Казнить нельзя помиловать

Саша Долгие гудки перед тем как отец поднял трубку. - Алло. – Не слышал его голоса уже несколько лет. - Привет, отец. Не забыл еще про своего сына? – стараюсь, чтобы моя интонация была веселой и непринужденной. - Что тебе нужно? Вот такое у нас с отцом общение. С папой я вообще не общаюсь. Он человек очень замкнутый, и до меня ему нет дела. - Я хотел приехать. Познакомлю вас с Данькой. - Нет. Вот тебе и номер. Конечно, семья у нас с приветом, но я даже не ожидал такого резкого отказа. - Почему? – я начинаю злиться. - Олег вышел из тюрьмы. Мое сердце пропустило несколько ударов. - Давно? – голос срывается. - Видел его пару дней назад в городе. Внутри разлилась жгучая паника. - Не приезжай, – сказал отец, – сам все понимаешь. Я постараюсь связаться с одними ребятами. Они займутся им, так что не волнуйся. Когда всё будет кончено, я тебе позвоню. Я нажал на сброс. Я уже и забыл о нём. Поверить не могу, что он вышел из тюрьмы. Ему ведь лет пятнадцать дали, срок ещё не кончился. Я сделал глубокий вдох. Почему моё прошлое налетело на меня со всех сторон? Новый удар судьбы? Я уже устал. Надеюсь, я больше не интересую того урода и он не будет меня разыскивать. Ссылаясь на плохое самочувствие, я отпросился с работы. День выдался слишком напряжённым. Как всегда сначала зашёл к Виталику за Даней. Снова крепко-крепко прижал к себе малыша. Виталя пытался выпытать у меня, что на этот раз произошло, но я ничего не ответил. Об этой истории из моей жизни он не знает, а я не хочу распространяться. А дальше пошла череда скучных дней. Миша больше не пытался со мной заговорить, лишь бросал издалека виноватые взгляды, и не более. Я был рад такому раскладу. Отец мне так и не позвонил, поэтому я чувствовал тревогу. В один из рабочих дней мой мобильный зазвонил. В тот момент я проверял отчёты и не сразу почувствовал лёгкую вибрацию. Звонил Сергей, альфа Виталика. Очень странно. Номерами мы обменялись на всякий случай, но так и не созвонились ни разу. - Алло? Было неспокойно на душе. - Саша, приезжай в четвертую больницу… - услышал хриплый Серёжин голос. Мне стало по-настоящему страшно. - Что случилось? - Виталика машина сбила, он с детьми ходил в парк гулять… - Серёжин голос дрожал. – Они переходили на зелёный. Какой-то урод целенаправленно на них ехал. Виталик успел отпихнуть детей. Забери их. Серёжин голос сорвался. - Он жив? – Всё, что волновало. - В реанимации… Приезжай. В трубке раздались гудки. Некоторое время я не мог пошевелиться. Как же так? Как такое могло произойти? Виталик – самый близкий для меня после Дани. Я сорвался с места. Ещё непонятно, в каком состоянии дети. Я просто ворвался в кабинет шефа. В этот момент там находился Миша, но я не обратил на него внимания. - Простите, мне срочно нужно уйти с работы. Сердце бухало так громко, что казалось, я оглохну. - Что случилось? – спросил директор. - Моего друга сбила машина… Я чувствовал, что вот-вот разревусь. Вот такая у меня реакция на непредвиденные ситуации. Миша подскочил с места, схватил меня за руку и потащил за собой. Я не сопротивлялся. Я совсем ни на что не годный омега, и мне нужна помощь. Пешком мы сбегали с лестницы. - В какой он больнице? – по пути спросил Миша. - В четвёртой. Наконец мы выскочили на улицу. Минута - и мы уже на парковке. Миша буквально запихнул меня в свою машину. - Виталик? – спросил он, когда заводил мотор. - Да, – только и смог выдавить я. Десять минут на достаточно большой скорости, целых десять минут тревожных мыслей. Мне было страшно, что Виталик может умереть. Мой лучший друг, человек, вытащивший меня с того света. Мы просто влетели в больницу. Возле регистратуры нас уже встречал Серёжин друг. Он провёл нас в небольшую палату. На одинарной койке, прижавшись друг к другу, спали дети. На вид они были целы. Через минуту в палату пришёл Серёжа. Никогда не видел его таким: капилляры полопались, и теперь его глаза казались багровыми. Сам же он был бледен как мел. - Как он? – спросил я. - Ничего хорошего, – ответил Сережа, опустив взгляд. – Забери, пожалуйста, Никитку. Дети и так многое пережили, лучше им сейчас тут не находиться. - Конечно. - Он выживет! Обязательно! – сказал Серёжа, но казалось, что он просто пытается сам себя в этом убедить. - Конечно, – я выдавил из себя улыбку, чтобы хоть как-то его поддержать. - Позвоню, если что-то изменится. – Серёжа вышел из палаты. Я просто оцепенел. Я был благодарен Богу, что малыши целы, и просто сходил с ума от того, что Виталика может не стать. Внезапно меня окутали крепкие нежные объятия. Я уже и забыл про Мишу. Сначала хотел оттолкнуть, но потом понял, что просто не могу. Мне нужна эта поддержка. Только сейчас, потом я обязательно оттолкну… В этих тёплых, некогда таких любимых объятиях я успокаивался. Хватит быть размазнёй. Нужно брать пример с Виталика, он всегда держит себя в руках. Я упёрся руками в Мишину грудь, слегка его отталкивая. - Нужно отвезти детей домой, – сказал я. - Да. Миша нехотя отпустил меня. Я взглянул на малышей, если будем достаточно осторожными, они не проснутся. - Ты бери Даню, только осторожно, – я указал пальцем на сына. Сам взял на руки Никитку. Малыш немного завозился, но не проснулся. Миша взял Даню. Он действовал очень осторожно и неуверенно: сразу видно, что у него нет опыта. Мишины глаза блестели, когда он смотрел на сына. Вместе мы вышли к машине, расположили детей на заднем сидении. Я сел рядом с ними: наблюдать за тем, чтобы малыши не упали, - и мы тронулись в путь.