Два слова

Тэхён яркий, как лампочка на 720 ватт, очень добрый, талантливый, чувствительный и общительный, а ещё красивый до невозможности, о чём Чонгук не забывает напоминать ему каждый день. «Ты красивый» сразу после пробуждения; «Ты красивый» на ухо во время каждого приема пищи; «Ты красивый» смс-кой во время отдыха после тренировки; «Ты красивый» одним взглядом в машине, по пути на очередное шоу/премию/интервью; «Ты красивый» причмокивание перед сном. Для Тэхёна уже привычно получать комплимент от макнэ каждый день по нескольку раз. Для Чонгука же «Ты красивый» в сторону Тэхена стало стандартной фразой, вроде «Доброе утро» или же «Спокойной ночи». И всё было в норме, пока хёны не начали смотреть подозрительно, за разные концы стола сажать и отбирать телефоны после тренировок. Но Чонгук не собирался так легко отступать, что ему какие-то там старшие, он же золотой макнэ. То на фанмите подойдёт к Тэхёну со спины и шепнёт заветные слова на ухо, то во время интервью вдруг начнёт играть с отросшими волосами на его затылке, без слов сообщая всё о том же. Теперь хёны начали его на разговоры отводить. «Так нельзя», «Это опасно и ничем хорошим не закончится», «Не вылезай за рамки фансервиса» и всё такое прочее, а взгляд в глаза у каждого такой пронзительный и сталью отдаёт, что Чонгук после каждой подобной «беседы по душам» ещё с минуту в себя приходит. — Но это всё не важно, Тэхён же ни слова против не говорит, так? — успокаивает себя макнэ каждый раз. Не говорил. До этого момента. — Гуки, нам поговорить надо, — застаёт Чонгука во время игры в очередную RPG на компьютере. «Ну вот и всё, допрыгался» — думает Чон, а во взгляде такой ужас неподдельный, что оттолкнут, что наругают. У Тэ при взгляде на побелевшее лицо макнэ даже мурашки по телу побежали. — Ты чего, эй, я не буду тебя ругать, было бы за что, — облегчённый выдох эхом разошёлся по всей комнате. — Но это вовсе не значит, что я поощряю то, чем ты вздумал заниматься. Не скрою, мне безумно приятно получать комплименты по поводу внешности, да и самооценку нехило так поднимает, но, Чонгук, ты должен понять, всё может зайти слишком далеко, слышишь? Пора остановиться. И Чонгук останавливается. Поначалу тяжело, запретные слова норовят вырваться сами, без желания на это самого Чона. А потом его отпускает. Нет, макнэ вовсе не перестаёт считать Тэ красивым, заглядываться на него во время интервью и приготовлений к концертам, просто старается делать это незаметно. После каждого выхода в свет он с упорством самой ярой фанатки отбирает лучшие фанкамы Ви и сохраняет их на запороленную папку в компьютере. Через полтора года после запрета на комплименты эта папка занимает больше всего места на жёстком диске.

***

Для Тэхёна всё случилось неожиданно. Он не чувствовал себя дискомфортно и не считал, что невинные комплименты его внешнему виду доведут до дурного. Просто когда Намджун отвёл его после обеда в сторону и попросил сказать Чонгуку определённый текст ради его же блага, он согласился, легко приняв, что ежедневных хвалебных слов больше не будет. Ох, как же он ошибся. Да, первое время было действительно приятно не отвлекаться на постоянный бубнёж под ухом, пусть даже и с положительным подтекстом, а потом он начал скучать. Ломка по чонгуковым милостям началась спустя неделю, но даже спустя полтора года так и не прошла. Макнэ внешне изменился, начал ходить в качалку, почти исчезли трогательные детские черты лица, но в душе парень ни чуточку не поменялся и остался тем же ребёнком, Тэ был в этом уверен.

***

— Давай поговорим, м? — сказал Тэхён однажды после репетиции нового номера. Волосы Чонгука недавно покрасили, новый цвет парню безумно шёл и делал его ещё более привлекательным. — О чём нам говорить, хён? Помнится, в прошлый раз, как ты решил со мной «поговорить», мы условились, что я к тебе не лезу. Обещание своё держу, так что надо теперь? — наигранно серьёзно говорит Гук, а на самом деле весь его хрупкий моральный кодекс, в которым чёрном по белому в запретной колонке «Тэхён», трещит по швам от желания встать ближе, прикоснуться и сказать эти чёртовы два слова. Тэхён видит за маской холодного безразличия истинные эмоции парня, поэтому притягивает макнэ за затылок к себе и аккуратно касается чужих губ своими.

***

Чонгук видит сначала озадаченное выражение лица своего хёна, а после всё случается так быстро, что парень ничего понять не может. Хлопок — внутренний кодекс разлетелся на мельчайшие кусочки, заменив пустоту в голове на ощущение, максимально приближенное к тайфуну. Он чувствует лёгкие прикосновения чужих тёплых губ к своим и раскрывает рот от шока, давая возможность Тэ углубить поцелуй, но тот этого не делает, за что Чонгук максимально признателен. Старший отстраняется, секунд десять ещё глядя парнишке в глаза, а после уходит, бросая напоследок: — Теперь нам точно есть, о чём поговорить.

***

Они так и не говорят, потому что на следующий день начинается подготовка танца к заглавной песне нового альбома, после камбэк, потом тяжёлая неделя промоушена, ну а после оба решили, что для разговора слишком поздно. Однако поступок Тэхёна всё же определённым образом повлиял на Чонгука, и нельзя сказать, что Тэ не радовал результат его сумасбродного порыва. Младший вновь стал делать Тэ комплимент по поводу его внешних данных, начиная с одного раза в день, а после возвращаясь в прежний режим. Хены лишь рукой махнули — Гуки повзрослел и должен научиться отвечать за свои действия, принимать их последствия. Чонгук последствия принимать готов.