Инсинуация

Бонни шла рядом с Деймоном, они направлялись за вещами, которые попросил найти Кай. Вампир отчасти переживал за Эн, но он понимал, что она легко выживет, в случае чего. Аларик научил девушку драться по просьбе Стефана. Она была вспыльчивой и резкой, из-за чего у неё всегда был адреналин, который помогал ей в драках. Но чаще она просто не рассчитывала силы и легко побеждала в драках, хоть с вампирами это было и труднее сделать. Бонни же переживала за Энни, ведь она узнала девушку, с другой стороны – хорошей. Беннет узнала новую сторону Эн, которую открыл Стефан и которую он любил. Ведьма только сейчас это поняла. До этого она знала Энни Джентли, как безразличную ко всему, жуткую, язвительную и саркастичную, ненавидящую всё девушку, которая может взбеситься из-за идиотского случая, но важные и более обширные вещи её совсем не волновали, это казалась одним из самых странных вещей в её характере. Никто так и не понял каким способом ей удалось завоевать доверие Сальваторе младшего, ни Кэролайн, ни Елены. Бонни была уверена в подвохе, но его не оказалось, даже наоборот был приятный сюрприз. Однако Бон-Бон тревожил один вопрос, и она сразу решила задать его Дэймону, который тоже приятно её удивил, они же почти стали друзьями. — Почему, ты решил оставить Эн с Каем? — Потому что, она идеальна в наблюдениях. Легко может сделать выводы о ком-то понаблюдав за ним. Хоть чаще это и слишком размыто. — А что, если он убьёт её? Мы же не знаем его, а она самая беззащитная из нас. — Она не такая уж и беззащитная, Бон-Бон. Я помню, как она дралась со мной из-за того, что Стефан попросил задержать меня. Не знаю откуда в ней столько силы, но она явно не новичок в драках. — Её учил Аларик, — поясняет Беннет то, что и так знал вампир. — Я знаю, но одних знаний и приёмов мало. У неё была сила?.. — спрашивает Деймон, у ведьмы, ведь она дружит с Кэролайн, которая хорошо подружилась с Энни, и Беннет наверняка могла знать что-то ещё. — Может, она хорошенько выспалась перед этим? — со смешком сказала Бонни считая это смешным. — Может. — Деймон пожал плечами. — А может она что-то скрывает... Бонни лишь с непониманием посмотрела на друга, который прищурил один глаз и остановился, к чему-то прислушиваясь. «У меня была хорошая и любящая семья». — Услышал он, девчачий знакомый голос. «Ты не выглядишь, как та, у которой была любящая семья», — произносит Кай. «Внешность бывает обманчивой», — немного кокетливо говорит Эн. «Я всё равно тебе не верю, Энни», — произнёс Кай. Деймон лишь ускорил шаг, а ведьма быстро догнала его. — Что ты слышал? — спрашивает Бон-Бон. — Всего лишь милую беседу, двух чокнутых, — немного с раздражением произнёс вампир. Он с самого начала чувствовал, что Эн что-то недоговаривает о себе и скрывает, но никак не мог её поймать на этом, а потом, когда она стала парой Стефана, парень перестал искать что-то на это девушку по просьбе брата. Однако сейчас, какой бы Энни не старалась быть милой и дружелюбной, Деймон почувствовал момент, когда может доказать его брату, что Джентли не та, кем является. Двое друзей быстро преодолели маленькое расстояния и без стука зашли в дом. Сальваторе сразу направился на кухню откуда и раздался мужской смешок и женское хихиканье. Как только парень вошёл, то увидел Энни, которая стояла у столешницы и облокачивалась на неё спиной, скрестив ноги и руки на груди. Она была на большом расстоянии от Кая, который сидел за столом что-то поедая из тарелки и прожигая девушку заинтересованным взглядом. Это не было похоже на картину, которую он ожидал увидеть или хотел. Больше на то, что ожидал бы увидеть его брат. — Решила его накормить?! — удивляется парень. — Ты же помнишь, что он пытался меня убить?! — Он сам себе сготовил, — говорит спокойно Эн, а её хитрая ухмылка быстро исчезает. Она поворачивает голову в сторону "друга". — Отлично. Идёмте, Бонни принесла, что нужно. — Деймон развернулся и направился в гостиную. Энни пошла за ним, даже не посмотрев на Паркера. Девушка уселась на диван и смотрела на маленькую горку каких-то вещей, лежавших на столике, что стоял между двумя диванами. Барахло, которое трудно было связать между собой по смыслу, но Кай быстро это исправил, выйдя из кухни и намерено сев рядом с Эн. Девушка немного отодвинулась от него и с интересом наблюдала за тем, как он мастерит какую-то фиговину, а потом показывает всем, говоря, что она очень важна и именно вещь похожая на эту штуку поможет им выбраться из этого проклятого места. Деймон и Беннет снова закидывают его вопросами, а он лишь открыв банку с джемом лезет в неё рукой и зацепив ладонью красноватую, густую массу, облизывает ладонь. Энни почему-то это даже понравилось в то время, как остальные поморщились от отвращения. Она бы тоже так ела, если бы на неё косо не смотрели потом. Весь разговор Кая свёлся к тому, что это место личный Ад Деймона, и он начал выпытывать из вампира правду. Эн хотела узнать правду, но она не вмешивалась. — Ты убил беременную?! — воскликнула Беннет, как только Деймон поведал свою историю. Энни вдруг вспомнила слова Кая о том, что это его тюрьма, что его сюда заточили, а значит он сейчас просто дурил вампира стараясь вывести его на эмоции. Девушка неожиданно для себя заметила, что ей нравится эта игра, которую устроил Паркер. Она от части даже восхитилась этим, но потом резко вспомнила о Стефане, который бы не одобрил это и ей пришлось просто приглушить эти чувства, засунуть их глубже, в то самое потаённое место, о котором девушка усердно старалась забыть, но из-за этого парня, она всё чаще и чаще вспоминает о том уголке и ей так хотелось снова оказаться в этом углу, хотелось чтобы темнота из того маленького места заполнила всё пространство, всю её. Но Эн не могла этого допустить, потому что тогда бы она потеряла человека(вампира), который любит её, и друзей, которые считают себя её друзьями. Она не хотела снова становиться одинокой и никем не понятой. Малакай стоял напротив Бонни и следил за тем, как она проводит обряд с поиском асцендента. Глубокая ночь уже сменилась утром, даже днём. Все немного хотели спать, кроме вампира в комнате. Пока Бонни и Кай делали вид, что ищут важную магическую вещь и они вовсе не флиртуют друг с другом, Энни лишь терпеливо стояла рядом с Деймоном и наблюдала за этой, очень двусмысленной, сценой. Внутри девушки проснулась ревность, но она сразу не поддалась этим эмоциям лишь, притворилась, что их нет, как это делала раньше, а потом вышло так, что она и вправду ничего не чувствовала. Сначала ты притворяешься, что ничего не чувствуешь, а потом и вправду не чувствуешь. — Купил бы для начала ей выпить, — вмешивается вампир. — Зачем ты соврал? — интересуется Бонни, не убирая руку с груди Кая. Парень ухмыльнулся и посмотрел на Энни, он хотел увидеть её ревнивый взгляд, может то, как она закусывает губу от нервов, или, как сжимает ладони в кулак и её ноготки впиваются в мягкую и нежную кожу на внутренней стороне ладони. Девушка понятия не имела, что должна выдать и, что хотел увидеть этот парень. Кай был уверен, что увидит злобу и ревность, но Эн непроизвольно выражала лёгкое удивление приподняв брови, а потом гримаса пофигизма. Девушке удалось не показать свою лёгкую ревность, а Малакай принял это за то, что она и не испытывала к нему ничего такого. Они вчетвером вышли во двор, и Кай ходил по газону ища нужное место. Эн снова закурила и прикрыла глаза от удовольствия на пару секунд, когда опасный дым попал в лёгкие. У неё была лёгкая любовь к саморазрушению. Она лишь наблюдала за тем, как Деймон продолжает стебаться над новым знакомым, а Бонни выглядела так, будто что-то подозревала. Ведьма нагнулась к газете, и подняла её начала вчитываться в текст. Девушка сразу обратилась к вампиру, а потом подозвала Энни. Беннет начала говорить, что нельзя выпускать его. Кай стоял впереди и, как бы тихо ведьма не старалась говорить, он всё слышал. — Мы не знаем, что именно там произошло, — говорит Энни, выхватывая газету. — Стефан тоже своего отца прикончил. — Он вырезал всю свою семью, Энни. Это неправильно, — возмутилась Бонни. — Я не собираюсь выпускать психопата из тюрьмы. — Боже. Нам с ним не вместе жить, тебе не рожать от него детей, нам просто нужно выбраться отсюда! Он может помочь нам. На большее никто и не собирается идти. Девушка и не замечает, когда к ней подходит Паркер. Он становится со стороны Эн. Она слабо вздрагивает и переводит взгляд на Кая, когда он подаёт голос. — Кто вообще называет ребёнка Малакаем? — произносит парень. Он немного наклоняется к девушке и смотрит в газету, потом забирает из её рук и поворачивает к Беннет и Деймону. Кай поясняет кого он зарезал, кого утопил, а кого пощадил. Энни не была так взволнована. Она даже отчасти восхищалась поступками парня и это волновало её больше всего. Её восхищение каким-то убийцей никогда не приводило ни к чему хорошему и не приведёт. — Раз ты колдун, зачем тогда мы тебе? — интересуется Бонни. — Я поглощаю магию. У меня её нет, но я легко могу забрать её у тебя. Отец называл меня выродком из-за этого. А потом, сослал меня в это место, когда я повёл себя, как настоящий выродок. Поэтому, Деймон, это не твой Ад, а мой, — говорит Кай. Небо постепенно начало темнеть, и это лишь предало атмосферы такому моменту. Теперь все знают, что Кай псих. Но Паркер лишь замечает, что, как он предполагал и хотел, Энни вступилась за него. *** Девушка стояла на кухне, и сейчас она курила даже, не стесняясь того, что она в помещении. Бонни поедала порцию очередных блинчики, а Деймон старался уговорить её на компромисс, Энни лишь наблюдала за этим. Она прекрасно понимала, что её не будут слушать и даже всерьёз не воспримут. Её никогда не пытались воспринять всерьёз. — С чего ты взяла, что у Паркера нет надежды? — Энни выглядела так спокойно и непринуждённо, она обняла саму себя руками, но при этом всё ещё держала в руках сигарету. — Мы знаем его... сутки?.. — девушка не была уверена в точном подсчёте часов. — Может, он уже измучился от совести? — она пожала плечами. Энни сомневалась в том, что её послушают, но она могла хотя бы попробовать, к тому же она была на одной стороне с Деймоном. — Он пытался убить Деймона! — прошипела Бон-Бон. — Он пытался спасти всех нас, пробудив твои силы, — парировала Эн. — Он с удовольствием нам рассказывал о том, как убил всю семью. И он мог бы сразу всё рассказать, а не тянуть! Что если бы я не нашла газету и не решила её поднять?! — уже срывалась на крик ведьма. — С каких пор ты защищаешь маленького подонка? — спрашивает вампир, переведя взгляд на Энни. — Я не защищаю его. Мне просто надоело находиться с вами в пустом мире. И я скучаю по Стефану, — поясняет девушка, почти не врёт, может только последняя фраза была ложью. Энни чувствовала, что не так уж и сильно скучает по младшему Сальваторе. Особенно после встречи с Каем.