Зельевар. Шанс на спасение

Только в Лондоне Жюли поняла насколько дико они с Гермионой выглядят: обе грязные, в рваных, покрытых сажей и кровью платьях, с растрепанными волосами и кровоточащими ранами. Как только они прошли через витрину универмага в приемный покой, вокруг столпились волшебники, которые узнали в одной из оборванок Гермиону Грейнджер, подругу Героя. — Разойдитесь! Разойдитесь! — расталкивала шепчущихся друг с другом больных привет-ведьма, расчищая путь санитарам, что тут же усадили больных в кресла и доставили их на пятый этаж. Все это происходило будто в тумане, в голове Жюли раз за разом мелькали сегодняшние события. Кровавый взрыв. Острие ножа, торчащее из хрупкого тельца. Незакрывающиеся глаза монстра. Огонь, радостно вырывающийся из ее палочки. Кровь и пепел сгоревших тел на ее коже. Дрожь в руках не унималась. Она очнулась от транса только тогда, когда незнакомый ей молодой целитель настойчиво потряс ее за плечи: — Мисс Мийо, Жюли, что именно с вами случилось? — Где Гермиона? — девушка поняла, что находится в процедурном кабинете, а Гермиону, видимо, отвезли в палату. — С ней все в порядке? Она теряла сознание несколько раз. — Ею занимаются лекари, — целитель, его чистая лимонная форма, белоснежные стены показались Жюли фальшивыми, будто это сон, что она видит, лежа в холодной клетке. — Я обработал ваши раны, они не представляют опасений. Что касается одежды, я приготовил вашу форму, можете переодеться. — Я благодарю вас, — девушка поняла, что все это время сжимала свою палочку, может, зря она считала, что зло обитает в оскверненной черной магией палочке? Может, зло всегда было в ней самой? Теперь ей было как никогда ясно, что это абстрактное «общее благо» столь расплывчато, что Жюли уже не видела различий между Пожирателями и Орденом. Все в той войне были убийцами. — Мисс Жюли? — Я должна переодеться, — ей невыносим был запах гари, казалось в нем чувствуется вонь жженых волос. — Сейчас, — настояла она. Целитель пожал плечами и вышел из процедурного кабинета. Жюли обработала себя очищающим заклинанием, принимать душ было некогда, и оделась в привычную ей лимонную форму. Она посмотрелась в зеркало, перед ней стоял другой человек, разве мисс Мийо могла сотворить такое с живыми людьми? Неужели главная целительница третьего этажа будет с позором выгнана из этой больницы, столько лет служившей ей последним пристанищем? Девушка взглянула на свои растрепанные кудри, красные от дыма глаза, раскрасневшийся нос, на свою палочку, слишком мощную для нее, на свои дрожащие руки. «Не время раскисать» — подумала она. Нужно идти в министерство, доложить о случившемся, сказать, что Родольфус на свободе и среди близких Гарри есть человек под Империусом. «И, если судят за сожжение и подрывание волшебников, принять наказание… Но…» — ...я ведь его бессмертие, — прошептала она и все ее убеждения мигом рухнули, словно карточный домик. Девушка последний раз взглянула в зеркало и выбежала из процедурного кабинета под протесты молодого целителя: — Вы должны дождаться Министра, — крикнул он ей во след, но тщетно. Жюли пробежала по знакомым лестничным пролетам, мимо знакомых лекарей, сестер и санитаров, мимо больных, мимо приемного покоя и трансгрессировала, едва ступив за витрины магазина. Она догадывалась, что Нора должна находиться под защитой и перенеслась на родной берег, но чуть дальше от своего дома. Коттедж «Ракушка» находился за небольшой скалой, так, чтобы сокрыться от посторонних глаз. Потому со смерти тетушки Абигейл Уизли Жюли видела его впервые. Как же отрадно было обнаружить, что он ничуть не изменился: все тот же утопающий в песке трёхэтажный домик с двумя дымоходами и крупной черепицей, напоминающей морские ракушки. Девушка знала Билла еще задолго до Ордена — они познакомились в далеком детстве, когда он приезжал гостить к тетушке Уизли. Жюли помнила его ужасным озорником, который вечно доставал ее, дергал за косички, но они все равно часто играли вместе и купались в море. Конечно, в то время она не знала, что Билли волшебник, но невозможно было не заметить — все многочисленные Уизли, что порой собирались в этом доме, не совсем обычные люди. И Билл был первым человеком, к кому она побежала рассказывать о чудесном визите профессора из школы чародейства и волшебства. А он в свою очередь поведал ей о легендарных чародеях, удивительных волшебных существах и страшных злодеях. И Билл, и Жюли тогда думали, что они попадут в Гриффиндор, будут учиться бок о бок и станут самыми настоящими друзьями. Но Распределяющая Шляпа решила по-другому. Билл блистал в Гриффиндоре, стал старостой курса, затем старостой школы, получал высшие баллы по всем предметам, кроме, разве что зельвеварения, никогда не был заносчив, и его все любили, а Жюли, хоть и отличалась успехами в учебе, пыталась слиться с толпой и больше времени проводила в подземельях на дополнительных занятиях у профессора Снейпа. Так их пути бесповоротно разошлись. Жюли испытала большое облегчение, заметив Билла на участке возле дома. Несмотря на ужасные шрамы на лице, все такой же, неизменный рыжий хвост на затылке, стильная магловская одежда и сапоги из драконьей кожи. Он, судя по платку, закрывающему нос и рот, травил вредителей. Хорошо, подумала Жюли, не придется объясняться с Флер, которую она едва знала. — Билли! — окликнула она. — Жюли? Не часто ты жалуешь визитами своих соседей, — засмеялся он, встречая свою одноклассницу распростертыми объятиями. — Что-то стряслось? — он наконец заметил ее покрасневшие глаза и опухший нос, да и запах гари в волосах девушки должен был заставить его насторожиться. Девушка обняла Билла в ответ, вот он всегда так, думала она, ведет себя как хороший друг. — Мне нужно воспользоваться твоим камином, — она знала, что он не спросил бы ничего лишнего, но дело касалось его семьи. — Родольфус Лестрейндж на свободе, и у меня есть основания полагать, что он попытается убить Гарри. Билл, не теряя времени повел ее в дом. Девушке всегда нравилась эта его черта, ему не нужно было ничего объяснять, он догадывался обо всем сам. — Возможно, кто-то из твоей семьи под Империусом, — сказала она, когда Билл открыл перед ней входную дверь. — Я пойду с тобой, — коротко сказал он, закрывая за собой дверь. — Билл, у нас гости? — Флер вышла из кухни с полотенцами в руках. Даже в домашней одежде она выглядела словно ангел, только нимба над головой не хватало. Жюли тут же почувствовала себя на ее фоне бледной заурядностью, и попыталась пригладить торчащие в разные стороны кудри. — Привет, — неловко поприветствовала она, на что Флер лишь непонимающе хлопнула своими донельзя длинными ресницами. — Флер, я тебе все объясню позже, — Билл на ходу чмокнул свою жену. — Мы в Нору. Жюли посмотрела на ошарашенную девушку извиняющимся взглядом. Ей было ужасно неловко от того, что она вот так ворвалась в их дом и уводит ее мужа. Но Билл тут же потянул ее в гостиную. Он бросил летучий порох в камин и четко произнёс: «Нора», целительница последовала его примеру. Как только Жюли оказалась в гостиной Норы, она услышала женский крик. Наверху была какая-то суматоха, от чего весь дом ходил ходуном. Со стен сыпались фотографии рыжеволосых Уизли, люстра качалась из стороны в сторону, одна крошечная сова металась туда-сюда с истеричным криком. Билл бросился наверх, девушка последовала за ним. Она никогда не видела Нору даже снаружи (когда штаб перенесли из площади Гриммо в Нору, она ни разу не посетила собрание Ордена), но слышала многочисленные слухи об одной из самых интересных конструкций жилой постройки в волшебном мире. Лестница шаталась из стороны в сторону, Жюли не показалась здоровой идея подниматься по ней, но Билл побежал по шатающимся ступеням, будто так и должно быть. Криков наверху стало больше. Билл выбежал на последнюю лестничную площадку и влетел в комнату. Целительница услышала звук бьющегося стекла, звуки ударов и вдруг все затихло. Когда она поднялась, увидела в комнате, обклеенной плакатами Пушки Педдл, скрученного Биллом Рона. Он брыкался и пытался вырваться. Даже Биллу стоило огромных усилий сдерживать его. Рядом лежала без сознания Джинни, а чуть поодаль — Гарри. Жюли подбежала к Рону и коснулась его головы палочкой. — Легилименс! — это был единственный знакомый ей способ оборвать связь с волшебником, наложившим заклятие. Жюли проникла в воспоминания, она видела саму себя со стороны, в том самом доме. Они с Гермионой оборонялись за тяжелым деревянным столом. Кроме этих воспоминаний, она почувствовала кристально чистую злость. Эти воспоминания принадлежат Родольфусу, поняла она. «Ego hominem hunc dimittis, non est in sua potestate» — произнесла целительница, она повторяла это до тех пор, пока слова не отразились вспышкой боли. Ее отбросило назад. Это означало, что связь прервалась. Но времени радоваться у нее не было, опасения вызывал Гарри. — Билл, приведи в чувства Джинни, — велела она. — Она под Оглушающим заклятием. Осмотрев Гарри, целительница догадалась, что в него несколько раз ударили оглушающим заклинанием, будто нападавший не был уверен в своих силах. Потому он ушел в глубокую прострацию. Кроме того, Рон применил Сетумсемпру. Жюли поблагодарила Мерлина, что у него не было достаточно сил для непростительных заклинаний. Иначе, перед ней лежал бы труп. — Билл, в этом доме может быть аптечка? — спросила она, применяя заживляющие заклинания. — Да, — Билл не промедлил ни секунды: — Акцио, коробка с зельями! — Коробка? — через мгновение она держала в руках деревянный короб с огромным количеством склянок и колб. — Да тут целая аптека! — обрадовалась она, обнаружив в запасах Уизли все необходимое для излечения Гарри. — Нужно быть готовым ко всему, когда растишь шестерых парней, — усмехнулся Билл и тут же умолк, вспомнив, что их больше не шесть. Когда целительница завершила исцеление Гарри, Джинни была уже в сознании, а Рон все еще лежал лицом вниз. Никто не спешил его поднимать, будто опасаясь, что он снова на кого-нибудь нападет. — Я отправлю Патронуса отцу, — сказал Билл и вышел из комнаты. — Меня зовут Джинни, — вдруг сказала рыжеволосая девушка, она показалась Жюли очень милой. — А Вы мисс Мийо, Гарри рассказывал о Вас. Вы уже не раз его спасаете. — Да, — Жюли стало неловко. — Раньше не замечали за ним ничего странного? — она подошла к Рону, проверив все симптомы, поняла, что он всего лишь спит, даже слегка похрапывает. — Все так или иначе изменились, — Джинни скрестила под собой ноги. — Вон Гермиона даже не пишет. — Кстати, о Гермионе… Вдруг с нижних этажей раздались голоса и шум поднимающихся шагов. Через несколько секунд в комнату ворвалась миссис Уизли и тут же бросилась к Рону, распростертому на полу. — О, Мерлин, что с ним? — вопрошала она, и в ее глазах стоял такой ужас, что Жюли поспешила ее успокоить: — Миссис Уизли, он был под Империусом долгое время, но сейчас он спит, с ним все будет хорошо, но ему лучше отдохнуть. Я прервала связь. — А Гарри? — миссис Уизли только заметила на кровати темноволосого члена своей семьи. — И с ним тоже все будет хорошо, благодаря Вашей аптечке. — О, Жюли, — женщина зарыдала. — Я… я бы не перенесла… еще одного… Мои бедные мальчики. — Она схватилась за сердце, целительница поспешила дать ей успокаивающий сбор. Билл положил Рона на соседнюю кровать, а Джинни помогла подняться матери. Через секунду подоспели мистер Уизли и Кингсли Бруствер собственной персоной. Внезапно в крошечной комнате оказались восемь человек. — Что произошло? — спросил мистер Уизли, Жюли отметила, насколько он постарел, да и у миссис Уизли проступило серебро меж рыжины. — Если бы не Жюли, мы бы опоздали, — выдохнул Билл. И все присутствующие посмотрели на нее. — Давайте все пройдем вниз, пусть юноши отдыхают, раз их состояние не вызывает опасений, — тишину прервал Министр магии. — А юная мисс Уизли присмотрит за ними, — он убедительно взглянул на Джинни, на что та согласно кивнула. — Я тоже останусь, — заявила миссис Уизли, обнимая дочку. Когда Министр магии, Билл, Жюли и мистер Уизли разместились за обеденным столом, министр предложил девушке ввести их в курс дела. Она глубоко вдохнула и начала: — Все началось с того, как я в разгар Битвы за Хогвартс вынесла из Воющей Хижины Северуса Снейпа… — Но он умер, — возразил мистер Уизли. — Мы все были на его похоронах. — Вы похоронили егеря, — Жюли дождалась, пока пройдет первое потрясение, чувствуя как все ее лицо краснеет, как же ей было стыдно за тот необдуманный поступок. — Около двух месяцев ушло на восстановление. Как только его магия нормализовалась, он ушел. Я не видела его больше месяца, Гарри предполагал, что в это время Северус занимался отловом егерей. — Гарри был в курсе всего? — спросил мистер Уизли. — Да, он виделся с Северусом, кажется, два или три дня назад, — Жюли казалось, что прошло больше полугода с той встречи. — Он выяснил, что инферналы, нападавшие на маглов, вылезают из пещеры Воландеморта. Я не совсем уверена, что произошло там, но Северус доставил раненного Гарри ко мне в отделение. Они оба попросили оставить это в тайне. — Это было как раз в тот день, когда мы его потеряли, поставили с ног на голову всех мракоборцев, а он пришел на следующий день как ни в чем ни бывало! — пояснил мистер Уизли. — Да, Джинни даже прошлась по всем комнатам в «Ракушке», — улыбнулся Билл. — Северус в это время отправился в пещеру — уничтожать инферналов, как он мне сказал, — Жюли хотела донести до Министра, что пока не следует думать предвзято о Северусе, она сама все еще не понимала, на какой стороне он, да и от этих «сторон» она сама порядком подустала. — Я решила пойти за ним, в той пещере за проходом оказалась еще одна, с большим подземным озером, наполненным тысячами инферналов, в центре которого находился островок. Северус был там. Он подчинял себе инферналов. — Что это значит? — уточнил Кингсли. — Я тогда решила, что таким способом он хочет вытащить их на сушу, чтобы разом уничтожить. Но существует вероятность, что он хотел доставить Пожирателям армию, — Жюли видела в глазах присутствующих, что те тут же изменили мнение о бывшем профессоре зельеварения. Как они не понимают, подумала она, как можно делить людей только на черное и белое. — Я хочу, чтобы вы дослушали до конца и не делали поспешных выводов. — Разумеется, — сказал Кингсли. — Продолжайте. — Возможно, я помешала его планам своим появлением, но в ту ночь все инферналы были уничтожены, как и та пещера. — Это сделали Вы? — вскинул брови министр. — По большей части, — смущенно ответила она. — Затем Гарри, что все это время находился у меня в квартире в Лондоне, поговорив с Северусом, отправился домой. А мы — за Пожирателями. Жюли заметила, какими обеспокоенными выглядели мужчины. Особенно Билли. — Но, переправившись через портал, мы попали в ловушку. Если быть краткой, Родольфус и Рабастан Лестрейнджи, Юфимия и Торфинн Роули, Эрик Эйвери скрывались где-то в Северной части Британии. В особняке, кроме этих пятерых, находились эльф Пигсвэлл, Гермиона Грейнджер и дочь Воландеморта. — Что? — разом воскликнули мужчины. — Пигсвэлл был силой порабощен Лестрейнджами, а Гермиона находилась у них в плену около трех месяцев… Артур схватился за голову. — Но сейчас она в больнице, ей ничего не угрожает. Но, мне кажется, следует найти ее родителей, она не знает, что с ними случилось, — сказала девушка. Кингсли коротко кивнул. — Авгурей — это дочь Беллатрисы Лейстрейндж и Воландеморта, благодаря черной магии она росла и развивалась в искусственной утробе. У нее мало чего осталось человеческого. Они превратили ее в монстра с огромной силой, оно могло двигать вещи силой мысли. Пожиратели говорили об этом существе как о последнем наследнике Слизерина, оно должно было продолжить дело Воландеморта. Но оно, скорее всего сгорело в пожаре, как и оба Роули. Эйвери умер ранее от укусов инферналов, а Рабастан… тоже мертв. Родольфус успел покинуть дом. — А Снейп? — Он спас нас. Дело в том, что через портал могли проходить только те, у кого есть метка. Мы с Гермионой не смогли бы покинуть то место без Северуса. — Тогда на чьей он стороне? — спросил мистер Уизли. — Я не знаю, — ответила Жюли. — Вы — министр магии, — обратилась она к Кингсли Брустверу. — Я сожгла то здание, я взорвала заживо Рабастана, не смогла спасти доблестного эльфа, благодаря которому мы смогли выбраться. И я доверилась Северусу Снейпу, хотя до сих пор не понимаю его мотивов, — предательские слезы заполнили ее глаза и тут же хлынули из глаз. Никогда в жизни она не позволяла себе такой слабости — заплакать при малознакомых людях. Но слезы текли и текли, и Билл, что сидел рядом с ней, обнял за плечи и дал платок, что все еще висел у него на шее, предварительно очистив заклинанием. — Я не вижу ничего предосудительного, мисс Мийо, — Кингсли потрепал девушку за плечо. — Вы все сделали правильно. — Жюли, — сказал Билл. — Все позади. Мы с тобой. Она и забыла, каково, когда тебя действительно кто-то поддерживает. Сложно было назвать поддержкой те нездоровые отношения, что были между ней и Северусом. Билли взял и обнял, когда увидел, что человеку плохо. Возможно, Жюли это бы показалось дикостью, или нарушением личного пространства, но сейчас она как никогда нуждалась в человеческом тепле. — Билл! Что здесь пг’оисходит? — на кухню влетела Флер, которая, по-видимому, так и не дождавшись мужа, решила выяснить, что происходит. — Жюли спасла Гарри, — пояснил Билл, когда Жюли высвободилась из его объятий и отошла к кухонному гарнитуру. — И Гермиону. И, возможно, всех нас. — Но где на данный момент Снейп и Лестрейндж? — спросил мистер Уизли. — Родольфус будет мстить, — сказала Жюли. — Когда я освобождала Рона от заклятия Империус, я проникла в его сознание. Скорее всего, он знает, что я в Норе. И что Гарри тоже здесь. — Значит, хорошо, что мы собрались под одной крышей, — заключил министр, так и не оставивший привычек мракоборца. — Думаю, мы сможем справиться с одним Пожирателем. — Или с двумя, — сказал Билл. Тут с верхнего этажа высыпали ещё несколько человек: пришедшие в себя Гарри и Рон, миссис Уизли и Джинни. Жюли даже несколько растерялась в такой суматохе и обилии рыжего. — В защитный круг кто-то ломится, — сообщила миссис Уизли. — Дети! Отправляйтесь в коттедж! — велел мистер Уизли, но никто не двинулся с места. — Флер, уведи, пожалуйста, Джинни, — спокойно попросил Билл, Флер без протестов потянула за собой сестренку мужа. Но та тут же запротестовала: — Нет, я хочу остаться! — Джинни скрестила руки на груди. Но к ней подошел Гарри, и они тихо пошептались минуту, после чего девушка сокрушенно выдав: «Вечно им достается все веселье», последовала за Флер. — Простите, что ваш дом снова стал полем боя, — в это время Кингсли беседовал с мистером Уизли. — Главное — одолеть последнего из Пожирателей, Министр, — отвечал тот. — Или последних, — вставила Жюли, с мрачной решительностью. — Ты уверена, что не хочешь присоединиться к Флер? — спросил Билл обеспокоенно. — Ты выглядишь неважно. — Уверена, — через силу улыбнулась Жюли, вытирая слезы. — Я в порядке. Тем более, я могу подвергнуть их риску, если задержусь в «Ракушке». Оставшиеся вышли на задний дворик. Тут целительнице впервые предстала в полной красе знаменитая Нора. Похоже, изначально это был небольшой кирпичный свинарник, но потом к нему время от времени пристраивали все новые комнаты, дом подрос на несколько этажей, державшихся только силой волшебства. Из красной черепичной крыши торчали пять каминных труб. У входа на шесте висела надпись: «Нора». Она бы еще долго разглядывала это необычное строение, если не раздавшиеся вдруг ритмичные громовые удары. Жюли пригляделась, у кромки небольшого леса, что отделял Нору от магловской деревушки, стоял человек. Даже с этого расстояния было видно, что на голове не было волос, а половину лица составляет свежий ожог. Жюли вновь в своей голове услышала его истошные крики от приземления в огонь. Кингсли бросился навстречу противнику, на лету отправляя заклятия, остальные поспевали следом. Родольфус то появлялся, то исчезал, до него не успевали долетать заклинания, но он все с той же яростью долбился в защитный круг. В какой-то момент защита пала. И Лестрейндж будто появился везде одновременно. Жюли не понимала, что происходит, но четко видела, что каждый сражается со своим Родольфусом. Ее противник отправлял заклинание за заклинанием, между которых мелькали непростительные. Медлительность, с которой выстреливала заклинаниями палочка Жюли, позволяла ему наступать, оттесняя целительницу к лесу. Родольфус выглядел словно демон, половина лица была съедена пламенем, ни волос, ни бороды, лишь лоскуты кожи, висящие на ярко алой поверхности мышц. Адское пламя работает чисто. Другая половина его лица была искажена яростью. Жюли поняла, что он пришел по ее душу. Девушка отступала, скрываясь за стволами деревьев. Ни жечь, ни взрывать она не решалась, а другие заклинания палочка выполняла с большой неохотой, потому приходилась выкладываться на полную. — Протего! Протего Максима! — в ее голосе предательски проступили нотки мольбы. — Левикорпус! Импедимента! Экспеллиармус! — она чувствовала, что этот бой она не выиграет. Родольфус разъяренно наступал, невербальные заклинания бились о ее слабый щит, Жюли совершенно выбилась из сил, пытаясь попасть в него хотя бы одним заклинанием, но тщетно. Она была готова сдаться, как вдруг воцарилась тишина. Девушка оглянулась вокруг, она отошла от остальных на довольно большое расстояние. Где-то впереди она слышала голоса. Здесь деревья росли гуще, хоть и осень давно вступила в свои права, эта часть леса оставалась зеленой. Начинал моросить мелкий дождь. Неужели «оригинальный» Родольфус был повержен? Жюли, держа наготове палочку, пошла навстречу голосам. Но впереди она заметила нечто вроде тени, несущееся в ее сторону, клуб черного дыма летел ей навстречу. Девушка бросилась бежать в обратную сторону, через плечо направляя заклинания. Она чувствовала на затылке холодное дыхание смерти. «Вот и все» — подумала она. Но, оглянувшись, увидела второй клубок дыма, что несся за первым. Вдруг они смешались и пролетели мимо Жюли. Клубы дыма метались по лесу в неистовой борьбе, целительница не понимала, кто из них кто, лишь молилась, чтобы с Северусом не случилось ничего страшного. Уж лучше бы он сбежал, скрылся, думала она. Родольфус в гневе был страшен. Неожиданно один из клубов обернулся человеком. Человеком в черной мантии. Он с ускорением врезался в дерево и упал бездыханным на землю. «О, Мерлин, нет» — подумала Жюли и побежала к нему, переступая через корни деревьев, что выступали из-под земли. Мужчина лежал черным пятном на зеленой траве. «Нет, нет, нет» — билось в голове целительницы. Приблизившись вплотную, она поняла, что мантия не черная, а зеленая, просто перепачкана сажей. — Полагаю, это последний последователь Темного Лорда, — прозвучало за спиной Жюли. Оглянувшись, она увидела его, надменно стоявшего посреди леса, словно ни в чем ни бывало. Они встретились взглядом. Девушка хотела прочитать в его глазах раскаяние, хоть толику вины за все те кошмары, что ей пришлось пережить. Но он глядел на нее с почти ощутимым холодом. Тут прибежали все остальные. Началась суета, возгласы удивления от живого Снейпа, ахи, приветствия, связывание Лестрейнджа, прибыли еще несколько мракоборцев. Но все это мало волновало Жюли. Она слишком устала.