Шторм и пламя

      Джон Коннингтон был счастлив.Проклятый мятежник, Роберт Баратеон, мёртв, убит его рукой.Горожане прятали лорда Штормовых Земель в борделе «Персик», но люди лорда-десницы выломали двери секирами и ворвались в публичный дом, оказавшийся приютом недобитых мятежников.       Надо отдать должное Баратеону, признавал лорд Грифоньего Насеста.Поймать Роберта со спущенными штанами на шлюхе не удалось.Тот уже ждал их, облаченный в доспехи и во главе горстки гвардейцев ринувшился на воинов короля Эйриса, осыпая Коннингтона бранью и оскорблениями.       Но рана заставила Баратеона отказаться от своего огромного молота и Коннингтон зло оскалися, бросившись на Роберта с боевым топором.Мечом Роберт владел искусно, но он был ранен и ему противостоял он, здоровый, сильный и жаждущий напоить свой топор оленьей кровью бунтовщика.        — Убей этого негодяя Роберта, привези мне его голову и станешь верховным лордом вместо Баратеона, — сказал ему Эйрис. — Но Джона Аррена, Хостера Талли и Неда Старка привези живыми.Я хочу сжечь этих изменников, сжечь их всех!       Длинные спутанные космы серебристых волос и горящие фиолетовые глаза делали Эйриса похожим на помешанного.Он действительно почти спятил с этим диким огнём, чего только стоит сожжение лорда Старка, удушение его наследника и расправа с сопровождавшими их лордами.       «Восстание вспыхнуло из-за глупости Брандона Старка и безумия Эйриса, но когда мой принц вернётся, то мы добьем изменников и потом…потом на Железный Трон сядет куда лучший король, чем Эйрис.И уж он, Джон Коннингтон, об этом позаботится.»       Баратеон выдыхался, он был пьян и дрался не тем оружием, которое составило ему грозную славу.Да и легендарный рогатый шлем где-то затерялся. Роберт ринулся в схватку с непокрытой головой и Джон воспользовался этим.Уклонившись от выпада, он обрушил на своего бывшего сюзерена удар щита.        — Лианна, — прошептал Роберт, пошатнувшись. — Я иду! Я спасу тебя от этого драконьего отро…        — Грифон! Грифон! — вскричал лорд-десница, обрушив своё оружие на голову врага, прикрытую лишь густыми чёрными кудрями.       Боевой топор Коннингтона раскроил череп Баратеону раньше, чем тот вновь приготовился к бою.Великан в чёрной стальной броне и золотом камзоле, украшенном коронованным оленем своего дома, качнулся и рухнул к ногам лорда Грифоньего Насеста.        — Победа, — крикнул Джон, но вместо этого лишь прохрипел.В горле пересохло.Он поднял забрало шлема и огляделся.Его люди добивала раненых латников Баратеонов.Он увидел среди золотых плащей зеленый, с черепахой Эстермонтов и еще несколько рыцарей, но не стал останавливать своих людей.       «Все равно эти рыцари мертвы, а Штормовой Предел скоро падет.Когда я вернусь в Королевскую Гавань с победой, то земли Баратеонов станут моими, как и обещал Эйрис.Джон Коннингтон, верховный лорд Штормовых земель…звучит неплохо.Что мне эти жалкие гвардейцы мятежника?»        — Приведите мне владелицу этого борделя, — распорядился десница, не оборачиваясь.Вскоре несколько гвардейцев в красно-белых плащах гвардии Грифоньего Насеста приволокли перепуганную женщину, достаточно смазливую, но Джон брезгливо скривился.       Женщины не особо привлекали Коннингтона, но он лорд и должен оставить наследника.О да, теперь все эти спесивые штормовые леди будут мечтать о нем, но он назло им выберет другую.Лорд Штормовых земель заслуживает большего.       В памяти всплыло лицо Эшары Дейн, юной фрейлины принцессы Элии.Ее пурпурные глаза напоминали ему о Рейгаре и сама дорнийка была достаточно хороша, чтобы он накинул на ее плечи грифоний плащ.Если она родит сына, он назовет его в честь Рейгара…нет, принц не обидится, он поймёт.        — Сколько тебе заплатили изменники за то, что ты укрывала предателя Роберта Баратеона в своём притоне? — бросил Коннингтон, глядя в полные ужаса глаза хозяйки борделя. — Ты знаешь, что полагается за помощь бунтовщикам…добрая женщина?       Гвардейцы и сопровождавшие его рыцари заржали, но Коннингтон не собирался их останавливать. Он не трогал жителей этого убогого городишки, надеясь на их здравомыслие и благоразумие, а они прятали Баратеона у него под носом, да ещё в борделе, где это пьяное животное ещё и пользовало девок.       «У него уже есть бастардка в Долине и хорошо, если одна.Если он и сейчас любил вино и шлюх, то лет через двадцать превратился бы в подобие Эйгона Недостойного.Лучше бы я взял его живым и привёз в клетке в Королевскую Гавань.Эйрис зажарил бы тебя в собственных доспехах, Баратеон.»        — Мил-милорд, — пробормотала женщина умоляющим тоном. — Нас заставили под угрозой оружия.Они обещали, что если я откажусь, меня убьют, а моих девочек пустят по кругу и…        — Ты имела в виду шлюх, — презрительно скривился сир Ричард Лонмаут, соратник Коннингтона и бывший сквайр Рейгара. — Хотя такая как ты и родную дочь вырастит продажной девкой. Наверное, мечтала, что Роберт захватит трон и пришлет бастардам по кошелю золота.        — Значит, тебя заставили, добрая женщина? — обманчиво сочувственным тоном сказал Коннингтон и содержательница борделя яростно закивала. — Тогда радуйся, мятежники мертвы и мы спасли твой бордель.В благодарность твои…девочки будут работать сегодня бесплатно для моих людей…       Рев бронзовых труб и перезвон колоколов прервали его слова.В бордель ворвался латник в цветах Мутонов и прокричал, что мятежники штурмуют стены.Коннингтон плюнул на бордель, велел насадить голову Роберта на пику и пошел к выходу.Хорош он будет, если мятежники убьюут его в день его триумфа…        — Седьмое пекло, сколько же их тут, — закричал кто-то из его гвардейцев прежде, сем затаившийся на крыше арбалетчик всадил ему болт в грудь.Все недобитые люди Роберта вылезли из щелей и закоулков и вступили в бой, а кто-то сотворил ворота для людей Старков, Арренов и Талли.       Джон Коннингтон видел, как сир Майлс Мутон валится из седла, сражённый лордом Хостером Талли, ведущим в атаку своих конных латников.Риверран присоединился к мятежу в обмен на то, что Старк и Аррен взяли в жёны дочерей лорда Хостера.Но если он прорвется к нему.        — Грифон! За короля Эйриса! — крикнул Коннингтон, пришпорив своего коня и собрав под своим знаменем отряд рыцарей и латников, стал прорубаться к знамени с серебристой форелью.Его люди рассеяны по городу, а мятежники многочисленны и свирепы, но он убил Роберта, а теперь убьет Талли.       На рыночной площади около каменного фонтана в виде прыгающей форели он почти пробился к знамени лорда Талли, но слишком поздно понял, что сейчас с ним не больше двух десятков конников.На его глазах на площадь вылетели свежие силы, конники под знаменем с луной и соколом.       «Аррены.»        — Я не сдамся.Лютый враг, верный друг, — прохрипел Коннингтон, прикончив какого-то воина в цветах Вэнсов.Топор казался тяжелее обычного, но лорд-десница поклялся, что не выпустит его, пока не прикончит этого перевертыша Талли и втопчет в грязь его знамя.        — За лорда Джона и Долину! За Орлиное Гнездо! — раздался громкий боевой клич.Рыцарь в посеребренной броне, щеголявший в крылатом шлеме, несся на отряд десницы во главе лавины воинов в стали и плащах гвардии Арренов.Но мелькали и гербы Ройсов, Уэйнвудов, Хантеров и Редфортов.       Лорд Грифоньего Насеста в отчаяньи рычал, видя, как под ударами рыцарей Долины гибнут остатки его отряда.Рухнуло и черное королевское знамя с красным драконом, несшего его сира Ричарда Лонмаута зарубил какой-то Ройс.А крылатый рыцарь уже был близко…        — За принца Рейгара! — крикнул Джон Коннингтон, обрушив свой топор на крылатого рыцаря, но тот уклонился и нанес свой удар.Лорд-десница без чувств рухнул с коня после могучего удара вороненой булавы крылатого рыцаря.        — Мы победили, милорды, — сказал сир Деннис Аррен, держащий свой крылатый шлем на сгибе локтя.Весь закованный в посеребренную броню, Хранитель Лунных Врат казался воскресшим Артисом Крылатым Рыцарем. — Коннингтон убит, его армия разгромлена…       Джон Аррен недовольно покосился на родича.Молодой рыцарь в восторге от того, что рассеял остатки армии Коннингтона и прикончил десницу Эйриса своей рукой. Роберт Баратеон мёртв, они зря рвались к Каменной Септе.В этой битве они победили, но Таргариены соберут новую армию.        — Роберт Баратеон тоже мёртв, сир Деннис, — мрачно произнёс Хостер Талли.Они были в замке местного рыцаря, небольшой крепости в центре города и проводили военный совет в солярии, где на столе лежала карта Вестероса. — Разменять лорда Роберта на Коннингтона и его армию для Эйриса выгодно.        — Это война, на ней гибнут и лорды и простые солдаты, — ответил Деннис Аррен. — У лорда Роберта есть братья, Станнис и Ренли, оба они в безопасности, под защитой стен Штормового Предела.       Эддард покачал головой: «Они в западне, сир Деннис, Мейс Тирелл осадил замок с суши, а море стерегут галеи Редвинов.»        — Штормовой Предел никогда не брали штурмом, лорд Старк, — не сдавался сир Деннис. — А раньше чем там кончится провизия, мы разобьем драконов, возьмём столицу и наденем корону на голову Станниса.Мейс Тирелл трус, он сам сложит оружие, едва узнает о падении Королевской Гавани.       Джон Аррен рад был бы заткнуть рот мужу племянницы.Мечом он владеет отменно, но вот язык держать за зубами и поразмыслить…одно дело Роберт, который ведёт их войско на столицу и другое-его младший брат, сидящий в осаде, в окружении Тиреллов и Редвинов.        — Возможно, это начало конца, — угрюмо подумал Джон Аррен.