Путь к сердцу лежит через...

      Гилберт совершает слишком много лишних телодвижений и разводит панику на ровном месте. Да ещё и мои братья его активно поддерживают. Вот как мне объяснить этим людям, что всё в порядке, это не какая-то смертельная болезнь, и что я могу выполнять свою работу, по крайней мере ту, что у меня осталась после распределения обязанностей с Гилом (они даже это хотят запретить мне делать).       Благодаря их заботе я всю беременность и следующие год-два провела как на иголках, но были и положительные моменты, заставившие меня смеяться. Например, Байльшмидт решил как-то приготовить обед. Он поставил картошку вариться и занялся приготовлением пирога. Пока картофель варился, а пирог запекался в духовке, Гилберт решил пойти в кабинет и поразбирать документы. Он увлёкся работой и забыл о том, что у него на кухне что-то готовится. Вспомнил он об этом только тогда, когда на весь дом запахло горелым и повалил дым. Я оказалась на кухне раньше чем кто-либо и застала такую картину: из духовки идёт чёрный дым, вода выкипела на плиту и, кажется, видела огонь. Быстро подбегаю к окну и открываю его, чтобы впустить свежий воздух в помещение. Ой, чуть не забыла отключить плиту и духовку. В это время на кухню забегают взъерошенные Гилберт и Олег. Украина увёл меня от туда. И уже вдвоём они стали приводить в порядок помещение. Гилберт старательно оттирал плиту, а после и духовку. А я ему говорила что нужно сделать что-то одно и хорошо, а не много дел и как попало. Он в некоторых документах сделал ошибки, незначительные и не особо заметные, но сделал.       Коля старался контролировать каждый шаг и действие всех обитателей дома и уже через пару месяцев практически все боялись дышать и ходили как по струнке, были и несогласные с этим, и несколько раз Олегу приходилось решать конфликтные ситуации. Самое смешное, что мои дорогие братья старались сделать всё так, чтобы я ни о чём не знала. Это так мило с их стороны. Правда из-за того что мне не дают выполнять мои основные обязанности как воплощения, стало очень скучно, и я начала в тайне выносить некоторые документы из кабинета. Но в целом я могу сказать, что все девять месяцев прошли спокойно, за исключением нескольких ссор и одного незначительного происшествия.       Надо было видеть лицо Пруссии, когда у меня начались схватки (если честно я и сама испугалась). В первые секунды он стал в два раза бледнее обычного и выражение его лица было крайне испуганным, как будто он увидел что-то ужасное. Но потом он взял себя в руки, но бледность никуда не делась. Он действовал быстро и собрано, поэтому всё прошло благополучно. Мои братья тоже немного растерялись и практически путались под ногами у Гила. Их можно понять, не каждый день их сестра рожает.       У нас родился здоровенький, хорошенький и крепенький мальчик. Имя для сына мы с Гилом выбирали долго, так как выбрать вариант, который устраивал бы обоих было сложно. Гилберт хотел назвать малыша Фридрихом в честь одного из своих самых любимых правителей, к которому он был очень сильно привязан (думаю несложно догадаться кого я имею в виду). А вот мне больше по душе такие имена как Святослав, Ярослав, Александр, Дмитрий или Константин. Олег предложил нам, чтобы никто не был в обиде, вытянуть имя по жребию. Звучит глупо и легкомысленно, но так будет честно, на мой взгляд. Мы написали все варианты на бумаге, положили в глубокую шляпу, перемешали содержимое несколько раз и… Малыша будут звать Фридрих. Гил доволен, а вот я не очень. По поводу фамилии немного проще, просто запишем обе через чёрточку.       Гилберту очень нравиться водиться и играть с сыном. Он даже ночью встаёт успокаивать ребёнка и днём старательно охраняет его сон. Иногда это чудо природы с альбинизмом пугает меня своим странным поведением. Во-первых, он не дает выполнять мои прямые обязанности как воплощения страны, максимум это организация культурных мероприятий и связь с другими союзными странами (опять же в плане культуры и развития). Приходится идти на различные ухищрения, чтобы получить в руки документы и где-то прятаться чтобы спокойно поработать. Во-вторых, он ограничивает время общения с ребёнком, аргументирую это тем, что я успею уже с ним наводиться. Странный он какой-то в последнее время. И вообще, когда он успевает всё делать?       Мне даже иногда кажется, что в какой-то момент Гилберта подменили. И в последнее время он стал ещё бледнее и начинает заболевать. От моей помощи в лечении наш гордый прусс отказывается, но что мне мешает действовать против его воли. Да, немного странная логика, сама знаю.