cherry-colored gloves.

Лео слышит приближающиеся шаги и не успевает продумать план побега, как перед ним появляется Кенни, ещё немного взъерошенный такой, смотрит прямо на Баттерса и губы от волнения свои прекрасные кусает. Баттерс же от страха в стену холодную вжимается и сглатывает громко. Это почему-то напоминает то, как в фильмах один другого в стену вжимает и они целуются страстно так, руками под футболку взбираясь и.. но, кажется, Кенни не собирается его в стену вжимать. Тот только ладошки потные в карманы куртки прячет, перед этим капюшон с себя стягивая. И сейчас Баттерсу очень хочется взять лист бумаги и карандаш, чтобы нарисовать. Баттерсу сейчас до чесотки необходимо нарисовать это, потом повесить у себя на стене и всю оставшуюся жизнь рассматривать его, воспроизводить каждый сантиметр в памяти. Но Лео забыл о втором варианте. Ведь можно это чудо не на листочке потёртом лицезреть. Гораздо приятнее было бы ещё и потрогать, пройтись пальчиками по, уверен, теплой коже, каждое утро раньше просыпаться, чтобы смотреть-смотреть-смотреть. Смотреть на Кенни за готовкой вкусного ужина, смотреть, когда тот будет убираться в комнате, смотреть на то, как он сосредоточен на уроке. — Бат-терс. — Мелкая дрожь в голосе, и Кенни всем богам молится, чтобы Баттерс не заметил её. А он и не заметил, на втором слоге только из мыслей выходя. —А? — Как можно спокойнее откликается, складывая руки на груди и упираясь теперь спиной в стену, как можно безразличней, едва не расплываясь в улыбке, потому что его имя с губ Кенни звучит красиво и эстетично. Сладкая симфония. — С Днём Рождения. — голос становится более тихий и хриплый. Что сказать? Какое там слово благодарности? Откуда он знает вообще? Он, что следил? И что, теперь он его поцелует? Он пригласит его к себе? Что теперь делать? В голове каша. Баттерс вспоминает, что нужно сказать "спасибо", но говорит почти одними губами, кивая и улыбаясь так искренне, что, кажется, Кенни плавится под этой солнечной улыбкой. Кажется, они сейчас коридор своим сиянием освещают. А ещё пропитывают его волнением. Баттерс решается. — Приходи ко мне сегодня. Кенни непонимающе смотрит и молчит. Он правда не понимает, что только что сказал Баттерс, потому что, кажется, что это не ему и вовсе. Маккормик оглядывается по сторонам, нет ли где-то рядом того, кто мог привлечь внимание Лео. Кенни и не замечает, пока молчит, как Баттерс руки свои в положении меняет, теперь нервно сминая верёвочки на толстовке, оттягивая то одну, то другую. Ждёт. — Во сколько? — Шесть. - достает заранее заготовленный листочек с адресом и протягивает старшему младшему. Тот же сразу забирает и, когда руку в карман сунет, про перчатку вспоминает, но не успевает вытащить ту, как парень уже у выхода оказался, на последок кидая звонкое и радостное: — Рад знакомству, Кеннет!

***

— ТВОЮ, БЛЯТЬ, ЭТО НЕ СМЕШНО, ПОЧЕМУ ТЫ ПРОДОЛЖАЕШЬ СМЕЯТЬСЯ, ТЫ НЕ ДОЛЖЕН СМЕЯТЬСЯ. — Кенни продолжает говорить одно и то же, но смех с того конца доносится только сильнее. Крейг — друг Кенни ещё с яслей. И если же сейчас они не так часто тусуют вместе, как в детсадовском возрасте, то и один и другой полностью полны доверия друг к другу. Кенни всегда выручает Крейга, когда тот снова попадается охраннику, при очередной краже пары десятков стиков кофе. А стик кофе для Твика, с которым тоже проблем хоть отвались. И с каждой проблемой Маккормик всегда своему другу поможет. Ну, по крайней мере, попытается. А вот сам Кенни помощи редко просит. Всегда самостоятельный, закрытый, умный и образованный. Семья не славится достатком, да и тёплыми отношениями с родителями похвастаться нельзя. С самого детства всё сам. Даже, помнится, когда в детском саду на того кучка бандитов со старшей группы "Вишенка" нападало, так он терпел, родителям ни слова, и на Ютубе туториалы по боксу смотрел, но четырехлетнему ребенку таких Бутузов победить сложно будет. Вот тогда и пришел Крейг — мальчик на год старше, но в силенках в раза три Кенни преобладал, тот даже восхищался некоторое время, пока сам его не переплюнул. И вот сейчас от самостоятельного взрослого Кенни смешно и странно слышать это "Ну помоги, я не знаю, что надеть." — Надень что-то удобное и не сильно страшное. — уже отсмеявшись(наконец-то), хихикает Крейг. — тот свитер с динозавриком подойдёт? — если ты хочешь, чтобы это стал последним разом, когда ты окажешься в квартире Лео, то вполне. — В ответ недовольное фырчание, а затем и отчаянный вздох.

***

Все эти три часа экран телефона горел, а приложение Скайпа уже подвисало. Кенни перемерял весь гардероб, каждую футболку, каждые джинсы, шорты и брюки. Советчик, критик и дизайнер в Крейге бушовали, но как не крути, а он в этом разбирается. И в голове звучит победный звон колоколов, а ангелы, кажется, с небес спускаются и тонко пропевают на третьей октаве "алилуя", когда Кенни определяется с нарядом. Белая футболка с надписью "notice", наверх синяя рубашка в клетку(стиль 2007 никто не отменял, любимый стиль Кенни.), джинсики в обтяжечку, да главное - носки Томми. Он успевает причесать рыжую шевелюру, выбегая с подъезда и довольно по лестнице вниз слетая на крыльях любви.

***

И ровно минута в минуту, как в дверь стучат. Кенни запыханный, но показывать неровное дыхание не хочет. Стягивает капюшон, а Лео настаивает снять и куртку. Беспрекословно, снимает. Сказал бы это Картман, например, так Маккормик разве что средний палец тыкнул. Он вручает тортик(свой любимый, кстати.) в руки Лео, а тот краснеет немножко, потому что: — ты зачем тратишься? — Баттерс вообще считает, что поступил неправильно, ведь они так малознакомы. Да они вообще не знакомы! А этот идиот ещё и тратится на него. Ну точно идиот. — с пустыми руками ходить в гости не принято. Ах, джентльмен. Ум Лео плавится и он молча идёт на кухню, где режет торт и разливает по чашкам чай. С гор. Самый вкусный. Он так и не узнает, что Кенни последние деньги вышкребал, чтобы купить этот маленький по размеру, но правда впечатляющий по вкусу торт, и теперь будет голодать с неделю так точно. — проходи.

***

— Эй! Ты нечестно играешь! Я видел, что ты читерил! - Маккормик бьёт по джойстику, дуя губы. — Да? И что ты мне сделаешь? — признаться честно, это не так пошло должно было прозвучать, как получилось. Он впервые дал поиграть кому-то в свой дорогущий и ценнейший плэйстейшн. Знает же, что Кенни таких штук и в глаза не видел, да вот только не думал, что тот так быстро вольется и начнет понимать, где Лео хитрит. Кенни даже не улавливает чего пошлого тут. Или пытается не улавливать. — Вот не дашь выиграть сейчас — буду каждый день к тебе приходить и играть, пока не смогу выиграть! Баттерс думает, что никогда не даст ему проиграть, чтобы он приходил к нему вечность. С этого дня и навсегда.