Путь к сердцу лежит через...

      Ха, Артур в своей бессильной злости такой забавный и в некоторой степени милый, вынужденна в этом признаться. Говорил, что я пожалею о своём решении. По его мнению, мне это принесёт множество неприятностей, хотя может быть в какой-то степени он прав. Кто знает?       Сейчас мне нужно забрать своего подопечного, Пруссию, из госпиталя, где он находится уже длительное время в бессознательном состоянии. Если быть точнее, то он там находится с момента нашей последней встречи. Тогда я была в ярости и совсем перестала себя контролировать, хотя может это к лучшему. Будет ему полезный урок на будущее.       Транспортировать Гилберта в дом мн помогали Литва и Эстония. Комнату, в которой будет теперь жить Гил, я постаралась обставить сама, перевезя некоторые вещи из его старого дома. Я хочу чтобы мой дом стал для него (да и не только для Пруссии) как родной.       Мне нужно проследить за восстановлением Байльшмидта и ещё заново поднять свою и страны союзников. Думаю что за одну-две пятилетки всё получится сделать. Определённо, всё именно так и будет.       Примерно через две недели Гилберт стал ненадолго приходить в себя. Значит уже скоро он сможет встать на ноги и очень даже вовремя. Ещё одни рабочие руки будут ой как кстати. Кстати, я слышала, что Гил очень хорош в физике и других точных науках.       Захожу к нему в комнату и к моему великому счастью застою Гила в сознании. Но вскоре он снова засыпает, что-то невнятно пробормотав. Мне не удалось ничего разобрать. Может быть попробовать одно из старинных средств, чтобы быстрее пришёл в себя?       Ну, а что тут такого? Вдруг поможет, и все необходимые растения у меня, кажется, есть. А если нет, то можно сходить до собирать. Они хранятся в потайной комнате подвала, схожу туда вечером. А пока надо заняться бумажной волокитой, с меня же спросят.       Благодаря Литве я закончила с документами достаточно быстро, но оба сильно устали. Торис выполняет сверх нормы и ещё чуть-чуть дополнительно, но ничего скоро у него станет меньше обязанностей. Несмотря на усталость иду в подвал готовить лекарство. К утру оно настоится и можно будет принимать. К счастью, все нужные растения были собраны заранее и мне не пришлось отвлекаться от процесса. Всего пришлось затратить тридцать минут, буду надеяться, что это было не напрасно.       Рано утром все поднялись как по боевой по тревоге. Я с большим трудом смогла понять, что вообще происходит. Оказывается в комнате у Байльшмидта что-то загорелось и чуть было не начался пожар. Благо всё обошлось, во время потушили. Надо будет узнать кто забил тревогу.       К счастью, к концу этого месяца Гилберт пришёл в норму, начал ходить, но комнату он покидает редко. Пруссия (мне так привычнее будет его называть) игнорирует меня, но надеюсь что это не будет продолжаться долго. Во всяком случае у него это не получится.       Его не устраивает, что он должен помогать мне с бумажной работой (большую часть из которой я перебрасываю на него) и иногда ему нужно меня сопровождать на собраниях, но это внутренни. А вот Литва, кажется, этому безумно рад, теперь у него больше свободного времени. У нас частенько случаются ссоры, в основном из-за того что Гилберт не хочет расставаться со своей военной формой, а особенно с железным крестом. В принципе пусть ходит по дому так как ему хочется, но на улицу нужно нормально одеваться! Мало ли кто его по голове лопатой или ещё чем ударит за такой внешний вид, и где-нибудь в овраге веточками забросают. Где потом прикажете искать (оврагов и рек, да и вообще мест, где можно кого-нибудь спрятать у меня достаточно много)?       Думаю, что брать Пруссию с собой на переговоры ещё слишком рано. Да я и сама там справлюсь, наверное. Завтра будет проходить встреча союзников в Москве, надо хорошо к ней подготовиться и раздать ребятам задания, чтобы не бездельничали в моё отсутствие.       Неизвестно каким образом, но Гилберт узнал о проведении заседания и решил напроситься со мной. Даже мои аргументы на него не подействовали, странный он какой-то. Может быть ему просто наскучило сидеть дома.       Я не хотела, чтобы Байльшмидт присутствовал там, но Литва, который должен был идти со мной, повредил ногу. Пришлось брать Гила с собой, он будет записывать всё происходящее на заседании. Думаю что он ничего там не натворит, особенно сидя в другой комнате.       Да, после этого он будет сердиться, но когда меня это останавливало? Верно, не разу. И данная ситуация не исключение.