Тараканы в голове.

Если ты удачливый человек, то везёт тебе буквально во всем, даже в мелочах. Так, например, мы с Николой отлично умещались вдвоём на одноместной кровати в силу того, что оба привыкли спать с краюшку, не занимая много места. В хозяйстве друг был превосходным помощником: от работы не бегал, опыт в готовке, собирательстве и других делах, вроде прибитого гвоздя имелся. Конечно, в некоторых аспектах он оставался бестактным и неприятным мальчишкой. Взять хотя бы вопросы личной гигиены. Парня нисколько не смущало раздеваться и прыгать в море голышом на глазах у девушки, под соусом того, что глупо прятать своё тело, ведь он мои девяносто-шестьдесят пять-сто прекрасно разглядел при первой встрече. Однако закрывая глаза на мелкие недостатки, Никола оказался отличным спутником в путешествии. Пожалуй, довольно отступлений. Обосновались мы на острове Бекия, который можно описать словами Александра Сергеевича Пушкина: «Там русский дух… там Русью пахнет!». Что-то неуловимо прекрасное от родного края присутствовало во всём пейзаже. Те же зелёные холмы, родные берёзы, избушки, к которым так и хочется добавить «на курьих ножках», и кажется, будто за поворотом будет сидеть Иванушка-дурачок и играть на балалайке. Однако сами люди этому месту не соответствовали. Сонные, медленные, они слонялись по округе и даже между собой редко переговаривались. Раз в три дня все пропадали на несколько часов и вновь возвращались с пустыми глазами, будто ничего в их жизнях не происходило. Так или иначе, жители деревни меня мало интересовали. Всё моё внимание было направленно на ближайшее путешествие и сбор продовольствия. Легко сказать, вырастим еду, а надолго засиживаться среди этих сомнамбул желания не было. Здесь на помощь пришли несколько новых книг. В мире, где затяжные плавания по морю являются повседневностью, лучшие умы мира решают именно такие вопросы. И скорость роста плодов вполне возможно увеличить благодаря особым удобрениям, остальную работу за меня сделает почва. К слову, на полях она оказалась удивительно плодородной. Соотношение песка, торфа и чернозёма составляло три к пяти и к двум, что являлось показателем хорошего грунта, не раз сдобренного органикой и минеральными веществами. Со стороны селян было настоящим кощунством голодать при таких наделах земли. Впрочем, их дела меня мало интересовали. Уж не знаю, откуда Никола раздобыл лопату, но участок мы подготовили достаточно быстро. В это же время я собрала семена, после чего выдержала их в растворе Корневина порядка шести часов. К счастью, его аналог нашёлся в местной аптеке, правда с несколько изменённым составом и, если я правильно поняла, применяли его в виде человеческого лекарства, а не удобрения. Как показало время, новый состав был не в пример лучше своего собрата из моего мира, и мы смогли любоваться зелёными кустиками уже через неделю. Однако перцев ещё не появилось, поэтому следующим шагом стало активная подкормка удобрениями, из числа описанных в книге. Основой средства, которое предстояло приготовить, являлись растительные компоненты, представленные химическими веществами, содержащимися в нескольких видах боярышника. Они включали в себя кофейные, яблочные и винные кислоты, которые можно было приобрести в аптеке, в виде витаминов. Несмотря на свою эффективность в показателях скорости роста растений, удобрение не содержало необходимых полезных веществ, поэтому в обязательном порядке я должна была подкармливать перчики азотом, фосфором, калием и прочими макро- и микроэлементами. Вскоре, нашими делами начали интересоваться жители деревни. Частенько проходили мимо, вытягивали шеи, разглядывая небольшой надел земли, засаженный съедобными агрокультурами. На всякий случай, как было решено на тройственном совете имени мистера Джона, мы приняли решение установить почасовой караул, и первым заступил Никола. Тем временем, я порылась на заброшенном складе, находившемся чуть поодаль от поля, и нашла ящики. После чего наполнила их землёй, рассчитывая перенести всё на корабль. Один из трёх ящиков был уже полон, когда вдруг у меня по коже побежали мурашки от чужого пристального взгляда. В мыслях всплыло воспоминание, что сегодня людей в деревне не видно. Они также пропадали трое суток назад и вернулись только к четырём часам того же дня. Не отрываясь от работы, я осмотрела округу и заметила мальчишку, совсем ребёнка лет восьми, прячущегося за растущим неподалёку тополем. Брови его были сведены к переносице, на грязное худое лицо падали тёмные волосы. Видимо малец хотел подойти, но никак не решался. — Эй, ты! — грубо окликнул он. — На «эй» — зовут лошадей, — тем же тоном ответила я, и повернулась к незваному гостю. Способности быстро вступать в затяжные перепалки и мастерски выходить сухой из воды, я научилась ещё в детстве на продуктовом базаре. Стоило подняться во весь рост и развернуться в сторону оппонента, как тот застыл на месте с вытаращенными глазами, в немом исступлении открывая и закрывая рот. — Людоедка! — наконец отмерев, закричал мальчишка, указывая пальцем на привычно висевшего мистера Джона в районе пояса. Щёлкнула еврейская натура, почуяв выгоду, и по лицу расплылась дьявольская улыбка. — Ты прав, мальчик. Хочешь знать, кто был моей последней жертвой? Это ребёнок, такой же нежный и сочный, как ты. Если не хочешь повторить его участь, признавайся, куда пропадают селяне? — О-они в церкви! — заикаясь, выкрикнул малец. Я закусила ноготь, только фанатиков нам не хватало. Не дай бог нарушить им обряд какой, считай, живым себя больше не увидишь. А может быть мы уже это сделали, и они обсуждают в каком виде нас сжечь. — Хорошо, свободен, — махнула я рукой, после чего мальчишка отпрянул и быстрым шагом начал удаляться. Тут я заметила в его руках верёвку, за которую малец вёл маленькое пушистое существо. — Постой, а кто это у тебя? — И-и-и, — взвизгнул он. — А-альпака декоративная. Такая только у нашего завхоза есть. Т-то есть бывшего завхоза. Животное, напоминающее верблюда, только со светлой и пушистой шерстью, как у овцы, смотрело на меня своими добрыми глазами и, казалось, ей тоже интересно, что за человек перед ней стоит. — Забавно, — сама себе буркнула я. — Меня зовут Долли. Если понадобится помощь — обращайся. Помогу чем смогу. На этом малец убежал, аж пятки засверкали, а я продолжила набивать ящики землёй, размышляя, в какую передрягу меня снова занесёт судьба. Так хотелось быть слабой женщиной, но, как назло, то кони скачут, то избы горят… Только я разделалась с работой, как подошла моя очередь сторожить грядки. К тому времени начали возвращаться жители деревни. Вдруг, проводив взглядом очередного голодного селянина, я обратила внимание на бани, пристроенные к домам. Сколько дней прошло с моего путешествия на корабле торговцев? Ведь именно на борту в последний раз измученное путешествием тело нежилось в горячей ванне. По коже пробежали мурашки, стоило вспомнить, какой отличной банщицей была моя бабка. Нет, от такого удовольствия отказаться невозможно. Посовещавшись с Николой, мы оба отправились в гости к хозяину хлебной лавки. Тот, услышав о еде, будто годы скинул, забегал, уверяя, что всё будет в лучшем виде, а ему надо всего ничего, четверть урожая. Запрашивал старик непомерно, но здесь взыграло благородство и уважение к старшим, с детства заложенное родителями. Тем же вечером нам, наконец, удалось насладиться благами цивилизации. Никола, впервые оказавшийся в бане всем интересовался, а я в ответах не отказывала, демонстрировала всё на собственном примере. Перед заходом приняли тёплый душ. Заметив, что друг собирается сунуть голову под потоки воды, тут же его остановила. Голову мочить категорически нельзя, иначе повышается риск теплового удара. Сама парилка чистотой не отличалась, поэтому на полках пришлось расстелить простыни. Здесь же в тазу замочила веники. Никола только присел, сразу щёки покраснели, видно, сердцебиение уже участилось. Рыжик выдержкой не отличался, поэтому выскочил уже через десять минут, а я себе дров подкинула. Спустя некоторое время пришлось завершить первый заход. На столе веранды меня ожидала кружка холодного пива, принесённая хозяином, здесь же сидел Никола уже изрядно хмельной. На его лице красовалась глуповатая улыбка, не свойственная парню. Всё-таки жалко, что у нас настроения в период алкогольного опьянения разные. Я из той породы, что, напившись, начинает разводить философию, которая неизменно скатывается в нытьё, а друг напротив, сидел и посмеивался. Это вообще плохо, когда у единственного собутыльника состояние другое. Во второй заход, учила Николу орудовать веником. Здесь система непростая, меня ей всё та же бабка научила. Сначала легкими похлопываниями провести ветками по телу сверху вниз. Затем поднять веник высоко над головой. Вверху концентрируется большое количество пара, что позволит прогреть листья. Приложить атрибут ненадолго к лицу, области груди, живота и спины, а также к ступням. Затем легкими похлопываниями пройтись веником по телу и чередовать поглаживания с похлопывания, но более интенсивными движениями. Получив более-менее похожие ухаживания от Николы, я напоследок сделала маску. В условиях постоянного плаванья, на себя любимую времени уходило ужасно мало, что заметно отобразилось на лице. Впредь нужно запасаться увлажняющим кремом и лечебной глиной. На этом процедуры были закончены, и мы довольные вернулись на корабль. Вернее, довольной была я, а Николу так разморило, что тот еле ноги доволок до кровати. К следующему дню как раз поспело несколько первых плодов, среди которых были уже оговоренные перцы, а также помидоры, немного баклажан и тыква, объёмом, как три некрупных яблока. Две с половиной недели трудов отправились в руки хозяина хлебной лавки. С сожалением проводив тяжело добытую пищу, меня подозвал Никола, тыкая пальцем в погрызенные листья кочанов капусты. Своё бурное негодование я выразила тирадой нецензурных выражений и отдала приказ удвоить, нет, утроить караул, а безобразника найти и отправить на мясо. Долго засада не продержалась, поскольку виновник появился, стоило скрыться лишним свидетелям. Им являлся недавний знакомый росточком около шестидесяти сантиметров с густой шерсткой кремового цвета и доброй мордой. В душе уже было появился порыв выскочить из укрытия и бросится на вредителя, как недалеко закричал малец, подбегая к своему питомцу. — Убери своего верблюда с моих грядок! — закричала я. — Альпака не верблюд, — с сомнением протянул мальчишка, после чего встряхнул головой и добавил: — Вас приглашает священник. С удивлением дала добро, чтобы нас вели к церкви. На страже огорода оставили мистера Джона. Физически, может, он не силён, зато одним своим видом воришек знатно напугает, отбив всякое желание забираться на частную территорию. Церковь располагалась дальше, за полем, и представляла собой маленькое простенькое сооружение из брёвен, без изысков в виде витражных окон, только иконы и стройные ряды скамеек. Моё отношение к религии было достаточно скептическим, однако полностью существование Бога я не отрицала. Во-первых, существовал вопрос: «А вдруг»? Вдруг умру и предстану перед судом Божьим, а он мне в довесок к собственным грешкам неверие присоединит. И во-вторых, всё-таки само по себе попадание в другой мир намекает на существование неизвестных сверхъестественных сил. В любом случае представший передо мной священник желания высказаться и покаяться не вызывал. Лицо его напоминало о бурной молодости в шайке каких-нибудь разбойников. Тема разговора также не стала причиной доверия этому человеку. Нам тонко намекнули, что в деревне наша парочка является чужаками и лучше уплывать с острова подобру-поздорову. На обратном пути все молчали, только маленький пушистый верблюд путался под ногами, жалобно блея. Предостережения священника сделали нас опасливыми, но не настолько, чтобы сломя голову бежать собирать вещички. Несомненно, появилась необходимость пересаживать часть посевов в ящики, чтобы в случае нападения, удрать без оглядки. К счастью, в этом деле пришла помощь в лице мальчишки, который представился Ремом. Однако ближе к девяти часам начало смеркаться, и я предложила разойтись. — Вы только растягиваете время до отплытия! — отчаянно вскрикнул мальчишка. — Вы же слышали священника, он попросил вас покинуть остров. — Малец, если тебе надоело наше общество, ты можешь просто не появляться. — Вы не поняли, если не уедете, придёт беда, вас убьют! — истерично оглядываясь, причитал тот. — Всё будет хорошо, — неожиданно Никола опустил руку на тёмную макушку Рема и заботливо потрепал. — Мы не пропадём. Мальчишка заметно остыл и несколько расслабился, после чего стряхнул чужую руку с головы, смущённо бурча: — Странные вы ребята. — Хе-хе-хе, это не мы странные, это тараканы нам придурковатые попались. Всё зависит только от них. Вот у тебя они какие-то слишком беспокойные, а наши, наверное, не сильно продуманные, но мы ведь всё ещё живы. Ночью вновь дежурил мистер Джон, в то время как мы с Николой спали на корабле. Температура опустилась до шестнадцати градусов, поэтому мы как можно плотнее прижимались друг другу. Любое движение или звуки я списывала на друга, но очередной шорох заставил насторожиться. Он исходил из противоположной стороны от кровати. Приоткрыв глаза, я сонно разглядывала источник тревоги, как вдруг лицо накрыли влажной тряпкой и сознание уплыло. Надо было охрану посерьёзней мистера Джона выставить. Подвёл он нас.