колледж сторис

Чимин торопливо убирает ещё влажные кисти, закидывает свой планшет в ящик и схватив рюкзак, срывается из колледжа. На улице дождь стоит стеной и гром гремит сразу после ослепляющих молний, но светофоры как назло очень долгие. Пак Чимин, как самый удачливый человек, именно сегодня не смотрел прогноз погоды. Парень на сверхзвуковой скорости влетает в любимый тц. С него вода ручьями, а в желудке черная дыра. Но Чимин не торопится в сторону фуд корта, лишь заходя в магазин за булочкой и банкой энергетика. У него денег не так уж и много, но на грядущий ночной перекус хватит. Сегодня выходной и любимая забегаловка устроила акцию с очень дешевыми перекусами после полуночи. Со своими скромными покупками Чимин присаживается за самый дальний из всех возможных столиков, чтобы его не выгнали если уснет. Медленно поглощая булочку, юноша созерцает вид в окне. Тяжелые тучи окутали город одеялом, здания, кажется, посерели, цвета потухли, машины, едущие на высокой скорости, разбрызгивают грязную воду на спешащих прохожих. Давно уже не было такой погоды, а за лето тёплые знойные деньки стали уже чем-то привычным. Не сказать, что грусть и депрессия, но так муть — это точно. Даже время кажется замедлило свой бег. Пак переводит взгляд на наручные часы — только пол восьмого, что значит четыре свободных часа. Кроме как скетчбука и карандашей в рюкзаке не находится, поэтому Чимин решает коротать время за рисованием. Карандаш мягко скользит по бумаге, оставляя за собой тонкую грифельную линию. Рядом ложится еще одна, а чуть дальше еще. Мягкие карандаши с насыщенным пигментом заполняют белое пространство, превращая сухой скетч в яркий сюжет. Герои известного мульта весело взаимодействуют, становясь ярким пятном в этом сером мире. На других страницах также красуются разнообразные изображения. Парни, девушки, пары, животные, фурри, герои мультов, игр, книг… Скетчбук Чимина, в своем роде, небольшой мир со своими правилами и сюжетом. Местами неаккуратный, потрепанный, со странными записями и наклейками на всех «не оч» рисунках, но все еще волшебный. Каждый сюжет несёт в себе некий смысл, свою историю и мысль. Иногда Чимин грезит оказать в своем мире. Часто это происходит на скучных лекциях. Когда юноша вновь смотрит на часы они показывают пол первого. Чимин оглядывается по сторонам — свет, оказывается, горит только в его углу, да и более менее живой кажется лишь одна касса забегаловки. Людей нет. Стоит полная тишина, такая, что по спине ползет подлый холодок. Меж двух огней, кажется, бесконечная пропасть в виде темноты. Рассеянный свет слегка выделяет очертания множества столиков, которые несколькими часами ранее были забиты до отказа, а сейчас лишь напоминают Паку насколько он одинок. Чимин берет свой рюкзак и поднимается со своего места. Каждый шорох разносится по огромному пространству, отражаясь гулким эхом. В панорамном окне не видно ни зги, что странно для не столь позднего времени. Нет, Пак никогда не был пугливым, но и никогда не мечтал попасть в ситуацию из хорроров. Пока парень переводил взгляд с окна на спасительную кассу где-то мелькнул чей-то силуэт, но несколько напряженный Пак не заметил эту важную деталь. Шаг за шагом приближаясь к спасительному очагу света юноша только сильнее напрягался. В воздухе висела тяжёлая атмосфера, густой запах сухих и жженых трав заполнял легкие, слегка туманя сознание. Если бы было настроение, Чимин бы нарисовал это место в стиле таверны во время ведьминского шабаша, ведь именно такие ассоциации вызывало окружающее. Когда наконец Пак оказался у кассы ничего лучше, чем нажать на звоночек в голову парню не пришло. Острый звук разнесся по пространству и даже несколько резал слух. Но, пожалуй, это ничего по сравнению со сгустившейся дымообразной тьмой по ту сторону заведения. Этот газ или субстанция выползала из густой тени, собираясь прям возле кассы. Все что мог в это время Чимин, так это стоять в ахуе и моргать глазами. Чернота сгущалась, уплотнялась, становилась вполне осязаемой и непроглядной. Спустя какое-то время можно было разглядеть силуэт, в конце концов оказавшийся вроде как обычным человеком. С тихим шипением черный дым осел на пол смешно слетая с плеч юноши. — Блядь, ночь на дворе, можно было и позвать, — сказал, кажется, кассир и прокашлялся, выплевывая остатки дыма. С Чиминовой точки зрения парень был весьма колоритным. Его шея была увешена оберегами и покрыта разными изображениями, форменной одежды, к которой привык Пак, не было, но зато на его черной кофте висел бесполезный бейдж со смазанным именем, черные с легкой синевой волосы лежали в беспорядке, а сощюренные светло карие глаза прожигали в Чимине дыру. Заметив взгляд Пак тяжко сглотнул. — Э, простите, — тихо замямлил Чимин прячя взгляд. К несчастью прямо на руки кассира. Тонкие не очень длинные пальцы были увиты тонкими символами, горящими темными пятнами на бледной коже. Из-под рукавов кофты выглядывали браслеты. — Ну так, что будешь? — буркнул юноша, пробивая свою карту этими самыми пальцами, — Эй, парень! — А! Да? Эм. — глаза Чимина забегали по лежавшему рядом меню. Пак назвал буквально первые попавшиеся на глаза блюда, — А еще. Можно узнать ваше имя? — Нахуя? — уточнил парень удаляясь в сторону кухни. По ходу движения кассира зажигались лампы, волшебно подсвечивая струйки дыма от горящих трав и благовоний, которые заметил Пак. Первое время из кухни не доносилось ни звука, но чуть позже послышалось клокотание масла, легкое постукивание ножа по доске, шипение мяса на плите… И громкое «блядь» буквально за секунду до довольно приличного грохота упавшей, кажется, кастрюли, — Да, окей, Джун, окей! Мин Юнги, меня зовут Мин Юнги! Чимин молча недоумевал. Это вроде как его однокурсник. Сидит всегда один, часто опаздывает или вовсе не приходит, мрачный и словно невидим для всех. До Пака медленно доходят многие вещи. Ведьма! Мин Юнги ведьма! Его заклятия скрывали от Чимина и окружающих правду, позволяя спокойно колдовать в мире людей. Но теперь, когда Мин доверил свое имя, магия рассеялась и Чимин вспомнил все, что скрывали умелые заклятия. Тёплые взгляды, помощь, общение, которое забывалось стоило отойти на пару метров. Буря эмоций взвилась в душе парня. Может быть это и не любовь, но симпатия однозначно. Вечно отстраненный ведьма Мин Юнги выбрал его — яркого, такого другого Чимина — в свои спутники. Может ведьмы любят не раз, но зато долго и трепетно, оставляя в жизни после себя теплый уголек своей души. — Ну, Чимин, это твое любимое, — Юнги смущаясь протягивает Паку крафтовый пакет с разными блюдами. Чимин принимает пакет и пока ведьма не успевает убрать руку, хватает его и целует прям в губы, без стеснений и неловкости. От несколько неудобного поцелуя парней отвлекает протяжное мяуканье. Кот именуемый Джуном сидит на столе рядом с парнями и грозным, буквально человеческим, взглядом отправляет новоиспеченную парочку куда подальше. Ведьма Мин Юнги и обычный художник Пак Чимин уходят в прохладный вечер взявшись за руки и едят одну картошку на двоих.