Beast

***

— Я могу ее увидеть? — Тэхен словно отошел от сна. — Она в сознании? — Да, мальчик мой, — врач До кивнул. — Вы сейчас очень нужны друг другу, — рассуждал мужчина, даже приблизительно не догадываясь об истинных отношениях этой пары. — Идем. Ким пошел за доктором, грустно ухмыляясь под носом. Они «сейчас очень нужны друг другу»? Как нелепо прозвучала эта фраза в его ушах. Они разрушили жизни друг друга, а теперь и совместного ребенка потеряли. Но почему? Что такого они сделали? Мира пыталась спасти брата… Ким признает, что и сам бы пошел на такое. Да он бы убил любого, кто бы покушался на его семью, и Мира, по сути, сделала тоже самое. Почему он тогда наказал ее? Почему за это ответили они с ребенком? Теперь уже стерлась еле зрительно уловимая грань дозволенного между ними. Она защищала свою семью, нанеся удар по его. Один-один. Ничья. И правда, они оба остались ни с чем. — Сюда, — мужчина открыл дверь палаты и ободрающе похлопав Кима пару раз по плечу, скрылся из виду. Шатен сделал шаг и остановился, найдя взглядом измученную девушку. Она лежала, крепко сжимая веки. Слезы не переставая катились по вискам, быстро скрываясь в ее волосах. Его сердце пропустило пару ударов, а конечности онемели, блокируя все возможные дальнейшие действия. Он только что осознал, что не стоило ему приходить к ней. Что он ей скажет? Как посмотрит в глаза? Но уже поздно задаваться этими вопросами: девушка подняла веки и посмотрела прямо на него. — Ты знал? — голос ее дрожал. — Как давно ты знал? — Мира, я… — он сделал шаг. — Почему ты мне раньше не сказала? — А ты бы мне поверил? — очередная слеза скользнула по щеке. Мира смахнула ее и привстала, прислоняясь спиной о подушку. — Ты меня даже не выслушал. — Ты бы тоже не стала, Мира. Возможно, он был прав. Но уже ничего не изменить. На совести обоих не только море лжи и смерти, но и убийство неродившегося ребенка. Ким уже знал, что отпустит ее, а она уже готовилась уйти. — Уходи, — она повернула голову в сторону. — Мои люди будут ждать тебя снаружи. Просто скажи куда, и они отвезут тебя. — Мне от тебя ничего не нужно. Уходи. — Мира… — Убирайся! — с глаз хлынули слезы. — Прости меня, — Ким поднял взгляд на нее последний раз и покинул палату. Она знала, что должна была в ответ извиниться, но боль утраты ребенка горела в ней диким пламенем, сжигая до тла. Ким шагал по коридору, изредка опираясь ладонью о стену. Трудно было держать себя на ногах, после пережитого. Воздуха до боли не хватало в легких. Больно. Очень больно. Только выйдя на крыльцо, ему удается глубоко вздохнуть. — Господин, — охранник появился рядом. — Что-то случилось? — Идите к палате, — Тэхен не смотрел на него. Взгляд был направлен вдаль, куда-то за горизонт. Далеко от этого очередного в его жизни кошмара. — Выполнять любое слово, слетевшее с ее уст, — Ким повернулся к мужчине. — Ты меня понял? — Да, господин Ким, — мужчина кивнул и прошел внутрь.

***

Ночь полноправно царствовала над Сеулом. Легкими лучами луна освещала силуэт, стоящий у окна. Обняв себя за плечи, девушка смотрела вдаль, сквозь окно. Доктор До не позволил ей уйти сегодня, сказав, что ей нужна реабилитация. Но застанет ли ее когда-нибудь этот врачебный термин? Почувствует ли она это обновление на себе? Сейчас она более, чем уверенна, что нет. Твердое и уверенное отрицание. Девушка долго размышляла о своих дальнейших планах на жизнь и мозг выдал одно: уехать из страны. Скорее всего, на время, но уехать и оторваться от этого всего безумия. Денег у нее, конечно, не было, но были друзья, которые, несомненно, протянули бы ей руку помощи. Она потом обязательно отработает и вернет все. Сейчас, главное, убежать от царящего хаоса… Убежать от себя… от него… Утро, которое Мира встретила также, стоя у окна, слишком быстро сменило темную ночь. В голове девушки еще кружили мысли, которым она не успела уделить внимание. Не жалея сил и здоровья, она пыталась все разложить по полочкам, словно от этого стало бы легче жить и все обрело бы иные краски. Глупая… — Пак Мира? — врач постучался и вошел в палату, привлекая к себе внимание брюнетки. — Доброе утро. — Доброе… — девушка повернулась на голос и застав за спиной доктора, уже более спокойно договорила приветствие: «утро». — Почему ты встала, девочка? — Врач До, прошу вас, выпустите меня из этой палаты, — она опустила взор, скрывая прослезившиеся глаза. — Я больше не могу здесь оставаться. — Мира, ты еще молода и, — мужчина шагнул ближе к ней. — Твой организм не утратил возможность иметь детей. Это самое главное, — теплая ладонь легла на плечо девушки. — В таких редких случаях, женщины теряют эту функцию. — Врач, просто выпишите меня сегодня, прошу вас, — она подняла взор. Доктор сглотнул и на шаг отошел от девушки. Его что-то тревожило, и Мира не могла этого не заметить. Нервно помассировав переносицу, мужчина шумно прочистил горло и остановил беглый взгляд на девушке. — Мира, я кое-что должен узнать у тебя, — увидев ее легкий кивок, он продолжил. — Вчера, когда Тэхен привез тебя, мы немедля перешли к операции. Когда… мы… когда мы сняли твою одежду, то… — Вы о ссадинах хотите спросить, врач До? — девушка перебила его, предугадав суть вопроса. — Откуда они? — мужчина действительно недоумевал. Он был уверен, что Мира являлась девушкой Кима, а теперь и наследника носила под сердцем. Так что было бы глупо считать, что Тэхен имеет отношение к этим следам от побоев, ведь, она его семья, а с семьей Ким никогда так не обращался. Семья всегда была и будет для него культом. Религией на все следующие жизни. — Я попала в руки плохих людей, это уже не важно, врач До, — Мира вздохнула. — Я не раз говорил Тэхену завязывать с этим образом жизни, — врач замотал головой, цокая под носом. — Мальчишка никогда не слушает меня… — являясь другом старшего Кима, особенно после смерти последнего, врач До позволял себе вмешиваться в жизнь Тэхена, нередко даже в грубом, отцовском тоне направляя его шаги. Но Ким не слушал, продолжая идти по дороге погибшего в перестрелке с японской мафией отца. — Вы меня выпишите сегодня? — девушка пропустила мимо ушей все слова доктора. Ее больше не волновала судьба Кима, который украл у нее все. Сейчас даже было смешно вспоминать моменты, когда ее сердце трепетало при виде его. И почему она дала слабину? В какой момент стерлась тонкая грань между ненавистью и любовью к нему? — Было бы разумнее, если бы ты осталась еще на пару дней, но если тебе будет лучше дома, то я позволю тебе, — врач грустно улыбнулся и выдохнул. — Во сколько Тэхен приедет за тобой? — Он не приедет, — ответила Мира резко. — Я поеду без него. Мужчина удивился такому заявлению, но решил больше не мучить девушку расспросами. Он просто кивнул и, сказав, что она может уже собираться, покинул палату. Брюнетка немедля выполнила указание и уже через десять минут была готова. Она вышла на порог палаты, заставая за ней двоих знакомых мужчин в костюмах. Обреченно выдыхая, она посмотрела на одного из них и сказала, что поедет домой. К себе домой. — Как пожелаете, — кивнул охранник, к которому она обратилась. — Я отвезу вас. Мира последовала за ним, понимая бессмысленность сопротивления. Она хорошо изучила Кима. Знала, что даже если, поедет домой на такси, эти двое, словно верные собачонки, поедут за ней. Поэтому она позволит Тэхену последний раз проконтролировать свои действия. Еще один последний раз.

***

Range Rover въехал во двор. Пассажиры не торопились выходить из-за начавшегося внезапно дождя, который становился все сильнее и переходил в ливень. Сидящая рядом с водителем девушка, недовольно выдохнула и повернулась к брюнету. Теперь между ними не осталось недосказанности. Чон Чонгук охотно рассказал ей обо всем: начиная с того, что он являлся владельцем клуба, где они первый раз с ней встретились и заканчивая тем, что ее подруга была беременна от Кима, которого предала, работая на врага последнего. МинЁн было сложно поверить в происходящее. Было ощущение, что ей перессказывают сюжет какого-то боевика, но это была жесткая реальность. Реальность, в которой, оказывается, все это время жила её подруга. — Ты мог бы подняться, — произнесла девушка, после долгой и уже напрягающей тишины. — Ты до сих пор живешь здесь? — Чон посмотрел на пятиэтажный дом чуть наклонившись. — Может поговоришь все-таки с матерью? — Послушай, это последняя тема, на которую я хочу говорить сейчас, — МинЁн закинула рюкзак на плечо и готовилась выйти из машины, но брюнет коснулся ее запястья, легко, еле ощутимо окольцевав своими холодными длинными пальцами. — Это так глупо иметь возможность быть рядом с родителями и не пользоваться ею, — слова его подействовали на нее: она медленно вернулась в исходное положение, поворачиваясь к нему. — Я видел, как мать с тобой говорила, но, поверь, это было лишь выражением ее беспокойства, МинЁн, — он не выпускал её руки и продолжал ровным голосом взывать к её разуму. Ему было обидно, что кто-то, а особенно эта девчушка не ценит то, что её родители живы, и она может каждую секунду видеть и общаться с ними. Каждую секунду… Да он бы за такое всё отдал, даже бровью бы не повел. — Я не знаю… — она выдохнула и откинулась на сиденье. — Мне очень сложно с ними, Чонгук. Этот контроль… Это невыносимо. — Просто думай, что это выражение их любви, — брюнет легко улыбнулся. — Ведь, если они любят нас не так мы это себе представляем, это еще не значит отсутствие их любви вообще, не правда ли? — он подмигнул ей, а она пристально посмотрела в его черные глаза. Она не может не признать, что доля правды в его словах есть, но ей потребуется время, чтобы прислушаться к ним и, тем более, перейти к действиям. — Наверное, сейчас не время думать о собственном душевном состоянии, — девушка отвела взгляд, переводя его на свое запястье, которое все еще было в ладони брюнета. — Я лучше пойду, — она медленно освободила руку и также медленно подняла взор, заметив, что Чон смотрел куда сквозь нее. — Мира? — удивленно произнес Чонгук и быстро выбрался из машины, обходя её. МинЁн обернувшись, заметила стоявшую у иномарки Миру, которую сопровождали двое мужчин. Быстро, не желая терять ни минуты, она выскочила из Range Rover-а, подбегая к подруге. — Мира!!! — девушка рыдала в голос. — Боже, Мира… Подруга не могла вымолвить ей что-то в ответ. Даже не хватило сил, чтобы поднять руки и обнять содрогающееся тело. — Что происходит? — Чонгук обратился к мужчинам, которые привезли Миру. Он знал, что это охрана Кима и недоумевал еще сильнее. — Я вернулась домой, всё кончено, — Мира отстранилась от подруги и посмотрела на Чона. — Он отпустил меня, — дождь продолжал лить, как из ведра, скрывая тем самым её слезы, что лились с глаз ручьем. — Нас больше ничего не связывает. — Нет… — Чонгук замотал головой. — Прошу, оставьте меня в покое, — Мира освободила руку от хватки подруги и минуя Чона, направилась к подъезду дома. Действительно, теперь она была свободна. Но нужна ли ей свобода, которая была достигнута ценой жизни собственного ребёнка?

***

Приняв душ и придя немного в себя, Мира вышла из ванной комнаты и направилась в гостиную, где застала подругу, сидевшую на диване и нервно теребившую в руках смартфон. На секунду Мира остановилась, посмотрев на девушку, которая резко встала и осматривала покрытое синяками тело подруги. — Мира… — Пожалуйста, не задавай вопросов, — брюнетка продолжила шаг, направляясь на кухню. Заварив чай, она вернулась в гостиную и села на кресло, продолжая витать в собственных мыслях, не замечая присутствие обеспокоенной МинЁн. — Чонгук сказал, что… — Чонгук? — Мира подняла взгляд на подругу. — Вы так близки? МинЁн удивилась такому тону и не смогла ей ответить, продолжая просто хлопать ресницами и смотреть на подругу, которую никак не могла узнать. Перед ней была совершенно другая Мира. От вечно улыбающейся и застенчивой девушки больше ничего не осталось. Теперь на неё был направлен твердый и уверенный взор пар глаз, в которых застыли слёзы. — Тебя привлекают такие мужчины? Привлекает их образ жизни? Тебе кажется, что им весь мир не по чем? Это по-твоему круто? Что значит Чонгук, МинЁн? Почему всего за пару дней он стал для тебя просто Чонгуком?! — Мира перешла на крик, вставая с места. — Он уничтожит тебя, как ты не понимаешь?! Он только кажется хорошим! На самом деле они животные! Оба! Он и этот Ким Тэхен!!! — слезы сорвались с век и скользнули по её щекам. МинЁн быстро шагнула к подруге и притянула к себе, крепко прижимая. Этот Ким её мучил, теперь она отчетливо это поняла. Но неужели она потеряла и ребенка? Что значили ее слова, сказанные во дворе дома ранее: «Нас больше ничего не связывает». — Тихо… — МинЁн гладила её ладонью по содрогающейся спине. — Тихо… — Прости меня, — Мира резко отстранилась. — Я не имею права осуждать тебя. Прости, — МинЁн потянулась к ней и смахнула с лица подруги слезы. Входная дверь скрипом распахнулась, прервав своим шумом диалог девушек. Обе резко обернулись, заставая в дверях Джина, с щенком в руках. — Э… привет? — он был удивлен не на шутку. Опустив Бу на четвереньки, он шагнул вглубь квартиры, к, не менее, удивленным подругам. — Мой малыш! — Мира подняла подбежавшего щенка на руки. — Проходи, тебе же не нужно особое приглашение, — МинЁн поприветствовала соседа, еле заметно улыбаясь. — Я в порядке, — Мира заметила его удивленный взгляд, что скользил по ее ногам и плечам, которые не смогло прикрыть полотенце. — Ты… что случилось? — он подошел ближе. — Все в порядке, — Мира вновь села на кресло и перевела взгляд с СокДжина на МинЁн, готовясь огласить свою просьбу. — Я хочу попросить у вас кое-что, — две пары глаз еще более пристально посмотрели в её. — Мне нужно уехать из страны, но у меня нет достаточной суммы денег. Вы не могли бы… — Без проблем, куда хочешь, — Джин перебил соседку. — Только скажи куда, Мира. Девушка искренне улыбнулась. Она была рада, что единственное на данный момент её желание, исполнится. Вздохнув полной грудью, она вновь посмотрела на перебившего её брюнета и кивнула, в знак благодарности. Заговорить вновь она не смогла, так как образовавшийся в горле ком не позволил. — Япония, Майами, Нью-Йорк, — Джин перечислил на пальцах страны и города, куда бы она хотела направиться. Он знал, что ей сейчас очень больно и не хотел делать больнее, задавая логичные в такой ситуации вопросы. — Япония, — ответила за подругу МинЁн, улыбаясь. Она вспомнила, как однажды Мира говорила, что мечтает поехать в страну восходящего солнца. — Серьезно? — Джин наигранно удивился, посмотрев на Миру, которая уже вовсю улыбалась. У него получилось развеселить её. В принципе, как всегда. — Если бы мне предоставили выбор, я бы выбрал Америку. — Так поезжай, если такой крутой, — МинЁн засмеялась. — Твой отец что страну спас в прошлой жизни, раз вы такие богатые? — Во-первых, мне еще пару лет грызть гранит науки, а, во-вторых, у папы мелкий бизнес в Канаде, так что каждый месяц на мою карточку садится кругленькая сумма, — Джин развел руки. — Что мне поделать, раз так повезло. — Вот же павлин! — МинЁн швырнула подушку на улыбающегося соседа и попала прямо в лицо. Мира сама не заметила, как легкая улыбка переросла в звонкий смех. На минуту ей даже стало стыдно, когда взгляды двоих сидящих напротив друзей остановились на ней. Она прочистила горло и резко встав, побежала в комнату, скрываясь за дверью. — Что случилось? — брюнет посмотрел на МинЁн. — Не знаю, Джин, не знаю… — выдохнула девушка, смотря на захлопнувшуюся за подругой деревянную дверь.

***

— Ты не понял меня? Открой ворота, придурок! Кто ты, мать твою, такой, чтобы не пускать меня к другу?! — Чонгук выходил из себя не на шутку. — Открой эти чертовы ворота! — Господин… — Я тебя предупреждал! — брюнет достал с пояса пистолет и направил на мужчину. — Открой ворота! Широкие ворота моментально распахнулись перед ним. Смерив охранника с головы до пят взглядом, Чон направился в дом. Уверенным шагом он поднялся вверх по лестнице, что вела на второй этаж. Он прекрасно знал, что Тэхен сейчас в комнате сестры. Каждый раз, когда жизнь ставила его на колени, он только в ней находил утешение. В её маленьком мирке. Чонгук не ошибался. Открыв дверь, он застал за ней друга, сидящего на кровати. Взгляд его был направлен на фотографию Джи, что ютилась на комоде. — Уходи, — произнес Ким, не отрывая взора от сестры. — Если бы я узнал обо всём раньше, я бы сказал тебе, — Чонгук продолжал стоять на пороге. — Не знаю, почему это все произошло… Когда это всё закончится… — взгляд его упал на пистолет в руке, которым он угрожал охраннику. — Черт, — он будто получил ответ. Может, стоит лишь выпустить это с рук? Оставить это все? Ведь ответ очевиден. — Чонгук, уходи, — Тэхен посмотрел на него. — Она вернулась домой, я видел ее сегодня, — Чон спрятал оружие за пояс. — Тэхён, я знаю, что ты сейчас чувствуешь. — Чон… — Ким выдохнул. Он понимал, что младший пытается поддержать его сейчас, поэтому не вымещал на нем злость. Он встал и подошел к нему, положив ладонь на плечо. — Прошу, оставь меня сейчас, — он говорил хриплым голосом. — Я позвоню тебе позже, — похлопав друга пару раз по плечу, он спустился вниз, скрываясь за дверью своего кабинета. Он не хотел ни рвать, ни метать, ни напиваться до беспамятства, а просто хотел побыть один. Из него будто выкачали всю жизнь. Нет никаких чувств. Одна пустота и боль. Здесь, в районе груди щемит нещадно. В кармане брюк завибрировал телефон. Ким не хотел отвечать, поэтому достав вещь с кармана, он хотел было сбросить звонок, но передумал, увидев на экране имя мужчины, которому было поручено охранять палату Миры. — Я слушаю, — ответил на звонок Ким. — Господин Ким, госпожа Пак Мира в своей съемной квартире, ее выписали. — Хорошо, — он выдохнул. — Мне доложить, если госпожа снова выйдет? Ким заметно напрягся. Взгляд его прошелся по помещению, словно искал ответа, завалявшегося где-то в углу. Он должен признать, что обязан отпустить её. Они больше не смогут быть вместе… Если кто-то и сделает шаг к другому, то очутится в глубокой пропасти, что вырыли они между собой. — Нет, — сердце пропустило удар, а голос дрогнул. Вот и всё. Он озвучил то, о чём так долго размышлял. — Прекратить любую слежку за Пак Мирой. Она свободна.