cherry-colored gloves.

Кенни довольный выходит с подъезда. Уже смеркается. И, наверное, Маккормику стало бы не по себе от наступающей темноты и предстоящей долгой дороги, но ведь ему не до этого. Гораздо интереснее и разумнее палить на обои блокировки, на которых его(ну ещё не его) Баттерс играет в приставку, прикусив кончик языка и сосредоточено смотря на яркие фигурки, которые движутся с той же скоростью, с который парень жмёт пальцами на джойстики. Это фото Кенни хранит не только на экране телефона, а ещё в рамочке на столе, так же оно повешано на стену, как плакат, а ещё маленькие копии его в каждом блокноте. Маккормик очень надеется, что оно не останется единственныым. Он бы очень хотел запечатлить, как Баттерс, например, ест мороженое, или бежит на физкультуре кросс, или веночек на его голове, конечно сплетенный самим Кенни, безвозмездно. Кенни чуть в глаз веткой не получает, но в себя приходит. Он решил, что самое время сходить за яйцами. Ну как решил. минутами ранее. —К-А-А-АРТМАН. — Отстань. — К-А-А-А-А-А-АРТМАН. — да что ты хочешь? — О чем вы сейчас разговаривали? И почему ты не брал трубку? И что случилось? Он говорил обо мне? в трубке замедлительная тишина, потому что Эрик по ту сторону жмёт губы, ведь некрасиво будет бедного Баттерса сдавать, да. — Нет. Мы играли в супер-ультра-модную игру на взрослых. Не вникай, ты ещё малой. - недовольное хмыканье в ответ. — Ну, а сейчас он пошел в магазин за яйцами, кажется. У Кенни в голове лампочка сразу, поэтому он героически натягивает оранжевый капюшон, нащупывает красную варежку в кармане и произносит героически, поднимая взгляд на зеркало. — Будут ему яйца. Шагает почти в припрыжку, но быстро меняется в настроении, начиная идти быстрее. Опоздать нельзя! Он уже продумывает план, как бы так подкатить, но и незамеченным остаться. "Хэй, не бери эти, мои лучше." Нет. "Мм, я могу заменить эти куриные. Не хочешь почувствовать вкус настоящего петуха?" Блять, Кенни, нет. "Я заплачу." За яйца? Ладно, Кенни, что не дано, то не дано. Заходя во внутрь супермаркета, он решил, что и просто поздороваться уже нормально будет. Придумает что-то, авось. Поиск цели. Кеннет шляется уже минут 20 и думает, что проебал свой шанс увидеть главный Киндер. Кстати, о киндерах. Кенни в детстве их любил, но позволить сейчас себе не может. Закрадывается мысль совершить грех и вместо яиц купить одно. Самое вкусное. Шо-ко-лад-но-е. Подумаешь, не позавтракает один раз. Он уже шкребет копейки по карманам, надеясь хоть чем-то сейчас обрадовать себя, как тут поле зрения занимает кое что интересное. Цель обнаружена. Баттерс и правда стоит возле отдела молочки, выбирает между куриными и гусиными, берет то одну пачку, то другую, кладет обратно, берет другую. Что-то засмотрелся Кенни. Даже не заметил, как ему помахали, а когда уже заметил, то поздно стало. Ну и ладно. Нет, не ладно. Кенни решает, что лучше подойти. И знаете, прекрасная идея в его головушку приходит. Он чувствует, что у него нимб над головой растет, когда он протягивает Лео свой драгоценный Киндер. — Держи. Он вкуснее этих. Баттерс почему-то смущается и берет не сразу. Маккормик руку со сладостью не убирает, поэтому выхода нет, приходится брать. Голубочки с магазина выходят, а Кеннет, как джентльмен истинный, дверьки своей даме придерживает. И сейчас ни один, ни другой не знают, что и сказать, ведь тут, обычно, во всех фильмах, целуются — сразу исключаем этот вариант —, или обнимаются — Кенни тоже решил, что нужно вычеркнуть —, ну или пока сказа... — Приходи завтра ко мне поиграть. — Пошли завтра гулять. Звучит одновременно. — Я согласен. — Я согласен. Да черт возьми. Окей, кажется, Баттерс после минуты неловкого молчания, берет всё с свои руки. — Тогда завтра мы пойдем гулять, а на выходных играть в приставку. "Надо взять фотоаппарат" - думает Кенни, теперь гадая, где взять деньги на мороженое для Лео, а тот в свою очередь Киндер в руке вертит и решает, что нужно отблагодарить. По-дружески. Он тянется к младшему и невесомо в щеку чмокает, на плечо того рукой упираясь, а тут, кажется, скорую вызывать нужно. Такой спектр эмоций за одну секунду Кенни ещё не испытывал. Вот же. Писклявое "до завтра" и приятный оставшийся холод на щеке - последнее, что помнит Маккормик с того вечера. Будем надеяться, что его довезли до седьмого неба.