Не падший ангел

— Да, конечно, теперь у нас не будет тайн… — я хотел подойти и обнять Магнуса, но он выставил вперёд руку, не давая этого сделать. — Александр… Я уже говорил, что у всех есть свои тайны и страхи. Даже такой, как я, не исключение, и моя тайна — это мой страх. Я хочу, чтобы между нами всё было честно, и именно поэтому на твою откровенность я отвечу своей. Ты позволишь мне это? — он посмотрел на меня глазами полными отчаяния, страха и надежды. — Конечно, — только и выдохнул я полушёпотом. — Спасибо, — он немного помедлил, а затем заговорил вновь. — Как ты знаешь, всем магам издревна доставались метки. Знаки напоминающие о том, кто является их отцом. Рога, хвосты, цвет кожи и многое другое, что приходилось скрывать от чужих глаз. Все считали, что если у нас есть что-то непохожее на других и необычное, значит это уродство. Мой отец — принц Ада Асмодей — был высшим демоном, и метка его была необычна и страшна, вселяя во всех окружающих дикий ужас. Когда родился я, он понял, что метка передалась по наследству, но было небольшое дополнение к ней, отличающее нас. Когда я подрос, отец сказал мне, что никто не станет со мной сражаться, если я её обнажу, и назвал слабаком. Никто никогда в жизни не видел мою полную метку только потому, что она внешне делает меня смешным противником. Сегодня же… Я хочу обнажить её перед тобой с двумя условиями. Если ты не напугаешься и не засмеёшься, — он закончил свой длинный монолог и посмотрел на меня, ожидая ответа. — Обещаю, — сказал я, давя в себе желание задушить Магнуса в объятьях. Он пару раз вдохнул и выдохнул, а затем закрыл глаза. Через минуту или меньше он открыл их… Я замер, погружаясь в расплавленное золото, кипящее на дне изумрудных ободков, и в чёрную бездну узких кошачьих зрачков. Это было просто великолепно… Так великолепно, что дыхание перехватывало. — Магнус, они невероятны, — я видел, как вытянулось его лицо от удивления, когда я с таким восхищением на него посмотрел. — Тебе разве не страшно или противно? — спросил он осторожно. — Нет, — ответил я, стопроцентно честно. — Это ещё не всё, — продолжил он. — Хорошо, — я замер в предвкушении, потому что ожидал увидеть что-то, ещё более потрясающее. — Закрой глаза. Я закрыл глаза. Все чувства обострились в несколько раз, ловя каждый звук или движение. Нефилим… Послышался шорох и небольшое шипение, после этого всё стихло. — Можешь открыть. По моим расчётам, после того, что я увидел, открывать глаза не стоило. Там меня ждала новая жизнь, рай и ад, смерть и возрождение. Я хотел закусить кулак. — Магнус, будь добр, создай вокруг себя защитный купол, — сказал я, ощущая тяжесть на спине. — Зачем? — похлопал он глазами ожидая совсем другой реакции. — Нужно. Только покрепче создай, — я не сдержался и закусил кулак. Когда Магнуса окружал синий шар, можно было сделать задуманное. Напряжение во всём теле просто давило с дикой силой. Я расправил крылья и взмахнул ими, погружая комнату в хаос. 50 острых, как бритва, клинков разлетелись по комнате. Несколько наполовину вошли в купол. Я сложил крылья и посмотрел на Магнуса, который как раз убрал купол и поднял один из клинков. Я снова закусил кулак. На чёртовой голове Магнуса Бейна, между выкрашенных в красный концов чёрных прядок волос, красовались два аккуратных чёрных пушистых кошачьих ушка. ДВА ЧЁРТОВЫХ КОШАЧЬИХ УШКА! — Александр, ты зол? — спросил он, рассматривая клинок, и когда я слегка шевельнул крылом, тот вновь превратился в перо. Магнус на это лишь удивлённо приподнял бровь, посмотрев на меня. Я на это лишь ухмыльнулся, делая все свои клинки перьями. Порезаться он всё-таки успел, так как с указательного пальца стекали красные капельки. — Нет, с чего ты взял? Ты поранился, нужно обработать, — я дёрнулся в его сторону. — Не нужно, — сказал он и облизал с пальца кровь. Да что ж такое-то! — Мммм, скажи, может у тебя ещё и хвост есть? — любопытство оседало, отдавая своё место возбуждению. Я прекрасно понимал, что хотеть Магнуса в такой серьёзный и ответственный момент неправильно, но что я мог поделать, когда передо мной стояла моя самая смелая фантазия? Он удивлённо на меня посмотрел, и только сейчас до меня дошло, что я спросил. Серьёзное выражение лица сменилось хитрой ухмылкой, и я понял, что меня окончательно раскрыли. Он плавной походкой подошёл ко мне и, встав на цыпочки, прошептал на ухо. — Знаешь, Александр, чтобы это проверить, тебе придётся раздеть меня, — и, отстранившись, посмотрел своими золотыми глазами в мои. Я резко втянул накалённый до предела воздух и попытался совладать с собой. Мой рассудок быстренько собрал свои вещички и, помахав белым платочком, скрылся в неизвестном направлении. Всего одна фраза, и горячий нефилим готов на вынос. Контроль в моей крови исчезал, словно лёд в горячем чае. Растворялся, отходя на задний план, и ни капли не способный остудить мой пыл. Я взглянул в целое (куда ж без магии) зеркало за спиной Магнуса. Оттуда на меня смотрели два неестественно светящихся голубых омута, почти скрывающих чёрный зрачок. Тот, кто сейчас стоял в зеркале, не был мной, и на секунду я засомневался, но увидев напротив кошачьи, золотые глаза решил, что иногда сущность внутри себя можно выпустить, и именно этого мне сейчас и хочется. Я шагнул в сторону Магнуса, спуская на нет все рычаги сдержанности. Дёрнув руку в нужном направлении, я развернул его к себе спиной и прижал, обвернув вокруг его поясницы свои руки. Я знал, что нужно делать лишь в теории (да, именно, я девственник), но спасибо матушке природе за инстинкты, так что я решил просто делать, что захочу. Поэтому, решив, если поражать, так уж до конца, я прошептал ему на ухо: — Я просто не могу отказаться от такого предложения. Было заметно, что дыхание Магнуса сбилось, и это весьма льстило, учитывая, что причиной треснувшей выдержки восьмисотлетнего был я. Я начал поднимать руки выше, пропуская меж пальцев шёлковую рубашку и останавливаясь на множестве цепочек, покрывающих его шею. Вначале была мысль сорвать их все разом, но я подумал, что это для начала слишком грубо и что Магнус может не простить мне их. Я засомневался и замешкался. Магнус положил поверх моих рук свои и, прижавшись плотнее, повёл их выше, к шее. Я остро почувствовал, что не один я уже давно сильно возбуждён. Инициативу перехватил Магнус, так как вся моя смелость иссякла в запасах очень быстро. Он развернулся и толкнул меня на кровать, вновь давая моим рефлексам охотника сработать: я сразу сел. Крылья врастил обратно, чтобы они не мешали. Магнус подошёл и сел ко мне на колени, своими упираясь в постель. По спине пробежал табун мурашек, когда он поцеловал меня в шею и спросил: — Александр, ты боишься? — вопрос был неожиданным, но от этого не ставшим сложным. — Нет, — ответил я, не задумываясь. Это последовало той самой точкой невозврата. Почти глухую тишину разрезал звук щелчка пальцев. После этого я подумал о том, что Эдом неплохое место. Ведь прямо сейчас у сидящего на мне верхом Магнуса за спиной вился длинный чёрный хвост. — Ты доволен? — почти мурлыкнул он мне на ухо. — Ещё как, — ухмыльнулся я и завёл руку за его спину задевая хвост. Магнус дрогнул, когда я провёл у самого основания хвоста. Восхищение переполняло меня, я видел в нём только лучшее, я видел в нём идеала и не мог ничего сказать. Я быстро поменял нас местами: — Ты покажешь мне звёзды? — спросил я, склонившись к его уху. — Я покажу тебе весь космос, если ты попросишь об этом, — прошептал он в ответ, утянув меня в очередной поцелуй.

Эпилог

Небо было чистое в ту ночь, от этого каждая сиявшая звезда была ещё ярче, ещё ослепительней и таинственнее. Жёлтые кошачьи глаза разрывали тихую темноту комнат, сияя так же ярко, как звёзды. В ту ночь глаза обрели лунный оттенок. Ведь лишь лунный свет, падающий из окна, освещал лицо юного бледного ангела, что спал сладким сном, не зная, что в ту ночь подарил своё сердце демону…