Приемный Лорд

Риддл широко распахнул глаза. Тонкие пальцы впились в волосы. Он изо всех сил сжал виски так, что перед глазами заплясали цветные пятна и глубоко выдохнул, пытаясь отогнать приснившийся кошмар. Липкое ощущение паники захлестывало его разум и топило в себе все логичные мысли. Ему редко снились кошмары. Сны – удел счастливчиков, у которых есть лишние часы на сон, когда тело уже отдохнуло и готово действовать, но мозг еще нежится в лабиринтах отдыха, воссоздавая иллюзию реальности. Или сны – порождение тревог, неврозов и ярких эмоциональных впечатлений, пробирающихся из дня в ночь и мешающих полноценному отдыху. Тревоги Тома не касались, лишнего времени на сон у него не было, а впечатлительности в нем было столько же, сколько в чугунной сковородке. Иными словами, сны посещали его редко, а кошмары и вовсе не мучили. Но в этот раз что-то пошло не так. Риддл загнанно дышал, пытаясь отделить реальность от кошмара. Ему снились белые мертвые руки. Они тянулись к нему из черной воды и тащили за собой. Мерзко? Да, но вовсе не эта картина заставляла желудок сжиматься в узел, пуская дрожь по позвоночнику. Все его тело дрожало от воспоминания о чувстве… он не находил даже слов. Чувство размазанности, будто он жвачка или, скорее, тесто, тонко раскатанное по большой поверхности. У него словно нет ни опоры, ни якоря, и он оплывает как свеча и тает, растворяясь, сливаясь с пространством, сам становясь пространством и теряясь в нем. Омерзительно! Заскрипев зубами, он поежился не в силах избавиться от навязшего на зубах ощущения собственной размытости. Том бросился к ванной и вывернув до упора холодную воду, рывком подставил голову под струю. Ледяной душ выбил из легких воздух и прочистил мысли. Риддл сполз по бортику раковины на холодный кафельный пол и обхватил себя руками, дрожа от холода и пережитого ужаса. Это последствия переноса, подумал мальчик. Наверняка, это своеобразный «откат». В эту секунду, все его мысли о том, как бы получше устроиться в этом мире и заставить сыграть по его правилам взрослых магов отошли на второй план. Сущая чушь. Все это ерунда, не стоящая внимания. У него есть первая, и самая главная цель – понять, что с ним случилось и какой ценой он купил бессмертие в этот раз. Все остальное, вполне может подождать. Потому что, похоже на то, что если он не решит свою загадку первым делом, то остальные дела, великие и ужасные, совершать уже будет некому. Не успел он додумать последнюю мысль как по лестнице загрохотали шаги, а запертую дверь комнаты снесли заклинанием. — Риддл? Где ты? — послышался взбудораженный громкий голос Поттера. Том скривился от громких звуков и подавил в себе малодушное желание заползти куда-нибудь в темный угол ванной, чтобы настырный Герой его не заметил. Ни малейшего желания видеть сейчас внезапно свалившегося на него опекуна не было. Увы, но понять, что с Риддлом что-то не так, его персональное проклятие могло только через их связь, а разобраться в том как она действует было достаточно важной причиной, чтобы терпеть присутствие Поттера рядом. Том только начал подниматься с пола, как ванная озарилась светом и на пороге застыл растрепанный, заспанный и встревоженный Гарри Поттер. — Риддл? Что ты здесь делаешь? — он окинул быстрым взглядом худую мальчишескую фигуру сидящую на полу и мокрые волосы, наполовину закрывающие опущенное к коленям лицо, с которых еще капала вода. — Риддл? — голос переместился ближе и наполнился тревогой. — Ты в порядке? Что произошло? Меня разбудила боль в шраме и ... — тут он запнулся, явно не решаясь договорить. Том поднял голову. Гарри уже сидел рядом с ним на полу и обеспокоенно всматривался в его лицо. Вид у него был как у человека, которого просто сдернули с кровати, а не разбудили ужасным кошмаром. Значит, это именно мои сны, подумал Том. — Отставить панику, — хрипловато начал было Риддл и сам поразился, насколько дрожит его голос. Откашлявшись, он уже совершенно уверенно и спокойно продолжил. — Всего лишь кошмар, ничего больше. Обеспокоенное выражение лица Поттера тут же сменилось на раздраженное. Мысленно, Риддл закатил глаза. Как можно быть настолько открытым и легко читаемым? — Мне казалось, — возмущенно начал Гарри, — мы пришли с тобой к соглашению?! Наши кошмары редко бывают обычными, Риддл! И уж тем более такие, которые заставляют тебя трястись от страха. — уже спокойней закончил он. Том на мгновение прикрыл глаза, пряча вспыхнувшее в них бешенство, при одном упоминании, что он чего-то боится. Не время спорить. Вчера вечером они действительно долго пытались обсуждать сложившуюся ситуацию. Феерическое заявление Гарри сначала вызвало шквал вопросов у его друзей, затем, последовало бурное выяснение прав и обязанностей. Поттер требовал контроля его действий, мыслей и чуть ли не отчет о ритме биения его сердца. А при малейших попытках Риддла ответить ему, что он обо всем этом думает, начинал форменно истерить. От одной мысли о подобных ограничениях перед глазами Тома вставала пелена красной ярости и он начинал нести такую несусветную чушь, за которую после, ему даже было слегка неудобно. Поттеровские дружки, тоже, мягко скажем, не помогали. Когда до ущербного геройского мозга наконец дошло, что в таком составе они не придут ни чему путному точно, он отправил свою занудную подружку и придурка друга восвояси и у них смог сложиться хоть сколько-нибудь конструктивный диалог. Самым сильным ударом по Тому стало то самое незнание законов магического мира, которого он и опасался. Эти идиоты запрещали детям колдовать вне Хогвартса. Узнав об этом, Том еще больше уверился в необходимости скорейшей реформации этого ограниченного мира. В магических семьях этот ужасный закон полностью игнорировался, так как присутствие взрослых волшебников рядом не позволяло отслеживать, что именно ребенок применил магию. Поттер угрожал запереть Тома одного, соответственно, без прикрытия "взрослой магической ауры". Риддл плевался словесным ядом и накручивал их обоих до еще большего бешенства. Прийти к соглашению им удалось, только когда Том твердо решил для себя, что Поттер должен умереть. В свете его будущей, особо мучительной, смерти от его рук, можно было пойти и на некоторые уступки и поделиться отдельными вещами, без знания которых упрямый осел отказывался выдавать хоть каплю интересующей Риддла инфорамции. Суть их соглашения была в следующем: Они без утайки рассказывают друг другу все, что хотя бы косвенно может быть связано с их связью и появлением Риддла в этом мире. Больше, они не делятся этой информацией ни с кем (Том очень долго выбивал этот пункт, настаивая, что никто больше не имеет права быть посвященными в его тайны, и особенно, поттеровские дружки. Спустя пару метров риддловских нервных волокон, упрямый осел все же согласился с его доводами) Гарри позволяет и даже по мере сил помогает Тому осваивать магию, а последний, в свою очередь, не пытается лезть в запрещенные её области. Узнав о возможных последствиях нарушения Непреложного обета, Риддл согласился принести его только после полного изучения этих чар. Поэтому, половину ночи они провели в библиотеке рода, ищя полную информацию по заклинанию. В связи с этим, Том узнал, что этот прекрасный, наполненный по самый чердак темной магией Дом, принадлежал раньше древнейшему семейству Блэков, что немного приподняло его подавленное настроение. После прочтения раскопанного трактата, посвященного примерам нарушения Обета, даже Поттер слегка позеленел и решил, что до отыскания более гибких чар, он вполне может ограничится устным обещанием. При этом, он посмотрел на Риддла даже с легким оттенком благодарности. Вляпываться в пожизненный обет с Волдемортом (о необходимости означить сроки их соглашения Поттер даже не подумал) с обязательством детально докладывать друг другу о жизни под угрозой лишения магии, сумасшествия или смерти, было явно не самой гениальной идеей с его стороны. Так, просидев полночи в поисках информации об Обете, чихая от библиотечной пыли, и все слабее переругиваясь от накатывающей усталости, они настолько вымотались, что Поттера хватило только на то, чтобы показать Риддлу свободную спальню и очистить чарами кровать от пыли. Утомленный собственными эмоциональными вспышками, Том уснул едва его голова коснулась подушки. Чтобы спустя пару часов проснуться от кошмара. —Да, — Риддл глубоко выдохнул, успокаиваясь и распахнул глаза. —Да, ты прав. Но прежде чем я расскажу о кошмаре. Как мне себя высушить? Поттер немного смутившись тут же потянулся за палочкой. Но Риддл с быстротой змеи перехватил его запястье. —Нет. Покажи мне. Поттер раздраженным жестом высвободил руку, но Том не спешил отодвигаться. — Не делай так! —Как именно? —невинно поинтересовался он, из чистой вредности продолжая капать мокрыми волосами на голые ноги опекуна. Голые ноги? Том недоуменно моргнул. Поттер так за него перепугался, что прискакал в его комнату босиком? — Не трогай меня. Не кидайся. И вообще, в твоем лексиконе есть слово "пожалуйста", или ты болел, когда проходили вежливость? Поттер выглядел уже даже не столь озлобленным, сколько уставшим. Под глазами юноши залегли тени. Проклятый Волдеморт так или иначе не давал ему высыпаться. Если это была его судьба, то у нее были очень несправедливые понятия о достаточном сне для волшебника. — Зачем мне быть с тобой вежливым? — в голосе Тома была легкая издевка — Ты же и так все обо мне знаешь. — Может потому, что у меня есть информация и знания, которые ты так хочешь получить? — парировал Поттер. Издав раздраженное шипение, больше подходящее змее, чем маленькому ребенку, Риддл вскочил на ноги и попытался выбежать из ванной. В мгновение ока Поттер оказался на ногах и перехватил его в проходе больно сжав плечи. —Куда это ты собрался?! Том поразился скорости его движений. Враг мог быть очень быстрым, когда ему это было нужно. Это явно следовало хорошенько запомнить. На будущее. Поттер снова злился. Это уже не входило не в какие рамки. Гарри и вспомнить не мог, когда в своей жизни он испытывал столько приступов раздражения за столь короткий промежуток времени. У Риддла был какой-то воистину дьявольский талант выводить его из себя. Плечи мальчишки под его руками были слишком худыми. В голове промелькнула мысль, что по хорошему, его бы откормить нормально. Том яростно рванулся из его рук, но Гарри и не думал отпускать.Тогда Риддл вскинул голову, впиваясь в него испепеляющим взглядом и ядовито выплюнул: — В библиотеку! — и со всей силы заехал коленом в пах Гарри. Поттер со стоном сложился от боли пополам, удар у мелкого паршивца был даже слишком хорошо поставлен. — Я сам могу узнать все, что мне нужно! И лучше не стой на пути между мной и знаниями, осел! — раздался быстрый топот босых ног по паркету и громкий, сердитый хлопок дверью. Ну вот и поговорили. Боль потихоньку отступала и Гарри стал пробирать слегка истерический смех. Воистину, Том Риддл не давал себя в обиду. Ему стало вдруг любопытно, как часто мальчишке приходилась раньше применять свои навыки грязной драки? Судя по отточенности удара, нередко. В библиотеку Гарри поднялся спокойным и настроенным на продуктивную беседу. Кто из них старше, в конце то концов? Риддл сидел уткнув нос в какой-то пыльный фолиант, зябко поджав под себя голые ноги и подрагивая от рассветной прохлады, пробирающееся сквозь полуоткрытое окно, расположенное под самой крышей. На явление Поттера он подчеркнуто не обратил внимания. —Держи. Юноша подошел вплотную к креслу и протянул Тому свою палочку. Риддл вскинул на него удивленный и полный подозрений взгляд, но не стал протестовать, а аккуратно перехватил тонкое дерево. Когда его ладонь полностью сомкнулась на палочке, та вспыхнула приветственными искрами, а Том тихо охнул, едва не роняя её. Мальчик поднял на него серьезный взгляд и задумчиво сказал: — Те, что я держал раньше, вели себя совсем не так. Эта...теплая. Я чувствую её магию очень отчетливо. — и он пристально посмотрел на юношу. Невероятным усилием воли Гарри удержался от расспросов, где это малолетний Волдеморт уже успел полапать даже не одну волшебную палочку. Пока он не расскажет ему хоть что-то, с места они не сдвинутся. — Палочки - одна из сторон нашей связи. У нас раньше были "палочки-сестры" с одинаковой сердцевиной из хвоста феникса Дамблдора. Только у меня она из остролиста, а твоя была из тиса. Наши палочки тоже были связаны, поэтому мы даже не могли нормально сражаться. Заклинания сцеплялись в нити и вообще, вели себя непредсказуемо. Том с горящими глазами слушал его рассказ. — "Палочки сестры", почему... — Заклинание "Сиккум", и указываешь на то, что сушишь. — перебил его Поттер. Риддл сообразил почти мгновенно. Пока мальчишка сушил волосы, Гарри наконец призвал Кричера и распорядился подать завтрак в библиотеку. Покидать зону шаткого перемирия не хотелось. — Не думал, что у тебя есть домовой эльф — протянул немного удивленным голосом за его спиной Риддл. — Он достался мне вместе с этой старой развалиной, после смерти крестного. — Что же с ним стало? — Том поморщился, когда уже успевший полюбится ему особняк оскорбили. — Его убила его безумная сестрица, одна из твоих Пожирателей Смерти, — на порядок холодней ответил Поттер. — Оу. — Риддл закусил губу, явно раздосадованный, что поттеровское повествовательное настроение испортилось, — Эм, а твои родители? Почему ты жил с крестным? То, что с вопросом он промахнулся, кажется, еще сильнее, Риддл сразу понял по повисшей в комнате тишине. Лицо Гарри враз окаменело. — Ты убил моих родителей, когда мне был год. Крестного обвинили в службе тебе и посадили в Азкабан, откуда он сбежал только спустя 11 лет. Я жил с магглами, с дядей тетей и кузеном, которые не слишком-то любили все, что относилось к магии. — "и ко мне", повисло не произнесенным в воздухе. Том ощутил подленькое чувство растерянности. Неудивительно, что Поттер на него кидается. От мысли, что ему бы пришлось жить в поганом маггловском приюте по чьей-то вине... Он бы точно убил виновника. Хотя, так ведь по словам Гарри он и поступил? Нашел и убил предателя-отца. Юноша явно погрузился в тяжкие раздумья, зеленые глаза потемнели, а пальцы бездумно крошили тост, принесенный домовиком. Встав с кресла Том подошел к подносу, цапнул с него тост с джемом и бодро зашагал к выходу. Остановившись в дверном проеме он оглянулся на Гарри. — Рэнфолф Маскелайн. Поттер вскинул на него непонимающий взгляд, с трудом выныривая из тяжелых мыслей. — Лорд Рэндолф Маскелайн — с расстановкой, словно идиоту, повторил Риддл — Это он прикончил твоего Харнби. Я был в этот момент в кабинке туалета, меня туда перенес перстень Малфоя, когда я искал Драко. И я слышал их разговор. Ничего особенного, Харнби угрожал Маскелайну разоблачением в пожирательском прошлом, а тот его убил. Риддл отвернулся и на ходу бросил: — Хочу все-таки выспаться, буду в комнате. Пораженный информацией Поттер на секунду застыл. — Интересные у тебя способы говорить "прости", Риддл. Спустя мгновение, он уже бежал к камину, на ходу натягивая призванную аврорскую мантию, чтобы аппарировать в Министерство.