Военные действия в постельном режиме. Лев-исполин

Лео сплюнула кровь, тяжело дыша, а враг впереди скрылся за облаком дыма и пыли после выстрела из «пушки правосудия» одного ей известного вампира. Кровососом его сделали чудесные врачи и учёные в подвале, коей они сейчас и разносили, предаваясь праведному гневу и вскрывая старые шрамы. План захвата этого места зародился в голове зачинщиков побега ещё десять лет назад, благодаря надежде, что момент расправы всё же произойдёт. Именно поэтому тогда же с ними сбежал и один маленький мальчик с редкими и странными способностями. Все годы противостояния революционной армии и империи этот мальчик жил с обычными людьми, притворяясь их сыном, которого давно оставили гнить где-то в земле. Лео лично выбрала эту семью и своими руками убила их ребёнка, чтобы её сокамерник смог жить нормальной жизнью. Никто из них не хотел вмешивать в войну ребёнка, у которого есть шанс пожить. Всё, что требовалось от перевёртыша — открыть дверь и клетки нескольких подопытных. Они давно запланировали эту операцию и своих людей, согласных ради победы даже на участие в диких экспериментах, внедрили некоторое время назад. Сейчас план раскручивался, приходя в движение. Открыть дверь, чтобы внешний отряд — главная боевая единица, смог проникнуть внутрь. И открыть клетки, чтобы свои люди начали разрушение изнутри. Инициировали побег. Не стоило рассчитывать, что вторая попытка побега создаст тот же балаган, что и первый раз. Наученные опытом, маги подготовились к такому варианту. Лео лишь надеялась, что мальчик, сливаясь со стенами и копируя чужие лица, сумел выбраться. Они все помнили планировку этого почти не изменившегося места. Когда сирена завыла, а двери заперлись — элитный отряд революционной армии не переживал. Они пришли умереть, но вместе с собой забрать всех. Перед большим взрывом в ловушке, в которой маги сами себя заперли, следовало убить их для надёжности собственными руками. Только всё оказалось не так просто — охрана бдела, что б её. Когда Лео напоролась на первого — расслабилась, он оказался удивительно слабым. Чтобы там из него не слепили, он не успел даже пикнуть. А вот с остальными так просто не получилось. Обученные воины, убийцы, модифицированные, мутанты, маги… Из семи у неё на пути остался последний, и что с ним делать, она не знала. Все его травмы, все удары, царапины зеркально переходили на её тело. И вроде всё шло более-менее, как появился один идиот, пальнувший в него из своей пушки. Пока пыль от выстрела оседала, блокируя видимость, Лео дёрнула рубашку, срывая с себя её остатки, чтобы осмотреть рану — мало того, что внутри живота всё пульсировало, так и кожа местами разошлась рваными кровоточащими порезами. Но её регенерация уже работала, а вот её соратник с непониманием смотрел на свой стремительно пропитывающийся кровью плащ. Ей оставалось только фыркнуть: — Идиот… Если бы связь, только что поровну разделившая между ними тремя одну смертельную рану, шла только на неё, она бы убивала врага медленно, давая собственному телу зажить, но теперь… Впрочем, недооценивать своих тоже не стоило, это она поняла, когда сослуживец приблизился очень тихо и, не спрашивая разрешения, вгрызся в её шею, оправдывая гордое звание «вампир», данное в этом подвале. Лео только вздрогнула и издала слабый стон, и, к её счастью, выпил крови он не так много, как мог бы, чтобы залечить ранение. — Выносливый, быстрый, ловкий, — прошипела, зажимая руками самые серьёзные раны и отходя к проходу из помещения, в которое заманили двое последних противников. — Но регенерация слабая. — У него кровь ядовитая, — скривился вампир, успев лизнуть пару капель с её, Лео, кожи. — Для меня ядовитая. Лучше ты. И ей не оставалось иного, кроме как кивнуть на крупный ящик со взрывчаткой, что оставила у стены, и сделать пару шагов вперёд, возвращаясь в поединок. Что же, пусть так, пусть сражается тот, у кого больше шансов выжить. И вампир исчез быстро, прихватив с собой их главное орудие возмездия. Когда пыль окончательно рассеялась, Лео выдохнула обречённо, поглядывая на своего противника. Говоря о выносливости, она ни капли не лукавила — со всеми ранами этот псих умудрялся двигаться так, словно он цел-целёхонек и вообще только что вернулся с отдыха. А ведь нормальный человек уже бы помер. Он двинулся вперёд, замахнулся мечом, точно намереваясь ударить — даже если его способность разделять травмы с другими и дана учёными, в остальном он явно уступал ей, не имея ни специального оружия, ни даже быстрой регенерации. Знающая свои возможности Лео не видела проблемы в его устранении. А ещё время ускользало — быстро и неумолимо, и возможно остальную взрывчатку уже установили. Сердце восстанавливается за четыре минуты, но он этого точно не переживёт. Его меч звонко скользнул по металлу — она успела подставить под удар левую руку, закрытую наручем. Инерция потянула его вниз вслед за оружием, и Лео умудрилась поднырнуть рукой, впиться когтями в грудную клетку и перевернуть его. И уже когда он приземлился на пол — проникнуть глубже и раздавить сердце, протыкая плоть острыми львиными когтями. И упасть сверху, чувствуя, как собственное сердце пропускает удар, а на голову наваливается болезненная чернота… Лео не могла понять, сколько провела в отключке, но в себя пришла уже когда Никка что-то колдовала, присев рядом. — Ну, ты, конечно, дура, Лео, — фыркнула та, сворачивая растянутую сеть чар. — Ты умерла, когда я пришла — уже пульса не было. Минуты две массаж сердца тебе делала… Никка совмещала в себе талант к целительству и любовь к убийствам. Странное сочетание, но базовые знания оказания помощи ей в голову запихнули — на всякий случай. Глупо игнорировать целителя в отряде просто потому, что он не любит пользоваться своими способностями. Лео выдохнула, пошевелила пальцами, проверяя, и в очередной раз порадовалась, что смертельные раны затягиваются намного быстрее других. — Спасибо, — выдавила из себя на выдохе, прикрыла на миг глаза, собралась с силами и поднялась — не время сейчас отдыхать. — Будешь должна. Жуй. — И подсунула под нос плитку шоколада с орешками, зная, что после таких нагрузок у подруги сгорает слишком много калорий. — Спасибо, — повторила, приподымаясь, и развернула шелестящий пергамент упаковки. — Если ты загнёшься — вряд ли что-то получится. Знаешь, нет ничего тупее обморока от голода в разгаре боя. Жуя шоколад и разглядывая тело врага, Лео думала, что ближники в их отряде умерли первыми. К этому времени их осталось всего трое, именно поэтому изначально всех разделили по три команды и каждой дали по ящику. Сами по себе убийцы вроде Никки — дальники с весьма странным набором способностей — не склонны к выживанию в одиночку. К ним стоит подобраться ближе, чем на два шага, и, считай, убил. Пушки или долго перезаряжаются, или жрут много сил, или слишком громоздкие для манёвров, а у одной радиус поражения чуть ли не десять метров вокруг цели. Оружие такое же дефективное, как и они, а в рукопашную их выстави — упадут с одного тычка. Остались самые бесполезные. Лео поднялась сразу, как голова перестала кружиться, а руки и ноги начали слушаться. Никка в дверь вышла первой, Лео за ней, придерживаясь за стену и пытаясь сориентироваться. У них был чёткий план: пробраться под шумок, установить взрывчатку и найти свою главную цель в клетке, в которой та сама себя закроет. Стоит случиться какой-то чрезвычайной ситуации, как все местные мастера жизни и учёные бегут в последний оплот спасения — комнату управления с запасом пищи и воды. И дверь в эту комнату им должен открыть тот, кто помог сбежать десять лет назад. Они все сознательно пошли на смерть, и вообще-то надежде места нет. После того взрыва, что прогремит, хорошо, если всё здесь не превратится в сплошной кусок оплавленного камня и металла, из которого даже трупы на опознание не достанешь. Даже если бы они остались живы, заперевшись в безопасной комнате управления, еда однажды закончится, а за ними никто не придёт. — Какая ты всё же дура, — пробормотала Никка, подпирая подругу с одной стороны. Та только усмехнулась, не отказываясь от помощи. — Любой бы из вас погиб. — Значит, погиб бы, — упрямо заявила и выстрелила вправо, где секундой позже отделился кусок стены и упал уже мёртвым обнажённым солдатом, потерявшим со смертью всю окраску с тела. — Как думаешь, сколько из наших доберутся? — устало спросила Лео. — Лала, Дойл и Нарис уже мертвы, — ответила ей Никка, самолично видевшая их трупы. — Нас с тобой хватит… … чтобы похоронить это место вместе со всеми живыми и накопившимися знаниями. Они шли не очень быстро, но лестницы и двери сливались в сознании в бесконечный лабиринт, и сама бы Лео дорогу в своём состоянии не нашла. Но Никка следила за маршрутом, освежая давние воспоминания — ей уже пятнадцать было, когда камеру открыли дрожащие руки и кто-то сказал, что можно уходить. Лео уступала ей в возрасте, и даже выработанная с годами способность запоминать местность не могли ей помочь здесь — в месте, где её возили на каталке полумёртвую или волокли за поводок. Никто из них не рассказывал о жизни до подземелья и о том, что пережили здесь. Никто не делился, стараясь забыть, но Никка слишком ярко помнила светлую улыбку братика, который погиб за день до бунта, не выдержав напряжения. Враг вылетел из-за угла неожиданно, но Лео услышала его ещё раньше, как и Никка догадалась по её напрягшемуся телу, а потому он успел только вскинуть руку, когда львица уже рвала ему горло. В его булькающем смехе и шёпоте Лео услышала только «Райдер», и как ни пыталась, ни слова больше понять не сумела, но неприятное напряжение уже не покидало, подпитываемое ожиданием худшего — к ним заявились генералы. — Идём, чего застыла? Она встряхнулась. Откуда здесь появиться генералам, если подвал закрыт? Да и не успели бы. Успокоив себя подобными мыслями, Лео пошла дальше, уже не думая о нём. Потому что не мог он появиться. Просто не мог. Когда дошли до двери, тело уже слушалось достаточно, чтобы не только идти самостоятельно, но и сражаться. Они остановились в тёмном, большом и мрачном зале, в котором «выгуливали» подопытных, чтобы наблюдать за ними с безопасного расстояния. А сама комнатка наблюдателей — дальняя бронированная стенка. Лео не стала ждать остальных здесь, а двинулась вперёд и, не особо надеясь, потянула ручку двери. По идее её им должны открыть после сигнала — ритмичного стука. Для этого Никка даже подобрала кусок арматуры — не всякий стук пройдёт через такую толстую прослойку металла. Но тяжёлая пластина поддалась, заставив обеих напрячься и остановиться — из щели бил слабый свет, и там явно стучало с десяток живых сердец. Никка тихо положила арматуру, провела пальцами по браслетам, выстраивая новый порядок и тип выстрелов, а Лео мотнула головой, прося подождать, и заговорила не очень громко: — Райдер, что ты здесь делаешь? Никка нахмурила брови, сердца, что слышала Лео, пропустили пару ударов и забились быстрее. Все, кроме одного, хозяин которого подозрительно пах львом. Он же и ответил приглушённо, но отчётливо: — Жду свою кошку, чтобы дать ей по заднице за попытки побега путём самоубийства и забрать домой. Красная от злости Лео уже не думала о возможной засаде — она ворвалась внутрь разъярённой фурией и, найдя его глазами, не сдержалась. И хоть хотелось разбить его голову о стену, хоть хотелось зацеловать его губы до потери дыхания — хлёсткие пощёчины обрушивались одна за другой, пока Никка позади не воскликнула громко, отвлекая. Райдер выбрал именно этот момент, чтобы развернуть её и показать то, ради чего сюда пришёл — всех магов жизни и их главных ассистентов полным составом, связанных и беспокойных. — Сволочь! — прошипела, переводя взгляд с лица на лицо и узнавая всех тех, кто отпечатался в памяти, подобно шрамам от ожогов. — Почему же? — изумился, не просто не отпуская, а ещё и приобнимая второй рукой за талию. — У них здесь портал есть, я лишь убедился, что они дождутся тебя. Между прочим, на двадцать минут опоздала. Никка приподняла бровь, непонимающе разглядывая парочку, а потом побледнела и ахнула, и Лео, увидев это, тоже не сдержалась — выругалась вполголоса, а потом услышала шаги и перевела взгляд на дверь, ожидая новых вторженцев. От Никки её внимание не укрылось, так что пришлось брать себя в руки и пододвигаться так, чтобы и подругу с генералом видеть, и вход, и заложников. — Скоро рванёт, — пояснила Лео Райдеру и, пользуясь положением, опёрлась на него спиной — усталость последних часов жизни оказалась всё же более значимой, чем ей хотелось полагать. У него же и спросила, уничтожая последние крохи сомнений: — Ты серьёзно не станешь мешать? Дашь мне их убить? — Почему бы и нет? Только после этого у тебя не останется поводов сбегать от меня. Лео бы затянула длительную дискуссию на эту тему, но напряжение слишком выросло, поэтому заговорила о другом и обращалась уже к Никке: — Это наши идут, всё в норме. И Райдер за нас. И мы выживем, — между её фразами тянулись довольно длительные паузы, но она верила в то, что говорит, и Райдер спорить не стал, только обнял крепче, придерживая. Когда за приоткрытой дверью послышались тихие шаги — все в комнате вновь напряглись. Все, кроме львов, и Лео же проговорила, пытаясь как-то разогнать эту гнетущую атмосферу: — Ри, заползай быстрее, время идёт. Первым появился парень, скрытый чёрным плащом и капюшоном — всё его тело покрывала уродливая рябая кожа, состоящая из страшной смеси змеиной и человеческой — она не блестела и тянулась, но в ней чётко прослеживались характерные узоры и шероховатость. Этот парень быстро оценил ситуацию и, видать, принял объятья львов именно за то, чем они и являлись, а не за попытку взять Лео в заложницы, потому что махнул рукой своим и за ним внутрь проникло ещё четверо. Они уже таким пониманием не обладали, потому что сразу же замерли и запереглядывались с Никкой, пытаясь понять что делать. Та, в конец потеряв терпение, рыкнула всем и сразу: — Он с нами, и здесь есть портал, ведёт кто отсчёт?! — Ещё шесть минут, — ответил на её вопрос полузмей и присел у стенки, откинул голову, выдыхая облегчённо. На короткие мгновения воцарилась тишина, в которой даже шорох одежды не звучал — все расселись и замерли в ожидании, только один вёл счёт, беззвучно отсчитывая губами секунды. Именно поэтому от вопроса Райдера вздрогнули все, даже связанные врачи, всё ещё не поверившие в то, что их кто-то убьёт — маги жизни слишком быстро сходят с ума. — Яд правда смертелен? Полузмей вздрогнул и снял капюшон, открывая лысый череп, впалые щёки и тонкие губы. — Хочешь проверить? — Лео? — Я выжила, ты вряд ли справишься, — пожала она плечами, флегматично пялясь в одну точку. Когда в дверь вошёл и давешний вампир, она высказала то, что все они и так уже поняли: — Умирать не хочется, правда? Ей никто ничего не сказал, а Райдер неожиданно сдвинулся, всё ещё её придерживая, и переместился к приборам у одной из стен. Механизмы загудели, магическая картина коридоров высветилась, показывая и сменяя места одно за другим — он искал выживших. Лео же в ужасе разглядывала скрюченные тела в клетках и не понимала. — Они пустили газ, — пояснил Райдер, остро ощущая её эмоции. — Теперь они не отпускают образцы на волю при попытке побега. И больше не осталось никого. Единственное, Лео не досчиталась одного трупа своих, но если он не появится здесь за четыре минуты — всё равно не выживет. — Слышала что-то о Волке Запада? — спросил неожиданно Райдер, и Лео кивнула. Тогда он продолжил: — Его заметили недалеко от границ. Хочешь поохотится? Это было похоже на приглашение на ужин, такой обычный, после которого обязательно последует вопрос «Не хотите ли увидеть мою коллекцию голов в спальне?», и Лео улыбнулась. Волк запада? Отлично. Похоже на новую цель — охота льва на волка. Можно так и продолжать — жить от драки к драке. Под небом, без стен, и даже мир не станет клеткой. — Мы их убиваем или минута молчанья в память о погибших? — уточнила Никка, отбирая у вампира его любимую пушку. Но у последнего и сил не хватило для сопротивления, он только ойкнул, когда пушка больно стукнула по ноге, и растянулся на полу, оставляя всю работу на других. — Убиваем-убиваем, — кивнула Лео, и когда Райдер её отпустил — взяла первого за воротник и потянула к двери, по пути приговаривая: — Помнишь меня, Алек? Вот сейчас вспомнишь, всё вспомнишь, и как иглы мне в сердце втыкал, и как веки прикалывал ко лбу… Алек её, конечно, не помнил, он помнил только номер подопытного Альфы с генотипом льва, и только высказался перед тем, как осознал наконец свою необратимую смерть: — Все мы там будем, — маги жизни кончины отчего-то не боялись, возможно, потому что принимали её как часть цикла. В земле ли, или в Аду, но да, будем. Лео это прекрасно знала и болтать с ним на эту тему не собиралась. Да и Никка, приставляя к его голове пушку, тоже. — Работа палачей скучна и неблагодарна, — пожаловалась она, удерживая на весу тяжеленное оружие. — И даже удовлетворения не чувствую. А вот Лео отвлеклась на мгновения, даже вид разлетающейся головы пропустила, а стоило эху выстрела утихнуть, крикнула: — Эй, кто на ногах, Саз ползёт, раненный, помогите, время! Остальные тащите следующего! И все пришли в движение, кто-то улыбнулся, словно понял наконец-то — жизнь продолжается. Двое побежали в коридор — искать последнего из своих, полузмей даже вцепился в одного из ассистентов и потянул к двери, а Райдер так и вовсе сразу троих и самых шумных-сопротивляющихся повёл. И когда тот самый Саз наконец-то замаячил в зале — ещё несколько улыбок появились на лицах. А Никка даже прокомментировала: — Вот удивится, когда в себя придёт — мы победили, мы выжили. Райдер на это хмыкнул и, отбросив ногой последний труп, которому без заморочек свернул шею, известил: — Открываю портал, дверь не запирайте. Лео ещё подумала, прежде чем войти первой, кутаясь в его генеральский пиджак с нашивками, который накинул в последний момент, что надо подождать немного у открытого портала, вдруг кто-то из этих психов каким-то образом выжил и выползет следом? С той стороны, конечно, встретили имперские стражи, но почему-то не всполошились и не набросились, а Сара охнула, разглядывая исхудавшую «госпожу», и запричитала: — Я ванную приготовлю и новую одежду, и на ужин свинину приготовили, вы только не убегайте больше, а то господин ещё больше поседел! А Лео, помогая вышедшей из марева Никке устоять на ногах, смутилась, потому что со своего роста никаких новых седин у него не увидела. — А мы ведь и планов не строили, — проговорила Никка, разглядывая место, в котором оказалась. — И что делать дальше? — Определённо жить, — решилась вмешаться Сара, потрясая свёртком с комплектом военной формы для Лео, пока последняя старательно его игнорировала и помогала вампиру. — И желательно так, чтобы умереть только в старости и ни о чём не сожалея. — Заляг на дно и детей роди, — перефразировала Лео, — пока я буду охотиться на волка. Наплюй на войну, она не наша. Да, это война людей с людьми, а их бой закончится, когда прогремит взрыв — а его будет прекрасно видно из окон этого портального зала, в котором они все очень скоро окажутся. И действительно, когда последний — Райдер, вышел из марева, время словно мигнуло — десятки секунд проскочили незаметно, а в небо поднялись сначала три ярких луча, а после надземная постройка просто провалилась вниз, осела, выплёвывая наружу редкие очаги пожара. И в это же мгновение портал мигнул пару раз и исчез совсем — установка повредилась. — Свободны, — выдохнула Лео, и словно гора с плеч свалилась — она и не думала, что настолько напряжена, пока не ощутила облегчение. — Закончилось, — усмехнулся полузмей, вновь накидывая капюшон. — Да, — подтвердила Никка, а Райдер промолчал, не мешая моменту. Он впервые видел столько по-настоящему восторженных и удивлённых лиц — они не верили, что выживут и доведут дело до конца. — Свободны, — улыбнулась Лео и засмеялась, не сдерживая слёз. Никто их сдержать не смог, как и смеха. А дальше есть целая жизнь и никто из них больше не собирался класть голову на плаху, тонуть в отчаянье или верить в безысходность.