Наваждение

Рей посмотрела на часы. Она нервно поправила ремешок на руке. Наверное, было глупой идеей приглашать Тома выпить вместе пару коктейлей. Не стоило ему писать, но она послушалась отца, а тот всегда неровно дышал к Тому, считая его своим лучшим учеником, хотя, наверное, он сильно преувеличивал. — Рей, жаль, что вы перестали общаться, а ведь когда-то у вас было столько общего, — сетовал старик, не отрывая внимательного взгляда от бумаг, исписанных его учениками. — Ну, у нас давно уже не так много общего, — Рей пожала плечами, совсем не понимая, к чему сейчас этот разговор. Каждый идет своей дорогой, папа. — Да, но ты могла быть более гибкой, — Джереми Байтолл отложил в сторону стопку проверенных тетрадей. — Ты же, все же девушка. — Мне уже давно не восемнадцать, чтобы я с обожанием смотрела на него, — Рейчел поднялась на ноги, надевая тапочки. — Да и если бы Том сам проявлял хоть какой-то интерес к моей жизни, то все было бы намного проще. — Ты злишься, что он слишком занят, — сделал вывод отец. Типичный ответ любого мужчины. Джеймс тоже всегда считал, будто она злится на него из-за его работы. — Любишь все же, чтобы жизнь вращалась вокруг тебя. — Я не настолько эгоистка, и не желаю быть центром земли, — Рейчел понимала, что сейчас ей это ни к чему — не стоит ссориться с отцом. — Так напиши ему, — посоветовал профессор. Она и сама не понимала, зачем взяла телефон и набрала его номер. Вообще, к чему все это было. Том согласился выпить, а потом сходить куда-нибудь вместе, например в их любимый маленький кинотеатр, где показывали черно-белое кино, а потом зайти поесть мороженого, как это было в старые добрые времена. Они снова будут болтать о всякой всячине, не замечая, как время быстро пролетело. Так было когда-то, и Рей уже казалось совсем забыла о тех счастливых мгновениях, когда можно было отбросить все в сторону и быть тем, кем хочешь. Она снова посмотрела на часы. Вот козел, опаздывает на сорок минут, а еще говорят, что девушки постоянно долго собираются, но это вообще далеко от истины. Рейчел приуныла, и бармен решил налить ей виски, от которого она сначала отказалась, а потом все же решила принять. После стакана виски жизнь стала казаться радостней и лучше. А вообще, чего это она сидит ждет его тут, пора идти куда-нибудь. Рей и не заметила, как дошла до бара, куда они ходили с Томом, когда были моложе и глупее. Здесь всегда играл рок, и они зачарованно слушали хиты прошлых лет, громко подпевая, как в караоке. — Рок — это философия жизни, — как-то сказал Том, подавая ей пинту с темным пивом. — Это, как буддизм, или что-то в этом роде? — она засмеялась. — Нет, это звучит несколько странно, не находишь? — Ну знаешь ли, рок — это действительно философия жизни. Тот, кто хоть раз в жизни послушал это направление, и ему все понравилось, то можно сказать — это навсегда, — Том пропустил Рей вперед, чтобы они смогли оказаться ближе к сцене. — Не все, — отрезала Рей. — Многие любят только некоторые композиции, и совсем не слушают остальное. Так что, никакая это не философия. — Вот тут ты сильно ошибаешься, — Том улыбнулся. — Давай будем просто считать нас меломанами и остановимся на этом, — Рей поставила свой стакан с пивом на стол. — Я хочу веселиться, а не обсуждать, что есть рок на самом деле. Тем более, сейчас играет Nirvana [1]. — Я уже начинаю ревновать к Курту Кобейну, — пошутил Том. — Он давно умер, глупый, — Рей знала, что это шутка, но она не любила, когда Том говорил так. — Умер, потому что его философия его подвела. — Как и многих других. Какое это было прекрасное время. Можно было не думать о многом, не замечая ничего вокруг себя. А потом все это куда-то ушло. Перестало иметь всякое значение, потому что у каждого из них появилась своя жизнь, где дружбе было совсем не место. Трудно сказать, почему они перестали видеться, зависать вместе подолгу, слушая старые пластинки, сходя с ума от голосов любимых вокалистов. Наверное, так происходило, потому что они были слишком молоды. Жаль, что она так и не поцеловала его. Хотя нет, совсем не жаль. Рэй совсем не заметила, как звонил Том. Да и ей как-то расхотелось с ним беседовать. Она решила пока просто оторваться от своей реальности, подцепить какого-нибудь мужчину и просто провести с ним время, забыв о всяких Джеймсах и Томах. Она вернулась домой только под утро. Папа, наверное, слышал, как дочь шаткой походкой поднялась наверх, но утром ничего ей не сказал. Она же взрослая девочка, все решит сама.

***

Том забыл про то, что обещал Рей встретиться с ней. Следовало бы записать в ежедневник, поставить напоминание в телефоне, но он так и не сделал этого. Наверное, она будет злиться. Хотя нет, она будет в бешенстве, поэтому Том решил позвонить ей и все объяснить, но Рейчел тоже решила его игнорировать. Может, все и к лучшему. Том понимал, что давно бы следовало поставить точку, и больше не видеться, но они думали, что они друзья и просто обязаны хоть иногда встречаться и обсуждать всякую-всячину. Однако, в последние дни они не так много виделись. Наверное, стоит ей отправить пирожных, а еще лучше дорогого чая, чтобы она могла устраивать церемонии. С любой другой женщиной было бы намного проще, нежели с Рейчел. Она никогда не вкладывалась в привычные форматы, куда проще было заполучить благосклонность какой-нибудь актрисы, нежели Рей. Её просто так не купить. Нет, он не будет ничего ей отправлять, просто напишет сообщение. Рейчел все поймет. В его доме сегодня совсем не было тихо. Он сам не понял, как стал разбирать старые коробки, где нашел проигрыватель. В чулане лежала стопка пластинок, которые время испортило, превратив в ненужный хлам. Однако, пару из них были не заезженные. Том смахнул пыль с затёртого конверта Queen «A Night at the Opera». Самая любимая их с Рей пластинка. — Это подобно откровению, — сказала Рей, когда Том впервые поставил ей этот диск. — Точно магия, — хотя до той самой пластинки было ещё очень много времени. — Это все Фредди. Говорят, он мог держать на ладони весь зал, позволяя себе делать на сцене всё, что угодно, — заметил Том, добавляя звук. — Мощное оружие. Однако, вспоминая часть его песен, я понимаю, что все было не так, как казалось, он точно страдал от одиночества, — Рей продолжила внимательно разглядывать герб группы на белом фоне, хотя в названии альбома было слово «ночь». — Говорят, сам Фредди его придумал. — Да, но еще говорят, что в нём много скрытых смыслов, — Том решил пойти заварить чай. Тогда его квартира была маленькой и очень скромной. Мебели в ней почти не было, но зато был проигрыватель и большая коробка с пластинками. — Следующий альбом «A Day at the Races» раскритиковали практически в пух и прах. — Фу, они еще не знали, что это был марш королевы, — Рей и Том рассмеялись на это. — Богатство и разнообразие стилей позволило Queen переступить традиционные пределы как рока, так и поп-музыки. Мамаши, их детишки, рокеры, любители глэма — все могли найти в Queen нечто такое, от чего волосы на затылке вставали дыбом, — Том снял с полки еще несколько пластинок группы. — А у тебя волосы стоят дыбом. — Ну, не знаю, я просто очарована Фредди, его голосом. Особенно, — Рей ткнула в название песни на задней стороне обложки, — эта песня. Аж мурашки по коже. — «The Prophet's Song», — прошептал Том. — Интересный выбор. — Ну, на самом деле, вишенка на торте — это Рапсодия, — Рей сделала несколько шагов по комнате. — Жалею, что бросила занятия по вокалу, когда мне было семь лет. Это и впрямь жизнь? Или мне кажется? Катит, как снег с гор — не уйти от реальности. Просто смотри — туда в небеса, как я, Я хоть несчастен, я чужд жалости — Пока мой лёгок нрав — лёгок путь, Вверх ли чуть, вниз ли чуть, Даже пусть ветра дуют, вряд ли важно — тронут меня, меня? Мама, убив его, я разнёс ему висок, мёртв тот парень — как я мог... Мама, я лишь начал жить, И вот, теперь я должен в ночь уйти. Мама, оо-о, мне жаль, что плачешь ты. Коль не вернусь назад домой назавтра, Спрячь свой стон, спрячь свой стон, словно вряд ли это важно. — Ты хорошо поешь, — отметил Том, подходя к девушке. — Хотя, нет, просто ужасно. Хотел бы я однажды сыграть в кино про Фредди. — Прости, Том, ты, конечно, ничего так, но не дотянешь до аппетитного парса [2], — они снова рассмеялись. — Да это так, глупости на самом деле. Том не сразу услышал, как кто-то звонит в дверь. Странно, почему именно сейчас он вспомнил про тот день. Тогда казалось, сделай еще полшага, и они могли перестать быть просто друзьями. Однако, все застыло на месте, как стрекоза в янтаре. Сейчас Том понимал: так и должно было произойти. — Так и знал, что ты здесь, — Руперт прошел в квартиру Тома. — Сходишь с ума в одиночестве с голосами этих мёртвых звезд. Так можно и в Бедлам попасть. Руперт бесцеремонно направился на кухню. Да, тогда, много лет назад, у Тома была скромная квартира, а теперь огромная, дорого обставленная, здесь можно было жить впятером, однако, Том был один. Почему-то только сейчас Хиддлстон понял: Рей так ни разу и не была здесь. На новоселье она не смогла приехать, а потом он совсем забыл ее пригласить к себе хоть на чашечку чая. — Ты ничего не понимаешь в такой музыке, — Том встал с дивана, забирая у Руперта пакет с покупками. Друг принес свежий хлеб и сливочный сыр. Странный выбор, но Руперт всегда был таким. — Есть в этом что-то такое, когда барабаны бьют тебе в голову, а звук гитары вибрирует во всем теле. Это настоящая жизнь, Руперт, а не твои закрытые клубы с доступными девицами. — Вот уж не думал, что ты стал поборником морали, — удивился Рупер, нагло открывая холодильник. — Я думал, что тебе все понравилось. — Ты, кажется, невнимательно меня слушаешь, — Том положил руки в карманы брюк. — Я всё внимательно слушаю. А… понятно, — протянул Руперт. — Опять накатили воспоминания о дружбе с Рей. Слушай, чтобы не было ностальгии по тем далеким временам, то просто затащи ее в постель. Так будет проще. — Ты предлагаешь мне переспать с лучшей подругой? — в голосе Тома слышалось легкое возмущение. — Я предлагаю тебе расставить все точки над «i», и секс в этом деле лучший помощник, — Руперт оперся о спинку стула, глядя на друга. — Лучше я опять посмотрю на твоих девиц, — пошутил Том. Он прекрасно понимал, каким глупым было предложение друга. Том даже подумать не мог о том, чтобы затащить в постель Рей. Да, она была красивой, привлекательной женщиной, но она никогда не возбуждала его. Не потому, что плохо одевалась, или странно говорила, была глупой, или еще что-то в этом роде. Нет, Рейчел Бойтелл просто не вызывала в нем желания, и, кажется, Руперт так и не понял этого. — Тогда пошли сегодня, — Руперт похлопал Тома по плечу, на что Хиддлстон слабо улыбнулся, и это означало, что он совсем не против. — Думаю, ты не в состоянии понять, что я никогда не хотел переспать с Рей, — зачем-то сказал Том. — Зато, я спал с ней, — Руперт ощутил на себе раздраженный взгляд друга. У Тома в голове вспыхнуло тысячу новых вопросов. Он совсем не понимал, как это могло случиться, ведь Руперт так рано женился, а Рей намного моложе их. Неужели… — Надеюсь, ты отношения выяснять не станешь, — тихо произнес Руперт, явно готовясь в удару. — Кто я такой, чтобы тебя осуждать, — хотя, почему-то, кулак все же чесался. Просто безумно. Но Том сдержал себя. — Вы оба делаете, что хотите. — Ей вообще-то было пятнадцать, — Том не сразу понял, что сказал друг. Пятнадцать… Это было то самое время, когда ее отец перебрался в Лондон, и они снова стали видеться очень часто. Ходить в кино, есть мороженое, а потом возникла и новая общая страсть — рок-музыка. Тогда их дружба расцвела, и, казалось, она будет вечной и крепкой. Тому вообще всегда казалось, будто Рейчел парни не интересовали совсем, и ей нет до них никакого дела… — Я купился на ее кукольную внешность, — начал Руперт. — Ты… — выдохнул Том, ощущая боль в грудной клетке. — Ты… Прости, но поездка в клуб отменяется. Иди к жене, Руперт. — Не думал, что тебя подобное заботит, — Руперт похлопал друга по плечу и направился к двери. Том был зол. Зол на Рейчел, что она столько лет молчала и ничего никому не говорила. На Руперта, за то, что он воспользовался Рей. Хотя, кто знает, как оно было на самом деле. Том выпил немного. Да нет, не немного. Кажется, полбутылки вина — ничего крепче просто не нашлось. Алкоголь развязал ему язык, и он уже начал названивать Рейчел. Она ответила не сразу, но когда Том услышал ее голос, то на миг ему стало немного лучше. — Скажи, какого черта ты спала с Рупертом? — начал сразу же Том. — Ты там совсем с ума сошел, что ли? — Рейчал совсем не понимала, что происходит. — Он сам мне сказал. Скажи, он был первым? — Послушай меня, Том Хиддлстон, тебя это совсем не касается, — она бросила трубку. Вот черт! Том хотел было поехать к ней, но потом передумал и направился к таинственной Кошке. Она точно его поймет, если, конечно, удастся с ней поговорить.