Reckless last words 2

Время беспощадно бежало вперед. Месяца сменяли друг друга как нельзя долго. Первая неделя, вторая, третья. Нет, это не измерялось в минутах или секундах. Это мерилось в ожиданиях и надеждах. Каждый час цеплялся за предыдущий с какой-то ленью, словно не желая уходить, будто время никак не могло насладиться чужими печалями. Да, оно не могло. Ему просто больше ничего не осталось. В уютном городке наконец настал поздний февраль. К этому моменту он снова ожил. Четыре долгих месяца непонятных скитаний в поисках себя и друзей. Четыре долгих месяца, проведенных в мыслях, раздумьях о будущем. Ни к чему не приводят пустые топтания на месте. Истории людей переплетаются в недалеком прошлом, а может, даже, настоящем. Времена свили гнездо возле этого озера, отсюда, похоже, и выхода уже не найти. Туман окутал здесь все безысходностью, даже зимой не отступая ни на метр, обволакивая берега, протягивая свои белые щупальца все глубже в сердца тех, кто уже потерял надежду, но все еще во что-то верит, продолжая чего-то ждать в промозглой сырости старого парка… Судьбы ребят из Asking Alexandria оборвались на первой из бесконечных пьянок Денни. Парень не хотел верить во все это. Как его лучший друг мог просто взять и исчезнуть? Еще и с кем, подумать только! Их общение в последние недели было таким теплым, а затем он просто испарился, да еще и оставив столь неприятный шлейф вранья позади. Кажется, последнее, что он сказал ему, было: «Передай мне еще выпивки, чувак» - что вполне в его стиле. Группа отменила половину концертов, гастроли по ближайшим городам просто были забыты. Оставались лишь несколько больших концертов, билеты на которые были раскуплены еще за полгода до происшествия. Естественно, с исчезновением Брюса часть билетов люди захотели вернуть обратно, что неслабо отразилось на репутации и бюджете парней. Ребята со скрипящим сердцем приглашали знакомых гитаристов подыгрывать до тех пор, пока не подлатали партии под две гитары. Немного эффектов, звучания прежних соло Бена в них, и знакомые мелодии снова приобретали нужные краски. С каким трудом каждый из участников группы пережил эту потерю, было просто не передать. Несколько недель поисков, безумия в соц. сетях, на телефонах, проблемы с бумагами… Как же все-таки было тяжело осознавать, что люди тебе врали после стольких месяцев клятв в чистой правде. В конце концов, все имеет свойство заканчиваться, ведь и эта ситуация образумилась и встала на круги своя, хоть все и понимали, что ничего уже не будет как прежде. My Chemical Romance тоже нашли сложный, но все-таки, выход: перестать играть вообще. Из-за отсутствия их вокалиста, их голоса и главного лица группы просто не было смысла дальше продолжать что-то делать. Но об официальном распаде объявить они так и не решились. Не могли поверить, что Джерард, который громче всех заявлял, что группа – это все для него, вот так просто взял и ушел. Кинул всех? Уехал с Беном в медовый месяц? С его поведением и легкомысленным характером было вполне логично ожидать столь дерзкой выходки. Пара месяцев стала испытанием для всех, даже для ребят из Александрии, ведь Фрэнк совсем свихнулся. Так трудно смотреть на человека, который занят лишь саморазрушением. Особенно тяжело, когда единственный, кто может вновь собрать его по частям, исчез в неизвестном направлении. Но еще тяжелее и обиднее осознавать то, что он же его и сломал. Идеи парня становились все более навязчивыми, а поступки все более сумбурными. Столько агоний, наверно, не испытывал даже Денни в те жуткие дни попоек. Эти вечные «я же говорил, а вы мне не верили» уже изрядно всех достали. Когда он был особо пьян, то даже путал людей с Уэем и Брюсом, начиная лезть в драки, ссоры, завязывая неприятные разговоры. Майки, казалось, был спокойнее всех. Он ведь все знал, иногда у него всплывали мысли о том, что эта парочка связана чем-то большим, чем просто дружбой и партнерством. Младший Уэй особо остро переносил все это, ведь столько лет совместной работы, неразлучные братья, друзья по жизни. И такие узы вдруг были разорваны каким-то выскочкой. Так резко, что к этому жизнь никак не могла подготовить. Вечно недоступный телефон Джерарда, пустые адреса и назойливые звонки Айеро по ночам доведут кого угодно. Парни вылезли из всего этого. Даже по умершим было бы неприлично так долго убиваться, верно? Квартира и дом, оставленные Беном с Джи были аккуратно «разграблены» лучшими друзьями, из них было взято все самое ценное. Этим вещам нашлись места и применение. Комнатушку Бена продали одной подозрительной иностранной парочке за бесценок, предварительно попытавшись обустроить и подлатать ее, что не прибавило цены. Дом достался богатенькому толстому мужчине, который долго ходил вокруг него, поглядывая на торцы здания. Странные люди появляются в городе. По обоюдному соглашению ребята решили оставить деньги, а если Уэй объявится, то можно будет их вернуть. К моменту продажи недвижимости никто уже так сильно не страдал от потери. Все вжились в новые роли: кто-то стал музыкантом с испорченной репутацией, а кто-то обычным человеком, вместо рок-звезды. Никто не хотел мириться со своей новой судьбой из-за того, что кто-то решил поиграть в легкомысленную влюбленную парочку, но мнения со стороны никто не спрашивал. Время зализывало раны, с новой жизнью примирились все. Почти все. Им просто нужен был стимул начать все сначала. «Этот город застыл, застыл в ожидании взрыва…» На один из своих самых больших намеченных концертов парни из АА пригласили оставшихся ребят из MCR в рядовом порядке. Точно так же, как и своим друзьям, как и другим малоизвестным группам, они выслали приглашения за несколько дней до события. Эксклюзивные пропуски за кулисы достались этим счастливчикам. Возможность болтать с Александрией и лицезреть их ближе, чем кто либо, выпала на их долю. 25 февраля. Центр города. Концерт, запланированный за год, собравший все лучшие пост-рок группы нашего времени. Начало его должно состояться ровно в 9 вечера, когда огни города будут уже вовсю освещать происходящее возле шумного зала, а ночь покрывать местность атмосферой беспристрастности. Недавно прошедший дождь впитывал в себя остатки солнечного света, а мокрый, практически черный, как уголь, асфальт отражал электрический свет от фар и уличных фонарей. Здание из темно-бардового кирпича возвышалось над пятиэтажками, занимая собой площадь целого квартала. Заполненные ближайшие парковки и непривычный шум на улице был вполне понятен. Люди стояли в очередях по несколько дней, чтобы занять лучше места. Близлежащие кафе срывали максимальную прибыль, а заведения с фастфудом были нарасхват. Ажиотаж, визг, истерика – фанатов было легко понять, ведь всего лишь через несколько минут, когда группа, играющая на разогреве, уйдет, выйдет AA. Толпа, пожирающая звуки небезызвестных ребят из Capture The Crown бесилась в яростном танце. Казалось, пол плывет волнами, пышущий жар тяжелой музыки плавил рассудки людей, будто бы тут играли деткор. Замедленные движения, свет софитов, дым со сцены. Все, кажется, сейчас взорвется от напряжения и агонии.