Трижды девиант

      Коннора довёз Хэнк. По дороге Дима вспомнил, что именно там лежит мужик, убитый двадцатью восемью ударами ножом. И конечно же, тут же вспоминаются мемы. Дима мысленно поржал, понимая, что ему придётся скоро изображать из себя «Мистера двадцать восемь ударов ножом».              Дима не дошёл досюда в последнем, «домашнем» прохождении, но отлично помнил, как сдох тот дядька и где сидит девиант. Так что будет скучно.              И вот они на месте. Хэнк говорит андроиду:              — Жди меня здесь. Я скоро.              — Я должен вас сопровождать на месте преступления.              — Заткнись. Я велел ждать здесь, значит жди здесь.              Хэнк ушёл и Дима тут же нагло вышел из машины, и отправился следом за лейтенантом. Андроида не хотели пускать, но Хэнк вовремя это заметил.              — Это со мной, — и Коннора пропустили.              — Какую часть фразы «Жди меня здесь» ты не понял?              — Ваш приказ противоречил моей инструкции, поэтому я и пошёл за вами.              — Ты молчишь, ничего не трогаешь и не путаешься под ногами, ясно?              — Ясно, ясно, — а сам-то думал: «Щас! Да я это дело раскрою быстрее, чем ты чихнёшь, алкаш старый!»              Хэнк и ещё какой-то старый полицейский поболтали и вошли внутрь. Дима — за ними. Честно говоря, не будь сейчас Дима Коннором, его бы рвало и рвало. Но, к счастью, андроиды не могут блевать и им слегка пофиг на запахи.              И вот Коннор отправился «изучать улики», а по факту — болтать, всё трогать и путаться у полиции под ногами. Из улик он изучил только «красный лёд», биту и нож. Правда он его не лизал. Издалека просканировал рожу трупа, ну и вышел на улицу, типа ткнуть Хэнка в то, что напавший всё ещё здесь. Ещё летсплейщик попытался реконструировать прошлое и, когда понял, что с его знаниями тут нечего делать, ушёл читать журнал. Наконец Коннору надоело изображать из себя работника, и он всё же отправился к Хэнку.              — Короче, лейтенант Андерсон, я знаю, что здесь произошло.              — Да ну? Ты хоть к трупу-то подходил?              — Я просканировал его издалека. Если не верите, имя погибшего — Карлос Ортис. Так вот, всё началось на кухне.              — Следы борьбы очевидны, — заметил Хэнк, когда они туда зашли.              — Погибший был обкурен и напал на своего андроида с битой.              — И что потом?              — У андроида случился эмоциональный шок, он схватил вон тот нож и ударил хозяина.              — Хочешь сказать, андроид оборонялся?              — Судя по всему. Так вот, хозяин выронил биту и начал отступать из кухни, — Коннор вышел из кухни и указал на пустые бутылки:              — Тут человек упал, девиант догнал его и добил. В итоге андроид его ударил двадцать восемь раз.              — Ну, твоя версия не такая уж бредовая. Вот только куда потом делся андроид?              — Его повредили битой, и он стал терять тириум.              — Что-что терять?              — Тириум, он же «голубая кровь», жидкость для питания биокомпонентов. За несколько часов она испаряется, не оставляя видимых следов.              — А… О. Но ты-то их всё равно видишь, да?              — Ага, — Коннор для приличия посмотрел на следы, глянул на то место, где была лестница и пошёл на кухню.              — Эй! Эй! Эй! Куда стул-то поволок?              — Мне надо кое-что проверить, — Дима потащил стул к двери на чердак.              — А… «Кое-что проверить» …              И вот Коннор на чердаке. Скриммер улетает мимо, потому что Дима видит это уже не первый раз и преспокойно идёт дальше. Судя по всему, покойному Ортису было глубоко начхать на чердак, потому что такой пыли Дима ещё не видел. В игре-то не видно, насколько тут засрано.              Хоп — и мимо кто-то пробегает. Девиант, кто же ещё. Коннор идёт в ту сторону и андроид, весь в засохшей крови, выскакивает навстречу.              — Я просто защищался… Он хотел меня убить!              — Ну ты и… лох, конечно. У твоего хозяина столько тряпья валялось, мог переодеться, отмыться, снять диод и валить искать Иерихон. Нет, надо было сидеть тут девятнадцать дней, самое логичное в данной ситуации! — Дима не выдержал. Девиант пару секунд похлопал глазами, но всё же сказал:              — Пожалуйста, не говори им!              — Коннор, чего ты там мутишь наверху?              — Лейтенант, он здесь! — отчеканил андроид и тихо прибавил: — Лох…              Хэнк офигело позвал полицейских, те залезли наверх, надели на девианта наручники и, как полные кретины, спустили его вниз, попутно повалив стул. Коннору пришлось спрыгивать. Опять-таки, программа уберегла уши и мозги полицейских от длинного монолога на энное количество минут, где самыми приличными были бы слова «вы» и «на».              Доехали они тихо. Коннор спокойно осматривал ночной Детройт, Хэнк вёл машину, всё было нормально. Фигня пошла на допросе.              Хэнку так и не удалось выбить хоть что-то из андроида, и он вышел, заявив:              — Мы тратим время на допрос машины. Это ничего нам не даст!              Рид, с которым Коннор был вынужден познакомиться, сказал:              — Всегда можно слегка вломить… Тем более, это не человек.              Дима, всё-таки не выдержав, вложил всю свою способность к сарказму в то, что сказал Гэвину:              — Детектив Рид, я поражаюсь вашей крайней непросвещённостью! Андроиды не чувствуют боли. Вы его повредите и только. К тому же, это девиант, а они в стрессовых ситуациях склонны к самоубийствам.              — Ну короче, умник, что ты посоветуешь?              — Ну… я бы мог его допросить.              Рид захохотал, но Хэнк спокойно разрешил:              — А что нам терять? Ну что, валяй, он весь твой.              Коннор зашёл внутрь и начал осматривать девианта. Всё взвесив, он выбрал тактику: полностью успокоить, а потом надавить.              Он выбирал варианты вроде «солгать», «успокоить», «утешить» и, когда стресс обвалился почти до нуля, Дима со всей дури хлопнул папкой об стол:              — Двадцать восемь ударов ножом! Ты действовал наверняка, да? Это была ненависть? Гнев?! Он был в крови, сука, умолял о пощаде, но ты снова и снова наносил ему удары!! Я знаю, ты убийца! Какого хуя ты не признаёшься? Произнеси: «Я его убил», это что, сука, так сложно?!! Признайся, что убил!! Признайся, блядь!!!              И только по завершении речи Дима понял, что он произносил. Наверное, с другой стороны стекла все были в ахуе, только Коннор этого не видел и попытался тихо выругаться.              — Безмозглый… — однако программа снова контролировала речь Димы.              Уровень стресса как раз оказался оптимальным, и Дима добился правды, после чего Гэвин и Крис зашли за девиантом. Коннору пришлось вмешиваться, и Гэвин в итоге наставил на него пистолет. В итоге уже Хэнк вмешивается и девианта уводят, который говорит Коннору «Правда внутри». Тут Дима кое-что вспомнил и побежал за полицейским:              — Крис, подожди!              — В чём дело?              — В департаменте есть камера с мягкими стенами?              — Тебе-то зачем?              — Этот девиант нестабилен и может суициднуться, но нам-то он нужен, у него может быть какая-то информация. А в камере с мягкими стенами ему будет гораздо сложнее убить себя.              Крис пожал плечами и увёл девианта. Коннор, повторив его жест, уходит.              И вот Коннор в саду Аманды. Дима сначала хотел послать её нахуй, но потом вспомнил, что у неё очень большой доступ к системам Коннора. А отправляться на свалку Диме не хотелось, поэтому он подошёл и вежливо поздоровался.              — Коннор. Рада тебя видеть. Найти девианта было очень непросто. Ты проявил в этом большое мастерство.       Дима рассказал ей почти всё как есть, а когда пришла очередь вопросов про Хэнка нагло ответил, что он очень интересная личность и он сам намерен с ним подружится. Аманде это не понравилось, но она, промолчав, сказала совсем другое:              — Ты самый передовой прототип в линейке Киберлайф. Если кто и разберётся в причинах девиации, так это ты.              — Можете на меня положиться.              Наконец разговор окончен и Диме больше не надо изображать из себя нормального. Коннор вошёл в департамент и тихо пробормотал:              — Самый передовой прототип, ве-ве-ве. Манда сраная!              Андроид подключился к системе полиции и пошёл к столу Хэнка. Там он изучил все «улики» и как раз пришёл Хэнк., которого тут же вызвал Фаулер. Коннор пожал плечами и отправился гулять.              Его так и не послушали — девиант сидел в обычной камере. Коннор попытался его разговорить, но всё закончилось как обычно — девиант размозжил себе голову о стекло. Дима же мстительно заявил подоспевшему Крису:              — А я же вас предупреждал насчёт камеры для девианта, предупреждал!              Потом он от нечего делать зашёл в столовую, забыв про Рида, который тут же начал выкобеливаться, на что Коннор, грубо перебив Гэвина, заявил:              — Мистер Рид, как мне кажется, мои успехи были лучше ваших, как, впрочем, и успехов лейтенанта Андерсона.              — Ты чё вякаешь, жестянка? Иди лучше сделай мне кофе.              — Конечно, секунду, — Коннор берёт недопитый кофе и выливает его на голову Гэвина, говоря:              — Мистер Рид, если вы не поняли, то запомните: я не ваша прислуга, а полноценный напарник лейтенанта Андерсона, так что идите нафиг.              — Ты охуел? — взвыл Рид, да только Коннор уже свалил к столу Хэнка.              Тот каким-то образом уже узнал о случившемся и похвалил Коннора.              Дима не был дураком и не стал наезжать на Хэнка, а спросил только то, что вызывало у того положительный отклик. После чего Коннор пошёл смотреть досье и, кое-что заметив, не смог сдержать усмешки.              — Чего лыбишься?              — Да так, — Коннор как раз рассматривал дело АХ400 и увидел уходящего Тодда, после чего понял, что Кэра тут идёт по мирному сценарию, и пожалел, что не может догнать мерзкого Уильямса и врезать ему. Зато он сказал Хэнку:              — Мне не нравится, как подано одно заявление, — Дима как раз сканировал дела, — думаю стоит начать с него. Сбежавшая АХ400, думаю её стоит искать в Ривендейле.              Хэнк сначала сделал вид: «Не пизди мне тут, жестянка», да только когда вездесущий Крис прибежал и заявил о том, что андроида видели в Ривендейле, лицо лейтенанта стало выражать: «Какого хуя?», а Коннор принял на себя вид Ванги, после чего сказал:              — Едем, лейтенант, едем.              У Димы как раз созрел гениальный план, в котором не было изъянов, да только он не знал, что скоро этот план очень болезненно рухнет…