Пожиратель Дзюцу

FlashForward

      Звук торопливых шагов эхом разносился по пустым коридорам одного из убежищ Орочимару. Тысячи одинаковых рисунков на стенах сменяли друг друга, пока троица шиноби спешила на звук только что прогремевшего взрыва.       — Приготовились! — увидев свет, который сигнализировал о выходе из лабиринта и возможном входе на поле боя, скомандовал, по-видимому, главный из них. Мужчина с серебряными волосами и маской, закрывающей все лицо.       — Какаши-сенсей, он там? — Розоволосая девушка, бежавшая по правую сторону от капитана, нервно прикусила губу.       — Пусть я не очень хороший сенсор, но чувствую его чакру. Сай вместе с ним.       — А Орочимару? — сбивчиво спросил молодой мужчина в протекторе, который закрывал боковые стороны лица.       — Не знаю. Будем надеяться, что нет. — Какаши сделал рывок вперед и первым выбрался наружу.       Посреди кратера в земле стоял обнаживший короткий клинок черноволосый парень, его рука была чуть поднята, закрывая глаза от слепящего солнца. Какаши резко вылетел перед ним, ограждая от того, кто был сверху.       — Навевает воспоминания, да, сенсей? — послышался холодный голос бывшего ученика. — Снова будете говорить о том, что не позволите умереть своим товарищам?       Какаши не ответил на вопрос, а Саске стоял, сложа руки на трубке фиолетового пояса, и медленно, с особым вожделением пожирал глазами собеседника. Он был одет в белую рубашку с длинными рукавами, подвязанную голубой тканью, спадавшей до колен. На спине гордым знаменем располагался герб клана Учиха.       — Саске-кун… — Слезы навернулись на глаза Сакуры, а ее ноги предательски подкосились. Она продолжила бы говорить, но Саске не обратил никакого внимания на, казалось бы, ставший родным голос куноичи.       — Хорошую замену вы нам нашли, подходящую, похожую. — Переведя взгляд на парня за спиной учителя, брюнет слегка приподнял уголки губ. — Скажи, Какаши, их ждет та же участь, или за эти годы вы всей чертовой деревней наконец смогли раскрыть настоящее значение слова «товарищ»?       — Я понимаю, как все выглядело тогда с твоей стороны, но поверь мне, Наруто бы не захотел, чтобы ты водился с такими людьми, как Орочимару. Все еще можно вернуть назад, ты просто запутался в своих чувствах… — Копирующий ниндзя говорил спокойно, аккуратно, не делая резких смен в интонации, надеясь, что его слова дойдут до адресата и позволят избежать лишнего кровопролития.       — Не смей произносить его имя, ничтожество! — Словно громом эхо от его слов отразилось от поверхности кратера и впечаталось в уши стоящих в нем. — И не смей затирать мне про чувства и кто в чем запутался. Запутался весь мир, если уста таких людей, как ты, упиваются навязыванием мне моральных ценностей!       Каждый процент кислорода, вдыхаемого слышащей все это Сакурой, был пропитан отчаяньем. Ее первая и единственная любовь стояла прямо перед ней, но явно не шла на адекватный диалог, более того, она буквально давила их своим презрением. Что Харуно могла сделать, что должна была сказать, чтобы все это закончилось? Связки предательски не размыкались ни на мгновение, глаза жгуче пропитывались слезами. Она сделала шаг назад, но ее остановила рука Ямато, упавшая ей на плечо.       — Соберись, все хорошо.       — Д-да, простите.       Какаши, не медля ни секунды, достал кунай и поднял повязку с левого глаза, обнажая шаринган. Саске на это лишь брезгливо поморщил нос.       — Гордишься глазом? Интересно, ты получил гордость нашего клана методами, которые так любит Коноха, или все-таки это было добровольно со стороны Учихи, отдавшего его тебе?       — Ты в меньшинстве, Саске, но я буду сражаться с тобой один, — оставив слова про Обито без внимания, отчеканил Хатаке. — Третий рассказывал мне, как больно для него далось сражение с любимым учеником, тем не менее мой долг как учителя закончить все здесь и сейчас.       Палящее солнце раскаляло воздух так, словно находилось в паре метров от земли. На поле брани повисла тишина, которая длилась то ли несколько мгновений, то ли целую вечность. Сай с отрешенным выражением лица стоял и наблюдал за происходящим, Ямато по-родительски сжимал плечо Сакуры, которая продолжала дрожать, но уже не так сильно, как раньше, а Какаши отсчитывал стук собственного сердца в висках, приготовившись атаковать. Никто из них не успел среагировать на тень, выскочившую из проема коридора позади и приземлившуюся рядом с отступником.       — Закончить что? — Низкий певучий голос протяжными интонациями заставил покрыться мурашками макушки двух из четырех шиноби Листа. Силуэт аккуратно обнял Саске за плечо и холодно улыбнулся. — Все еще даже не начиналось, учитель.       Харуно рухнула на землю, больше не в силах сдерживать слезы, не веря своим глазам, она потянула руки к губам, чтобы заглушить и без того немые всхлипы. Перед ней стоял друг детства, живой и повзрослевший второй напарник по команде. Желтые взъерошенные волосы, голубые, пустые, но одновременно с этим наполненные безграничной добротой глаза. Это был все тот же Наруто. Кроме основных цветов, его одежда была идентична одежде Учихи. Черная рубашка, оранжевая ткань, красный пояс. На спине символ клана Узумаки — оранжевого цвета водоворот, а на шее такого же цвета шарф.       — Ты жив… — Ее слова растворились в воздухе тихим шепотом. Озираясь по сторонам и ища поддержки хотя бы в своем капитане, Сакура поняла, что не одна очутилась в состоянии шока.       — Было слишком громко? — Интонация Саске резко сменилась на теплую и дружелюбную, он улыбнулся и заглянул в уставшее лицо блондина. — Прости, что разбудил.       — Говорят, так долго спать вредно для кожи, а уже далеко за полдень, так что… — Оборвав себя на полуслове, он улыбнулся в ответ и потрепал собеседника по черным как смоль волосам. — Все хорошо. Тем более как я мог пропустить встречу выпускников.       Прервав недоумение своих напарников и разрушив пошедшую на спад гнетущую атмосферу, первым начал действовать Сай. Воспользовавшись удачным моментом, он достал из рюкзака два свитка и, раскрыв их, ударил по ним ладонями. С характерными хлопками из дыма появились два шиноби в масках АНБУ.       — Данзо-сама предполагал, что ты жив.       — Обратный призыв, — констатировал Наруто и, приглядевшись к парню в топе, приставил руку к подбородку. — Кого-то он мне напоминает…       — Ни малейшего понятия. — Учиха пожал плечами.       — Что ж, ладно, у меня все равно плохая память на лица. — Грустно улыбнувшись, он продолжил. — И что, глава Корня отправил в подкрепление всего двоих?       Не считая достойным отвечать, один из АНБУ, обнажив танто, ринулся в атаку на Наруто, но был встречен ногой Саске и отправлен в противоположное направление поля боя.       — Возьмешь их на себя? — Узумаки спрыгнул вниз и, приземлившись перед Какаши, вскинул руки в сдающейся позе. — Я тоже хочу немного поговорить со старыми друзьями.       — Как бы не закончить все слишком быстро. — Учиха, согласившись с таким раскладом, вытащил из ножен дубликат Кусанаги и вызывающе поманил к себе Сая и Корневиков.       Какаши, среагировав с запозданием, но все же взяв себя в руки, отступил на пару шагов к сокомандникам. Крутанув в руке кунай, он насупился, стараясь не делать резких движений, Ямато последовал его примеру, готовясь складывать печать. Сакура, распластавшись на коленях, была не в силах поднять голову, стыдливо уставившись на узорами потрескавшийся пол.       — Эй… — Уставшая интонация блондина резко сменилась на холодную и угрожающую. — Я же сказал, что мы просто поговорим.       Он опустил руки и перестал сдерживать чакру. В тот же момент троицу перед ним словно обдало ледяной водой. Каждый из них испытал чувство, будто их с головой засунули в емкость, до краев набитую копошащимися опарышами. Розоволосая схватилась за голову, пытаясь понять, как снова начать дышать, а к горлу двух джонинов подступил неприятный комок рвоты.       — Ужасно мерзкая чакра, — констатировал Хатаке. — Тензо, постарайся не вступать с ним в контакт.       — Так… Так точно, семпай.       — Неужели Кеккей Генкай? — облизнулся Узумаки, подняв брови.       — Твоих проклятых отметок стало больше, — умышленно не отвечая на вопрос, седой сменил тему.       Какаши обратил внимание на различные черные узоры, покрывающие тело Наруто. По две линии вокруг каждой кисти, тонкая полоса, заключенная в прерывистый ромб на лбу, а также разветвленные линии на шее, смыкающиеся на подбородке, и выглядывающий из-под рубашки симметричный узор от ключиц до пояса.       — Целых три года было, чтобы пополнить коллекцию. Если ты закончил делать очевидные выводы, то ответь на мой вопрос. — Самый опасный преступник Конохи медленно зашагал вперед. — Где сейчас мой Курама?

EndFlashForward

      Разгар лета, Коноха, солнечные лучи, проходящие свой тернистый путь сквозь ветви деревьев, а после сквозь окна академии шиноби, разыгрывали для своего неприхотливого зрителя целую программу разных сценок и миниатюр. Наруто сидел за партой и вкрадчиво наслаждался то ли историей любви, несчастной настолько, что сжималось нутро, то ли кровавой бойней, которая была оправдана высокопарными речами о моральных ценностях. В аудитории царил гул, юные генины, полные целеустремленности, предвкушали сегодняшний день целых пять лет — выпускной и распределение по командам.       — Жара, — протянул блондин, развалившись на столе лицом вниз.       — Сходи, охладись, горячая голова, — оттягивая ворот футболки, отчеканил сидящий рядом Саске.       Узумаки смерил Учиху недовольным взглядом, но тут же расплылся в дурацкой физиономии.       — Если только твоим ледяным сердцем, снежная королев… — Не успев закончить, под крики негодования он вместе со стулом полетел на пол.       Саске довольно прыснул, а Наруто, рывком поднявшись, схватил соседа за грудки.       — Так ты что, значит, сдохнуть хочешь?       — А кишка не тонка? — Повторив за соперником и уже занося кулак для удара, брюнет резко остановился.       Чуть не начавшуюся драку прервал зашедший в класс Ирука. Гул моментально стих, и два растормошенных генина, последовав примеру, поспешили прижать свою пятую точку к деревянным сидениям.       — Что ни говори, а сенсей в гневе страшнее Девятихвостого.       — Что ты сказал, паршивец?! — эхом раздался в голове звериный рык.       — Не обижайся, Ку, я просто говорю правду, — смеясь, мысленно поддержал беседу блондин. — Я думал, ты все еще дрыхнешь.       — Еще чего! Как я могу пропустить такое важное событие? Хочется знать, кто будет действовать мне на нервы в ближайшие годы, помимо тебя.       Ирука не спеша раскладывал бумаги, попутно оглашая сначала троих участников команды, а после наставника — джонина, который будет сопровождать их на миссиях.       — Команда номер семь: Саске Учиха…       Услышав имя друга, Наруто вышел из подсознания и внимательно уставился на оратора в противоположном конце аудитории.       — Харуно Сакура…       — Да! — Оторвавшись от томного разглядывания объекта своего вожделения в лице последнего члена великого клана, розоволосая девушка, сидящая третьей за партой рядом с ним, встала и вскинула руки в победной позе. — Выкуси, Ино!       — Тц! — парировав взгляд соперницы, процедила симпатичная блондинка на соседнем ряду. — Ты же явно будешь ему только мешать, лобастая!       — Тишина! — скомандовал Умино, тяжело ударив по столу, а после продолжил. — И Узумаки Наруто.       «Да!», довольным эхом в унисон раскатились по классу голоса. Действие Сакуры повторили оба вышеназванных парня.       Среди генинов пошли недовольные обрывистые фразы, шепотом доходящие до обсуждаемых ребят: «Почему их поставили вместе?», «Разве такая команда сбалансирована?», «Два лучших на практическом экзамене вместе…», «Лучших? Не смеши, Наруто явно где-то смухлевал».       — Если что-то не нравится, скажите мне об этом в лицо! — Наруто резко готов было уже зачинить перепалку не только словесно, но Саске вовремя остановил его, усадив обратно на место.       — Не обращай внимания, — ткнул он друга в бок и продолжил слушать учителя.       Блондин на это закатил глаза и вернулся обратно во внутренний мир.       Бескрайний простор ярких переливаний звезд различных цветов, а в центре всего этого, виляя хвостами, в своей любимой позе лежал великий демон, одно упоминание о котором заставило бы напрячься если не целый мир, то определенно большую его часть.       Наруто медленно подошел и улегся на гигантскую мохнатую руку прямо у морды Девятихвостого Лиса.       — Время идет, а тебя все так же недолюбливают. Как думаешь, дело в том, что я внутри тебя, или в том, что ты просто лучше всей этой кучки человеческого мусора? — фыркнул Кьюби, пытаясь поддержать своего джинчуурики.       — Не говори о них так. — Узумаки устало посмотрел в потолок, уходящий в вечность.       — Почему я не могу называть вещи своими именами? Бьюсь об заклад, что как раньше, так и сейчас, многие просто озвучивают мысли своих семей, даже не пытаясь узнать тебя лучше.       — Они все еще изменят свои мнения. Я сделаю так, чтобы все считали меня своим другом и человеком, на которого можно положиться!       — Ты уже такой человек, Наруто. Быть для всех хорошим нельзя, по себе знаю. Тебе с головой хватит меня, Саске и Ируки с Джирайей, чтобы не чувствовать себя одиноким. Мне в свое время хватило старика Хагоромо.       — Да, знаю.       — Поэтому они и глупцы, ты не я, им нечего сторониться тебя.       — Так ли уж нечего… — Узумаки закрыл глаза, вспоминая события шестилетней давности.

***

      Скрижаль Бога Смерти — это артефакт, появившийся в начале мира вместе с душой самого первого смертного. Она путешествовала по рукам долгое время, но никто, от его культистов до феодалов тех времен, так и не нашел ей применения. Время шло, люди встретили пришествие Древо-Бога, а вместе с ним после и Мудреца Шести Путей.       Люди постигли Ниншу и поняли, как устроена чакра, а после поняли, как использовать ее для усиления своих духовных и физических сторон. Сын Мудреца, одаренный глазами, нашел скрижаль, но уже после того, как проиграл младшему брату, да и если нашел бы раньше, тоже не смог бы ее использовать. Поняв принцип действия камня, что это огромное вместилище энергии, которое, поглощая души, может преобразовывать их во что-то более могущественное, у него родился чудовищный план. Пусть его потомки приносят в жертву камню своих братьев и сестер, детей и родителей, пусть камень вдоволь напитается энергией людей, одаренных шаринганом, и тогда, быть может, Мангекье станет далеко не пределом потенциала для этих глаз.       Отправив сообщение сквозь века, Индра настроил скрижаль под себя, поместив в нее часть своей сущности. Он жил и плодился, упивался, что пусть не он, так хоть кто-то сможет совершить желанную месть отцу и брату, пусть и далеко в будущем.       Индра умер, а прах его истлел, но он был прав, что в каждом члене его, уже потом огромного, клана сохранится частичка души их прародителя, и они смогут использовать скрижаль.       Потомки нашли свое наследство и принялись за дело. Витки времени крутились как сумасшедшие, Учихи кормили камень, тут и там устраивая казни своих родных, предателей или неугодных, но ничего не получалось. Не камню не хватало энергии, энергию камня никто не мог принять в себя. Люди умирали от того, что их тело перестраивалось под воздействием сотен душ, а после превращалось в кашу.       Не найдя ничего лучше того, чтобы вовремя остановиться, Учихи покинули место исследований, оставив скрижаль как безделушку, которую все равно никто не сможет использовать.       Все это Наруто знал из разговора с самим шинигами в его первую с ним встречу. Ну, или некоторое из этого он логически додумал после. Возможно, если Индра настроил скрижаль под себя, то они с ним были духовно связаны намного больше, чем его далекие потомки.       Тело перестроилось, а вместе с ним и чакра. Что появилось раньше: тело или душа? Наруто не знал ответа на этот вопрос, но знал, что теперь мог взаимодействовать с первым по своему желанию. Что касается глаза, который он приобрел в дополнение, Шинигами сказал, что у него нет названия, но такие вещи можно по праву называть проклятыми, ведь они достаются ценой действительно огромного количества жизней.       Его цвета были другими, нежели у обычного шарингана, а принцип действия объяснялся просто — у такого глаза, в отличие от оригинала, полностью отсутствуют недостатки, а его способности усиливаются во множество раз.       Бросив напоследок то, что события принимают интересное развитие, Бог Смерти исчез, обещая обязательно приглядывать за новой аномалией этого мира.

***

      — Все-таки боги смерти не едят яблоки, — подытожил Наруто, тяжело открывая глаза. — Они едят жизни.       — А я ем сопляков вроде тебя, — прыснул Курама, которого голос блондина вытащил из полудремы. — Сколько ты еще будешь тут валяться? Ваш наставник уже скоро должен прийти.       — Это скоро слишком затянулось. Все уже разошлись, а его нет. — Встав и потянувшись, Узумаки продолжил. — Я пойду к ребятам, не скучай.       — А ведь здорово, что вы так спелись с Саске, да? — Биджу натянул на глаза пелену воспоминаний. — Всего этого бы не было, если бы я тогда не сказал тебе, что он тоже улыбается, и надо повернуться, а не проходить мимо.       — Да, спасибо, — улыбаясь во все тридцать два, ответил Джинчуурики, приложив руку к мокрому носу лиса. — Этого бы тоже не было, если бы я не пришел к тебе за советами после случившегося с Шинигами.       Лис довольно обнажил клыки.       Возвратившись в реальность, Наруто заметил Ируку, который приоткрыл дверь кабинета.       — Какаши-сана все еще нет?       — Прибью его, как только он переступит этот порог! — процедил сквозь зубы Саске, смотря на часы.       — Смотри не перепутай его со мной, — сглотнул Умино и ретировался подальше от собственной погибели.       — Постойте, Ирука-сенсей! — Узумаки вскочил вслед за учителем, вылетая с гулким криком в коридор.       — Что-то случилось?       — Просто хочу поблагодарить вас… — На мгновение согнувшись в поклоне, он продолжил. — За все. За то, что не относились ко мне по-особенному…       — Дурак! — Ирука щелкнул ученика по носу и расплылся в родительской улыбке. — Ты мой любимый ученик, Наруто, один из лучших выпускников этого года, я не могу относиться к тебе не по-особенному.       Наруто молчал, а Ирука нежно потрепал его по волосам.       — Запомни, и я, и господин Третий многого от тебя ждем. Не подведи нас.

***

      — Я люблю, ну, так скажем, одного человека, — трепетала Сакура, переводя глаза с Саске на место перед собой. — Не люблю, ну, Ино, наверное… а еще много всего, вот. Моя мечта стать великой куноичи, как Цунаде-сама!       — Понятно, следующий.       Солнце давно переступило зенит и двигалось к закату. Прохладный воздух под аккомпанемент приближающихся сумерек ласкал кожу приятными прикосновениями. Трое генинов сидели на учебном полигоне, куда их позвал наставник после того, как Саске влетел в него с ноги, стоило ему зайти в класс.       — Люблю не много, не люблю людей, которые заставляют других людей ждать их четыре часа. — Брюнет буравил глазами Какаши, от чего тот лишь натружено вздыхал. — Моя цель и мечта отомстить одному человеку.       «Итачи, да? Что же, его можно понять», — мысленно подчеркнул для себя Копирующий и кивнул головой.       — Люблю не много, не люблю людей, которые заставляют других людей ждать их четыре часа, — пародируя предыдущего оратора, начал свою речь Наруто, но быстро передумал, словив неодобрительные взгляды со стороны сенсея и Учихи. — Ладно, моя цель защищать родную деревню и всех ее жителей, а мечта, чтобы люди признали меня!       «Так-так, а он настоящий сын своих родителей», — Хатаке еще раз кивнул и с характерным звуком достал из сумки два маленьких колокольчика.       — Вы долго ждали и наверняка проголодались. Кто отберет у меня эти два колокольчика, поест принесенные мной бенто, оставшийся один будет позорно привязан к столбу голодным. — Достав из той же сумки книгу, он принялся читать, не обращая никакого внимания на троицу. — Можете начинать, нападайте так, как будто пытаетесь меня убить.       Вместо ожидаемых Какаши пряток, Наруто и Саске медленно встали и начали разминаться.       — Действительно будете читать во время боя, сенсей? — Наруто, разминая руки и шею, игриво кивнул Саске. — Да еще и книгу Джирайи?       — Вам точно ничего не будет мешать двигаться, сенсей? — Саске, делая наклоны вперед, подхватил настроение друга. — А еще будет не очень хорошо, если вы ненароком узнаете какой-нибудь неожиданный поворот из конца истории, ведь в драке так сложно держать язык за зубами…       — Чего?       Немая пауза длилась долю секунды, пока двое из ребят наперегонки не рванули в сторону джонина, оставляя Сакуру позади себя. Какаши, опешив от угроз, выронил книгу и принялся защищаться от резкого шквала ударов.       Их темп полностью совпадал, и пусть опытному ниндзя они сильно проигрывали в скорости, но зато отлично друг друга дополняли. Сделав подсечку и не достигнув цели, Учиха вынырнул вверх, освобождая место для маневра напарника, который в свою очередь подпрыгнул, складывая печати.       — Фуутон: Лезвие ветра! — Сложив пальцы, он прочертил выдыхаемым воздухом линию, которая приняла форму серпа и устремилась на противника.       Эффектно отпрыгнув от атаки, которая оставила на земле глубокий порез, Хатаке, увеличив дистанцию, понял, что в него летит вторая.       — Катон: Огненный шар!       «Потрясающе, если брать в расчет то, что они только стали генинами. Я знал, что их уже год тренирует господин Джирайя, но они гораздо выше моих ожиданий», — сделав махи руками, Какаши хлопнул по почве, и перед ним вырос щит, закрывающий его от жаркого пламени. — Дотон: Стена из грязи!       Слева от Копирующего Ниндзя, где у него была слепая зона, послышался звук удара металла о металл. Саске запустил кунай сразу после того, как выпустил технику, а Наруто еще в воздухе грамотно поправил его направление своим. Мгновенно среагировав, Какаши поймал его на палец, но сразу вслед за этим с противоположной стороны вылетел Учиха, стремясь выхватить бубенцы.       «Они атакуют меня или со спины, или со стороны, где повязка закрывает глаз, каждый из них отвлекает внимание на себя, чтобы в этот момент мог действовать другой. Они ни разу не сказали друг другу ни слова, но разыгрывают все так, как будто заранее знают, что и как каждый будет делать. Поразительная командная работа», — констатировал Хатаке, встречая ученика ударом колена в живот.       Саске не успел среагировать и пропустил удар, Наруто, вынырнувший из-под земли с той же целью, вслед за ним получил затрещину, но тем не менее после этого оба продолжили атаковать. Сумерки начали сгущаться.

***

      — Отличная работа. — Какаши с отдышкой подошел к своей книге и подобрал ее с земли.       — Но мы ведь не забрали колокольчики. — Вся потрепанная Сакура лежала рядом с не менее потрепанными парнями.       — Я увидел все, что хотел. — Убрав драгоценное сокровище в сумку, он достал из рюкзака три упаковки бенто и поставил напротив генинов. — С завтрашнего дня мы будем работать вместе, а пока отдыхайте, команда.       Видя, как силуэт седого скрылся с поляны, юноши, жадно хватая воздух, с трудом приняли сидячее положение.       — Я все-таки меньше раз от него получил! — вытирая разбитую губу, победно пропел Наруто.       — Зато я больше раз его задел… — прохрипел Саске с гематомой под глазом.       Наступившая ночь играла своими красками, звезды мелкими крупицами тут и там подмигивали зрителям, побитые парни смеялись, а Сакура, перевернувшись на живот и положив голову на руки, наблюдала за этой воодушевляющей картиной.       — И как у вас это получается?       — Что именно? — Наруто почесал голову.       — Ну, двигаться вот так, успевать друг за другом, страховать в нужные моменты и понимать, что каждый из вас сделает после?       — Я просто давно с ним знаком, — спокойно улыбнулся Саске. — И доверяю ему.       — Ты тоже так сможешь, — обращаясь к розоволосой, Узумаки подхватил улыбку друга. — Сенсей ведь сказал, что мы команда.       Одна из звезд, явно смущаясь небесной черноты, покинула сцену. Оставалось только загадать желание.