Движенья нет

      Майским вечером я в компании друзей прогуливался по городу. Погода была просто отличной: воздух по-весеннему теплый и пахнет дождем после вчерашней грозы. Город уже успел «зазеленеть» из-за деревьев, произрастающих здесь в большом количестве. Время близилось к вечеру отчего небо начало приобретать яркий, коралловый оттенок.       По весне в городе довольно грязно, из-под снега вытаивает много грязи и мусора, отчего ходить по особенно засоренным подворотням и переулкам неприятно, но выбора у нас особо нет — либо идешь по главной улице и путь становиться вдвое длиннее, либо сокращаешь дорогу узкими переулками и подворотнями. Выбор очевиден.       Мы уже подошли к дому Эбби, как стали свидетелями довольно неприятного происшествия. До моего друга докапывались двое парней (кажется его соседи), они были примерно нашего возраста, но особым интеллектом не отличались, таких как они в простонародье величают «быдло». Эбби частенько приходилось сталкиваться с подобным беспределом из-за необычной внешности. Волосы юноши заплетены в дреды и имеют ярко-зеленый, кислотный цвет. Эбби одевается довольно непривычно, а белые линзы и обилие пирсинга дополняют весьма необычный образ.       Двое других моих друзей выглядели куда менее необычно. Келли был блондином с серыми, выразительными глазами и отличался от большинства только довольно миловидной внешностью. Мэтью тоже особо не выделялся, его темные, почти черные волосы доходили до подбородка, они были довольно спутанными и неаккуратными, пожалуй, это и высокий рост и делали его немного необычным.       Завидев происходящее еще издалека я начал злиться и подойдя к обидчикам окончательно вышел из себя. Во-первых, никто не имеет права обижать моих друзей, а во-вторых, гнобить людей за их внешность самое низкое, что можно сделать в принципе.        — Эй, вы! Отвалите от него! — довольно громко сказал я и даже несильно толкнул одного из этих придурков.        — А то, что? Что вы нам сделаете? — нахально поинтересовался тот, что отличался более неприятной внешностью. Даже его голос звучал довольно-таки отвратительно, как обычно бывает у тех кто частенько злоупотребляет алкоголем и курит в немереных количествах.        — Твоё… лицо разобью, — удержаться от мата было довольно непросто, хотя в том что я его разобью я был уверен. Не зря же я всё-таки с детства вольной борьбой занимаюсь.        — Ну давай, попробуй, — подключился второй и сделал шаг вперед, будто бы нарываясь на драку. Но несмотря на столь «решительный» настрой, по нему было видно, что парень боится, а эта смелость лишь наигранна, причем довольно неумело.        — Смелый значит… — протянул я и хитро прищурил глаза. Резко замахнувшись рукой я почти ударил этого парня, но остановил руку в паре миллиметров от его носа. По глазам парня сразу стало понятно что он испугался.        — Все-все, уходим, — парень которому едва не досталось схватил своего друга за капюшон толстовки и боязливо оттащил от нас подальше, после чего эти двое скрылись в переулке.        — Спасибо, — негромко сказал Эбби смотря куда-то в пол, — Вечно они достают меня.        — Главное что ты в порядке, — с улыбкой сказал Келли положив руку на плечо Эбби.        — Согласен, — я повернулся к другу и потрепал его по голове — А если понадобиться, я вдолблю в их безмозглые головы, что тебя лучше не трогать.        — Спасибо, — еще раз поблагодарил Эбби и глубоко вздохнул, — Будь у меня менее необычная внешность удалось избежать бы большенства проблем. Впрочем с этим ничего сделать нельзя, пойдём лучше гулять.        — Кстати да, — я спрятал руки в карманы и перевёл взгляд на Мэтью, — Ты говорил что нашёл какое-то крутое место?        — Да, там особенно хорошо ночью. Идем, — брюнет свернул налево и повел всю нашу компанию к окраине города.       В центре всегда много народу, даже в столь позднее время, там шумно и вечно стоит гул, ближе к окраине этот шум начинает стихать, здесь совсем тихо, особенно по вечерам, а прохожие — явление редкое.       Солнце медленно скатывалось к горизонту, а яркое пылающее небо начало блекнуть и тускнеть, медленно теряя цвета. Мэтью не говорил куда мы идем, сохраняя интригу, от чего всем стало интересно куда же мы держим путь.       Из города мы вышли довольно быстро и направились вдоль шоссе. Уже стало совсем темно и плохо видно дорогу, так что шли мы практически наощупь, еле разбирая куда идти. Изредка мимо на большой скорости проезжали машины, ярко освещая дорогу фарами, но к сожалению этот источник света был слишком недолгим.       На небе уже загорелись звезды и меня начали посещать смутные догадки о том куда же нас ведет Мэтью и когда мы дошли до абсерватории они подтвердились. Я точно знал, что в воскресенье она закрыта и посмотреть на звезды не удастся, но не зря же Метью привел нас сюда. Что же он задумал?       Подойдя ближе брюнет с хитрым видом обошел здание и указал на пожарную лестницу, после чего начал ловко подниматься по ней. Мы последовали его примеру и уже через пять минут оказались на крыше здания.       Воздух перестал быть по весеннему теплым, а ветер заставлял поежиться от холода. Оставаться на крыше ни у кого желания не возникло, поэтому мы быстро отыскали вентиляцию, которая здесь была настолько большой, что через нее можно с легкостью пробраться внутрь.       Внутри я оказался первым и протянул руку Келли, чтобы помочь тому спуститься, но едва докоснувшись до ладони, юноша отдернул руку и спустился самостоятельно.        — Алекс, что у тебя с рукой? — серьёзно спросил блондин и несколько обеспокоенно посмотрел на меня.        — В смысле? — я с удивлением стал разглядывать свою руку, но кроме пары старых шрамов ничего не нашёл — Что с ней не так?        — Она очень горячая, — ответил Келли и снова дотронулся до моей ладони, тут же отдернув руку, — Как кипяток.       Мэтью попытался взять меня за руку, но толком ему это не удалось это сделать, — Вау, как ты это сделал? Это какой-то фокус?        — Да вы прикалываетесь что ли? Нормально у меня всё с рукой, — я поднёс руку к шее и дотронулся до неё. К моему удивлению рука была довольно горячей, но не как кипяток, — Ну да, горячая, но не кипяток же.        — Неа, очень горячая и думаю это не связано с тем, что ты сам по себе очень горяч. Ладно проехали, — Келли зашагал вперёд по тускло освещенному коридору.        — О~о~о да, я горяч, — с усмешкой протянул я и пошёл за Келли. Следом за нами пошли Эбби и Мэтью. Ребята довольно часто шутили о моей «горячести».       Обсерватория просто огромная и внутри была куда больше, чем казалась снаружи. Потолки возвышались высоко над головой и тусклый свет не долетал до них, отчего они оставались в тени и казались еще выше чем были на самом деле. И в этом огромном здании мы совсем одни. Конечно, здесь должен быть сторож или кто-то, кто бы следил за обсерваторией, но на практике никого такого не было.       На стенах висели карты звездного неба и фотографии далеких звезд и планет, что выглядело довольно-таки атмосферно, делая это место немного загадочным. Дойдя до главного зала перед нами предстали несколько телескопов, сквозь которые нам удалось взглянуть на далекие-далекие звезды, находящиеся за миллиарды километров от родной Земли. Зрелище довольно захватывающее, но оно быстро надоело и мы отправились обратно, домой.       Дорогу совсем не было видно, да и машины перестали быть источником света так как в столь позднее время никто никуда не ездил. От обсерватории до города около двух километров и добрались мы довольно быстро.       Идти по городу было куда легче, чем по шоссе, каким-никаким источником света служили огни окон и изредка встречающиеся фонари. Мы довели Келли до дома (всегда так поступали, потому что он самый младший, ему было всего пятнадцать лет) и разошлись по домам.       Жил я недалеко, впрочем город был настолько родным, что несмотря на его размеры казалось будто все находиться рядом, даже если это не так, ведь на практике всегда можно сократить путь в несколько раз, зная лишь правильную дорогу.       Жил я в самом обычном многоэтажном доме, как и много других людей, но несмотря на обычность моя квартира очень уютная и хочется возвращаться в нее снова и снова, не зря говорят — «в гостях хорошо, а дома лучше».       Прогулка до обсерватории и обратно порядком утомила меня и разместившись на диване я решил отдохнуть за просмотром ленты новостей, но незаметно для себя заснул.       Дальше дни проходили размеренно и совсем как обычно — школа, дом, прогулки с друзьями и опять то же самое. В принципе такая более-менее спокойная жизнь всецело меня устраивала, хотя бы примерно знаешь как пройдет твое ближайшее будущее, какая-никакая стабильность.       Чем сильнее приближался конец мая, тем сильнее становился накал и нервозность из-за близящихся экзаменов, учителя то и дело наровили сообщить, что их предмет самый сложный и сдать его в принципе невозможно и мы обязательно провалим ЕГЭ, да и задавали учителя так, будто кроме их предмета других нет в принципе. От всего этого дурдома последнюю неделю я провел на нервах и казалось будто вот-вот взорвусь.       Видя, что нервный срыв близок окружающие старались обходить меня стороной и лишний раз не связывались, от греха подальше, но был один, которого не волновало свое физическое здоровье и он постоянно старался докопаться до меня, но я упорно держал себя в руках, до последнего, но этот случай стал последней каплей в и так до краев переполненной чаше.        — Ну вот скажи, ты что баба чтоб волосы красить или ты пидр? На бабу вроде не похож, значит второе, — Аррон был главным задирой в школе и не давал никому спокойно жить. Этот нагловатый паренек имел богатеньких родителей и был убежден, что ему дозволено все, а в случае чего он сможет спрятаться за толстым кошельком.       Аррон взял прядь моих волос и внимательно посмотрел на нее, — Выглядит мягко говоря не очень, да и глаза у тебя стремные.        — Аррон, отъебись. Не до тебя сейчас, — я постарался не выходить из себя, иначе проблемы от его родителей мне обеспечены.        — А раз не до меня, то до кого? К парню своему спешишь, пидр анимешный? — с ехидной усмешкой спросил юноша, явно нарывающийся на конфликт.        — Ага, как же, делать мне больше нечего, — грубо ответил я. Довольно сильно бесит, когда тебя называют пидором только потому, что ты смотришь аниме.        — Судя по тому, что ты тратишь свое «драгоценное» время на такую хуйню, как покраска волос, тем более в такой ущербный цвет — нечего, — вынес вердикт Аррон и нахально улыбнулся.        — Слушай, отъебись от меня, пока я не украсил твоё рыло парочкой синяков! — моё терпение довольно быстро лопнуло. Я резко схватил Аррона за шею и прижал того к стене.        — А ну-ка отпусти меня! — командным тоном сказал задира и попытался освободиться, чего ему не удалось, — Ты хоть знаешь кто мой отец?! — после неудачных попыток выбраться из крепкой хватки юноша начал злиться.        — Да мне глубоко похуй кто твой отец. Я сказал, ещё хоть слово и вместо глаз у тебя будут фонарики! — я окончательно вышел из себя. Где-то краем разумного сознания, я почувствовал как внутри меня всё начало закипать и повышаться до высокой температуры.        — Что ты творишь, мать твою?! Отпусти, больно! — попытки освободиться ужесточились и Аррон всеми силами пытался выбраться из сложившегося положения.        — Что? — я в непонятках уставился на Аррона. Мне довольно легко удавалось контролировать свою силу, так что я точно был уверен что держу его горло не так уж и сильно.        — Больно! Отпусти, придурок! Не буду я больше лезть к тебе, прекрати только, — взмолился юноша, продолжая всеми силами вырываться.        — Ты о чём вообще? — я убрал руку и сделал шаг назад. Присмотревшись к шее Аррона я увидел то, что шокировало меня. На его шее остался чёрный след в виде моей ладони. Сама чернота была похожа на пепел или сажу.        — Больной ублюдок, — бросил Ааррон и схватившись за шею поспешил убраться. Я же остался стоять посреди коридора, непонимающе смотря ему в след, пытаясь понять как я это сделал.