Пламя войны

Бывают такие моменты когда надо остановиться, выдохнуть и тихо, не спеша, подумать о жизни. Если вы это скажете здесь, вас попросту не поймут. Люди в этом городе давно забыли о том что такое отдых и жизнь для себя. Все ресурсы тратились исключительно на благо войны, а не страны, уставшие люди сновали по городу, торопились на работу, плоды которой всё равно тем или иным образом помогут вести военные действия. Устало вздохнув, Бенедикт отвернулся от окна чтобы не видеть серость этих улиц. Но и на стене его не ждало ничего хорошо. Портрет его семьи, сгинувшей уже почти полгода назад, тем самым передав власть ему. Он не хотел этой власти. Она не была ему нужна. Он бы и отказался от неё, если бы... Если бы не бароны. Имея абсооютную власть, они могли превратить страну в не весть что. Конечно Миденланд и без того далеко не утопия, но всё могло бы быть гораздо хуже. Что самое страшное, власть Бенедикта ни коем образом не ограничивала власть баронов. Одна ошибка, один проступок, одна соломинка которая позволит им зацепиться, и всё. Он будет свергнут, а страна будет разорвана между ними и Вердоном. — Милорд, бароны уже прибыли, как и генералы. Все ждут только вас. — голос советника вывел императора из раздумий. — Я понял. Передайте им что я скоро буду. — спокойным ответил Бенедикт, прекратив наконец смотреть на стену. — Как скажете, милорд. — после слуга поклонился, и вышел, вновь оставив Гамельтона наедине с самим собой. Вновь посмотрев на портрет своей семьи, он попытался воскресить в памяти тот день когда все рухнуло. В тот день он и начинающий свою карьеру генерал Джеймс Ли, были на границе с Вердоном и обсуждали условия прекращения огня. Тогда казалось что война почти закончена, и ещё месяц другой, и начнётся мирное сосуществование. Но у судьбы были другие планы. По возвращению в столицу он, Бенедикт Гамельтон, из принца превратился в Императора, а вся его семья бесследно исчезла. Прошло всего два дня, а бароны уже объявили что во всем виноват Вердон, и народ поверил этому. Уже на следующий день новости дошли до фронта, и пламя войны вновь разгорелось. Бенедикт тяжело вздохнул, глядя на картину, сокрушённо покачал головой и вышел.

***

—... и в конце концов, мы сможем начать крупное наступление по всему фронту...— даже не зайдя в комнату, можно было услышать голос одного из баронов, Себастьяна Рала, по совместительству и одного из генералов армии Миденланда. За что он получил этот пост, Бенедикт уже не помнил, но был точно уверен что не за навыки полководства. Почти все его планы терпели крах, а его "гениальная" затея по прорыву фронта уже в пятый раз звучит на собрании, и в пятый раз будет отклонена. Двери открылись почти бесшумно, но разговоры разом стихли, и все глаза устремились на императора. — Приветствуем вас, милорд. — одновременно произнесли присутствующие, поклонившись. Эта старая традиция уже давно потеряла своё значение, но по неизвестным причинам народ продолжает её придерживаться. Бенедикт решил сразу оборвать лишние диалоги. Времени и так было мало. — И я вас приветствую. На этот раз предпочёл бы без вступлений. — Полностью согласен с вами, милорд. — поддержал его барон Реджинальд. —Но есть один нюанс, который нам стоит обсудить прежде чем мы приступим к основной части собрания. — И что же это за нюанс? — вновь раздался голос Себастьяна. — Видите ли, — с улыбкой, и всё таким же спокойным голосом ответил Реджинальд — генерал Джеймс Ли в очередной раз пропускает наше собрание, и опять посылает вместо себя кого то другого. После этого, все взоры упали на место где должен был сидеть генерал Ли, но его там не обнаружилось. Вместо него там сидел один из его лейтенантов. — Генерал не может присутствовать по объективным причинам, барон. Но он понимает всю важность собрания, поэтому отправил меня чтобы я мог передать ему все что будет здесь сказано. Голос лейтенанта так и сочился ехидством. Всем было известно что Ли считал эти собрания бесполезной тратой времени, и видимо, такого же мнения были и его лейтенанты. Что же до Бенедикта, то ему эти собрания также казались бесполезными. От генерала куда больше пользы на передовой, чем в столице. — Да? И какая же это «объективная» причина? — вновь фыркнул Себастьян. — Вчера под утро войска генера Ли окончательно уничтожили пограничную армию Вердона, — при этих словах он подошел к столу с картой, стоявшему посреди комнаты. — в районе города Устон. — после этих слов он указал на город за линией фронта на территории Вердона. После этого повисла мёртвая тишина. Каждый пытался понять что же это означает для него лично, а Бенедикт пытался осознать весь масштаб проблем который открылся. Но лейтенант тем временем, уже продолжил. — Сейчас первая Миденладская армия на пути к Креосу. Если в пути она не встретит сопротивление, то уже завтра к вечеру она будет у цели.

***

Креос. Именно это было написано над жирной красной точкой, соединяющей в себе множество линий, идущих как к фронту, так и в глубь страны. Если Ли сможет взять Креос... Можно будет с уверенностью заявить что Вердон уже не скоро восстановит свои границы. Но как он намеревается взять эту крепость? Мало того что она считается сильнейшей на границе, так ещё и первая армия прошла через множество сражений, и потеряла почти половину своего состава только в битвах у границы, и не известно сколько под Устоном. — Он явно что-то задумал... — еле слышно пробормотал себе под нос Бенедикт. В застывшей тишине, эти слова прозвучали достаточно громко, так что все вновь устремили взгляд на императора. — Кхм. Я хочу сказать, — быстро пришел в себя Бенедикт — что генерал Ли определённо имеет план о захвате Креоса. Он сообщил вам что-нибудь? — обратился он к лейтенанту. — Генерал не посчитал необходимым сообщать мне о своих планах на Креос. — невозмутимо ответил он. — Что?! Он решил начать крупное наступление без разрешения верховного командования? — разъярённо прокричал Себастьян, вскочив с места. — Единственное что генерал просил передать вам, — лейтенант даже не обратил внимания на барона который тем временем смотрел на них как взбешённая собака — так это своё предложение о новом прорыве. По его плану, пока первая армия будет штурмовать Креос, третья армия должна будет начать наступление под Флордоном. — И как это поможет нам прорвать фронт? — вновь раздался спокойный голос Реджинальда который укоризненно посмотрел на Себастьяна. Он разочарованно сел, даже раздосадованный тем фактом что его проигнорировали. — Всё просто, барон, — ответил с улыбкой лейтенант. — Уже сейчас Вердонское командование скорее всего дает приказы резервам отойти назад, и отрезать первую армию от наших позиций. Сделав это, они лишат защитников Флордона подкреплений. Нанеся достаточно сильный удар, мы сможем пробить их оборону, и без подкреплений, они не смогут остановить наступление. — И с чего же генерал Ли взял, что вердонцы так поступят? — на этот раз вопрос задал Бенедикт. — Вы правы милорд, это неточная информация. Но такой ход самый очевидный. Прорыв фронта, уничтожение армии, разорение города, сейчас, для них армия Ли представляется огромной сокрушительной силой, которую надо во что бы то ни стало остановить. Уверенность, с которой он преподносил этот план, поразила Бенедикта. Создалось ощущение, что лейтенант уверен в плане так же, как уверен в том что дважды два четыре. — Хм... Я понимаю суть плана генерала Ли, но нет ли у нас альтернатив? — внезапно спокойно задал вопрос Себастьян, обращаясь к другим баронам. Те лишь попытались что-то сказать, но быстро замолчали. — Чтож, раз нет возражений, я думаю нам стоит принять этот план. — поставил точку в данном вопросе Бенедикт.