Бутыль с клубящейся тьмой / The Bottled Darkness

Дом со множеством дверей — паразитное измерение, которое ворует людей и предметы из других миров. Он состоит из бесчисленных комнат, многие из которых настолько огромны, что в них помещаются города. Их населяют люди и нелюди, ожившие мертвецы и своенравные боги, големы и антропоморфные насекомые, разумные механизмы и сумасшедшие предсказатели. Местные обитатели не испытывают потребности во сне, и многие из них проводят время, странствуя между городами в механических многоногах. Компания юных путников, выискиывающих, чем бы поживиться в пустынных комнатах Дома, еще не знает, что на нее обратили свой взгляд Разрешённые боги...

***

Ребята с любопытством озирались по сторонам, осматривая нутро нового транспортного средства. Под палубой гулко ворочались големы, подбрасывая уголь в топку. Капитан встревоженно оглянулся на наблюдателя, Спарки. — Контролируешь их? — Порядок, — откликнулся тот. Он вспотел, но скорее от непривычной жары, царившей в этой комнате, чем от внутреннего напряжения. — Нет, правда. Отец мне и по десять поручал. — Ой ли? — штурман, Хвост, оторвался от карты и криво усмехнулся. — У всех тут. отцы. Я же не рассказываю, как мой мне поручал караваны водить. — Говорю же, я… программу им задал, слежу, если что, поправлю, — его голос сорвался, внезапно зазвучав почти умоляюще. — Только не бросайте меня, не надо. — Не бросим, — произнес Капитан, положив руку на плечо Спарки, чтобы тот почувствовал его присутствие. — Продали бы, может, да кто слепого купит? Так что, не боись, — он усмехнулся, чтобы его слова не воспринимали слишком уж всерьез. Ханна, механик, которой теперь приходилось следить еще и за Сердцем многонога, не удержалась и украдкой бросила взгляд на мальчишку. В глазах Спарки клубилась черная, непроглядная тьма, от которой Ханну пробирала дрожь — и она могла лишь надеяться, что однажды эта тьма не пожрёт и их. К Сердцу его точно подпускать не стоит. Впрочем, он пока и не собирался никуда идти — сидел в своем углу и сосредоточенно ковырялся в башке седьмого, сломанного, голема, на ощупь пытаясь ее починить. По металлу прогрохотали тяжелые подошвы — со смотрового мостика спустилась Ру, знаток и хранитель памяти. — Больше никого нет. Задерживаться однако не стоит. Клетку будем забирать? Капитану не нужно было выглядывать наружу, чтобы представить это странное, извращенное сооружение, до тошноты похожее на клетку, внутри которой они на прошлой неделе нашли Спарки — такая же, только совершенно ровная, целая, словно прорезающая пространство. Клетка, прутья которой словно созданы из пустоты. Он вспомнил прошлый раз. Даже прикасаться к такому снова — не хотелось. — Нет. Может, она только и ждет, чтобы кто-то в нее попался. Ханна, отметь на карте — вернемся сюда дней через семь, может, когда будет лишний старик в багаже. Не самим же туда лезть. Хвост недовольно нахмурился, но ничего не сказал. Он все еще не мог смириться с тем, как здесь относились ко взрослым — старикам — но если он не хотел, чтобы Капитан выкинул его за борт, лучше было помалкивать. К тому же, как бы там ни было, Капитану сопутствовала удача. — Колодец, — напомнил Капитан. — Найди колодец. Или фонтан. Место, где мы сможем почистить эту развалюху. — Источник, следующий зал. Дальний от нас угол, — не задумываясь, отозвалась Ру. — Отмечен три дня назад. Думаю, пока не исчез. — Все готовы? Спарки, держись крепче и следи там за своими големами. Ханна, приглуши свет немного.

***

И они двинулись в путь. Их новый многоног, напоминавший огромного жука-скарабея, на ходу непривычно раскачивался, и Хвост почувствовал, что его начинает подташнивать. Кое-где на полу остались вязкие лужицы крови — зеленой, принадлежавшей инсектоидам и красной, человеческой — когда многоног накренялся, они сливались друг с другом, не смешиваясь, и от вида красно-зеленых разводов мутило еще сильнее. Снаружи многоног выглядел не лучше — нескольких насекомоподобных тварей они прикончили во время абордажа, а еще пару, кажется, раздавили при первом столкновении. Следы этой заварушки следовало отчистить как можно скорее — пока гниль не привлекла внимание проносящихся под потолком крылатых созданий. Следующие два часа — если верить потрепанному хронометру Ханны — все они, кроме Спарки, изо всех сил драили мехажука, сначала изнутри, затем снаружи. Конечно, источником после этого пользоваться будет нельзя — но Капитан утешал себя тем, что через несколько дней родник все равно исчезнет — трещина в полу Дома затянется так же необъяснимо и беспричинно, как и появилась. — А ведь… могли бы… големов приспособить, — хмуро произнес Хвост, отдирая от переднего иллюминатора что-то, похожее на помятую клешню богомола. — Не тупи. Сам понимаешь. Выводить долго. Обратно еще дольше, — возразила Ру, шумно вдыхая перед каждой фразой. Она вовсе не была замороженной. как подумал Капитан когда-то, при первой встрече. Просто на более длинные фразы ей часто не хватало дыхания — особенно в здешнем тяжелом воздухе, в нескольких залах от южных болот. — Отдохни, — сказал Капитан, непроизвольно копируя ее манеру. — Немного осталось. Проведай Спарки. Ру помедлила пару секунд, а затем повернулась и начала подниматься по лестнице к верхнему люку многонога. Ханна проводила ее взглядом. Хотя Ру могла показаться слабой, первое впечатление было обманчивым — в налётах она проявляла себя ничуть не хуже остальных. И все равно Ханна ощущала укол жалости каждый раз, когда Ру касалась перил левой рукой — и раздавался лязг металла о металл, когда Ру все-таки уставала, как сейчас — но не подавала виду, лишь чуть сильнее шаркала окованными железом подошвами своих тяжеленных на вид сапог. Если ей бывает трудно дышать, если она устает, значит, что-то живое в ней еще есть, верно? Но сколько — остальные могли лишь гадать. Капитан подобрал Ру полгода назад в Городе Механизмов, и с тех пор она не раз делом доказала, что полезна команде (и пережила двоих менее удачливых) — но по-прежнему держалась на расстоянии. Что требует специальных усилий, если большую часть времени проводишь в стальном чреве многонога, которого просторным не назовёшь. Капитан, Ханна и Хвост покончили с чисткой корпуса в молчании, привычном для обитателей этих мест, и поднялись к люку. Капитан забрался внутрь последним — проверив, надежно ли закрыл люк. Он всегда проверял. — По местам, — негромко окликнул он Ру и Спарки. Мальчишка, похоже, еще не вышел из возраста, когда люди иногда по-привычке спят — задремал, обхватив руками полуразобранный ком из камня и глины и положив на него голову. Спарки не отреагировал на оклик, и Ру, сидевшая рядом, осторожно потрясла его за плечо. Никакой реакции. Ханна уже собиралась сказать, что видела, как големов переводят в рабочий режим, и попробует справиться сама, но тут Спарки вскочил — глиняная голова с гулким стуком покатилась по металлическому полу — выпрямился и замер, будто глядя прямо перед собой. Застыл на несколько секунд, а потом медленно сел, нащупав рукой скамью. Тьма, клубящаяся в его глазах, мешала понять выражение лица, но Ру показалось, что на мгновение она уловила страх, даже ужас. — Простите… я… не мог сразу. Не мог сразу вернуться… — Големов завести сможешь? — спросил Капитан, проигнорировав сбивчивые оправдания Спарки, и, не дожидаясь ответа, приподнял его за шиворот и пихнул к пульту. Как только пальцы Спарки коснулись знакомых переключателей, он слабо улыбнулся, будто мгновенно успокоившись. — Конечно, мастер, — ответил он, и принялся щелкать переключателями, с которыми управлялся лучше многих зрячих. Ворчание и грохот под палубой стали громче, пол ровно завибрировал, из-под центральной панели начал пробиваться свет Сердца. Все разошлись по привычным местам. Капитан окинул взглядом рубку. Этот многоног нравился ему всё больше — юркий, похожий скорее на жука, чем на неповоротливую гусеницу. Для полной команды людей-стариков он был бы тесен — инсектоиды были поменьше ростом. А им — в самый раз: всё достаточно близко, чтобы управиться впятером. То есть, вчетвером — Спарки не в счёт, удивительно, что от него вообще есть толк. Ненадежно. Ханна пристально следила за состоянием двигателей и Сердца, Хвост был готов прокладывать путь, Ру наблюдала за обстановкой, готовая мгновенно опознать и назвать неведомое. Капитан вдруг подумал, что, если получится отремонтировать обе пушки, в центральном районе, где полно дешевых медленных мехагусениц, они с этим жуком смогут неплохо поживиться. Он улыбнулся и спросил — постаравшись, чтобы и Спарки услышал улыбку в его голосе:   — Ну что, куда отправимся?