Не спать

Когда Рамлоу объявил о начале спецоперации, Джек в панике подумал о том, что он еще не в форме, он не справится, он не… Но вместо того, чтобы объявить посадку в джет, командир сначала запихал Джека, Таузига и Роллинза в лифт — в полном вооружении, даже с гранатами. Лифт спускался ниже самых нижних этажей, Джек даже не знал, что база закопалась так глубоко. Там, где двери лифта открылись, пахло какой-то химией и было невероятно холодно. Ещё одна вещь, которую Брок отчаянно ненавидел, кроме понедельников, — это моменты, когда Зимний был беспомощен, ненавидел провожать его в «чистилище», ненавидел смотреть в глаза и видеть там то, чего, как в один голос утверждали техники, там быть не могло, ненавидел самого себя за то, что не сумел отстраниться, втрескавшись по уши в безэмоциональное супероружие, у которого в глазах в последние моменты перед заморозкой было столько отчаянного страха. Броку не раз хотелось расшвырять техников, сдернуть Зимнего с треклятого кресла и увести с собой. Но вести было некуда, а потому он провожал в «чистилище», до трескающейся эмали сжимал зубы, слыша страшный нечеловеческий крик, и прикладывал ладонь к стеклу криокамеры, видя последний на несколько месяцев вздох. Брок не мог понять, за каким демоном поволок с собой и Джека, когда обычно обходился своими силами, оставляя за дверью верных Роллинза с Таузигом, но сейчас всё подсказывало ему, что так правильно. Ведь это Зимний привёл Джека. Джек узнал Зимнего Солдата сразу — по оттенку мокрых сейчас длинных волос, по блеску металла на месте левой руки, по изгибу бледных холодных губ, по ямочке на подбородке. Первый взгляд Зимнего Солдата достался Броку, но Джек видел, что тот продолжает что-то и кого-то искать. А потом их глаза встретились, и Зимний Солдат ненадолго удовлетворенно опустил веки. Едва от Зимнего отошли медики, Брок махнул рукой Роллинзу, велев всех вывести, чтобы можно было выключить камеры и, не позволяя себе ничего лишнего, нормально позаботиться об одном из своих бойцов. — Джек, помоги мне, — снова зачем-то оставил Барнса при себе, подозвал ближе. — Надо его поднять, довести в душевые — и можешь быть свободен. Брок подхватил Зимнего, закинул его руку на плечо, почти полностью принимая его вес на себя, едва заметно погладил по голой спине. — Открой дверь. Джек послушно открывал двери, придерживая их, шел, куда приказывал командир, почти ничего не понимая. Сердце гулко билось в груди. Зимний Солдат есть! Он настоящий! Живой и во плоти! Джеку о стольком хотелось его спросить, но не при командире же! — Давай, Детка, — тихо попросил Брок облокотиться на стену, чтобы он смог отрегулировать воду. — Потерпи ещё немного, ну же, давай. Брок, совершенно не обращая внимания на посторонних, сам шагнул под тугие струи воды, обнял Зимнего, позволяя ему на себя опереться, выдавил на мягкую, явно детскую мочалку побольше пахнущего какими-то цветами геля для душа и аккуратно провёл по спине, смывая прозрачный крио-гель. — Сейчас согреешься, потерпи, — ворковал он. — Брок, — глухим хриплым голосом произнес Зимний. — Джек. — Я здесь, — Джек встал так, чтобы Зимний Солдат мог его видеть. — Мальчик, — Зимний посмотрел на него. — Мои. Брок моргнул и перевёл недоуменный взгляд на Джека, а потом махнул рукой. Он потом подумает на эту тему, сейчас было важно привести в себя Зимнего, отмыть от липкой прозрачной дряни, одеть во что-нибудь — Брок надеялся, что техники выучили прошлый урок и в раздевалке их уже ждал чистый комплект мягкого термобелья. — Джек, табуретку, — кивнул в сторону Брок. После того как Зимнего общими силами удалось усадить, помывка пошла быстрее. Броку теперь не приходилось отвлекаться ни на что, он вполголоса просил Джека подать шампунь, мыло, зубную щетку с пастой, а сам гладил широкие плечи, прикрываясь мытьём, аккуратно касался, боясь причинить ненужную боль. Да и Зимний вёл себя немного необычно, льнул под руки, жмурился, но нет-нет, а распахивал глаза, оглядывался и успокаивался только тогда, когда наконец находил взглядом Джека. Вытерев Зимнего мягким пушистым полотенцем, Брок подтолкнул его в раздевалку. — Ну же, Детка, я знаю, что ты уже вполне способен идти сам. Давай лучше после миссии пообнимаемся? Но Зимний, голый, мокрый и распаренный, вдруг притянул к себе и Брока, и Джека — Джека левой рукой, Брока правой — и сказал: — Мои. Джек погладил его по металлическому предплечью и согласился, сам не зная, с чем: — Твои. Но сейчас тебе надо одеться и поесть, Зимний Солдат. — Сайлас умер? — сурово спросил Зимний. — Нет. — Недоработка. — Да что, блядь… — начал было Брок, но за дверью у Роллинза пискнул оставленный Броком телефон, напоминая о времени. — Потом поговорим, Детка, и ты мне всё расскажешь, понял? — Понял, — кивнул тот, обдав брызгами, разлетевшимися с длинных прядей. — Миссия? Брок хмыкнул, вручил Зимнему высокий стакан с какой-то жижей, воняющей яблоком, и открыл на планшете папку с заданием, быстро зачитывая детали. В голове вертелись тысячи вопросов, главные из которых никак не получалось озвучить. Раньше, когда Зимнего выводили из крио, он мало напоминал человека, слабо реагируя на команды, никогда не говорил, а тут столько осмысленных действий разом — и всё из-за Джека? Сердце Брока предательски ёкнуло, пропустило удар. Он хмуро глянул на Барнса. — Позже, — пообещал Джек. Он не очень представлял, как будет рассказывать командиру о том, что они с Зимним Солдатом год приходили к Сайласу во сне, мучая его и сводя с ума. На какой-то краткий миг Броку захотелось отмотать всё назад, послать Джека к чертям, выдворить в другой отряд, пустить в расход, что угодно, лишь бы не чувствовать странного раздрая в душе, не бояться потерять хотя бы то немногое, что связывало его с Зимним, то, чем он не намерен был ни с кем делиться. А потом понял, что ничего бы из этого не сделал, потому что… не привык расстраивать Зимнего. Зимний допил свой коктейль из белков, пробиотиков и витаминов, уточнил кое-какие детали будущей миссии и вдруг притёрся лицом к влажному от воды бедру Брока, обхватил его, подтащил ближе да так и замер, позволяя впервые просто так коснуться своих волос, пропустить тяжёлые шелковистые пряди сквозь пальцы. — Детка, — тихо выдохнул Брок. Зимний обнял его сильнее. — Ты мой, — сказал он. Брок откровенно ничего не понимал, он сжимал в ладони планшет, другой рукой зарывшись в волосы Зимнего, чувствуя, что понемногу сходит с ума. Барнс бесить его не перестал, но и гнать его иррационально не хотелось. И Брок совершенно не знал, как ему быть дальше, что делать, а потому решил плюнуть на всё и посмотреть, что из этого выйдет. — Барнс, забирай мужиков, вооружайтесь. Через двадцать минут на взлетной площадке, — приказал он, не отрывая взгляда от Зимнего. *** Джек шел по узким полутемным коридорам, подчиняясь командам в коммуникаторе, стрелял по всем, кроме своих, сноровисто менял обоймы. Ему не приходилось раньше работать вот так, в зданиях, но он справлялся. Главным было справиться, остальное побоку. В него стреляли в ответ, в крови вскипал адреналин, и Джек чувствовал себя до невозможности живым. Впереди маячила спина и каштановые волосы Зимнего Солдата, и Джек чувствовал себя неуязвимым. Впрочем, это не было поводом делать глупости. — Барнс, забирай вправо, — рявкнул Брок, вскидывая винтовку и перепрыгивая через какой-то хлам. — Милз на два часа, Райнер — комнаты справа, Таузиг — слева, приступать. Зимний, мать твою, куда несёшься? — Мороженое меня ждёт, — глухо отозвался сквозь маску Зимний, выглядывая в последний коридор. — Подождёт. Брок и сам уже забыл, что они вместе несколько месяцев назад затарили его морозилку мороженым. Когда Зимнего отправили в крио, он и не бывал больше в квартире, лишь исправно оплачивал счета, списывая деньги прямо с карты, этот, надо же, всё помнит. — Следующая цель — коридор, впереди бронированная дверь, за ней спуск вниз и лаборатория. — Брок развернул схему на наладоннике, разослав её остальным бойцам. Зимний стоял в стороне, не проявляя никакого интереса к обсуждению. — Аналитики просчитали все возможные риски, количество охраны, но и вы, и я знаем — пиздят. Беккер, на тебе стены и потолок, проморгаешь снова турель — вставлю тебе автомат в жопу и нажму на спусковой крючок. Милз — электричество. Салливан и Тумз — остаются в коридоре. Барнс и Таузиг — прикрытие. Роллинз и я идём впереди. — А Детка? — усмехнулась Мэй, забивая магазин. — А Детка, как самая любимая дочка, идёт с папочкой, — привычно отбрил Брок. — Передохнули? Вперёд! Джек прикрывал своих бойцов, готовый стрелять в любого шевельнувшегося чужака. Снял вылетевшего на них со скальпелем белого халата. Охрана, штатские — здесь не было разницы. Брок пронёсся мимо, хлопнув его по плечу. Стрекотали выстрелы, выбивая из стен бетонную крошку, впереди смазанной тенью метался Зимний, вынося всех, кто попадался ему на пути, аккуратно складывая трупы вдоль стен. Приказа брать живыми не было, и он развлекался, пугая противника внезапным появлением из темноты. Через полтора часа в просторной подземной лаборатории из живых были только бойцы «Страйка». Брок связался с базой и, крикнув Милзу, погрузился в дебри данных, которые требовалось расшифровать и передать в Гидру. Зимний недолго покрутился рядом, получил заслуженную шоколадку и, подойдя к Джеку, отломил ему половину. — Спасибо, — растерянно сказал Джек, принимая шоколад. Шоколадка пахла перцем и таяла на языке. Острота, горечь и капля сладости. Дорогой швейцарский шоколад. Джек съел квадратик, а остальное завернул в фольгу и убрал в карман. Он не особенно любил шоколад. И ничего не понимал. Не в боевой задаче — здесь как раз все было ясно. Но Зимний? Джек вопросительно посмотрел на командира. — Спрашивай, — разрешил Зимний, отведя Джека в сторону от отдыхающих бойцов. — Спасибо, что я здесь, — сказал ему Джек. — Но зачем? — Ты мой, но потерялся, — ответил Зимний, одним движением смёл со стола всю технику, сел на краешек, развернув свою половину шоколадки. — Ты звал, долго звал, я услышал и пришёл, забрал тебя. Надо было оставить? Брок кинул взгляд через плечо, обеспокоенно обшарил взглядом лабораторию и вернулся к работе только когда обнаружил в дальнем углу Зимнего с Джеком, что-то негромко обсуждающих. — Нет, — покачал головой Джек. — Не надо. Что я могу сделать для тебя? — Жить. Быть свободным. Самому выбирать. Ты мой, но я не могу заставить быть моим, — пожал плечами Зимний и захрустел шоколадкой. Ему казалось, он всё объяснил и говорить больше не требовалось. Его люди были рядом и в безопасности. — Уходим до контрольной точки, — приказал Брок и, выхватив пистолет, несколько раз пальнул по системным блокам компьютеров. — Взорвать? — предложил Таузиг, сгребая в карман разложенные в пасьянсе карты. — Не имеет смысла, группа зачистки разберётся, — махнул рукой Брок. Уже в джете он оглядел каждого бойца, удостоверился в отсутствии повреждений у новичков и самыми последними занялся Барнсом и Зимним. — Полный отчёт, — велел Брок, пока ощупывал Барнса, стараясь не глядеть ему в глаза. Провёл по плечам, бокам, хлопнул по спине. — Повреждений нет. Дестабилизация сорок процентов, — отчитался Зимний и оскалился. — Барнс, погуляй пока где-нибудь, — попросил Брок, прекрасно зная, что от него сейчас требовалось, а делиться настолько личным не хотелось ни с кем. Сиротка и так стал слишком заметной фигурой. Джек послушно пересел в дальний конец джета и уставился в телефон, гоняя «змейку». Ему было интересно, что это за дестабилизация, но подглядывать он не собирался. На языке теснились десятки вопросов, но задавать их сейчас, при всех, Джек не собирался. Еще выдастся момент. Успеется. Против обыкновения, Зимний не позволил Броку сесть на соседнее кресло, а сам дёрнул его на себя, усадил на колени, лицом к себе и обнял, устроил голову на плече так, чтобы едва касаться губами шеи. Брок сглотнул. Всё это напоминало порнокошмар, когда вот оно, самое желанное, а не дотянуться, самому потрогать не было никакой возможности. Всё-таки Зимний оставался Зимним, пусть и вёл себя непривычно, он сам решал, кто и что будет делать, не давая обычно Броку выбора. Он сам выследил и нашёл, где живёт командир, сам принял решение поселиться у Брока на диване, как-то договорившись с Пирсом. Сам привел Джека Барнса и теперь сам тихо мурлыкал, поглаживая закаменевшего Брока по спине. Хотя тому хотелось сильнее вжаться, обнять руками, ногами, забрать себе, послав Гидру нахуй. Джек краем глаза заметил, как командир жмется к Зимнему, и снова уткнулся в телефон. Значит, они любовники. И всем нормально, никто не удивляется. Но если они любовники, как Рамлоу допустил, чтобы с Зимним Солдатом так обращались? Джеку успели рассказать про криокамеру, про лучшее оружие Гидры, про благо, которое — в этом месте рассказывавший Таузиг закатил глаза — оно несет человечеству… Джек не понимал. Чудовищно не хватало информации. Но он добудет недостающие знания. Поймет, в чем тут дело. Почему настолько могущественное существо, как Зимний Солдат, замораживают на года. …Может, потому и замораживают, что слишком могущественное? Но он спас Джека и перетащил в Штаты, в Гидру, в «Страйк» даже будучи в заморозке. Как так?