вовсе, потому что голова дала бы хорошую хозяйскую трещину, которую изолентой дяди Толика не замотаешь. Ну, или черепная коробка разошлась бы по швам, которые там только имеются. — О, живая! — немедленно среагировала Валерия на тяжело вздыхающую подругу, присаживаясь рядом. Профессия бортпроводника дала о себе знать. — Таз, похмел, таблетки? — Воды, блин… — оставив тщетные попытки приподнять верхнюю часть туловища, девушка обреченно завалилась обратно на холодный кафель. Лера тут же сбегала за водой и принесла литровую бутылку, наступив на ногу Исаеву. Тот громко икнул и тут же проснулся, чувствуя на себе давление всех двадцати литров. Создавалось ощущение, что эта двадцатка за ночь перетекла в голову и сейчас весело давила на мозг, который собирал чемоданы и улепетывал в один конец. — Бляяяяя… — Мерси… — Даша кивнула подруге и всучила Исаеву бутылку с водой. Не успела Лерика еще выйти за пределы балконной цитадели, как пилот уже осушил девяносто процентов содержимого. — Леееш… — протянула летчица. — Че… — Слезь, пожалуйста, с моих костылей. — В см… ааа… — Лешка быстро вскочил, даже без намека на то, что вот-вот может брякнуться обратно и уже вряд ли встать. — Бляяяя, нахера так пить было… — Победил Лёха! — торжественно объявила Баева. — Не удивительно, — Валера покачал головой. — Летите с Голик. Как и договаривались, — Анна расплылась в улыбке. А вот улыбка с лица победителя сошла мгновенно. — ЧЕ?! — Удачи… — Дарья похлопала напарнику по плечу. — Лучше б сдох, да? — опять заржал Денис. А вот Никите было ой как весело. Стоя подальше от Исаева, которого теперь точно невозможно было потерять в лесу, потому что несло спиртягой за девяносто девять километров, Каргополов бурчал, как стиральная машинка. — Ну шо ты? — Валерия начала тискать его за щеку. — Д задовбави пить… — Ну ебать, а ты бурчать, — хохотнул Исаев. — Печень еще не лопнула? — саркастично поинтересовался Никитос. — Ну жив же, — Денис многозначительно развел руками. — Да… Два литра воды — мало, а десять литров пива: да ппфф, че та-а-ам! — Ты просто не пробовал, — подмигнул Акимов.