Цветные осколки свободы

      Норман Джейден никогда не скрывал, что хотел бы остаться в вечной осени. Он любил шуршащие под ногами листья, окрашенные в палитру меди и золота, щебет птиц, холодный воздух, предвещающий скорое наступление зимы. Любил и дождь; смотреть на мокрый асфальт, теряясь в больших лужах — порталах в другие миры. Он по-прежнему заглядывает туда с надеждой рассмотреть, как же живут зазеркальные. Но видит лишь себя в тёмной глади воды. Злое отражение насмешливо усмехается, словно знает всё о его грехах и страшных тайнах. Он любил осень и невероятно боялся её.       Когда осень стала преследовать его без помощи Устройства Расширения Сознания, мужчину охватила паника. Норман Джейден точно знал: он умирал, лёжа на кафельном полу туалета в Департаменте полиции Детройта. Однако сознание обманывало, говорило, что он тонул в холодных водах безымянной реки. Видел кроны деревьев над собой, косые лучи солнца, что разрезали листву, падающую на жухлую траву. Он захлёбывался водой, которая, кажется, имела отчётливый привкус стали. Страх сжимал горло. Хотелось кричать, но он не мог. Триптокаин. Только он сможет сейчас вернуть в реальность.

***

      RK800 испытывал сильное беспокойство из-за нового агента ФБР, которого поставили на место Перкинса после завершения мирной революции девиантов. Андроид сам не знал, почему отношения с этим человеком так быстро переросли в дружеские. Норман всегда вежливо общался с ним, хвалил за исполнительность и сам никогда не чурался работы, в отличие от многих полицейских в участке. Однако сегодня зеленоглазый мужчина даже не взглянул в его сторону (не говоря уже об улыбке, что Джейден всегда дарил адроиду). Он быстрым и неровным шагом удалился в сторону туалетных комнат, а девиант заметил, как с руки агента, прикрывающей лицо, мерно капает на пол кровь. Коннор не мог не проследовать за ним, и, когда открыл дверь, опешил на секунду. Норман упал на пол, захлёбываясь собственной кровью. «Очевидно, повышенное артериальное давление, которое вызвало кровотечение, а также паническая атака» — мгновенно поставил диагноз андроид.       — Агент Джейден! — воскликнул парень, подбегая к ФБРовцу. Тот, кажется, узнал его, и дрожащей рукой схватил за манжет.       — Коннор… Помоги… Триптокаин… Он мне нужен.       Андроид свёл брови, когда услышал незнакомое слово, и нашёл информацию в своей базе данных. Оказалось, что это наркотик. RK800 удивился подобной просьбе и снова проанализировал биометрические показатели напарника.       — Агент Джейден, ваше состояние не позволяет принимать…       — Я умру, Коннор! — словно не своим голосом надрывно закричал мужчина.       Девиант не знал, что делать. Естественно, детектив не носил с собой наркотиков. Тем более, редкого и труднодоступного триптокаина. От волнения брюнет вонзил короткие ногти левой руки во внешнюю сторону ладони правой так сильно, что почувствовал пластмассовый каркас под разошедшейся синтетической кожей. Из-под небольших ран полусферической формы проглядывали провода-жилы; потекла тонким ручейком голубая кровь. И Коннор понял, что нужно делать.       «В состав наркотика входит тириум. Именно поэтому он настолько опасен. Химический элемент окажет дестабилизирующий эффект на выработку гормонов. Но лучше я попытаюсь вылечить его от зависимости и восстановить нормальное функционирование организма позже, чем получу летальный исход сейчас». От одной лишь мысли, что этот человек может умереть, тириумный насос андроида начинал работать быстрее, а программа диагностики выдала ошибку.       — Потерпи, Норман. Всё будет хорошо, — голосовой модулятор отчего-то отозвался слабой рябью механической речи, что слегка озадачило девианта: он продолжал получать программные сбои, но почему?       Коннор торопливо подошёл к зеркалу, успел заметить, как диод на его виске лихорадочно мерцает то красным, то жёлто-оранжевым, и разбил стекло кулаком. На пол посыпались осколки, и андроид, не обращая внимания на боль («имитацию боли» — по привычке исправил бы сам себя RK800), взял наиболее крупный и острый из них. Знания по анатомии, а также по строению собственного тела, подсказали парню пару нехилых манипуляций: порез нужно сделать на анастомозе предплечья, почти у самого запястья, ведь где-то там проходит крупное соединение проводов. Резать нужно вертикально, чтобы потерять больше «крови».       Коннор вздохнул и провёл в необходимом месте осколком, что оставил резанную рану. Он почувствовал острую боль. Система диагностики предупредила, что девиант отключится через пятнадцать минут от потери тириума, если не остановит утечку вещества.       — Норман, тебе нужно это выпить. Просто доверься, — пробормотал андроид, поднеся руку к послушно открывшему рот Джейдену. Детектив приподнял голову агента, а тот закашлялся от горечи «голубой крови», которая смешивалась с собственной — солоноватой — и сливалась в фиолетовый цвет.       Кажется, это сработало. Норман возвращался в реальность, покидая осенний лес из его сознания. И он надеялся, что теперь уже навсегда. Сейчас мужчина видел перед собою склонившегося к нему девианта.       — Коннор… Ты спас меня, — рука Джейдена скользнула по его щеке, а парень слабо улыбнулся.       — Иначе и быть не могло.       RK800 склонился к ФБРовцу и почувствовал его прерывистое дыхание.       — Подари мне поцелуй. Возможно, прощальный, если за оставшиеся 12 минут и 45 секунд в участке не найдутся инструменты для починки, — спокойно констатировал факт девиант, ощутив пьянящее, из-за соединившейся крови двух существ, прикосновение мягких губ к своим.       — Не позволю тебе умереть, — решительно отрезал Норман, разрывая поцелуй и поднимаясь на ноги. Он сдёрнул с себя галстук, осторожно перевязал руку своему спасителю чуть выше предплечья, надеясь, что так хотя бы на время остановит утечку тириума.       — Шансы на выживание увеличились, — улыбнулся детектив, наблюдая за замедлившимся таймером.