mystery of love.

      Чем ниже за горизонт садилось солнце, тем угрюмее казались апартаменты одной из башен Нью-Йорка, тем острее становились черты человека, сидящего здесь на одном из кресел. Шум мегаполиса, не смотря на завершение дня, становился громче. Жизнь бурлила там, далеко внизу.       Но не в этих стенах. Здесь, в безмолвии, сидел человек-статуя. Сквозь сорочку кое-где проступал рельеф здорового, крепкого тела, линия подбородка некогда была подчеркнута аккуратной полосой щетины. За какое-то недолгое время статуя пугающе преобразилась. Под глазами залегли тени, лицо наполовину прятала многодневная щетина, лоб прорезали складки.       Чем больше внимания человек обращал на суету людей и машин, тем острее становилось его чувство отрешенности от мира. Люди делились новостями и проблемами, радовались и грустили, рассказывали анекдоты из последних стенд-апов, взрывались смехом и ютились в уголках кафе и ресторанов.       Человек, имея возможность закатить громкую вечеринку и очутиться в центре такой же шумихи, среди друзей, чтобы приглушить чувство одиночества, продолжал сидеть в кресле и сжимать в руке мобильный телефон.       Неделю назад человек совершил ошибку.

***

**       Осень Питер захотел провести в шотландской деревне. Это не было спонтанным решением, это обдумывалось давно и длительное время. Совсем не хотелось думать о событиях, которые ускорили отъезд, но сейчас юноша даже был рад всему произошедшему.       Домик, в котором они со Стрэнджем временно проживали, и бόльшая часть деревни находились на двух противоположных сторонах балки. Балка имела пологие спуски, которые внизу соединялись неширокой речушкой. Рекой это было трудно назвать, потому что большая площадь заросла камышом, но тем не менее в этой маленькой экосистеме водились лягушки, черепахи, пернатые и даже рыбы. Планировка самого участка была проста, их домик в чем-то повторял остальные жилища этой деревни, а люди, сдающие его в аренду, позже сами обустроили верандой, беседкой, садом и, похоже, баней.       Особенно прекрасным временем дня Питер считал вечер.       Время годы было таким, когда деревенские вечерами жгли собранные с полей травы, сорняки и отходы культовых растений. В том, что местность заволакивало сизой дымкой, была особая деревенская романтика. Для надоедливых насекомых было уже холодно, так что можно было позволить себе немного наблюдать за панорамой деревни, расположенной на противоположной стороне.       Солнце садилось раньше, поэтому температура в атмосфере падала быстрее. Холод приятно пробирал кожу под плотной джинсовой рубашкой, освежал лёгкие чистым воздухом, к которому иногда примешивался легкий аромат тлеющих растений. Юноша сидит на веранде в кресле и выпускает изо рта пар. Хотелось чаю, и чтобы кто-то грел своим телом.       За забором, который окружал участок, появилась высокая фигура. Калитка тихо скрипит, и в шелесте травы слышатся шаги пришельца. Юноша даже не оборачивается, чтобы узнать, кто это пришел. Он ждет, пока человек накинет ему на плечи плащ и несильно оцарапает бородой висок. Все это время парень будет сидеть неподвижно, а потом в последнюю секунду, когда человек будет отстраняться, схватит его за запястье, чтобы притянуть к себе и дать ответный поцелуй.       – Чайник только закипел, – негромко сказал Питер и отпустил руку.       Через несколько минут возни на кухне распространяется запах горных трав и цитрусов. Плащ без рук Стивена расправляется и обволакивает двух людей, которые ютятся в мягком кресле.       – Стив, – тихо позвал парень.       – М? – расслаблено отозвался мужской голос.       – Спасибо.       – За что?       – Здесь замечательно.       – Без тебя было бы не то, – искренне отвечает Стивен и делает глоток из кружки.       Вечернюю идиллию двух людей нарушает вибрация телефона, который лежит в кармане Питера. Они оба знают, почему телефон беспокойный уже почти неделю.       – Не передумал?       Паркер достает телефон и сбрасывает вибрацию, а потом и вовсе выключает телефон.       – Ни в коем случае.       Свободной рукой Стрэндж благодарно прижимает парня к себе, а щекой – к его виску.

***

**       – Джарвис, ты специально ждал, пока он поднимется, чтобы я не успел укрыться? – фыркнул Старк своему дворецкому, но ответа не последовало. – Снесу тебя к чертям собачьим.       – Сэр?       – Не смей переговариваться! Кэп, как думаешь, я справлюсь без него?       Стивен бесшумно присел на подлокотник кресла, не дожидаясь приглашения. Вместо ответа он начал осматриваться по сторонам. Подушки, валяющиеся в углу комнаты, открытая дверца потайного бара, раскрытые книги и множество других вещей, которые не находились на своих привычных местах. Между тем, в глаза очень бросались странные черные пятна. Больше всего их было вокруг дверного проема; на первый взгляд показалось, что это следствие выжигания.       Хаос.       Хаос в комнате, хаос в жизни, хаос в душе Старка.       – Потухший взгляд, круги под глазами и стакан виски – вещи, которые низменно украшают тебя последние две недели, – выложил свои наблюдения Стив.       – Последние пятьдесят лет. А вообще, возьми свои слова обратно. Я никогда не выглядел лучше, чем сейчас! – Тони одним глотком выпил порцию виски и улыбнулся своему отражению.       – Ты всегда выглядел лучше, чем сейчас, Тони. Я две недели не лез к тебе в душу…       – Ты не лез, а остальные очень даже, – резко перебил Старк, и взгляд его ожесточился. – Я знаю, зачем ты пришел, Роджерс. Я не в настроении откровенничать. Я сам разберусь с этим всем.       – Когда?       – Когда придёт время.       – В последний раз, когда пришло время, мне позвонил Брюс, а не, – Стив не договорил реплику.       Ему стало до глубины души больно смотреть на своего друга. Эту маску ненависти, которая сейчас исказила лицо Старка, Роджерс даже не думал воспринимать на свой счёт. В гонке за балансом мира на Земле, Тони стал железным, спрятав человека глубоко внутри. Железный характер вёл его вперед, помогал ему держать контроль над каждым последствием войны с Таносом и добиваться маленьких побед, следуя к более великим. Он вдохновлял Мстителей делать последний решающий рывок в те моменты, когда казалось, что их старания напрасны.       Старк резко вытянул руку из-под стола, на которой Капитан ожидал увидеть перчатку железной брони.       – Тебе лучше уйти.       – Так вот откуда на стенах эти выжженные пятна, а я всё гадал, – Стив сделал вид, что собрался уходить, но просто удобней устроился в кресле. – Теперь понятно, почему Нат снова постриглась.       – Повторю еще раз – уходи, – Тони взмахнул железной рукой, и та выдала характерные звуки перезарядки.       – Ты же знаешь, – Стив грустно улыбнулся.       Это щенячье выражение лица у Роджерса еще больше драконило Старка. Он ненавидел, когда его жалели. Тони Старк не нуждается в жалости, пусть себя лучше пожалеет.       Мужчина вдруг сменился в лице.       – Да, знаю, – он вышел из-за стола и подошел ближе к креслу. Минуту они смотрели друг другу в глаза. Стивен с всё той же грустной улыбкой, а Тони сосредоточенно всматривался в черты лица Кэпа. Они оба протянули руки для рукопожатия, но рука Тони только ухватилась за пустой воздух перед собой.       – Не повторяй своих ошибок, Тони, прошу.       Когда Старк сморгнул пелену, которая застилала его глаза, кресло было пустым.       – Обнаружена подозрительная сейсмическая активность, – проговорил механический голос и вывел голографическую проекцию своему хозяину.       – Что ж, посмотрим, – Старк высушил рукавом влажное лицо и приступил к изучению новых данных.

***

**       Перемещения в пространстве с помощью Камня Времени Питер Паркер сразу предложил заменить на передвижения транспортом. В конце концов, Объединенное Королевство Британии в разы меньше Соединенных Штатов Америки, из этого вытекает, что последние две недели у пары была очень насыщенная путешествиями жизнь.       Несмотря на это, запас дров в домике постепенно уходил, и Стивен с Питером пришли к выводу, что надо бы его восполнить.       – А ну не смей! – Паркер предостерегающе вскинул палец мужчине, когда тот выудил из воздуха Камень Времени. – Я тут где-то топор видел. Будем по старинке, как деревенские колоть.       Стрэндж нашёл это хорошей идеей. Этот отпуск маг расценивал с двух позиций. С одной стороны, он наслаждался временем, проведенным с Питером, с другой – бездельничал слишком долго, и еще и забыл о физической нагрузке. Рубка дров – это то, что сейчас вернёт телу тонус.       День катился к вечеру, поэтому они накинули поношенные жилетки, которые нашли среди рабочей одежды хозяев. Стивен захотел первым согреться, поэтому топор сейчас был в его руках.       Когда видишь этот процесс со стороны, кажется, что нет ничего сложного в том, чтобы расколоть бревнышко на две части. Мало кто пробовал, но есть риск не попасть, или не приложить достаточно усилий и не расколоть до конца, или перенапрячься и с непривычки потянуть мышцу какую-нибудь.       Стрэнджа это не страшило, потому что хоть опыта и не было, тело было крепким. Парень следил за каждым движением Стивена, и что-то тёплое, совсем родное по отношению к этому мужчине приятно согревало его изнутри. Вместе с тем где-то просыпались и первобытные ощущения.       Прошла четверть часа их молчания. Стивен всё также прилагал усердия к рубке поленьев, Питер пил чай и продолжал наблюдать за мужчиной.       – Почему ты молчишь? – не отрываясь от занятия спросил Стрэндж. – Говори со мной.       – О чём?       – О чём хочешь. Мне нравится тебя слушать.       – Я последнее время вспоминал, как мы познакомились, – неуверенно начал парень. – Оказалось, я мало что помню с того дня. Я имею ввиду, остальные события затмили момент нашей первой встречи, и я совсем не помню своё первое впечатление о тебе.       – А зачем тебе это помнить? – спросил Стивен с легкой отдышкой.       – Интересно было бы сравнить, совпадает ли оно с настоящим или как сильно отличалось. Я помню, как ми… Старк принял меня в Мстители.       Наступило неприятное молчание. Это был первый раз со времен неприятных событий, когда они между собой упомянули Старка. Стивен прекратил колоть, потому что чувствовал, что сейчас всё свое внимание должен отдать Питеру. Парень несколько минут рассматривал свою кружку, а потом поднялся и принял топор у Стрэнджа.       – Моя очередь.       Мужчина молча занял кресло, а Питер взял полено и ударил по нему вполовину силы, так что топор едва вошел в дерево.       – И правда, со стороны выглядит проще.       – Питер, – мягко оборвал его Стивен.       Оба понимали, что рано или поздно им нужно обсудить и больше нет смысла делать вид, что ничего не произошло. У Питера была потребность выговориться, у Стивена была потребность выслушать и поддержать человека, который за короткий срок становится все ближе. Хоть в данный момент неразбериха творилась в душе парня, магу было не легче. Что может быть хуже, когда ему плохо, а ты не можешь забрать это на себя, когда ты чувствуешь свою беспомощность и должен ждать, пока он сам не решит поделиться?       – Да, ты прав. Я хочу спросить. В ту ночь, почему ты пришел в мою комнату?       – Я хотел проверить, всё ли с тобой в порядке. Ты в те дни ходил совсем плохой. Я волновался.       – И ты не испугался, что о тебе подумают остальные?       – Что ты имеешь ввиду?       – Разница в возрасте. Тебя не смущает, что я тебе в сыновья гожусь? Двадцать лет – это не пустой звук, это почти полжизни, – Питер выжидающе посмотрел Стивену прямо в глаза.       – Я думал, я высказался по этому поводу еще в Камне Души.       – Это было давно. Это другое. Ты теперь на месте своего друга. У тебя нет желания уйти из моей жизни, как ушел он из твоей?       – Нет, – без раздумий ответил мужчина.       – А может ты со мной только играешь? – не унимался парень.       – Питер, если ты один раз обжегся, это не значит, что остальные поступают так же, – Стивен обеспокоенно подошел и взял парня за плечи. И тут до него дошло: – Ох, Питер. Мне так жаль.       Паркер хотел отвернуться, но крепкие руки позволили лишь опустить голову. Парню было легче от того, что Стивен всегда понимал быстрее и больше, чем остальные. Он часто удивлялся этим дедуктивным способностям, хотя тот отмахивался простым: «Я просто наблюдаю». Именно такая чуткость Стрэнджа к мыслям Питера часто вызывала чувство тихой благодарной нежности.       Стрэндж всегда давал ему хороший пример того, как можно сохранить лицо, когда внутри тебя разрывает в клочья. Это больше полезно для этикета, для правил поведения в обществе. Сейчас они были вдвоем. Питера рвало в клочья каждую секунду воспоминаний последних встреч со Старком и это выявлял топор, который парень крутил в руках. Ему не было нужды заставлять себя сохранять лицо: Стивен всегда действовал на него успокаивающе. Поэтому сейчас он просто уткнулся в грудь мужчине и, глубоко вздохнув, спокойно выдал:       – Это было всё несерьезно. Его отношение ко мне. Он сказал: «С тобой легко. Мне нравится, когда с людьми легко. Ты еще встретишь своего человека, а до тех пор мы будем делать безобидные глупости».       – Что ж, это многое объясняет, – тактично заметил Стрэндж и тут же хмыкнул. – Но не то, что он назвал меня педофилом. Странно, что он не одобряет твой выбор. Я же моложе его, – улыбнулся одним уголком.       – Я ему этого никогда не прощу. Кстати, он больше не звонит, – Питер высвободился из мужских рук и яростно расколол несколько поленьев одним ударом.       – Знаешь, Питер, – улыбнулся Стивен – хоть ты и моложе, но я тебя воспринимаю, как равного себе. Если быть точнее, это я сам себя ощущаю где-то в твоих годах, так что не смей думать, что я тебя стесняюсь. Я себя никогда не чувствовал лучше, чем сейчас, рядом с тобой.       – Тебе наверняка интересно, насколько далеко у нас со Старком всё заходило, – неловко начал парень и замер, выжидая паузу.       – Ты не обязан говорить, если не хочешь.       – Я хочу пойти с тобой дальше, – Паркер оставил топор и, когда увидел нескрываемое удивление Стрэнджа, потянул его за руку в дом. – Но сначала душ.       После душа нырнуть в холодную постель одно из лучших удовольствий. Первые секунды ты дрожишь и у тебя зуб на зуб не попадает, но двухместные кровати на то и существуют, чтобы тебя было кому и тебе было кого греть. Два разгоряченных (после физических схваток с деревом) тела встретились под одеялом, чтобы скорее нагреть постель.       – Я под впечатлением, – прошептал Паркер Стивену в шею.       – О чём ты? – не понял тот.       – Так соблазнительно колоть дрова надо постараться.       – Тебе лучше не знать какие мысли ты сам вызывал в моём воспалённом воображении, – отпарировал Стивен и в полутьме постарался найти губы парня.       – Почему в прошедшем времени?       – Потому что мои мысли начинают реализовываться, – мужчина прижимает к себе парня настолько сильно, насколько способен. Температура поднимается быстрее, чем ожидалось, а одежда начинает мешать.       – Сними, – еле слышно просит Питер, и Стивен не видит причин отказать, но и не сильно торопится выполнять просьбу. Это были новые в их отношениях ощущения, и Стрэндж хотел запомнить каждую эмоцию, каждый огонёк в глазах любимого.       В тот момент, когда парень освободился от футболки и ощутил те самые ползущие внизу живота змейки, где-то в домике заиграла музыка. Оба тела мгновенно замерли и услышали, как бешено бьются сердца и волосы становятся дыбом. Питер первый сообразил, что происходит:       – Кажется, тебе кто-то звонит.       – Мне давно уже никто не звонил, – Стрэндж встал и пошел за телефоном. – Ало?       – Стрэндж? – раздался напряженный голос Наташи. – Кажется, Старк пошел на самоубийство.