Соблазн

Впервые в жизни не красиво уложенные волосы, а небрежный пучок на голове, не вызывающая одежда, а вполне удобные, широкие домашние штаны и майка с изображением Спанч Боба, и, самое главное, не накрашенное лицо Ким Дженни. Тэхён точно не ожидал увидеть это, когда открывал дверь. — Эм?.. — не знает, как подобрать слова Тэхён, ибо Дженни очень редко навещала его дом, и очень-очень-очень редко не красилась и одевалась так. Сегодня какой-то особенный день? — Ты можешь посоветовать мне, как ухаживать за собакой? — и Тэхён только сейчас замечает тот самый «кусок шерсти» в её руках, и поэтому, откидывает Дженни подозрительным взглядом, удивляясь тому, что она впервые в жизни пришла к нему с просьбой. — Чего застыл-то? — невинно хлопает она глазами, когда сосед слишком долго томит с ответом и всего лишь с прищуром смотрит на неё, как на инопланетянина какого-нибудь. — Ты кто? — и брови Дженни тут же ползут вверх, даже тревога появляется от мысли того, что у Тэхёна, кажется, амнезия. — Спятил? — Нет, просто Ким Дженни, которую я знаю, не выглядит так… естественно и не просит у меня помощи. Она утонула в своей тонне макияжа и эгоизма и на её месте теперь появилась ты? — усмехается Тэхён, сразу же получая слабый удар по плечу. — Придурок, — закатывает глаза Дженни и, не дождавшись приглашения, толкает его в сторону, нагло проходя в его дом. — Даже не надейся, что я изменилась. У меня сегодня просто не было времени на себя, — фыркает она, плюхаясь на белоснежный диван в гостиной и гладя уже свою собаку по голове, как бы намекая, на кого сегодня было потрачено всё свободное время, и та поддерживает её, гавкая. Да и вид этой собаки тоже говорит об этом. Блять, как Дженни додумалась одеть её? — Напялила на эту бедную собачку одно из своих платьев? — закрыв дверь, Тэхён тоже проходит следом и оседает на диван напротив Дженни, делая ехидное замечание по поводу прикида щенка: какое-то дурацкое, желтое мини-платье, которое, на удивление, очень даже подходит её коричневой шерсти. — Тэхён, хватит уже осуждать мой гардероб, — сколько Дженни себя помнит, этот Тэхён всегда пускал шуточки про её короткие платья, шорты, юбки, да и стиль в целом. Она не понимает, почему он так прикопался к этому, ведь его не должно волновать то, как и куда она одевается. Ей нравится показать своё тело, нравится наряжаться так, чтобы все пускали слюни на неё одну — это тешит её самолюбие. И это явно не дело Ким Тэхёна, как он не поймёт? — Серьёзно… — тянет Тэхён и вмиг становится серьёзным, наклонив голову вбок и внимательно всматриваясь в глаза Дженни, отчего по её телу бегут мурашки. Ей всегда нравился его серьёзный взгляд. Так сексуально… Чёрт, Ким Дженни, перестань! — Если бы я был твоим парнем, то ты из паранджи не вылазила бы, — Дженни, правда, сильно хочет ответить колкостью на его «шутку» или же закатить глаза, но вот сердце предательски ускоряет свой темп и она жадно хватает ртом воздух, ибо, блять, одно выражение лица грёбаного Тэхёна говорит о том, что он вовсе не шутит. А ещё его голос… ей кажется, или в этом голосе прозвучали нотки ревности и злости? Его задевают её откровенные наряды? Но почему? — К большому счастью, ты не мой парень, — пытается она взять себя в руки и переводит всё в шутку, ехидно, но в то же время нервно улыбаясь, на что Тэхён хмурится и промолчав, отводит взгляд в сторону. Да что с ним такое? И с ней. Дженни не думала, что будет настолько неловко рядом с ним, и что он так изменится после того бала. — А где тётя Юджин? — меняет она тему и откидывает дом взглядом, будто бы пытаясь найти Юджин, ибо и вправду Дженни даже не планировала оставаться с Тэхёном наедине. — Она с подругами ушла по-магазинам; отец на работе; а у прислуги сегодня выходной. Кроме нас, никого нет, милая, — Тэхён весело ухмыляется, откидывая её пошлым взгляд, чисто для того, чтобы насладиться от реакции, которая не заставляет себя долго ждать — Дженни густо краснеет от возмущения и смущения, и нервно ёрзает на месте, убивающе смотря на врага в ответ, взглядом предупреждая, чтобы он даже не думал о чём-то извращённом. Потому что он был для неё одноразовым в ту ночь. По крайней мере, она хочет в это верить. — Так за каким советом ты пришла? — вспоминает Тэхён основную причину её прихода сюда, прямо как и Дженни. И собака, будто бы поняв, что наконец вспомнили о ней, гавкает, высунув язык. — Ну, понимаешь ли, я толком не знаю, что нужно сделать для собаки. А ты в этом вроде эксперт, раз присматриваешь за Ёнтаном два года. Ты диктуй правила, а я напишу в заметках. — Дженни, если ты не знаешь, то есть такая штука, как интернет, — и вдруг Тэхён осекается, довольнее прежнего ухмыльнувшись. — Или, неужели ты захотела увидеть меня, вот и придумала эту дурацкую причину для встречи? — Когда-нибудь ты поймёшь, что мир не вертится вокруг тебя, но точно не в этой жизни, — закатывает она глаза такой наглости и громких слов, но всё равно её ладошки потеют, ибо, как бы она себя ненавидела за это, да, да, и ещё раз да, в глубине души она и вправду захотела увидеть его. Его красивые глаза, что по-лисьи блестят от насмешки, стоит ему только увидеть её, его фирменную, квадратную улыбку, и чёрт возьми, даже эту маленькую, почти незаметную родинку на носу. Её всё ещё непонятные чувства к нему лишь усилились, как и стук её сердца рядом с ним после того безумного секса в особняке партнёров родителей, как бы она яро это не отрицала. Но она никогда не примет это, как-нибудь постарается забыть и закопать в глубине сердце, запереть, потому что чёртова гордость не позволяет. Потому что она боится любви. — В интернете всякую хуйню пишут. Один сайт говорит, что собак нужно регулярно мыть, а другой, что это может повредить их коже и шерсти, и я не знаю, чему верить. Ну помоги, а? — Ну ладно, — пожимает Тэхён плечами, просто потому что устоять не может перед этими кошачьими глазами, которые мило, с долей мольбы смотрят на него. Да и он сам хотел бы быть с ней наедине хоть некоторое время.

***

— Их нужно максимум два раза в день прогуливать, — в очередной раз советует Тэхён, и устало откинувшись на спинку дивана, с лёгкой ухмылкой смотрит на то, как Дженни каждое его слово записывает в свой телефон. Прошло минут тридцать: Кума (так, оказывается, Дженни назвала свою собаку, и конечно же, Тэхён пошутил над этим именем, сразу получив в ответ подушкой по лицу) уже ушла с объятий хозяйки и ходит где-то там в его доме, но Тэхёна это совершенно не волнует — ему более интересна Дженни. Такая красивая, когда сосредоточена на чём-то, обаятельная с нахмуренными бровями и с этим дурацким пучком на голове, который уже медленно «разваливается», некоторыми локонами струясь по её шее. И Тэхён не выдерживает. Ему кажется, что пять метров — слишком длинное расстояние между ними, и поэтому, встаёт со своего дивана и шагает к ней. — У меня спина затекла, — с этими словами, нагло плюхается он на диван рядом с ней, и, мало того, ложится так, что его голова оказывается на её коленях. Она от этой резкости чуть ли телефон свой не роняет, и задыхается от возмущения, поражаясь такому ходу событий. — Совсем из ума вышел? — пока что сдержанно спрашивает она, пытаясь взять себя в руки, что очень херово получается, ибо они так… близко. Что дыхание учащается и сердце набирает бешеный темп. Одних его весёлых глаз, смотрящих на неё снизу-вверх достаточно, чтобы всё её внутренности сжались в комок и появились бабочки. — Я хочу так полежать. Я же тебе с советом помогаю, вот и ты сделай мне одолжение — побудь немного подушкой, — усмехается Тэхён и внимательно скользит взглядом по нависающей над ним Дженни, изучая каждую деталь на её лице. Чертовски красива. — Ну пожалуйста, — добавляет он прикусив нижнюю губу, и она, заметив этот незначительный жест, густо краснеет, всем сердцем проклиная этого парня за то, что он так влияет на неё. Он милый, чертовски милый и красивый с этими растрёпанными волосами на её коленях, которых она жутко хочет сжать пальцами, погладить. —… Ладно, — сдаётся она и шумно вздыхает, пытаясь придать к голосу максимум безразличности, и, для полной картины закатив глаза, вновь устремляет взгляд на экран своего телефона. — Ты смущаешься? — вскидывает брови Тэхён когда видит, как дрожат её руки, сбивается дыхание и краска прилипает к щекам. Явные признаки смущения. Из-за него ведь, да? Это… радует. — Ничего подобного, — возмущается Дженни, устремив на него убивающий взгляд, и внутри чертыхнувшись от того, что он раскусил её. — Неужели уже твоё сердечко успел забрать? А ты говорила, что я лох, которого использовали… — тянет он, игриво надув губы и решив помучить её с полна, отчего она ещё гуще краснеет, что даже рак позавидует. — Знаешь, если бы у меня было хоть десять сердец, я бы ни одного тебе не отдала, — хмурится, принимая раздражённое выражение, и вызывая у Тэхёна всего лишь ухмылку на лице. — А что, если я заберу все десять? — блять. Да что с ним такое? Он это специально? Нарочно хочет запутать её в своих чувствах ещё больше? — Иди нахуй, Ким Тэхён, и лучше помоги с советом. Мне надоел этот тупой разговор. — Ну ладно, — пожимает он плечами, по-прежнему продолжая гадко ухмыляться, и она фыркнув, вновь обращает внимание на свой телефон и ждёт его дальнейших слов. — Собак нужно мыть по мере возможности. Регулярное мытьё действительно может повредить их коже, — она записывает его каждое слово в заметках, пока он внимательно наблюдает за её сосредоточенным выражении лица. — А ещё нельзя кормить их человеческой едой. Только специальный корм для собак, — продолжает он, но даже не вникает в суть своих слов, завороженно смотря на то, как очередной локон «соскальзывает» из слабого пучка и падает ей на лицо, мешая, но она даже не обращает на это внимание, слишком сильно увлекшись. И Тэхён не выдерживает — обдумывает несколько секунд, и, всё-таки, тянется рукой к её лицу и заправляет мешающие волосы за ухо. Она от неожиданности чуть вздрагивает и устремляет на него не понимающий взгляд, пока он уже гладить её щеку начинает, перестав улыбаться. — Ты красивая, — от его шепота мурашки бегут по коже и дыхание учащается. Такая странная обстановка: он лежит на её коленьях и смотрит на неё снизу-вверх каким-то странным взглядом, а его рука гладит её покрасневшую от смущения щеку, но, самое главное — Дженни не отталкивает, не огрызается, мол, а ты не красивый, и даже не смеётся над ним, а всматривается прямо в его глаза и медленно спускается к губам, которые ещё вчера её целовали. — Что ты делаешь? — сбивающимся дыханием спрашивает она, когда его рука на щеке медленно переходит к затылку и немного надавливает, вынудив её склониться над собой сильнее, ближе. И она вновь не возмущается, не спускаясь взгляд с его губ, которые теперь находятся до жути близко. — Целуй меня. Прошу, — и она шумно сглатывает, в глубине души удивляясь, что он чуть ли не молит её, выглядя таким беззащитным и милым. Ну как ему можно отказать? К чёрту гордость и боязнь влюбиться. Дженни припадает к его губам и нежно целует то нижнюю, то верхнюю, не углубляя. Их поцелуй детский, лишённый всякого разврата и лёгкий до порхание бабочек в животе у обоих. Дженни не отдаёт отчёта своим действиям, её голова сейчас полностью забита только чертовым Ким Тэхёном. Гребаным соблазнителем, который вчера был прав — её зависимость не прошла после одного раза. Он не одноразовый, иначе Дженни не целовала бы его сейчас, даже свой телефон в руках уронив на пол. Но ей плевать. На всё плевать. Тэхён убирает руку с её затылка, подумав, что причиняет ей боль, и что они находятся до жути в неудобном положении. И именно поэтому, он приподнимается с её колен, и с напором печатает её к спинке дивана, беря инициативу на себя и сам целуя. Он углубляет этот нежный и лёгкий поцелуй, проталкивая язык к её рту и яростно насилуя её губы, чтобы насладиться ей с полна. И он рад. До чертиков рад из-за того, что вновь чувствует этот вишнёвый вкус её губ, что вновь слышит её сбивчивое дыхание и частоту ритма сердце, и что он, чёрт возьми, оказывается, всё ещё привлекает её. Вдруг слышится звонок в дверь, прерывающий их занятие и вынуждающий Дженни придти в себя и оттолкнуть Тэхёна. — Вовремя же однако, — раздражается Тэхён, бросив испепеляющий взгляд на дверь, а потом наблюдает за тем, как покрасневшая Дженни нервно начинает поправлять свою одежду, встав с дивана, и, забрав с пола свой телефон, пулей убегает в сторону прихожей так, как будто бы пытаясь от него сбежать и не показать своё смущение. Из какой-то комнаты выбегает и Кума, услышав звонок в дверь, и следует за своей хозяйкой виляя хвостом, пока та открывает дверь. — Дженни? — удивляется Юджин, увидев свою соседку и её состояние в целом: покрасневшие щёки, пухлые губы, растрёпанные волосы и чуть задравшаяся футболка с Спанч Бобом. Что она делала в их доме? К Тэхёну пришла? — П-простите тётя Юджин, мне, точнее нам н-надо уйти, — заикается Дженни, не поднимая взгляд с пола и забирая Куму в свои объятья. Юджин вскидывает брови, увидев эту собаку, и чуть отходит от двери, чтобы дать им уйти. — Что происходит? — когда Дженни с какой-то собакой буквально выбегает из их дома, смотрит Юджин на сына, который сидит на диване и довольно улыбается, наверное, осознав, что только что он целовался с Дженни. Что она сама поцеловала его, по своему желанию. — Лёд таять начинает, мам.

***

На завтрашний день Дженни, на удивление, просыпается в хорошем расположении духа, что очень странно, если учесть, что она практически не спала всю ночь обдумывая свой поцелуй с заклятым врагом. А ещё она не жалеет, ни капли, только… смущается. И всё. — Ну сегодня же выходные, — в очередной раз хнычет Чимин, недовольный тем, что ему с утра пораньше приходится сидеть в библиотеке в выходной день. И по всему виной грёбаные дополнительные. Чёрт, а он ведь планировал сегодня устроить тусовку в доме, ибо родители улетели в Лондон на два дня. Но, видимо, не судьба. — Не хнычь и лучше открой страницу сорок семь, — стальным голосом приказывает Лиса, и Чимин, недовольно бубня под нос, слушается её, как и все находящиеся за столом. Тэхён, выполняя приказ старосты, параллельно смотрит на Дженни, приподняв уголки губ, и заметив её румянец на щеках от этого взгляда. Он тоже не мог уснуть ночью думая о её губах, и желая побыстрее увидеться с ней. А ещё он боялся, что она жалеет о случившемся, но, оказывается, что зря, ибо он по глазам её читает, что она не жалеет. Это радует. Вдруг двери в библиотеку открываются и заходит девушка с пластырями на раненных коленях, и все трое, а точнее, Чимин, Тэхён и Дженни удивляются, а Лиса с Чонгуком лишь пожимают плечами, потому что для них не новость то, что Розэ тоже читает тут книги. — А что она здесь делает? — хмурится Чимин, испепеляюще смотря на рыжую одноклассницу, пока та, задержав на них немного удивлённый взгляд, хмыкает и проходит вглубь библиотеки, чтобы найти книги для чтения. — Она проводит тут всё свободное время, — отвечает Лиса, и Чимин ещё сильнее хмурится, помнит ведь прекрасно, как эта Розэ среагировала на его помощь. Неблагодарная хамка. Ничего, Чимин ещё узнает, что за слова вчера были, и что значит «ты один из них». — Ну ладно. Лиса, ты не поможешь мне? — переводит тему Тэхён и привлекает внимание старосты, потому что он уже полчаса не может решить эти слишком непонятные уравнения. Лиса коротко кивает, и, встав с места рядом с Дженни, подходит к Тэхёну напротив, склонившись над ним. — Вот тут нужно умножить, — тычет пальцем она в тетрадь, и еле заметно краснеет, когда ощущает аромат горьких, и, по всей видимости, дорогих духов Кима. Лиса не может отрицать — ей симпатичен этот Ким Тэхён. Да, она знает, какой он гадкий человек, какой бабник и садист, которому нравится чужие страдания, но всё равно он чертовски красив. Да и, к тому же, что Лисе мешает интересоваться другими парнями? Этот лопух по имени Чонгук всё равно ведь, как оказывается, уже даже забыл о той ночи. Стоит ли он того, чтобы Лиса постоянно думала о нём и так отчаянно добивалась его ответной любви? — А тут делить, — вновь тычет она куда-то в тетрадь уже заикающимся от смущения голосом и невольно склоняется к Тэхёну ещё ближе, что даже его дыхание на щеках ощущается. И она краем глазом видит, как напрягается Чонгук и раздражённо наблюдает за ними, видимо, заметив, в какой близости они находятся, и как Лиса нервно себя ведёт рядом с Тэхёном. И это злит Лису, ибо, блять, какого чёрта Чонгук вообще имеет право раздражаться и напрягаться? Он сам разрушил своё же право. Как же он бесит Лису. Он то отшивает её, то флиртует и ревнует. Она с детства ненавидела нерешительных людей, которые и сами не знают, чего хотят от жизни. Тэхён тоже замечает и слышит, как Лиса заикается рядом с ним и как её руки дрожат, учащается дыхание — это явные признаки симпатии. И это тешит его самолюбие, ведь он даже строгую старосту смог соблазнить, но… Дженни. И тут же он переводит на Дженни взгляд, и ухмыляется, увидев, как та уже мысленно Лису убивает, зло-зло смотря на неё и поджимая губы. Ревнует? Так почему бы не позлить её ещё? — Спасибо, Лалиса, — специально тянет он имя старосты, будто бы пробуя на вкус и чуть ли не мурлычет, обращая на неё внимание, отчего Лиса ещё гуще краснеет и коротко кивнув, отходит от него. — Чтобы я делал без тебя? — продолжает, и чувствует, как Дженни ещё сильнее злится и уже его убивать начинает своим взглядом. Просто отлично.

***

Дополнительные заканчиваются слишком быстро: первым уходит Чимин, конечно же соврав о том, что у него встреча с дядей и прихватив с собой Чонгука, а потом и Лиса, и, наверное, Тэхён тоже ушёл — Дженни не знает, ибо она уже десять минут поправляет свой макияж перед запланированным шоппингом с подругами стоя в уборной библиотеки. А ещё она пытается всеми силами взять себя в руки и особо не злиться, попросту убивая нервные клетки, но выходит не очень, потому что, блять, Тэхён с Лисой сегодня весь день флиртовали. Не этого она ожидала от Тэхёна после вчерашнего их поцелуя. Обидно. — Вчера ты красивее была без косметики, — звучит голос сзади и Дженни только сейчас через отражение в зеркале замечает Тэхёна, что стоял у двери, и, прислонившись спиной, неотрывно наблюдал за ней. Дженни вначале теряется, но, вовремя вспомнив о своей обиде, фыркает и продолжает припудривать свой нос, на что Тэхён усмехается, и, оторвавшись от двери, приближается к девушке. — На что ты злишься? — стоя прямо сзади неё и опаливая её затылок своим дыханием, спрашивает он смотря на её отражение. — Почему не ушёл? Как ты мог отпустить свою ненаглядную Лалису одну? — хмурится Дженни, и, резко обернувшись, зло всматривается прямо в его глаза, на что он ухмыляется ещё шире. — Ревнуешь? — Мечтать не вредно, — язвит она, сжав руки в кулачки и пытаясь отогнать от себя мысли ревности, ведь она не может ревновать. Ким Дженни никогда не ревнует, никогда не проявляет заботу и признаки любви, и никогда, чёрт возьми, не любит. Не забывает о гордости и… Блять. К чёрту всё. И она яростно впивается в губы Тэхёна, показывая через этот поцелуй всю свою злость, пока Тэхён в удивление приходит от такого напора, но, не растерявшись, отвечает, сделав шаг вперёд и усадив девушку к тумбе сзади неё. Она тяжело вздыхает от этого, и раздвинув ноги, чтобы Тэхён смог поудобнее устроиться, обнимает его торс, а руки же зарываются в его мягкие волосы. — Что ты делаешь? — спрашивает он тихо, оторвавшись от её губ, и затуманено смотрит в её глаза, пытаясь прочесть ход её мыслей. Она сидит на тумбе, обняв его торс ногами так, что её и так слишком короткое платье задирается, открывая вид на белые, кружевные трусики, а её грудь приподнимается от тяжелого дыхания, и о блять, как же его манит это зрелище. — Ты же говорила, что я одноразовый. — А разве? — «непонимающе» хлопает она глазами, и подавшись вперёд, прикасается его губ своими, но не целует, дразня. — Я вроде говорила, что двухразовый, — она прекрасно понимает, что творит, и что вновь попадает в его сети, но плевать. Зависимость уйдёт. Когда-нибудь, обязательно, уйдёт, он надоест ей — конечно же, ибо она не позволит всему этому перерасти в любовь и прочую фигню. Но сейчас она не может отрицать, что до дрожи на коленях хочет этого парня. Всё ещё хочет. И этого Тэхёну пока что достаточно, и поэтому, он сам рывком целует её, ловя губами её бурчание наподобие: «больше не флиртуй с Лисой».