***
Чем ближе приближался конец ноября, тем отчетливее в воздухе витал аромат тоски. Каждый студент понимал, что будет скучать по тому распорядку дня, который был на корабле. К полудню выглянуло солнце, и потому обед был на палубе. Множество столиков разных размеров были уставлены различными блюдами. Гарри и Каталина сидели за самым дальним столом и молча ели десерт. — Като, забыл сказать, — встрепенулся Поттер. — Каникулы мы проведем в Страсбурге. Каталина только покачала головой. Она до сих пор не понимала, как Гарри мог спокойно говорить про это. Поттер же был рад, что каникулы проведет с Като. Он прекрасно понимал, что возможно скоро они больше не увидятся: дель Росси вернется в Италию к родственникам, он — в Великобританию. Как-то незаметно для Гарри текли ноябрьские дни. Когда он оставался один, Поттер часто думал о том, что его ждет по возвращении в Ильверморни. А что его ждет? Однообразные будни, бал, а затем вновь скучные одинаковые дни, а потом Хогвартс… Мысли о Хогвартсе причиняли ему странную непонятную боль. Он понимал, что совсем не хочет возвращаться в ту школу, которую когда-то мечтал увидеть вновь. Теперь ему это было не нужно. У него там больше ничего нет. Только память о биологических родителях и о бывших друзьях… Возвращение в Ильверморни стало для студентов полной неожиданностью. Школа с момента их отъезда изменилась мало. Даже матчи по квиддичу решили возобновить к огромной радости учеников. В декабре должно было состояться две игры. А вот возвращение полного учебного дня стало для всех большим разочарованием. Ведь ученики так привыкли к корабельному распорядку дня! Гарри, к своему удивлению, был рад вернуться в стены школы, которая подарила ему свободу. Ещё больше он обрадовался тому, что профессора возобновили соревнования по квиддичу. Ему так хотелось оседлать метлу и подняться ввысь!***
Тихий перезвон странных хрупких предметов. Потрескивание огня в камине. Здесь было спокойно и уютно. За столом сидел седовласый старец, держащий в руках чашку с горячим чаем. Перед ним стояла вазочка с его любимыми маггловскими сладостями. У Дамблдора вот уже несколько недель к ряду было отличное настроение. А с чего ему быть не в духе? Святочный бал удалось объединить с балом в честь юбилея Ильверморни. Сириус Блэк одумался и перетянул на свою сторону Ребекку де Гранже. А Гарри Поттер со следующего года должен вернуться в Хогвартс и под его, Альбуса, крыло. За много миль от Хогварста Воландеморт также пребывал в весьма хорошем для него расположении духа. Да, ему пришлось корректировать планы по возрождению, но сейчас все шло просто прекрасно. Ведь чем раньше он возродиться, тем больше у него будет времени, чтобы собраться с силами, созвать сторонников и наказать предателей. Гарри, который уже втянулся в привычный ритм, царящий в Ильверморни, даже не подозревал о том, какие планы на него строят два великих мага современности. Да и не до этого ему было: уроки, тренировки, годовой проект, репетиции… К этому списку добавилось и чтение книг, которые ему прислала Ребекка. Ему некогда было размышлять о политический и иных играх взрослых. У него хватало своих забот. Несмотря на то, что днем у Гарри не было времени предаваться унынию, вечерами, лежа в своей постели, он продолжал думать о том, что его ждет по возвращении в Хогвартс. И свои выводы юноше очень не нравились. Но ещё больше ему не нравилось то, что с какого-то момента его жизнь стала напоминать метание из стороны в сторону. Раньше, в детстве, было все просто и понятно. Сначала были репетиторы, потом немецкая школа, затем был Хогвартс… Вот с него-то и пошла жизнь под откос. Свалившееся слава, которая ему была ненужна, почитатели и злопыхатели, призраки которых преследовали его даже на другом континенте. Казалась бы, школа «Ильверморни» должна была стать для него оплотом спокойствия. Но нет. Другое имя, как оказалось, не является гарантом. Оно избавляет от вездесущих взглядов, но образовывает в душе непонятную пустоту и заставляет лгать даже самому себе. А совместное празднество и без того ухудшило состояние Гарри, так как он не питал иллюзий касательно того, кем считают его и бывшие друзья, и британское сообщество в целом. Для всех он — предатель. И его бы не волновало их мнение, если бы Поттер сам себя где-то в глубине души, на уровне подсознания, не считал предателем. Гарри с детства усваивал установку «ты должен и обязан в первую очередь семье», но в реальной жизни всё оказалось намного сложнее. Как оказалось, он должен был и сам себе. Поттер не понимал, почему с тех пор, как он узнал о том, что Святочный бал и юбилей школы объединены, у него вновь проснулась совесть, которая регулярно напоминала о том, что он предал друзей… Умом он понимал, что тогда все было правильно, а сейчас вновь появились сомнения, чувство вины и прочее. Почему всё так сложно? Почему, всё то, чему меня учили годами, в реальной жизни оказывается бесполезным? Оно не помогает мне, а только запутывает. Я уже не уверен, что было правильным, а что нет. Когда-то я был против перевода в другую школу. Я даже спорил об этом с матерью и говорил ей, что это предательство. А потом я не знаю, что произошло… Но в конечном итоге я пришел к выводу, что все было правильно. А сейчас я вновь ощутил себя предателем. Возвращение в Хогвартс для меня станет пыткой. Для меня эта школа теперь для меня является едва ли приятным воспоминанием. Его порядки теперь такие абсурдные! И его обитатели… Нет. Я не хочу туда возвращаться. Гарри отложил перьевую ручку и посмотрел на листок бумаги. Он прочитал то, что написал, и нахмурился, с недоверием глядя на строки. В его голове царил сумбур. Поттер взял палочку и взмахнул ею, поджигая листок. Стало чуть легче.