Ради общего дела

Тэхен вернулся ранним утром, воспользовавшись предложением Соджуна подбросить его по дороге на съемки. Они крепко обнялись в машине, клятвенно пообещав друг другу видеться как можно чаще, хоть оба и понимали, что с такими забитыми графиками все равно не получится уделить встречам больше одного дня в месяц. Но ведь гораздо важнее качество, чем количество. Тэхен открыл дверцу автомобиля, и уже стоя на асфальте наклонился и сказал: — Еще раз спасибо за веселую ночь, хен, и за подарок тоже. — Пользуйся на здоровье. На созвоне, Тэ, — улыбнувшись ответил он и помахал рукой. Тэхен тихонько поднялся в свою комнату, чтобы не разбудить тех, кто еще видел радужные утренние сны, и немного удивился, когда обнаружил на кровати сопящего прямо в одежде Чонгука. Парень заглянул Гуку в лицо, чтобы понять спит ли он, и сразу заметил, как сильно у того слиплись реснички. Неужели плакал? Только вот из-за чего, ведь свидание наверняка прошло хорошо. Тэ вспомнил, что вчера макнэ как-то грубовато попрощался с ним и резко скинул звонок, может он опять на что-то обиделся? Когда успел, если они даже не виделись, ох уж этот ребенок. Тэхен осторожно присел рядом и стал гладить парнишку по голове, не боясь разбудить, поскольку до подъема все равно оставалось минут пятнадцать, а Чонгуку совершенно точно нужно как следует вымыться и привести себя в порядок, ведь лицо ощутимо припухло от слез. Гук хрипло застонал, повернулся, громко хрустнув косточками, и с трудом открыл глаза. — Что ты тут делаешь? — спросил он Тэхена. — Уже утро и это моя комната. — Уже? Прости, я видимо случайно заснул здесь, ведь ты сказал не ждать, — грустно сказал Гук. — Я кажется запретил тебе плакать, — строго напомнил Тэ. — Я и не плакал, хен, с чего ты взял вообще? — попытался оправдаться тот, но смолк, когда Тэхен поднес к его лицу карманное зеркальце. — Не хочешь поговорить? — Нет, — буркнул Чонгук и засобирался в ванную. — Почему? Я же волнуюсь за тебя. — Потому, что нечего обсуждать, хен, — почти раздраженно ответил Чон, когда заметил на комоде пакетик, который Тэ принес с собой. Он бессовестно заглянул внутрь, не в силах бороться с любопытством, и обнаружил баночку сыворотки со слизью улитки. Чонгук аж побагровел и с силой сжал ее в руке. Разумеется, что несчастная баночка ни в чем не была виновата, но парень явственно вспомнил, как пальцы Соджуна нежно касались лица и шеи его любимого хена, распределяя злосчастную сыворотку. Гук отчаянно хотел быть на его месте, но понимал, что к старшему другу у Тэхена особое отношение, он считается с его мнением, уважает и восхищается, а сам Чонгук для него лишь славный ребенок, которого еще воспитывать и воспитывать. — Эй, Чонгуки, ты очень напряжен, — сказал Тэ, неожиданно ласково обнимая его сзади, — Еще есть немного времени, если не хочешь говорить, позволь хотя бы сделать тебе расслабляющий массаж. Гук боялся, что если откроет сейчас рот, то непременно нагрубит, поэтому плотно сжал губы и кивнул, соглашаясь на предложение хена. Тэхен нарочито медленно стянул с макнэ майку и резко толкнул прямо на кровать, потом потянул за твердые ляжки и заставил перевернуться на живот, а сам уселся прямо на чонгукову упругую задницу, и принялся с силой разминать его широкую натруженную спину. Постепенно, Гук расслабился под уверенными руками Тэхена и даже почти выкинул из головы причины вчерашней ревности, когда ощутил, что вместо ладоней, его кожи касаются уже теплые губы и резко повернулся, заваливая на себя хена. — Поцелуй меня по взрослому, — попросил он, с силой сжимая тэхеновы бока, так, что тот не посмел отказать. Чонгук буквально вылизывал рот Тэ, не оставляя тому даже шанса на пассивное участие. Их губы и зубы сталкивались, языки касались друг друга, нежные укусы и тихие стоны вызывали дрожь по всему телу и жгучую тяжесть в штанах. Макнэ смело тянул старшего за волосы, перемещаясь горячими губами на шею и покрывая ее бесконечными поцелуями. Он так распалился и завелся, что без малейшего стеснения запустил руку в тэхеновы трусы, и уверенно обхватил пальцами его возбужденный член. Тэхен протестующе замычал, но Чонгук заткнул его новым поцелуем и окончательно повалил на кровать, нависнув сверху. Он дрочил парню, упиваясь его поскуливаниями и рваными вздохами, да чего уж там, Гук готов был сам спустить только от одного сдавленного «смелее» из уст хена, что он собственно и сделал, секунда в секунду с Тэхеном, окончательно сдаваясь. Парни лежали на кровати, восстанавливая сердечный ритм и дыхание. Тэ заботливо протянул Чонгуку салфетки, которые достал из тумбочки, и позволил ему протереть и себя тоже. — Так значит мой глупенький Гугу опять приревновал меня вчера? — неожиданно спросил он, заставляя макнэ резко покраснеть. — Ничего подобного, очень надо, я вообще встречался с красивой нуной, думаешь мне было до твоих заигрулек с Соджуни-хеном? — передразнил Чон. — Видишь как тебе повезло, сводил в ресторан прекрасную девушку, номерами хоть обменялись? — поинтересовался в свою очередь Тэ. — О-о-о, — удивленно протянул парень, — Так может это ты ревнуешь, а, хен? — Ничего смешнее не слышал, — заявил тот. — Да, мы обменялись номерами, договорились встретиться как-нибудь в свободное время, грех потерять такую прекрасную нуну. — Вот и замечательно, рад за тебя, надеюсь, что ты не испортишь себе карьеру этим, — едко бросил Тэхен, собираясь встать и уйти. Но Чонгук звонко рассмеялся и запрыгнул на него, не давая так просто ретироваться. — Значит дашь свое благословение, хен? — продолжил дразнить парень. — Никогда, ты сейчас не в том положении, чтобы заводить себе девушку, Чон Чонгук, — совсем разозлился Тэ, пытаясь выбраться с кровати. — Просто признай, что ревнуешь, — потребовал макнэ. — Я забочусь о тебе, при чем тут ревность, и вообще, я выше этого. — Ну да, я так и понял, — сказал Гук, наконец отпуская раздраженного хена. Тот принялся громко хлопать дверцами шкафа и шуметь ящиками, в поисках одежды, а не найдя нужной, совершенно неприлично чертыхаться. Чонгук смотрел на эту сцену со стороны и тихонько посмеивался. Не то, что он планировал поиздеваться над хеном, но осознавать, что тот тоже ревновал его было запредельно приятно. Значит его все-таки любят, значит он нужен Тэхену. Когда парень наконец нашел все, что необходимо и направился к выходу, Чонгук кинул ему в спину: — Я пошутил, хен. — По поводу чего? — По поводу девушки, мы не менялись никакими телефонами, и вообще она гораздо старше. — А зачем дурил мне голову? — Просто так сильно люблю тебя, Тэ, — Чонгук подошел к нему и обнял крепко крепко, — Люблю, люблю, люблю… Ни на кого не променяю.

***

Оставалось буквально несколько дней до триумфального камбэка, и ребята сидели на традиционной летучке с менеджерами и стаффом, в сотый раз обговаривая все до мельчайших деталей. Чонгук уже откровенно зевал, так как на самом деле система была отработана досконально, и даже если бы его разбудили ночью и заставили выйти на сцену, он все сделал бы идеально. Поэтому, когда разговор закончился, он первым подорвался с места, намереваясь пойти перекусить, но по закону жанра менеджер вдруг сказал: — Ах, я кажется забыл еще кое-что. — Да что ж такое то, — пробормотал Гук, возвращаясь на место, — Мой желудок сейчас переварит сам себя. — Вы все хорошо поработали в этом месяце, — разглагольствовал мужчина, — Все приложенные вами и нами меры по удержанию группой популярности дали свои плоды, и пока что интерес публики имеет хорошую динамику. Знаю, что вам было сложно заставить себя быть более раскрепощенными и творить всякую дурь на камеру, но осталось потерпеть всего несколько дней, дальше будет не до этого. Молитесь, чтобы АРМИ вознесли вас к вершинам чартов и поставили еще пару сотен рекордов, только тогда начало тура можно будет считать успешным. Так что давайте все вместе постараемся. — Ура, теперь кушать! — завопил Чон, когда вновь услышал голос менеджера. — Задержитесь с Тэхеном на минутку. — Проклятье, — заныл парень, а Тэ послушно сел, поддразнивая его и тихонько хихикая. — Я знаю, что вы очень устали развлекать всех своими играми, — с искренним сожалением сказал менеджер, — Но у вас осталось еще одно незначительное задание, выполните его и можете зажить как прежде. — Какое? — спросил Тэхен. — Мы заказали вам номер в хорошем отеле, все что требуется, это заселиться и выехать через часа три-четыре. А папарацци уже сами сделают свое дело. Вы конечно должны максимально спрятать лица, будто не хотите быть узнанными, но кому это мешало. Думаю, что уже через час после заселения, информация о вас просочится в социальные сети. — Боже, что о нас подумают, — фыркнул Тэ. — Какая разница, зато мы сможем целых четыре часа лежать и смотреть сериалы, — вставил Чонгук, — Давно я так не отдыхал. — Ну вот и отлично, — заключил менеджер, — Не стоит волноваться о том, что подумают другие, никаких доказательств у них все равно не будет, а только собственные догадки. Они то нам и нужны. Завтра за вами заедут, не опаздывайте, — напоследок бросил мужчина и удалился.

***

Ребята захлопнули за собой дверь большого гостиничного номера и одновременно засмеялись. Они всю дорогу до нужного этажа пытались сдерживать себя и не прыскать со смеху, а теперь могли наконец расслабиться. Похоже, что информация о парнях была заранее слита, поэтому они успели заметить парочку неумело прячущихся лиц с фототехникой, но упорно делали вид, что поглощены исключительно друг другом, а не внешним миром. А еще забавнее было наблюдать за лицом администратора, которая изо всех пыталась состряпать бесстрастное выражение, но выглядело это как гримаса нестерпимой душевной боли. Чонгук первым скинул с себя кепку, маску и очки, наслаждаясь тем, что лицо снова может «дышать», и стал исследовать комнату. Она очень напоминала номер для новобрачных, так как в центре стояла огромная кровать, а ванная была оснащена джакузи с широким выбором алкогольной продукции, расставленной прямо на бортике. Гук живо заинтересовался бутылками и стал читать этикетки, прикидывая, что хочет попробовать больше всего. Свой выбор он остановил на диковинной бутылке, в которой плескалось шампанское с кусочками настоящего сусального золота. — Там есть джакузи и вот это, — сказал Чонгук, выглядывая из ванной и показывая Тэхену находку. — Ого, так давай включим пузырьки и попробуем шампанское, — предложил тот. — Ты что собрался пить? — искренне удивился макнэ. — Сделаю два глотка, просто чтобы попробовать, какое золото на вкус, — ответил Тэ, снимая с себя одежду, — Иди, набирай воду. Парни блаженно расслаблялись в ванной, наслаждаясь уединением и бурлящей теплой водой, ведь когда они еще смогут позволить себе подобное безделье. Два глотка Тэхена плавно переросли уже в третий бокал, так как напиток оказался на удивление сладким и приятным на вкус. Чонгук внимательно поглядывал на хена, который лениво откинул голову на бортик, обнажив влажную шею и постоянно прикладывался к бокалу. Он болтал ногами в воде, то и дело вынимая из пены свои божественные гладкие колени, и Гук боялся, как бы у него не встал от такой близости к объекту своего вожделения и разыгравшейся фантазии. Поэтому, когда Тэ вырвал его из немого любования и предложил потереть спинку, парень как-то невнятно согласился, а потом тут же пожалел об этом. Тэхен так нежно растирал ему кожу мочалкой из натуральной водоросли, что он не смог сдержать стона удовольствия и откинул голову тому на плечо, с готовностью принимая заботу. Тэ продолжал мягко массировать распаренное тело макнэ уже руками, заставляя того напрягаться, когда пальцы проходились в опасной близости от паха, где уже начинало болезненно ныть. — Чонгуки, я стараюсь тебя как-то расслабить перед камбэком, почему ты не поддаешься? — немного обиженно спросил Тэхен. — Хен, я просто, — Чонгук на секунду запнулся, а потом, взглянув в чуть помутневшие от алкоголя глаза Тэ, решил сказать как есть, — Просто ничего не могу поделать со своей физиологией, меня слишком заводят твои прикосновения. — О, — проронил парень и уверенно положил руку на возбужденный член макнэ, — Такой твердый… Тэхен будто издевался, плавно водя рукой то вверх, то вниз по стволу, заставляя Гука до боли закусывать губу и отчаянно сжимать пальцы на его запястьях. Но спустя буквально две минуты этой сладкой пытки, он плюнул на все, засунул сдержанность, вперемешку со смущением куда подальше, и резко развернулся, горячо целуя и прижимая Тэ к себе. Мозги совсем затуманились, и Чон довольно слабо отдавал отчет своим действиям, но он так остро чувствовал животом каменный стояк старшего, что не в силах был остановиться. Ведомый какими-то инстинктами, Чонгук подсадил Тэхена себе на бедра и принялся медленно кружить пальцами вокруг его дырочки, не до конца осознавая, что собирается дальше делать, и сможет ли остановиться, если хен об этом попросит. Но тот кажется спустил все на тормоза, под влиянием алкоголя и обстановки, поэтому лишь стонал в голос, продолжая мокро целоваться и тереться членом о Чонгука. — Хен, — просипел Гук, — Если ты хочешь все прекратить, то скажи сейчас, иначе я за себя не ручаюсь. — Нет, — на выдохе ответил тот, — Я хочу тебя, только не здесь, на кровати. Чонгука упрашивать не пришлось, и он резко встал в джакузи, прямо с Тэхеном на руках, и потащил его в комнату, крепко прижимая к себе и не обращая внимания на потоки льющейся с них воды. Сейчас Тэ был его долгожданной добычей, и никто не помешает им любить друг друга.