Назови меня Любимым

•Нам всем так нужны люди, что убьют за нас. Нам всем так нужны люди, что умрут за нас. Нам всем так нужны люди, что полюбят нас. Мы все время любим тех, кто ненавидят нас Нам всем так нужны люди, что убьют за нас • — Он не спал всю ночь.Я переживаю за его состояние. С Юнги все хорошо, он будет жить, и вскоре поправится. Он держит его руку, не отпуская с того момента, как зашел туда. Джин, поговори с ним, молю. Он винит себя. Я…я просто…о господи, он так влюблен. — Тише, Чонгук-и, они справятся. Запомни, если по судьбе им положено быть вместе, значит, какие бы не были трудности, они будут вместе. Я более чем уверен, что Чимин все исправит.Любовь — это сказка. Либо хороший, либо плохой конец. У всех есть боль, о которой они молчат. Чимин верил лишь Юнги. Только Юнги спасет его, а Чимин спасет Юнги, — они разговаривали шепотом, чтобы никто не услышал их больной разговор. Время за 12, а Юнги все еще не в сознании. Юнги спит, а Чимин охраняет. Казалось, что он не подпустит никого, кто мог бы потревожить невинный сон Юнги. Чимин хочет извиниться, хочет, чтобы Мин первым увидел его, хочет, снова утонуть в его глазах и забыть, что такое любить. Чимину хочется влюбиться снова. Любить — значит прощать. — Чимин, сходи домой, отдохни, переоденься. Ты весь мокрый. Если что, я всегда на связи с тобой. Ты так измучен. Малыш, ты должен отдохнуть. Ладно? — легкий кивок, и почти бездушное тело выходит из палаты, направляясь к выходу. Чимин не устал, нет, он не хочет спать. Глаза опухли из-за слез, а душа болит из-за чувства вины Всего лишь стаканчик кофе и он вернется к Юнги. Кафе в 10 минутах от больницы. Чимин управится за 5. И вот, уже тёплое бодрящее кофе в руках, Паку немного лучше…было… «Ох, Чимини, поспеши. Юнги пришел в себя. Будь осторожен.» — Сообщение Чонгука все меняет. Чимин резко меняет маршрут…на мост. «Что мне там делать? Сейчас с ним Чонгук, Джин и Намджун. Я не буду портить жизнь ему. Мы слишком разные. Он человек дождя и слез, а я звезд и космоса. Не для меня он был создан. Да, я люблю его, наверное всем сердцем, но он ненавидит меня наверное. Лучше мне опять скрыться…» -Ох, наш Соня просыпается. Это был его самый длинный сон за последний год. Ты как? — Чонгук был на седьмом небе от счастья. Все хотели подбодрить Юнги, однако не они ему нужны. — Чимин…где мой Чимин…я его обидел, он простил? Скажите, что простил! — голос Юнги сорвался на крик. Ребята не могли соврать. Они лишь промолчали. — Чимин спас тебе жизнь.Он пробыл с тобой всю ночь в мокрой холодной одежде. Ни на шаг не отходил. Руку твою не отпускал.Чимин, все слезы выплакал. Знаешь, я до сих пор не могу понять, как ты заслужил такого небесного мальчика. Он за тебя по головам пойдет, лишь бы ты был счастлив, а ты ему лишь больно делаешь. Юнги, ты мой друг, но это не мешает тебе быть скотиной. Ты прости меня, но на твоем месте мог быть Чимин, — Намджун давно хотел сказать эти слова Юнги, плевать, что он только пришел в сознание. Чимин рискнул собой. Чимин спас его. Чимин любит, — Подумай, Юнги. Ты упустишь его, потом никто ничего не исправит. А пока отдыхай. Мальчик любит чистой любовью, невинной и осторожной. Без пошлости и сарказма, без иронии и досады. Ангел и Настоящий Дьявол. А много ли отдаст дьявол за невинную любовь? Лишь дверь захлопнулась, и он остался наедине с собой, одна за другой покатились слезы. Он должен увидеть Чимина. Но прошел час, а Чимин так м не пришел. Десятки звонков и столько же смс от Юнги на номер Чимина, однако он и не знает, что находится в черном списке Чимина. Верно ли ему покинуть сейчас больницу? Да, не в лучшем состоянии, да, немного слаб, но он же для любви. Тихие шлепки босых ног по кафелю больницы. Хорошо, что строение достаточно простое, выход найти не сложно. На улице уже пушок снега на асфальте, а Юнги бежит босыми ногами по дороге. Ноги знают, куда надо бежать. Он знает, где Чимин. Слабое тело подводит и почти у самого моста, Юнги падает на колени без сил. Внутри все в клочья. Еще пара усилий, он должен. Юнги в прямом смысле приходится ползти на мост. Холодно, но холоднее становится тогда, когда Чимина на мосту Мин не находит. Юнги сползает по каменному ограждению и начинает захлебываться слезами вновь. Бьет по этой каменной стене, разбивая старые раны в кровь. Душевную боль заглушит физическая. У Юнги откровенная истерика, он даже не успокаивается, когда на его плечи ложатся маленькие ручки и трясутся его. Осознание приходит лишь тогда, когда хрупкое тело обнимает второе, более холодное. Юнги ловит каждый звук, каждое дыхание, каждое слово. — Юнги-я, я рядом. Все теперь будет хорошо. Я верю тебе. Просто сделай меня счастливым. Холодные руки на тонкой талии, контакт карих глаз, и считанные миллиметры до их губ. Легкий ветер соединяет две души в порыве прохлады. Сплетение рук и сплетение судеб. Мысленные обещания о лучшем будущем. Верь, Надейся, Люби. Целуй, Улыбайся, и Жди. Счастье — тихое мгновенье. Оно интимно для двух любящих людей. Никто не должен знать о вашей таинственной связи. Никто же не изливает душу первым встречным? Так молчите о своем счастье. Как сплетаются руки, сплетаются души в водовороте эмоций, не гаснущих как самые яркие звезды на небе. Любовь — это сказка. Люди ищут причины любить, люди ищут выгоду любить, люди думают головой, но никак не сердцем. Следующей весной, когда нежные лепестки Сакуры коснуться твоего лица, я буду рядом. Внушать тебе, что ты самый лучший, потому что так и есть. Мы встретим самый лучший рассвет в нашей жизни, потому что мы с тобой будем вдвоем. И много ли нужно для счастья? Лишь Тишина и ты, Мин Юнги.