колледж сторис

Стандартное студенческое утро. Кофе, ванна, почти завтрак и Мин уже стоит во дворе своего колледжа и делает, кажется, десятый звонок Чимину. — Да, котёнок, — наконец-то доносится с того конца. Мин крайне тяжко выдыхает в трубку, молча радуясь голосу парня. — Чим, ты в курсе, что через пять минут занятия и я звоню тебе уже десятый раз? — с почти отцовским недовольством спрашивает Юнги и на автомате корчит недовольную моську. — Да, я в курсе, котёнок, — задыхаясь, лепечет Пак. К счастью, в его голосе сквозит вина, и Мин оставляет попытки обидеться на своего парня. — Все, тогда я тебя жду в кабинете, — с лёгкой улыбкой сказал юноша и сбросил звонок, направляясь в сторону входа. Юнги заходит в кабинет НВП и мягко опускается на дальнюю парту. Кабинет нового предмета небольшой, но какой-то уютный и приятный. Настроение, в целом, неплохое и даже есть некое стремление к новым знаниям. В кабинете сидят ребята с других курсов и пытаются проснуться. Кто-то пьёт кофе и энергетики, кто-то активно скролит ленты соцсетей, а кто-то досыпает положенное. Дверь открывается и в кабинет входит высокий статный мужчина, все учащиеся встают. — Здравия желаю, курсанты. Я Ким Намджун. С этого дня и следующие три семестра я буду преподавать у вас Начальную Военную Подготовку, — у Кима приятный низкий голос, бархатистый и немного баситый. Намджун кивает головой, приглашая учеников присесть, — хорошо, а теперь познакомимся неформально. Можете звать меня Майор Намджун, а сейчас я хочу послушать вас. Каждый в кабинете названный по списку вставал по очереди. В какой-то момент в кабинет влетает запыхавшийся Чимин и, извинившись, садится на место рядом с Юнги. Когда по списку доходят до их группы, Мин оказывается почти в его конце, поэтому слушает всех, а после отвечает и сам. — Мин Юнги, восемнадцать лет. Закончил художественную школу и девять классов общеобразовательной. О колледже узнал через друзей — Тэхена и Суран. — Спасибо, Юнги. Я знаю их. Тэ даже был командиром взвода, — Намджун легко улыбнулся Мину и через пару человек закончил выслушивать учеников. Майор оказался очень интересным учителем. Он нашел особый подход к ученикам, всегда вел с ними диалог. Ким задавал много вопросов, заставляя задуматься и иногда ставя в тупик. Его короткие рассказы из военной жизни хорошо вписывались в течение пары. Юнги понял, что именно в этом кабинете он максимально расслаблен и руки не чешутся поскролить твиттер. Когда-то давно парень очень мечтал попасть в армию, но не смотря на нынешнее положение дел слушать объяснение иерархии званий военных было очень интересно. Разные отличительные знаки чертовски заинтересовали Юнги. — Хён, как тебе он? — спрашивает Чимин, когда Юнги вытаскивает его на лестницу, где меньше всего людей. — Ну знаешь, я никогда не думал, что преподы могут быть такими горячими, — как-то смущенно говорит Мин и хихикает когда чувствует легкий удар в сушняк. — Эй, я ревную! — восклицает Чимин и правда выглядит раздраженным, но видя беззвучно смеющегося парня смягчается и тоже тихо хихикает. В итоге примерительно пообнимавшись парни удаляются на оставшиеся пары. *** За окном порядком потемнело. Вечернее небо лишь нежно подсвечено уходящим солнцем, легкая штора слегка колышется прохладным ветерком с улицы. Мин сидит сгорбившись над кипой учебников и тетрадей. Следующая неделя обещает быть напряжной в плане заданий поэтому пока есть время «пай мальчик Юнги» делает все, что может. Но на что может хватить уставшего студента? На пару хороших заданий, пару не очень и сладкий сон прям за столом. Поэтому сейчас Мин лежит на столе, прямо в объятиях морфея… Крепкие загорелые руки мягко касаются бледной шеи, нежно ладони оглаживают плечи сквозь плотную ткань форменной рубашки. Руки спускаются по груди, надавливают, заставляя откинуться на большой стол. Бледные пальцы тянутся к широким плечам, дотянувшись, проходятся по изумрудным погонам с рельефными знаками. Намджун мягко улыбается Юнги и сводит обе его руки над головой. Второй же рукой мучительно медленно расстегивает пуговицу за пуговицей. Мин до хруста в спине выгибается навстречу руке, желая заполучить хотя бы грамм касаний, но Ким лишь игриво ухмыляется, наклоняется очень близко и дышит на ухо так тяжко и томно. Юнги извивается, пытается потереться пахом о крепкую ногу, скулит так жалобно, мурлычет просьбы. Майор слышит — поднимает парня обратно и руки к своей рубашке притягивает. А Мину слова не нужны и он тут же принимается расстегивать неудобные пуговицы. Под тканью оказывается прекрасное тело частично покрытое татуировками. Но ему и не дают секунды насладиться — Джун стянув рубаху с себя стягивает рубаху с Юнги и возвращает его на стол. Холодное лакированное дерево обжигает спину, крупная ладонь на паху надавливает и поглаживает. Хотелось бы Мину изучить это тело, но руки его над головой зажаты в железной хватке, а возбуждение дразняще поглаживают, заставляя стонать и простить большего. Когда рука внезапно исчезает, Юнги осознает, что последнее время лежал с плотно зажмуренными глазами. — Я хочу тебя видеть, Юнги, — почти в губы шепчет Намджун. — Да, Майор, — хрипло отвечает Мин буквально за секунду до соприкосновения губ. Поцелуй, сначала нежный, становится пошлым и мокрым, когда опытный Джун начинает языком изучать рот бледного парня, а руками расправляться со штанами обоих. Юнги, почуяв свободу, стал бесстыдно блуждать по крепкому телу, очерчивая рельефные мышцы, обводя узоры татуировок. — На живот, — приказал Намджун отправившись от столь желанного тела. — Да, Майор, — все так же послушно и трепетно ответил Юнги и стянув с себя мешающие штаны и белье, крайне соблазнительно лег грудью на стол. Дерево все так же холодило, от чего по телу прошлась волна возбуждения. Ким позади хмыкнул и вскоре рот Мина был занят пальцами, а по сфинктеру кружили пальцы измазанные в скользкой субстанции. Когда довольно крупный палец стал проникать внутрь Мин взвыл, не удержавшись прикусывая пальцы майора и мгновенно сжимаясь. — Тише, котёнок, тише, — хрипло шептал Джун на ухо. Он вытащил свои пальцы и перенес их на твердую плоть Юнги, — скоро будет хорошо, потерпи, малыш. Парень постарался расслабиться, в чем ему помогла рука весьма тянуче проходящая по пульсирующему члену. С одной стороны два пальца в заду, что не есть приятно, а с другой большой палец играющий с головкой, от чего хотелось выть и плакать. Таким образом в Юнги свободно шевелились три пальца, периодически задевая комок нервов, вынуждая Мина больше на них насаживаться. Но пальцы исчезают с пошлым хлюпом, после чего щелкает крышка смазки и еще чуть позже Юнги чувствует крупную головку прям у своего зада. — Малыш, у меня большой, тебе может быть больно, — нежно шепчет Намджун возвращая свою руку на член Мина. — Я вам верю, — в следующую секунду Юнги прикусывает ребро ладони, чтобы не заорать, а майор хрипло стонет, проталкиваясь сразу на половину. В мальчишке тесно, узко и горячо. Настолько хорошо, что перед глазами пляшут белые звезды. Первое движе настолько тягучее и приятное, что если бы Джун не имел таких сил, то тут же бы отключился. Мин стонет то ли от боли, то ли от наслаждения — еще не понятно, но стоит быть аккуратным, ведь такую прелесть жалко порвать. Спустя еще пару тройку движений парень осмеливается двинуть бедрами навстречу майору и заходится в стонах еще сильнее, скребет короткими ногтями поверхность стола и молит о большем. Намджуну не надо повторять дважды — он тут же хватает бледные бедра, сильно, до синяков сжимает и полностью насаживает на свой член. Вместо стона выходит животный рык и вот Джун вбивается в поддатливое тело, голова мальчишки покоится у него на плече, так что волосы щекочут шею, и Мин как-то мазохистично хватается за придерживающую шею руку. Вскоре Намджун выходит из парня, разворачивает его и войдя снова поднимает на руки. Он трахает его стоя, вынуждая цепляться всеми конечностями за свое тело. Член Юнги трется прям о блядскую дорожку и пресс майора, от чего парень готов по настоящему плакать. Они стонут друг другу буквально в уши, когда Мин кончает с громким и сладким «майор» изливаясь прям на их животы. Ким окончательно звереет и опустив парня на стол, вбивается с содрагаемое оргазмом тело. Юнги резко просыпается и смотрит по сторонам. В комнате все то же все так же, но окно закрыто и на плечах покоится плед. В трусах мокро. Осознание произошедшего заставляет одновременно возбудиться снова и упасть лицом в учебники.